В ближайшие часы будет подписано рамочное соглашение межд Израилем и Ливаном о прекращении огня.

Подписали. Посол Ливана в США энтузиазмом не горит.

https://youtu.be/bQBaK7CLUAc?si=DF2ZRcL7uP0LEnbj

Традиционный субботний обзор главных новостей недели.

Нетаниягу выступил:

Правительство Ливана проявило большое мужество. Это серьезный удар по Ирану и "Хизбалле". Мы останемся в районе Бофора.

Также Нетаниягу:

Я намерен сформировать широкое правительство национального единства. Это означает - хватит бойкотов. Достичь договоренностей по закону о призыве и судебной системе вполне возможно.

Стоит напомнить, что и в прошлый раз, когда Нетаниягу формировал коалицию с участием дополнительных политических сил, в конечном итоге он опирался исключительно на свой традиционный блок, которому доверяет. Более того, уже сейчас его правительство продолжает последовательно проводить свою линию в вопросах закона о призыве и судебной реформы, создавая "факты на местах".

США и Иран обменялись ударами. Американцы били по Ормузу, иранцы, традиционно - по странам Персидского залива. Трамп выдал очередное “держите меня семеро”, но все это на фоне продолжающихся переговоров и заявления Вэнса о том, что представители CENTCOM и КСИР будут периодически встречаться в Дохе (где ж еще) в рамках механизма по деконфликтингу (-де здесь лишнее). Удивительно. В начале войны у американской армии был общий оперативный штаб с ЦАХАЛем, теперь у них появляется примерно то же самое, но с Ираном.
Не ищите здесь логики, а лучше почитайте про квантовую механику. Оказывается даже термин такой уже есть: “квантовая дипломатия”. Там частица тут и здесь, у Трампа взаимоисключающие сигналы в соседних твитах. В квантовом мире сам факт измерения или наблюдения даже меняет поведение системы, у Трампа ключевым элементом измерения являются медиа и социальные сети. Ну и главный парадокс: в классической дипломатии предсказуемость и следование правилам до сих пор считались силой, у Трампа непредсказуемость возведена в ранг главного стратегического преимущества.
Когда соперники не знают, по каким законам играет система, им гораздо сложнее выстраивать контрстратегию.

Угадайте, где это:
1. Газа после удара Израиля
2. Ливан после удара Израиля
3. Бахрейн, после удара Ирана

Оставляйте в комментариях ваши варианты))

Разрешено к публикации:
Капитан Давид Хазут, 21 года, из Ашкелона, командир взвода 12-го батальона бригады «Голани», погиб в бою на юге Ливана.

https://youtu.be/frvFF5m7aas?si=ALuXroX9pJqLVgY6
Все, что известно о соглашении между Израилем и Ливаном. Где позитив, где оно может не сработать и в чем различие между этим договором и соглашением о демаркации экономических вод правительства Лапида

Смотрич:
У меня было решающее влияние на ход войны в Газе. Если бы не я, мы бы остановились еще до Рафиаха. Благодаря мне заложники вернулись домой.
Скромность - это не наше.

ЦАХАЛ очень эффектно взорвал подземную инфраструктуру Хизбаллы этой ночью. Во избежание внезапной ярости Трампа, об этой операции по уничтожению арсеналов террористов наши уведомили американцев заранее.
Красивое.

США и Иран договорились прекратить взаимные атаки в Ормузском проливе и провести встречу в Дохе. По данным Axios, теперь переговоры будут посвящены урегулированию кризиса вокруг Ормузского пролива, а не иранской ядерной программе, как планировалось ранее.

Кое-кто схватил кое-кого за кое-что и держит, то усиливая, то ослабевая хватку.

https://youtu.be/M7Acw5Bl_84?si=h6vN0sTD413O_QSe
Иран занимается рэкетом. Он буквально навязывает маршруты в Ормузе, которые под его контролем (и за которые требует ему платить). Он готов идти на эскалацию, потому что это выгодно. Я не знаю, специально ли они так рассчитали, или им просто прет, но Иран вышел из последнего мини-раунда противостояния с США не просто победителем, а стратегическим победителем: переговоры будут продолжены, но только и конкретно по статусу Ормуза. А не по ядерной программе, например.

Министр обороны Исраэль Кац не исключает опции "третьей иранской войны" в самое ближайшее время.
Но это Кац.

После войны с Ираном на Ближнем Востоке складывается новая реальность - и складывается она не в пользу Израиля. Страны Персидского залива, которые еще недавно осторожно дрейфовали в сторону нормализации, теперь все заметнее сближаются с Тегераном и отдаляются от Иерусалима. Парадокс в том, что происходит это после недель, когда именно Иран бил по ним ракетами, а Израиль (по ряду публикаций) этим же странам помогал.
Логика монархий проста и циничная: им нужна стабильность, а не позиция в чужой войне. Удары КСИР по Катару, Оману, Эмиратам разрушили главный актив региона - имидж спокойных и процветающих деловых центров. Закрытие Ормузского пролива ударило по ним же первым: крупнейшие экспортеры нефти и газа внезапно остались без основного источника дохода (Бахрейн, и без того с дефицитом бюджета, ощутил это особенно остро). Вывод, который они сделали, неприятен для Израиля: воевать с Ираном - дорого, а сам Иран по итогам войны только усилился. Значит, с ним надо договариваться.
Речь не о стратегическом союзе Залива с Ираном - до этого далеко. Речь о старом принципе: держи друзей близко, а врагов - еще ближе. Ирану посылают сигнал, что готовы снижать градус (и заодно признают, что сила принесла ему дивиденды). Израилю - что нормализация больше не гарантирована, и цена близости к нему резко выросла. Главный итог войны, пожалуй, в этом: Иран проиграл по военной части, но политически вышел из нее сильнее. И соседи это уже посчитали.

https://youtu.be/xLzDirasJ5A?si=tDPziEo5K-6glIzA
Большое интервью с Ибрагимом Мусой - человеком, который вырос в Ираке и много лет анализирует военные конфликты на Ближнем Востоке. Редкая возможность услышать взгляд на происходящее глазами иракского эксперта, и оценки здесь по-настоящему неожиданные. Почему он считает новую войну против Ирана практически неизбежной? Почему Трамп остановился? Почему страны Залива ведут себя совсем не так, как кажется со стороны? И что ждет Хизбаллу после войны? Будущее режима в Тегеране, перспективы Ливана, новая американская стратегия - и главный вопрос всего разговора: политическая победа Ирана или стратегическая ошибка Трампа? Один разговор - множество спорных, но очень интересных выводов. Посмотрите и поделитесь своим мнением в комментариях. И обязательно подпишитесь на его телеграм-канал.

https://youtu.be/sKQpOdqjhaA?si=TD3Azns-afLCFAbm
«Я немного похудел».
Именно так Биньямин Нетаниягу ответил на вопрос о том, что изменилось в нем после 7 октября.
Но проблема этого интервью совсем не в одной фразе.
Разбираю большое интервью премьер-министра и объясняю, почему оно оказалось гораздо важнее, чем кажется.
👇 Новый выпуск уже на канале.

Пока коалиция продвигает свои законы, “Еш Атид - Бе-Яхад” выдвинула свой законопроект о повышении пособий по старости. Речь о репатриантах, которые приехали в Израиль после 62 лет (мужчины) или 65 (женщины) и по действующим правилам вообще не имеют права на пособие по старости. То есть человек может прожить в стране двадцать лет, состариться здесь по-настоящему, и формально оставаться "молодым репатриантом" без базовой социальной страховки. Законопроект предлагает исправить это автоматическим назначением пособия - без бюрократических квестов с непонятным финалом. Кроме того, законопроект предусматривает привязку пособия к средней заработной плате по стране, благодаря чему все пожилые граждане смогут воспользоваться этой реформой, которая защитит их пособия от обесценивания. Ориентировочная стоимость инициативы: 3,7 млрд шекелей в базовом государственном бюджете.
Понятно, что самое слабое место у этого законопроекта - календарь: Кнессет, судя по всему, будет распущен 12-го июля, а коалиция не горит желанием сотрудничать с оппозицией даже по тем законопроектам, которые, казалось бы, находятся в консенсусе. Так что это больше декларативный шаг. Но - будет за что спросить, когда нынешняя оппозиция придет к власти.
Но политический ход очевиден: закон о пенсиях (назовем это так) против закона об уклонистах. Даже на уровне предвыборной риторики.

https://youtu.be/UHkyQDexkmM?si=yQ93NyLxhuEO_5SR

Сегодня- 1000 дней войны.
За это время Израиль уничтожил руководство ХАМАСа, нанес тяжелейший удар по Хизбалле впервые открыто воевал с Ираном.
Но если побед столько, почему война до сих пор продолжается?
Разбираю главные итоги этих трех лет.

Эли Шараби сейчас на Галей ЦАХАЛ: я похудел чуть больше, чем Нетаниягу.

Тысяча дней войны: итоги

Газа
Начнем с Газы - там у нас ситуация, которую можно назвать контролем без победы. ХАМАС как военная организация в прежнем виде больше не существует - прежних лидеров нет, батальонов нет, штабов нет, большинство тоннелей уничтожены. Все заложники, живые и мертвые, вернулись домой, и на этом фоне последние месяцы войны хотя бы перестали быть бесконечным ожиданием у экрана. ЦАХАЛ контролирует порядка 60% территории сектора и обещает довести цифру до 70%, армия может войти куда угодно за часы, а иногда и минуты. С другой стороны - У ХАМАСа сегодня, по оценкам, 27-30 тысяч боевиков - в основном новобранцы, набранные уже после начала войны. Организация контролирует те самые 40% сектора, где снова работают чиновники, снова платят зарплаты, снова функционируют муниципалитеты - то есть снова, по сути, существует протогосударство ХАМАСа, просто меньшего размера. Да, это всего сорок процентов территории и сто процентов населения. Заявленными целями в Газе было уничтожение военного и политического потенциала ХАМАСа, возвращение заложников и недопущение ситуации, при которой ХАМАС в Газе будет представлять угрозу безопасности Израиля. Заложники вернулись - но не все. Бывший глава штаба по делам пленных и пропавших без вести генерал-майор запаса Ницан Алон заявил, что правительство Израиля могло вернуть заложников раньше – но отказывалось от сделок с ХАМАСом, чтобы иметь возможность продолжать войну в секторе Газы. Сегодня строятся новые тоннели, находят ракеты, произведенные уже после прекращения огня. Иными словами, мы уничтожили армию, но оставили нетронутой систему, которая эту армию производит заново.

Ливан
Ливанский фронт - редкий случай, где есть что предъявить без сарказма. Полоса безопасности в 10 километров создана, Хизбалла потеряла тысячи боевиков включая Насраллу, который правил организацией дольше, чем многие израильские премьеры занимали свой пост. Подписано рамочное соглашение, Ливан по сути официально признал Израиль. Жители севера частично вернулись домой, что само по себе достижение, которое три года назад казалось недостижимым. Но и здесь есть нюанс, Да, Хизбалла разбита, но не разоружена - оружие, боевики и способность к локальным атакам никуда не делись. С точки зрения Израиля проблема Хизбаллы никогда не заключалась исключительно в Насралле или конкретных командирах. Она заключается в существовании Ирана как источника денег, оружия и идеологии. Пока существует этот источник, организация способна постепенно восстановиться. Медленно. Болезненно. Но способна.Поэтому нынешняя ситуация напоминает скорее длинную паузу, чем завершение конфликта.

Иран
Еще несколько лет назад сама мысль о прямом военном столкновении между Израилем и Исламской Республикой выглядела фантастикой. Все понимали, что конфликт идет давно, но происходил он через посредников - Хизбаллу, ХАМАС, позднее - через хуситов и шиитские милиции. Теперь посредников больше нет. Израиль вместе с США нанес Ирану такой ущерб, который невозможно игнорировать. Ядерная программа отброшена назад. Значительная часть высшего военного руководства уничтожена. Система ПВО продемонстрировала собственную уязвимость. Разрушена сама идея о том, что Израиль никогда не сможет действовать непосредственно на территории Ирана. И все же главный вопрос сегодня не в том, сколько объектов уничтожено, а в том - изменился ли сам режим. Нет. Не изменился. Исламская Республика пережила войну. Она сохранила власть. Она сохранила идеологию. Она сохранила способность принимать решения. Более того, любое авторитарное государство умеет превращать внешнюю угрозу в инструмент внутренней мобилизации. Можно уничтожить завод по производству урана, но намного труднее уничтожить политическую систему.

Международная арена
Если по фронтам боевых действий картина смешанная, то по фронту дипломатическому она откровенно тревожная. Волна сочувствия 2023 года давно испарилась. В США антиизраильские настроения синхронно растут и справа, и слева - примерно 60% американских избирателей, согласно недавнему опросу, относятся к Израилю негативно, причем хуже всего дело обстоит среди молодежи. Вице-президент США публично намекает израильскому правительству не кусать единственного оставшегося союзника - формулировка, после которой любой израильский дипломат должен был бы слечь на неделю с мигренью. Европа отдалилась еще резче: обсуждаются санкции, отдельным министрам уже запрещен въезд, а разговоры об отмене соглашения об ассоциации с ЕС сдерживают, по сути, только Германия и Италия, и то без всякой гарантии, что так будет и дальше. Арабский мир, на который мы так надеялись после совместной войны с Ираном, вместо сближения с Израилем нас игнорирует. Эр-Рияд, например требует от Израиля для начала "самому стать нормальной страной" - формулировка звучит как издевка, но, судя по всему, произнесена вполне серьезно. Единственный светлый момент - это Латинская Америка, но заменить собой утраченные позиции в Европе и арабском мире эта "бело-голубая волна", при всем уважении, не способна.

Внутренняя политика
Если военные и дипломатические итоги хотя бы можно обсуждать как честную бухгалтерию, то политический итог тысячи дней предельно прост и без всякой бухгалтерии: правительство, при котором случилась крупнейшая катастрофа со времен Холокоста, не только не ушло в отставку, но и укрепилось. Коалиция за три года не рассыпалась, а, наоборот, стала сплоченнее - именно потому, что каждый ее участник прекрасно понимает: конец коалиции означает конец персональной политической жизни для очень многих депутатов. Государственной комиссии по расследованию до сих пор нет. Вместо расследования - три года разговоров про то, какая комиссия "правильная", а какая нет, идет делегитимация председателя Верховного суда, юрсоветницы и вообще всех судейских. Депутатов, позволивших себе усомниться в линии коалиции, снимали с постов. И на этом фоне - риторика "победы", которая звучит из уст тех же людей, что три года назад проспали 7 октября.