Будь сложнее

Читаю «Беседы о мышлении» Мамардашвили

Один из главных пунктов его философии — невозможность для нас, человеческих существ, испытывать, производить и воспроизводить чистые состояния — любви, веры, мысли, достоинства, правды, законности — самостоятельно, без специальных надстроек, механизмов в смысле технэ.
И эти механизмы в себе способны создавать только мы сами. Создавать, чтобы испытывать. Понимать, чтобы проживать.

Так, он приводит в пример Декарта, который утверждал, что любовь отличается от желания тем, что желание самоудовлетворяется и самоисчерпыватся в своём исполнении. Повторное испытание желания зависит не от нашей воли, а от степени насыщаемости наших органов чувств, или степени их пресыщаемости, то есть зависит от природных процессов. Желание может повториться только природным путём, а, следовательно, может и не повториться.

Внутри самого явления, называемого словом «любовь», в самом составе явления воспроизводится причина, по которой это явление должно случаться, то есть там оживляется причина самого состояния независимо от того, каковы природные процессы.

То есть любовь — это явление, которое является основанием само для себя, исходит не из опыта или нашей чувственности, но из себя.

То же и с законами — они существуют ради самих себя, и могут быть устанавливаемы только законными путями.

Но что это за механизмы, позволяющие нам чувствовать и быть?

Рене Шар так определял поэзию: поэма — это любовь к реализованному желанию, оставшемуся желанием, то есть воспроизводящим себя в качестве желания, что природным образом невозможно.

Рене Шар определяет не любовь, не желание, он определяет поэму, то есть поэзию. А поэма — это искусный продукт человеческих рук, это продукт труда, а не природы. И оказывается, что поэма — не выражение наших чувств.

Рильке предупреждал, что стихи никакие не чувства. Конечно, стихи не чувства, стихи — органы производства чувств.

И тогда получается интересное: для того, чтобы испытывать то, что делает нас человеческими существами, то не-природное и над-природное, то, что позволяет нам чувствовать и быть историческими существами, нам необходимы медиаторы, продукты человеческого труда (искусство), через которые мы соединяемся с бытием и пребываем в нём. И только тогда могут быть истина, справедливость, любовь и честь.

И тут самое интересное, почему я и пишу этот пост.
Я вчера задумался о словосочетании «произведение искусства». Следуя логике языка, получается, что условная картина, статуя или симфония — это произведение, то есть результат искусства, но не само искусство.
Произведение искусства не есть искусство, это порождение исксства, то, что получено с помощью искусства.
Произведение искусства есть и воспроизведение искусства. То есть вечно живой и вечно актуальный процесс.
А искусство по гречески будет… технэ! То есть технология, способ, инструмент.

Искусство — инструмент, посредством которого мы открываем в себе человеческое и становимся людьми.

Раунд!

1.14K viewsedited 13:32