День 213. Урбанистика и мои оградки

Сегодня побывал на лекции урбаниста Ерканата Заитова «Почему важно вовлекать жителей в процессы развития города». Алматинские урбанисты могут собою гордиться – им удалось реализовать много приличных проектов. В лучшие годы их даже позвали в команду акима (главы города).

Ерканат объяснял, зачем нужно развивать наши города. Самый лёгкий пример: чтобы было меньше пробок, можно не возить ребенка в далёкую престижную школу. Но тогда ближайшая школа должна быть хорошая. Тогда урбанистика не только может избавлять от пробок, но ещё и начинать процессы развития системы образования. В идеальном мире.

В реальном мире Алматы стоит в пробках. Но при этом здесь заметна транспортная реформа. Если в Петербурге я 20 минут мог ждать автобус, то здесь – максимум 5 минут. В Алматы много пешеходных улиц, бульваров, обширная сеть велодорожек.

Слушал я Ерканата и немного завидовал. Мы ведь в Петербурге с коллегами из центра гуманистической урбанистики Европейского университета @centerup несколько лет пытались тратить бюджет города на проекты жителей. Многое получилось, многое не удалось. Со временем всё сложнее было объяснять чиновникам необходимость нововведений. Помню, как Варвара долго и упорно объясняла даме из администрации Невского района, какую пользу может принести велопарковка у станции метро. Проект «Твой бюджет», к счастью, продолжается. Не знаю только, в каком виде.

В том проекте мне удалось выбить из городского бюджета 3 миллиона на оградки для газонов Большого проспекта Васильевского острова. Чтобы машины не парковались на бульваре. Сколько мне тогда прилетело «добрых» слов от любителей оставлять свои машины на траве… Давно я не гулял по любимому проспекту. Надеюсь, оградки ещё стоят.

День 215. Мир, труд, мамыр

1 мая у нас выходной, отмечается день единства народа Казахстана. Я сначала подумал, что это опечатка – «народа» вместо «народов». Но нет, именно народа. Вспоминаем почти позабытое «россияне».

Сходил сегодня на две городские площади. Люди гуляют в национальных костюмах, рестораны торгуют пловом и самсой. Казахи фотографируются с поляками. В Казахстане много этносов.

Раньше 1 мая моя мама гуляла по этим алматинским улицам с лозунгами о мире и труде. Есть в домашнем альбоме такие кадры. Мама там с шариками стоит, молодая, счастливая.
Вчера ел уйгурский лагман. В столовке сидели казахи, русские, немцы и китайцы. Единство вокруг лагмана.

Пополняю словарный запас. Май на казахском – мамыр.

День 217

1 мая 2024 года в России отметят 100 лет со дня рождения Виктора Астафьева. Его книги в моей домашней библиотеке появились только пару лет назад. Каждый раз было ощущение, что я читаю слишком поздно. Оказывается, писатель всё объяснил, а я без него пытался со студентами обсудить 9 мая, Великую отечественную. Надо было всего лишь прочитать тех, кто был на той войне. Не прочитали. Не дочитали. Не перечитали.

Только в прошлом году я удосужился осилить небольшую повесть «Весёлый солдат». Астафьев – настоящий, честный, грубый, мудрый. Солдат, всё понявший и сказавший про войну. Я читал и удивлялся – те же грабли, та же неустроенность и несправедливость. «Вонь-то и срам постыдства войны укрыли советской благостной иконкой».

В 2017-м я был в его доме в селе Овсянки. Там его письменный стол. Висит фотография: президент возлагает цветы на могилу писателя. Тот же президент недавно подписал указ «О праздновании 100-летия со дня рождения В. П. Астафьева». Но как же мы теперь отметим этот юбилей? Ведь вся его антивоенная проза теперь нарушает новые законы. Не знаю, как чиновники собираются исполнять указ, но мы с вами можем прочесть книги Астафьева, понять их. Так будет легче пережить эти времена и начать новую жизнь.

Я буду собирать все свои рекомендации по #книга_в_рюкзаке… А что сейчас читаете Вы?

День 219

Я был уверен, что буду скучать по Петербургу. Но пока сижу и удивляюсь – почему не скучаю. Возможно, мало времени прошло.

Накрывает только, когда всплывают образы города. То в сериале «Редакции» об эмиграции торчит колокольня Петропавловского собора, то она же блестит на солнце в сериале Набутова «История одного выстрела». Я часто гулял по Дворцовой набережной и удивлялся, как удалось создать такую лёгкую и воздушную колокольню. После возвращения из путешествий Петербург всегда смотрелся иначе и глубже – после любых европейских и азиатских городов он доказывал своё первенство. Но то были возвращения через неделю отсутствия.

А теперь, на 219-й день, я смотрю на город совсем издалека. И когда на экране всплывает Нева или Университетская набережная – дух захватывает – неужели я жил среди той красоты. Неужели я вернусь? Снова перейду через Благовещенский мост и сверну на набережную Шмидта. Что тогда я испытаю? И будет ли это? Я очень надеюсь, что будет. Но не знаю, когда.

День 221. Про ширму

Сходил на две лекции – про казахское советское кино и живопись. Вождь объявил, что жить стало лучше и веселее – и понеслось. Бравурные портреты рабочих и колхозников, солнечные фильмы. Везде – праздник, застолье, улыбки. А в это время казахский народ умирает от голода, казахских писателей репрессируют.

Власть пыталась создать миф о прекрасной стране. И у них не получилось. Миф развалился, хотя некоторые до сих пор путают молодость с государством. Все усилия советской пропаганды оказались напрасными. Теперь в Казахстане объясняют, каким нелепыми были те фильмы и портреты. Весь этот соцреализм выглядит беспомощным.

В 1937 году Абылхан Кастеев рисует «Колхозный той» (той – праздник). Большой казахский художник в этом жанре как минимум наивен. Зато как он умеет показать горы…

Пропаганда всегда приукрашивает. И даже если на какое-то время ей удаётся поставить ширму, то обязательно позже найдутся те, кто вышвырнет эту ширму и объяснит, как было на самом деле.

#колониальное_прошлое

День 223

В день Победы в русском театре имени Лермонтова в Алматы показывают «Вдовий пароход» по повести И. Грековой и сценарию Павла Лунгина. Жители мирного Казахстана смотрят историю из прошлого, а россияне (мы тоже в зале) смотрят историю про настоящее и будущее.

Авторы рассказывают о том, что ждёт после войны. Безотцовщина. Портрет Сталина переворачивается – на обороте улыбается Гагарин. Пленный не возвращается домой 9 мая, после немецкого лагеря ему надо отсидеть в лагере советском.

В антракте мы со студентами, которые учились на журфаке в Петербурге, обсуждаем новости с современных фронтов. А потом идём смотреть второй акт.

Хорошо, что театр для 9 мая выбирает такой сюжет – о войне надо говорить словами вдов. Герои поют песню «Давно мы дома не были» – в том числе про своих внуков и правнуков, оказавшихся в этот день в Казахстане. Добрые алматинские зрители аплодируют стоя.

#после_войны

День 226

Одни советуют бросать всё в России и начинать новую жизнь. Другие рекомендуют не обрывать все связи. Не хочу обрывать и бросать. Но при этом понимаю, что держаться всеми руками за то, что осталось дома – нельзя. Иначе это будет всегда оглядка, а надо ведь начинать новую жизнь.

До конца июня я преподаю в онлайне в петербургском кампусе Высшей школы экономики. Там у нас с коллегами только началось большое дело. И мне хочется это дело поддерживать, вести свои запланированные курсы, передавать опыт студентам, учиться самому. К счастью, пока это возможно.

Но я понимаю, что это всего лишь онлайн. Сложно преподавать через провода. Параллельно надо искать новые проекты, не зацикливаться на прошлом. Как соблюсти этот баланс? Можно ли будет ввязаться во что-то новое, не бросая старое?

Я никогда не искал работу, она всегда сама меня находила. На прошлой неделе впервые в жизни отправил резюме в одну контору. Через неделю вежливо отказали. Продолжаем разговор.

День 227

Эмиграция – это и про учёбу. Появляется время узнавать новое. Тем более выползают новые (на самом деле старые) темы, в которых надо разбираться.

С 16 мая стану слушателем курса «Историческая память и историческая политика». Историк Виталий Штыбин, автор канала Путевой дневник этнолога, обещает рассказать о механизмах формирования национальной идентичности и пропаганды. Самое время. Виталия знаю лично. Курс платный, но по сумме вполне посильный. Рекомендую. Мне кажется, важно сейчас разобраться, как можно находить «общие темы для мира и сотрудничества между народами и государствами».

Если вы знаете хорошие курсы – буду признателен за рекомендации в комментариях.

День 331

Эмиграция меня лишила походов в любимый театр. 16 лет я почти каждый месяц покупал билет в Малый драматический театр Льва Додина. 6 мая МДТ был закрыт Роспотребнадзором.

В эмиграции сложно избавляться от привычек. Теперь при появлении новых афиш я одёргиваю себя – не надо спешить выкупать два места в первом ряду. Весть о закрытии театра – тяжёлая. Ведь в Петербурге живут актёры и зрители, которым именно сейчас нужен театр. Как место, в котором объясняют ценность каждой человеческой жизни.

Начальники припугнули, намекнули и сегодня разрешили театру жить. Даже вдалеке от Петербурга приятно знать, что там, дома, нужный многим театр продолжает своё дело. У всех, кто в России, есть возможность в июне побывать на спектаклях «Враг народа», «Повелитель мух», «Будь здоров, школяр»… А мы, уехавшие, посмотрим спектакли в записи. Позавидуем тем, кто может купить билет в первый ряд. И будем мечтать вновь увидеть финал любимого «Дяди Вани».

День 232. Про валюту

В эмиграции становишься бухгалтером. Или валютчиком. За эти 232 дня я тратил и снимал кыргызские сомы, вьетнамские донги, таиландские баты, малайзийские ринггиты, казахстанские тенге, само собой рубли и доллары. Прямо строчка из дневника валютного мошенника.

Во Вьетнаме – все миллионеры. Если у вас есть 3500 рублей – у вас уже один миллион донгов. То есть этот букет – на самом деле не такой уж и шикарный.

Я приучился считать разницу в валютах. Сегодня рубль упал – лучше не снимать донги. Завтра единственный во Вьетнаме вьетнамо-российский банк, в котором можно снимать донги с рублевой карты – не работает. Послезавтра рубль вырос. Подушка безопасности становится тоньше просто из-за скачков валют. А рубль скачет.

Зарплату получаю в рублях. И это не выгодно. Держать запасы в рублях – себе дороже. Иду сегодня по проспекту – вижу обменник. Но я же не первый день в эмиграции. Поворачиваю за угол – там в обменнике выгоднее.

День 233. Закрыли

Начинаю новый день с российских новостей. Вдруг что-то хорошее? Или опять кого-нибудь закрыли? Да, закрыли. Greenpeace.

С этими ребятам я однажды плавал на резиновой лодке по петербургской речке Охта. Активисты показывали журналистам, какая гадость течёт с заводских труб в реку. И были времена, когда мы писали об этом в газетах, не спрашивая ни у кого разрешения. В архив.

Сегодня читаю диплом про коммуникации в Greenpeace. Диплом ещё не защищён. И природу некому защищать. Кому теперь пригодятся коммуникативные стратегии нежелательной организации. В текстах нашего времени всё больше появляется звёздочек. Эта соцсеть заблокирована, этот источник – иноагент. Документы эпохи.

Вместо «создам, разовью, улучшу» выбираются словечки щедринского Брудастого: «Не потерплю!» и «Разорю!». Сколько же нам ждать, когда закончится это отступление в прошлое? Я не знаю, где легче этого ждать – в России или в эмиграции. Или не надо ждать?

#эмигранты