Нельзя просто так приехать в Успенский район и не побывать в гостях у замечательных организатора генеалогических фестивалей Евгения Хворостянова и исторического главы станицы Убеженской Сергей Гайдук))
Осмотрели живописные окресности, поругали черных копателей, взглянули на поле, бывшее некогда историческим центром станицы, с руинами церкви, старинных торговых лавок и доходных домов, добитых в 1970-90-х годах.
И самое сочное в местной администрации. Начиная от визуального музея старинных фотографий дореволюционных жителей станицы, заканчивая многочисленными экспонатами передвижного музея с огромными распечатками этих фотографий, уникальных экспонатов.
Осмотрели живописные окресности, поругали черных копателей, взглянули на поле, бывшее некогда историческим центром станицы, с руинами церкви, старинных торговых лавок и доходных домов, добитых в 1970-90-х годах.
И самое сочное в местной администрации. Начиная от визуального музея старинных фотографий дореволюционных жителей станицы, заканчивая многочисленными экспонатами передвижного музея с огромными распечатками этих фотографий, уникальных экспонатов.
Теперь эти фото будут отражены в больших монументах в парке около администрации, который будет построен по федеральной нац программе. Там же будет память о погибших в ВОВ и ветеранах, о жертвах Гражданской войны с обеих сторон. В окружении этих элементов живой истории. На подходе и генеалогические древа первопоселенцев при поддержке участников Генэкспо ЮГ, который прошлым летом проходил в этой станице.
Всё это благодаря людям идеи, которые настоящее прошлое удачно вклеивают в будущее без лозунгов. Людей - социальных коннекторов, на которых только и держится здоровая часть общества. Жаль, что их мало, но они от этого только ценее.
Будете в Успенском районе - заежайте в гости в станицу Убежинскую, не пожалеете!
Всё это благодаря людям идеи, которые настоящее прошлое удачно вклеивают в будущее без лозунгов. Людей - социальных коннекторов, на которых только и держится здоровая часть общества. Жаль, что их мало, но они от этого только ценее.
Будете в Успенском районе - заежайте в гости в станицу Убежинскую, не пожалеете!
👍3🤩1
Что меня всегда удивляло на старых черкесских кладбищах Адыгеи - умиротворенность и разрыв ощущения времени. Идёшь себе по полю, травы по пояс, проводишь рукой по ней, как в финале фильма Гладиатор. Какое-то невыразимое спокойствие, умиротворенность и вечность времени чувствуется. И ты в нем тонешь, в этом безвременье, где даже новые захоронения никак не влияют на это восприятие. Они кучкуются по краям и углам, у забора, как будто стесняясь потревожить древнюю сердцевину этого места памяти.
Особую ноту таким ощущениям добавляет 1 или 2 старинных дерева, как правило дуба, которые высятся в какой-либо части такого кладбища. Деревья нависаеют громадиной над полем и кажется, как в сказке про кота ученого, можно сесть под дубом тем и слушать мудрость в звуках природы. Забавно, что если в этот момент кто-то заговорит на черкесском языке, можно сразу и не понять, то ли ветер шелестит листвой, то ли птицы кричат. В языке много таких природных звуков-подражаний, о которых его современные носители чаще всего не задумываются.
Дальше просыпается ученый, который видит на кладбище аула Джерокай, в густой траве за дубом, одинокое каменное надгробие, испещренное арабской вязью. Внимательно осматривает он эти искусанные непогодой буквы, пронесшие сквозь века имя и молитвы человека, ушедшего в мир иной из такого же далекого для нас сегодняшних мира.
Тут же попадаются на глаза старые, но не слишком, надгробия, ближе к современным. Кладезь ценной информации открывают они наметанному глазу. Вот здесь группой памятники рода Тюльпаровых, которые убыхские выходцы из Головинки на Черноморском побережье, рядом Калашаовы, у которых тоже своя убыхская легенда в роду.
Учёный видит и различия в словах, которые отделяют мужские и женские надгробия так, что в непонятных на русский слух старых адыгских именах, получается четко выделить гендер.
Вот такие они, адыгские кладбища, как источники памяти, её хранители и места, где ощущается спокойствие вечности жизни.
Особую ноту таким ощущениям добавляет 1 или 2 старинных дерева, как правило дуба, которые высятся в какой-либо части такого кладбища. Деревья нависаеют громадиной над полем и кажется, как в сказке про кота ученого, можно сесть под дубом тем и слушать мудрость в звуках природы. Забавно, что если в этот момент кто-то заговорит на черкесском языке, можно сразу и не понять, то ли ветер шелестит листвой, то ли птицы кричат. В языке много таких природных звуков-подражаний, о которых его современные носители чаще всего не задумываются.
Дальше просыпается ученый, который видит на кладбище аула Джерокай, в густой траве за дубом, одинокое каменное надгробие, испещренное арабской вязью. Внимательно осматривает он эти искусанные непогодой буквы, пронесшие сквозь века имя и молитвы человека, ушедшего в мир иной из такого же далекого для нас сегодняшних мира.
Тут же попадаются на глаза старые, но не слишком, надгробия, ближе к современным. Кладезь ценной информации открывают они наметанному глазу. Вот здесь группой памятники рода Тюльпаровых, которые убыхские выходцы из Головинки на Черноморском побережье, рядом Калашаовы, у которых тоже своя убыхская легенда в роду.
Учёный видит и различия в словах, которые отделяют мужские и женские надгробия так, что в непонятных на русский слух старых адыгских именах, получается четко выделить гендер.
Вот такие они, адыгские кладбища, как источники памяти, её хранители и места, где ощущается спокойствие вечности жизни.
👍7👏3🥰1