Девушка была приятно удивленна. Сразу после этих слов, дыхание сбилось и сердцебиение ускорилось в несколько раз. Черноволосая и правда скучала за Сказителем, его работа отнимала слишком много времени, да и сама она нашла занятие, в следствии чего, они толком не могли нормально провести время. Её безумно радовало то, что именно он сам проявил инициативу. Недолго думая, девушка обняла руками тело парня, положив свою голову ему на плечо. Она до сих пор не была уверенна в своих действиях, но когда почувствовала чужие руки на своей талии - сразу успокоилась. В таком положении она с легкостью могла вдохнуть приятный аромат парня.
- Это самый лучший подарок за последнее время, спасибо вам, господин, - тихо произнесла черноволосая.
Эти драгоценные минуты давали ей силы двигаться дальше. Прикрыв глаза, девушка поймала себя на мысли: «Никогда бы не подумала, что смогу найти покой и тепло в этих объятьях».

Пиздуй спать.
У тебя сегодня был такой изумительный подарок. Наслаждайся воспоминаниями о нём. Я пока спать не буду.
Что нового узнала за сегодня?
Молись мне.
Ночи.

Верблюжьи шапки

Сначала рабам наголо обривали головы, тщательно выскабливали каждую волосинку под корень.
Экзекуторы забивали верблюда и освежовывали его тушу, первым долгом, отделяляя ее наиболее тяжелую, плотную выйную часть, которой хватало на 5-6 шири(верблюжьих шапки)
Поделив на куски, ее тут же в парном виде натягивали на обритые головы пленных. Эти куски словно пластырь облепляли головы рабов. Это и означало надеть шири.
После надевания, шею обреченного заковывали в специальную деревянную колоду, чтобы испытуемый не мог прикоснуться головой к земле. В этом виде их отвозили подальше от людных мест, чтобы никто не услышал их душераздирающие крики, и бросали там в открытом поле, со связанными руками и ногами, на солнцепеке, без воды и без пищи.
Пытка длилась 5 суток. В живых оставались единицы, а остальные погибали не от голода и даже не от жажды, а от невыносимых, нечеловеческих мук, причиняемых усыхающей, сжимающейся на голове сыромятной верблюжьей кожей. Неумолимо сжимаясь под лучами палящего солнца, шири стискивало, сжимало бритую голову раба подобно железному обручу. Уже на вторые сутки начинали прорастать обритые волосы мучеников. Жесткие и прямые азиатские волосы иной раз врастали в сыромятную кожу, в большинстве случаев, не находя выхода, волосы загибались и снова уходили концами в кожу головы, причиняя еще большие страдания. Уже через день человек терял рассудок. Лишь на пятые сутки приходили проверить, выжил ли кто из пленных. Если заставали в живых хотя бы одного из замученных, то считалось, что цель достигнута.
Тот, кто подвергался такой процедуре, либо умирал, не выдержав пытки, либо лишался на всю жизнь памяти, превращался в манкурта — раба, не помнящего своего прошлого.

Красный тюльпан

Казнённого опьяняли опиумом, а затем надрезали кожу возле шеи и сдирали, стаскивая её вниз, до самого пояса, чтобы она болталась вокруг бедер длинными красными лепестками. Если жертва не умирала сразу от кровопотери (а свежевали обычно умело, не задевая крупных сосудов), то через несколько часов, когда кончалось действие наркотика, её ждали болевой шок и поедание насекомыми.

Утра.
На улице такая приятная прохлада, но не забудь перчатки. Ты отморо...
Кхм. Оденься короче нормально.
Как черный экран?

Уставший, но довольный.
В тепле, наконец, и с чаем.
Только приходится переносить бумажную работу уже в кровать, потому что вылазить не хочется.
Нравится мне работать практически. Смотреть, как все выполняют твои поручения быстро и без жалости.

Пиздуй спать.
Я очень сильно устал. Сон должен помочь.
Делай мне массаж, у меня, от лежания, поясница стала болеть.
Что нового узнала за сегодня и вчера?
Молись мне.
Ночи.

Мне осточертел Марбас. Он все время прыгает по мне и ластится. Забери его.
Давно не был в питомнике со своими псами.
Может сходить проведать их, а позже отправиться с ними на охоту.

Утра.
Бежать надо. Сегодня странно из рук все валится. Ненавижу такое состояние тела.
Как черный экран?