14-17-15 2-28-21-12 29-8-30-5-3 10-3-21 23-10-17 32-15, 14-30-19 16-33-24-15, 14-30-19 32-9-25


Иногда наши желания способны уничтожить нас. Ведь мы, как слепые, несёмся за тем, что, на самом деле нам не нужно. Или же нужно?

Пиздуй спать, уже поздно.
Не думаю, что сегодня выйдет у тебя что-то решить. Я слишком гениален для такого скорого решения.
Ты сегодня ела. Что нового узнала за сегодня?
Молись мне.
Ночи.

Утра.
Ты все ещё ломаешь голову, похвально. Но нужно просыпаться ото сна.
Как черный экран?

Пиздуй спать.
Хватит думать слишком много, лучше отдохни.
Ах, да. Ты сегодня должна была есть.
Что нового узнала за сегодня?
Молись мне.
Ночи.

Так ты всё-таки решила. Даже не прошло все время.
Ну что ж.
Ты умница.

Ты получаешь ещё одно желание.
Только вот... Как ты поняла, что надо сделать?

" Да, ты большая умница. "

От телефона тебя оторвал знакомый стук в дверь.
В этот раз дверь открылась не так резко, как обычно. Парень, чье сообщение согревало твоё сердце, плавно вошёл, будто бы вплыл, в комнату.
Ничего не сказав, он подошёл ближе и, смотря своими лиловыми глазами прямо в твои, нежно улыбнулся.
Позволив своим рукам, наконец, дотронуться до тебя, Сказитель завернул тебя в свои грубые объятия.


— Ты хорошо постаралась.

Шепотом произнес он, не желая содрогать тишину.

Утра.
Устал от дня сурка. Давай вносить в свою жизнь изменения. Ты, хотя бы, изменишь свой будильник.
Ты как?

29 августа 1952 года на благотворительном концерте в Вудстоке пианист Дэвид Тюдор впервые исполнил произведение Кейджа «4’33"».

Тюдор вышел на сцену, поставил на рояль ноты и хронометр. А затем он просто сидел, молча и не притрагиваясь к клавишам. Периодически Тюдор вставал и открывал или закрывал крышку рояля, обозначая таким образом начало и конец каждой из трёх частей произведения. Когда время «исполнения» закончилось, пианист покинул сцену. Скептики обвинили Кейджа в трюкачестве и заметили, что любой мог такое сочинить. Да, соглашался Кейдж, но ведь до сих пор никто не сочинил.

Кейдж увлекся Эриком Сати во время своего первого путешествия в Европу, получив ноты из рук Анри Соге, и в 1963 году он решил представить американской публике сочинение Сати «Досада» — простую короткую фортепианную пьесу, сопровождавшуюся инструкцией: «Повторить 840 раз».В шесть часов вечера 9 сентября приятельница Кейджа Виола Фарбер села за рояль и принялась играть «Досаду». В восемь вечера за роялем её сменил другой приятель Кейджа, Роберт Вуд, продолжив с того места, на котором Фарбер остановилась. Всего исполнителей было одиннадцать, они сменяли друг друга каждые два часа. Публика уходила и приходила, обозреватель «Нью-Йорк Таймс» заснул в кресле. Завершилась премьера в 0:40 11 сентября; считается, что это был самый длинный фортепианный концерт в истории музыки.

В 1897 году Альфонс Алле — за пятьдесят пять лет до пьесы «4′33″» — сочинил, «привёл в исполнение» и опубликовал в специальном альбоме издательства Оллендорф «Траурный марш для похорон великого глухого», который, впрочем, не содержал ни одной ноты. Само собой, что партитура этого марша представляла собой пустую страницу нотной бумаги, одолженную Эриком Сати (приятелем Алле) для однократного исполнения.