Кхм.
Ты очень долго выпрашивала и, по моему, даже заслужила мое благословение, своей работой.

Подходи. Я тебя поглажу по голове.
Ну и ладно, чмокну в лоб.

Я видел на тебе разные цвета.
Но не такой темно-зеленый.

— И больше вы мне ничего…не подарите? — девушка надула губки, демонстративно являя негодование. Она всегда делала так, чтобы скрыть истинную досаду, скребшей израненную усталостью душу. Словно ее старания не были оценены по достоинству. «С другой стороны, милая, чего же еще ты ожидала от Сказителя?» — мысли эфемерным потоком стекали вдоль вен, ядовитой кислотой прожигая кожу и оставляя на ней колющие невидимые ожоги.

Но жизнь с Предвестником была бы напрасной, не умей его спутница добиваться своего, верно? Поэтому выражение лица сменилось с надменно-разочарованного на лукавое. Девушка резко развернулась на носочках к Скарамучче, хмурясь.

Птица в клетке билась в конвульсиях. Еще немного — и перья разорвут черепную коробку, а под тяжестью отчаяния миниатюрные крылышки навсегда оборвутся и отлетят в сторону, забытые горем. Больно. Это горько — быть влюбленной в милорда, но еще более невыносимым кажется то, что ему порой словно индифферентно присутствие или отсутствие сожительницы.

Так что пришло время взять инициативу в свои руки. Парня окутал легкий цветочный флер легко переносимых духов, прежде чем их лица оказались в паре миллиметрах друг от друга. Тогда влюблённая осторожно нашла пальцами ледяную ладонь Сказителя, не прекращая смотреть ему в глаза, и нежно сжала в своей, по прежнему не отводя взгляд.

— Тогда прошу принять еще один, последний подарок от меня, — их губы практически соприкасались во время произнесенной фразы. Как хорошо вовремя воспользоваться маслом сандала, верно? Девушка мягко увлекла Скарамуччу в невинный, доверху наполненный чувствами, поцелуй. Вторая ее рука скользнула на плечо возлюбленного, сжимающая шелковые складки одежды.

Поцелуй был недолгим, но красочным и немного влажным. Сознание вновь померкло в рассеянном облаке свинца, и будто бы наиболее его просветлённая кульминация наступила именно тогда, когда их губы соприкоснулись. После же — пустота, вновь. А еще..неловкий страх. Он будоражил легкие, сбивая дыхание. Подобное волнение было сравнимо разве что с их первым поцелуем, пожалуй. Но перемена в выражении лица Скарамуччи мгновенно возвращает девушку в реальность.

— Это..это вам. Доброй ночи, милорд, — поспешив откланяться, она сделала короткий реверанс и поспешила к выходу.

Утра.
Сегодня решат, кто поедет выступать дипломатом на другой континент.
Я не хочу ехать, но Царица считает меня одним из самых лучших кандидатов для этого.
Как твое состояние?
Хочу позавтракать с тобой.

Утра.
Социум так и манит принести кому-то боль. Меня успеют заебать своей безответственностью идиоты, что считают позволительным себе опаздывать или вообще не приходить.
Совещание блять есть совещание. Рыжий имбицил.
Ты что там?

Утра.
Сегодня с утра уже начинают заебывать. Какого хрена я единственный, кто что-то блять делает.
Бесят идиоты.
Как самочувствие?

День назначен.
Эта суббота.

Поездка будет недолгой, но ужасно неприятной по крайней мере, для меня.