Алексей Щербаков посвятил своей любимой проникновенные строки по случаю их годовщины свадьбы.

Где-то в глубине черепной коробки вьются сотни воспоминаний, словно диафильмы — мгновения растягиваются, ярко вспыхивая одно за другим. И кажется, сил уже не осталось: нет больше терпения выносить боль, раздражать людей, злиться на толпы в центре, на дождливое небо, на переполненное метро.

Но едва ли не единственное, что иногда хочется — это поймать своё отражение в зеркале заднего вида. Не столько злиться на себя за слабость, а скорей за нелепые, давно отжившие свои мысли. Я словно застрял на этом звуковом треке, заполненном песнями, а дальше — только скольжение вниз по наклонной.

Так странно теперь встречать взгляд тех, кто раньше смотрел с нежностью и любовью. Вокруг мелькают прохожие, машины, издалека доносится шум метро — и они постепенно растворяются, будто выцветают вместе с последними слоями краски.

Моя вера не позволяет мне причинять боль людям, ранить их словами или разбивать им сердце.

Вот почему, сталкиваясь с обидой с чьей-то стороны, я напоминала себе: проявляй терпимость к их словам и уходи достойно. Пусть их поступки причиняют сердцу страдания, но если твой Иман становится крепче — это величайшая награда.

Говорят, мечты склонны воплощаться в реальность.
Для меня самое главное — просто быть с тобой рядом, в этом кроется великая сила.
Я не привык раздавать клятвы,
но если останусь в этом мире,
пойду за тобой,
куда бы ты ни пожелала.

— сейчас всё, что я хочу забыть, в одно время делало меня безмерно счастливым.

Не стоит бояться. Замысел Господа невозможно отменить — не способны помешать ему ни человеческие желания, ни тревоги, ни чужие уловки, ни даже мысли или скрытые силы. Каждому событию отведено своё время, каждое испытание когда-то заканчивается, а любое чудо случается в тот миг, что ему предназначен.

Всё происходит ровно тогда, когда должно, и не бывает ни случайных задержек, ни преждевременных встреч.

JK

— теперь всё то, что мне хотелось бы вычеркнуть из памяти, когда-то приносило мне настоящую радость.

Возможно, ты произносишь имя этого человека в каждой своей молитве, ни разу не открыв этому правду, а затем наблюдаешь со стороны, как постепенно исполняется то, о чем так тихо просил.

Возможно, однажды все утихнет
и сотрётся из памяти.

В словах писем и открытках
останется холод.

Однажды, возможно, правда завершится,
но взгляд твоих космических глаз
я сохраню внутри себя навеки.

Кто-то получил долгожданную работу после двух ракаатов. Кому-то удалось создать семью благодаря двум ракаатам. Кто-то спасся от серьезных бед, совершив два ракаата. Настоящая мощь Дуа и тахаджуд намаза действительно огромна и ощущается по-настоящему.

Никогда не давай место сомнениям.
Порой всего одна молитва, произнесенная от чистого сердца, способна перевернуть всю твою жизнь, ведь для Аллаха нет ничего недостижимого.

Честно говоря, мне по-настоящему нравилась лишь ты — ты была моим эталоном и ориентиром. Во всех женщинах, что были рядом, я всегда замечал твои черты, именно это помогало мне мириться с окружающим миром.

⠀

мне этой ночью так светло и нежно приснилось:
ты стоишь одна на пороге дома
и ладонью прикрываешь лицо от рассвета,
а румянец зари отражается на коже твоей.

лучи света мягко падали на твое платье, не задерживаясь,
тень ложилась у ног, скользя по порогу,
а в саду каждый лист, сияя,
улыбался тебе, будто маленькое божество.

ты смотрела, мое призрачное видение,
в глубину голубых аллей,
и зыбкое отражение листвы
дрожало там, у тебя на шее.

я совсем не понимаю, к чему все это,
почему проснулся с глазами, полными слез...
чья-то душа то плачет, то смеется внутри,
и ты по-прежнему стоишь в свете на пороге.

Я набрал её номер спустя долгих пять лет. Удивительно, но она так и не сменила его, словно ждала моего звонка. Как только услышал её голос, дрожь пронзила меня насквозь. Она звучала искренне радостно, а где-то на фоне доносился детский смех. После её простого «Алло» я совсем потерял дар речи. Слова словно застревали, и я не знал, чем продолжить разговор. Внутри меня бушевали смешанные чувства — я был счастлив за неё, но сердце как будто разрывалось. Я вспомнил, как однажды, пять лет назад, она обещала любить меня вечно. Я тогда лишь смеялся и говорил:
«Ты ещё обязательно найдёшь своё счастье».
Хотя и понимал в глубине души, что она говорит правду. Но я всё равно ушёл тогда. И вот после её второго «Алло», я просто сбросил звонок.
Телефон я держал так крепко, будто он был последней моей опорой.
Вскоре пришло сообщение. Она писала: «Привет! Я ждала, когда ты позвонишь. Очень хотела услышать твой голос. Но ты опять испугался, как и тогда. Теперь могу спокойно выключить этот телефон. Я знаю, зачем ты звонил. Хотел

С каждым апрелем появляется ощущение, что стоит потерпеть чуть-чуть — и всё, наконец, наладится.

— макс фрай, «кофейная книга».
⠀

я свяжу твои родинки в любимые мной созвездия и дам каждому имя — вечности, к которым я привязан.

Я много раз прокручивал в голове эту утрату не только для того, чтобы заранее подготовиться к боли, принимая ее понемногу, но и словно по наитию — как склонные к суевериям люди, чтобы проверить: хватит ли у меня сил выдержать самый страшный удар, не перекладывая все на волю случая. Подобно солдатам, обученным сражаться в кромешной ночи, я привык жить во тьме, чтобы, если настоящая темнота однажды действительно обрушится на меня, она не ослепила меня окончательно. Я репетировал эту боль вновь и вновь, словно пытаясь притупить ее силой постепенных доз. Почти как лечение по принципу гомеопатии.

Андрэ Асиман

Я люблю тебя. Нет, не так, как часто шутят: "Давай устроим вечеринку в белье", или как это обычно делают взрослые, захваченные страстью. Я люблю тебя как человека, без которого просто невозможно существовать.

Вскрой мою грудь и загляни внутрь — там все пылает пожаром.
Ещё чуть-чуть, и станет безвозвратно поздно: завтра, через час, в следующее мгновение уже не подняться.
Если ключи не отпирают дверь — вломись в нее всем телом.
Мама, мы больны до самой глубины души.
Мама, я чувствую: мы действительно утратили рассудок.

Нужно быть сильным,
нужно научиться произносить твёрдо:
«Не трогайте меня, держитесь подальше!»
Ты обязан быть сильным —
иначе для чего вообще жить?

Поэзия — это глоток надежды,
Она питает всё, что глубоко в нас,
Её слова — словно тонкая накидка,
Примерь их на свои мечты сейчас.

Это рубаха, разодранная в клочья,
Или, быть может, царское атласное шитьё,
Слова, способные по силе спорить с эликсиром,
Они либо исцелят, либо добьют горячо.

Поэзия — откровение веры,
Вечность, заключённая в человеческой душе,
Она рушит преграды в сознании,
Оставляя в разуме покой и светлая тишина.

Тебе посвящаю всё до последнего вдоха,
Ты — одна, единственная, навсегда моя,
Я буду жить и сгорать в этом пламени,
Пока длится моя земная судьба.