любимый аромат — Icon
оттенок одержимой боли в душе.
морфин переплетается с крепким спиртным —
я уже и голос твой предать памяти не в силах.

на небе трёхцветный флаг,
а я не примыкаю — ни к кому и ни к чему.
прости, что я не тот,
кто способен без слов метко попасть прямо в сердце

выдранная страница — как промерзший отрывок жизни,
я стучал по стенам без устали, но так и остался невредим
мне не хватает выдержки не казаться опустошённым
я мечтал лишь о настоящем чувстве, но любил лишь по пятницам

под красным светом иду, уставившись в бесконечность
мне по большому счету всё равно — пускай сама расставит судьба
печальные строки и горькие повороты
жаль, что себя невозможно победить

Жизнь без тебя кажется невероятно пустой и унылой.

Ты снова чувствуешь эту боль — в который уже раз, и точно не в последний. Остановись, попробуй заняться делом, отвлечься трудом, и только тогда поймёшь: нет муки хуже, чем быть пленником своих же страданий.

Нет ничего хуже, чем выставлять свою боль напоказ — запрети себе это самым строгим образом. Ведь не впервые и не в последний раз жизнь ставит тебя на колени... Так зачем же ты продолжаешь страдать?

В теле человека — девяносто процентов воды,
как будто у Паганини — девяносто процентов любви.
Даже если вдруг оказываешься сломленным безразличной толпой,
в человеческой сути по-прежнему девяносто процентов добра.
В каждом из нас девяносто процентов музыки — и пусть она иногда звучит бедой,
но сквозь любой внутренний хаос
во мне — девяносто процентов тебя.

андрей вознесенский.

тебя вспоминаю почти неслышно, будто боясь разрушить тишину.

без ярких слов, без затейливых кружев фраз.

про тебя — только по-честному, без громких признаний, без масок.

честно, по-настоящему.

каждая минута моего молчания будто копит сотни мыслей,

и все эти слова — они лишь твои.

нежность.
этого чувства постоянно стесняются.
ее аккуратно укладывают в укромный боковой карман.
а затем достают только наедине с собой, под покровом вечера.

любовь есть? или нет? я скручиваю руки,
рассыпаю пальцы по кусочкам, будто гадаю,
так, как в мае наугад рвут лепестки
случайных ромашек у дороги.

Всё, что было предрешено — уже произошло.
От всего остального меня уберёг Всевышний.

я превращу твои родинки в самые дорогие мне созвездия и каждое назову вечностью, что храню в своем сердце.

— все, что действительно создано для тебя, обязательно тебя отыщет

В коридорах домов осталась лишь гарь и пронзительный запах гари
(я одинок)
твои слова обращаются в глухое эхо, тяжелое,
чуждое мне и такое пустое

поцелуи на губах словно покрылись ржавчиной
(не смотри сюда)
мы взрослеем, но от этого не становимся менее уязвимыми

тишина осторожно ложится ладонью
(на каждый трудный вдох, на выбор уйти)
я пытаюсь говорить,
а ты — слезой беззвучно появляешься на моем глазу

только ты умеешь обуздать моих внутренних демонов,
даже не осознавая, как легко можешь ранить и заставить меня терять силы,
в тебе столько страха и боли — хватило бы на тысячу Хиросим,
только у тебя есть сила уничтожить меня
и вновь дать мне жизнь.

Твоей жизнью распоряжается Тот, в чьей власти находятся все семь небес и земля с их обитателями. Почему же ты полон тревог и уныния, о служащий Всемогущему?

и только там ты наконец почувствуешь себя в безопасности...