Весна – самое время обновить вишлист и добавить в список желаний драгоценный камень. Вот несколько вариантов из нашей коллекции:

Красный гранат 4.29 кт, 42 000 р
Танзанит сердце 5.31 кт, 410 000 р
Крупный аметист 13.88 кт, 72 000 р

Турмалин Параиба 5.77 кт, 792 000 р
Жёлтый сапфир 4.12 кт ✈️
Шпинель Махенге 2.16 кт✈️

Серая шпинель 2.69 кт, 80 000 р
Демантоиды Урала до 1 кт, до 55 000 р
Бирюзовый турмалин 2 кт, 110 000 р

✍️напишите @hellogemnius, чтобы договориться о встрече в нашем офисе и выбрать камень и заказать украшение

Mente et malleo, умом и молотком!

Таков девиз геологов во всём мире с 1878 года. Приняли его на Международном конгрессе в Париже, собравшем специалистов в области науки о Земле. Метафора о совмещении прикладного и аналитического подхода – умения работать в полях и способности изучать информацию в лаборатории.

Мы отмечаем праздник на Гемме, крупнейшей минералогической московской выставке. Здесь и коллекционные кристаллы, и резьба по камню, и немного огранённых камней, но больше – профессионалов и ценителей огромного мира минералов.

Всех причастных поздравляем с днём геолога!

В день геолога хочу рассказать о человеке, с которого больше 30 лет назад началась история нашей компании. Это мой отец, Виктор Дмитриевич Бегизов.

В советское время он работал учёным-минералогом, был одним из лучших в своей области, открыл больше 10 новых минералов платиновой группы, побывал в экспедициях от Памира до Заполярья. А в начале 90-х начал заниматься драгоценными камнями и объездил уже весь мир – Бразилия, Мадагаскар, Шри-Ланка. Наукой он продолжил заниматься до конца жизни, но уже как хобби.

До перестройки он сам делал ювелирные украшения из серебра и благодаря этому был погружен в тему драгоценных камней значительно больше, чем средний геолог с другой специализацией. Но в Советском Союзе геммология была изолирована от мирового рынка: никто не держал в руках в ювелирном качестве турмалинов кроме Малхана, оранжевого граната спессартина, цветных сапфиров.

Так что с присущей ему основательностью и научным подходом отец разобрался в новом мире драгоценных камней досконально и годы спустя передал мне впечатляющий объём личного опыта и знаний. Правда, в собственных предпочтениях он склонялся к природной красоте поделочных камней, пейзажных агатов и яшм, и причудливых включений в кварцах и топазах.

Например, красивейший и самый популярный в наши дни камень в сине-фиолетовой гамме – танзанит – он так и не принял как драгоценный: «цоизит – это же породообразующий минерал мягче кварца»!

Неудивительно, что и я с раннего детства был окружён кристаллами и огранёнными камнями (и, признаюсь, частенько предпочитал их обычным игрушкам), а позже отец научил меня самостоятельно собирать образцы. Из детских окологеологических впечатлений сильнее первой поездки на карьер за окаменелостями была разве что минералогическая выставка в Мюнхене. Мне было 10 лет, и трёхметровые аметистовые жеоды, трилобиты, всевозможные кристаллы и, конечно, огранённые камни, произвели сильное впечатление, под которым я нахожусь по сей день.