Первая встреча с персидскими сокровищами.
В Иране у нас две цели – знаменитая на весь мир бирюза из Нишапура («фирюза» на фарси) и зелёный гранат демантоид (да, его добывают не только у нас на Урале, но именно уральский – мировой эталон). «Черепашка» на последнем видео – местный халцедон редкого цвета (поделочный камень, разновидность агата), от которого любители кабошонов в полном восторге.
В Иране у нас две цели – знаменитая на весь мир бирюза из Нишапура («фирюза» на фарси) и зелёный гранат демантоид (да, его добывают не только у нас на Урале, но именно уральский – мировой эталон). «Черепашка» на последнем видео – местный халцедон редкого цвета (поделочный камень, разновидность агата), от которого любители кабошонов в полном восторге.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Так звучит Тегеран.
Если у вас есть вопросы о местных порядках, быте, устройстве общества, пишите в личные сообщения каналу (значок 💬 слева внизу), и мы подробно ответим в следующих постах.
Если у вас есть вопросы о местных порядках, быте, устройстве общества, пишите в личные сообщения каналу (значок 💬 слева внизу), и мы подробно ответим в следующих постах.
Тончайшая работа по персидской бирюзе. Большинство сюжетов посвящено «царю царей», Дарию Великому, при котором империя набрала максимум могущества.
На первых двух – «хумай», по-нашему – Гамаюн, птица счастья, здесь – с головой правителя. Такие скульптуры есть в древнем Персеполе, «городе персов», построенном Дарием.
В среднем ряду образ солдата, орёл и снова Дарий – из самой чистой, в том числе, по цвету, нишапурской бирюзы.
Нижний ряд – царская печать и Дарий, побеждающий демона. Бирюзовые «спички» на последнем фото – крошечные кусочки бирюзы, наклеенные на оправки для шлифовки.
Нужен и навык, и терпение, и самообладание, чтобы обрабатывать природную необлагороженную бирюзу с прожилками – они легко крошатся. Художник, с которым мы познакомились в Тегеране, – человек молодой, и он совершенствует мастерство уже больше 15 лет.
На первых двух – «хумай», по-нашему – Гамаюн, птица счастья, здесь – с головой правителя. Такие скульптуры есть в древнем Персеполе, «городе персов», построенном Дарием.
В среднем ряду образ солдата, орёл и снова Дарий – из самой чистой, в том числе, по цвету, нишапурской бирюзы.
Нижний ряд – царская печать и Дарий, побеждающий демона. Бирюзовые «спички» на последнем фото – крошечные кусочки бирюзы, наклеенные на оправки для шлифовки.
Нужен и навык, и терпение, и самообладание, чтобы обрабатывать природную необлагороженную бирюзу с прожилками – они легко крошатся. Художник, с которым мы познакомились в Тегеране, – человек молодой, и он совершенствует мастерство уже больше 15 лет.
Хождение за три моря, как и Афанасия Никитина, привело нас в Исфахан. Из иранской столицы мы путешествуем на юг к месторождению демантоида.
В древности говорили, что побывать в Исфахане, который в те времена был одним из самых крупных городов, – значит увидеть половину мира.
Исфахан сразу запал нам в душу: здесь всё пропитано историей. Всё началось с гостиницы, расположенной в 150-летнем дворце. Затем – площадь Накш-э-Джахан, или «украшение мира», которую пишут ученицы факультета искусств. Выстроенная 500 лет назад, она и по сей день соединяет царский дворец, главную мечеть и огромный базар, – три столпа, на которых традиционно стоят восточные города.
Ремёсла здесь процветают – чеканка – галамзани, ручная штамповка на ткани, фирузе-куби – искусство мозаики и расписная эмаль – минакари. Ковры в Исфахане не ткут, но привозят аутентичные килимы и габбэ из других регионов.
Гуляя по улицам базара, мы вот так запросто познакомились с художниками, получившими премии ЮНЕСКО за выдающееся мастерство. И поделимся впечатлениями в эти выходные.
В древности говорили, что побывать в Исфахане, который в те времена был одним из самых крупных городов, – значит увидеть половину мира.
Исфахан сразу запал нам в душу: здесь всё пропитано историей. Всё началось с гостиницы, расположенной в 150-летнем дворце. Затем – площадь Накш-э-Джахан, или «украшение мира», которую пишут ученицы факультета искусств. Выстроенная 500 лет назад, она и по сей день соединяет царский дворец, главную мечеть и огромный базар, – три столпа, на которых традиционно стоят восточные города.
Ремёсла здесь процветают – чеканка – галамзани, ручная штамповка на ткани, фирузе-куби – искусство мозаики и расписная эмаль – минакари. Ковры в Исфахане не ткут, но привозят аутентичные килимы и габбэ из других регионов.
Гуляя по улицам базара, мы вот так запросто познакомились с художниками, получившими премии ЮНЕСКО за выдающееся мастерство. И поделимся впечатлениями в эти выходные.