Вплоть до конца XIX в. вертеп странствовал по городам и селам, вместе с тем переживая «обмирщение» и превращаясь из кукольной драмы с сюжетом из Священной Истории в светское народное представление. Вертеп стал состоять из двух частей: рождественской мистерии и веселой музыкальной комедии с местным колоритом. Но уже к концу века балаганные сценки, игравшиеся в нижнем этаже, оказались более значимы, чем события «горнего яруса».

"Если хотите в монастырь поступить – женитесь. Вам уже не нужно будет искать духоносного наставника, заглядывать во все дупла в поисках просвещенного Богом старца, не нужно будет ехать на отдаленные острова, где еще остались пещерники – все это воплотится в одном лице – в вашей супруге, ибо все аскетические упражнения, относящиеся к отсечению воли, возьмет на себя ваша Богом данная жена".
Протоиерей Артемий Владимиров

Приглашение Путина

Серафим
Отец Михаил устало опустился на скамью. Воскресная служба снова прошла при полупустом храме. Всего пять прихожан – и те пенсионерки, что ходят сюда по привычке, как в поликлинику.
"Господи, где я ошибся?" – думал священник, глядя на потускневшие иконы. Двадцать лет служения, а люди всё реже приходят к Богу. Может, не так говорит? Не те слова находит?

За окном моросил осенний дождь. Типичный октябрь – серый, промозглый, безрадостный. Как и настроение отца Михаила.

– Эх, батюшка, – вздохнула баба Нина, старейшая прихожанка, протирая подсвечники.
– Молодёжь нынче другая пошла. Им бы в телефонах сидеть, а не молитвы слушать.
– Не в молодёжи дело, Нина Петровна, – покачал головой священник. – Во мне... Не могу достучаться до сердец людских.

Он помнил, каким был этот храм раньше. Люди приходили семьями, приводили детей. На Пасху яблоку негде было упасть. А теперь...

Звук маленьких коготков по каменному полу вывел его из задумчивости. Тощая серая кошка, прихрамывая, тащила в зубах крошечного котёнка. Прямо к алтарю.
– Брысь! – отец Михаил привстал. – Не положено тут...
Кошка замерла, посмотрела на него жёлтыми глазами – будто в душу заглянула – и продолжила свой путь. Положила котёнка у самого алтаря, лизнула его и... упала.
– Господи помилуй... – священник подбежал к животным.

Котёнок был жив, а вот мать... Глубокая рана на боку, кровь на сером меху. "Принесла дитя в последний путь", – понял отец Михаил. И впервые за много лет заплакал.

Баба Нина охала, крестилась, бегала за молоком для котёнка. А отец Михаил сидел рядом с умершей кошкой и думал о том, как эта бессловесная тварь в свой последний час пришла именно сюда. Не в подвал, не в подворотню – к Богу.
– Батюшка, – всхлипывала баба Нина, – может, это знак? Она же... она же как Богородица! Дитя спасла, к храму принесла...
Котёнка назвали Серафимом. Рыжий, озорной – он быстро стал любимцем немногочисленных прихожан. А потом начало происходить что-то удивительное...

Сначала пришли дети. Потом их родители. А потом...
В следующее воскресенье храм был полон. Люди пришли посмотреть на "того самого" котёнка, которого священник приютил. Историю растиражировали в соцсетях, кто-то даже снял видео. "Кошка принесла котёнка в храм" – звучало как начало притчи.

Знаете, что самое удивительное в чудесах? Они имеют свойство множиться...

Первой была Машенька – девочка лет семи, с огромными бантами и россыпью веснушек на носу. Она буквально затащила маму в храм, увидев в телефоне видео с рыжим котёнком.
- Мам, ну пожалуйста! Я только посмотрю! – канючила она всю дорогу.
Лена, её мать, только вздыхала. После развода она как-то отошла от церкви. Да и времени не было – работа, дочь, бесконечные проблемы...
– Пять минут, Маша. Только пять минут!
Но пять минут растянулись на два часа. Пока Машенька играла с Серафимом, Лена слушала проповедь. И плакала. А потом долго говорила с отцом Михаилом – о предательстве, о прощении, о том, как тяжело одной...
Теперь они приходят каждое воскресенье.

Следом пришли подростки - компания скейтбордистов, катавшихся в сквере напротив. Кто-то из них заснял, как Серафим гоняется за голубями, видео стало вирусным.
– Батюшка, а можно мы тут... ну... потусим немного? – спросил их заводила, Димка. – Серафим классный такой!
Отец Михаил разрешил. А через неделю ребята сами предложили помочь с уборкой территории. Потом втянулись в волонтёрство. А там и до воскресной школы дошло...

Была история с бабой Валей – той самой, что кричала на весь двор, что "церковь – это бизнес" и "попы на мерседесах". Она пришла в храм рассорившись с единственной дочерью.
– Выгнала! – рыдала она отцу Михаилу. – Сказала, что достала я её своим брюзжанием...
Серафим тогда весь вечер просидел у неё на коленях, мурлыкал, тёрся о руки. А баба Валя говорила, говорила, говорила...
Теперь она первая помощница в социальной службе храма. И с дочерью помирилась. И внуков в воскресную школу водит.

А потом был Игорь Петрович – успешный бизнесмен, владелец сети магазинов. Он заехал в храм случайно – искал, где припарковаться на время встречи.
– Пять минут, отче, машину только поставлю! – бросил он на ходу.
И застыл, увидев Серафима. Точь-в-точь как его детский кот Рыжик, которого отец выбросил в девяностые – "нечего животину кормить, самим жрать нечего". На всю жизнь засел в памяти тот котенок.
Серафим подошёл, потёрся о дорогие брюки, оставив рыжие шерстинки на чёрной ткани. А у Игоря Петровича... глаза повлажнели. Первый раз, вот так – от одного вида животного.
– Батюшка, – сказал он потом. – А ведь я всё неправильно делал. Всё думал – успех, деньги, статус... А счастья нет. Пусто как-то...
Теперь на его средства при храме работает приют для бездомных животных. И столовая для малоимущих. И детская площадка во дворе – лучшая в районе.

Особенная история была у Светланы – детского онколога из соседней больницы. Она пришла после особенно тяжёлой смены, когда потеряла маленького пациента.
– Я не верю, – сказала она отцу Михаилу. – Не могу верить. Какой может быть Бог, если дети умирают?
И тут Серафим... Он запрыгнул к ней на колени и начал вылизывать руки – те самые, которые несколько часов боролись за жизнь ребёнка.
Светлана приходит теперь каждую неделю. "Представляешь, – говорит она отцу Михаилу, – я теперь перед операцией не только руки мою, но и молюсь. И знаешь... помогает!"

А сколько ещё историй! Марина, потерявшая работу и нашедшая призвание в организации благотворительных ярмарок. Антон, завязавший с алкоголем после того, как Серафим отказался к нему подходить. Семья Кузнецовых, почти решившаяся на развод, но помирившаяся после совместного волонтерства в храмовом приюте для животных...

Каждое воскресенье в храм приходят новые люди. Кто-то остаётся. Кто-то уходит, но возвращается. Кто-то просто заглядывает поздороваться с рыжим котом.

Но главное – они приходят.

А отец Михаил стоял на амвоне и говорил. Говорил о любви – той самой, что заставляет мать отдать жизнь за дитя. О вере – той самой, что приводит нас к Богу в самый трудный час. О чудесах – тех самых, что происходят каждый день, просто мы разучились их замечать.

И люди слушали. Затаив дыхание. Забыв про телефоны.

А Серафим... Он научился определять тех, кому особенно нужна поддержка. Подходил, терся о ноги, мурлыкал – и люди оттаивали, начинали говорить, плакать, искать утешения.

Прошёл год. В храме уже не было свободных мест по воскресеньям. Дети бегали во дворе, старушки вязали носочки для детского дома, молодёжь организовала волонтёрский отряд.

А отец Михаил часто вспоминал тот дождливый октябрьский день. Серую кошку с мудрыми глазами. Её последний путь.

Говорят, Бог действует через простые вещи. Через людей, через обстоятельства... через животных. И иногда нужна всего одна бездомная кошка, чтобы напомнить нам: чудеса случаются. Нужно только верить.

И знаете что самое интересное?
Каждый год в день, когда Серафим появился в храме, отец Михаил служит особую службу. О любви и жертвенности. О вере и надежде. О том, что даже самое маленькое существо может изменить мир.

А Серафим сидит на подоконнике и мурлычет.

Потому что там, где есть любовь – там есть Бог.

Даже если эту любовь принесла на лапах бездомная кошка.
Автор неизвестен

В 2009 году 10 декабря в день празднования образа Божией Матери " Знамение " на наш приход усердием ктитора храма Александра Николаевича Рак привезли Богородичный колокол весом 100 пудов 1600 кг. Вылили его в Донецке.Этот голос церкви собирает молящихся на богослужение уже 13 лет. За эти годы, многие дети появились в этот мир, по вере и молитвам родителей с надеждой звонящих в этот тимпан. Пресвятая Богородице спаси нас!

Первый колокольный звон

Санта и ведьма

«Когда творишь милостыню, пусть левая твоя рука не знает что делает правая» Евангелие от Матфея 6:3

Учительница истории из Техаса Лесли Раш написала о том, каким образом в ее семье уже много поколений рассказывают правду о Санте:

«Когда ребенку исполнилось шесть или семь лет, и вы заметили у него первые сомнения в существовании Санты – значит, он готов.
Я обычно веду их в кафе и, сделав заказ, произношу речь: "Ты, конечно, очень сильно вырос за этот год. И не только стал выше – я вижу, что твое сердце тоже стало больше. И ты так вырос, что сам можешь стать Сантой.
Возможно, ты заметил, что большинство увиденных тобой Санта-Клаусов – это люди, переодетые в него. Некоторые из твоих друзей могли тебе сказать, что его вообще не существует.
Так думают многие дети, потому что они еще не готовы быть Сантой. Но ты готов".
(Постарайтесь, чтобы у вас был таинственный голос).
Попросите ребенка выбрать какого-нибудь человека – например, соседа. Миссия ребенка – тайно узнать в чем нуждается этот человек и затем обеспечить его этим, завернуть в подарочную бумагу и доставить.
И никогда не раскрывать, что это сделал он. Быть Сантой не значит получать одобрение – это бескорыстное желание отдавать.
Мой старший сын так выбрал "тетю ведьму", живущую на углу. Женщина и вправду внушала страх: вокруг ее дома шла изгородь и она никогда не позволяла детям заходить за нее, чтобы поиграть в мяч или фрисби. Она часто кричала, чтобы дети играли тише и все такое прочее.
По пути в школу сын заметил, что каждое утро она выходила на крыльцо забирать почту босиком – и решил, что ей нужны тапочки. Так что ему пришлось побыть шпионом и прятаться в кустах, чтобы выяснить примерный размер ее ног.
Когда мы купили ей теплые тапочки, он упаковал их и наклеил сверху "С Рождеством от Санты". Однажды вечером после ужина он отправился к ее дому и подложил подарок ей под дверь.
Следующим утром мы наблюдали за тем, как она вышла на крыльцо, подобрала упаковку и ушла в дом. Мой сын был вне себя от нетерпения, чтобы узнать, что случится дальше.
И на следующее утро мы увидели ее – забирающей почту в теплых тапочках. Сын был в эйфории. Мне пришлось напомнить ему, что НИКТО никогда не должен знать, что это сделал он – иначе он уже не будет Сантой.
В следующие несколько лет он выбирал множество людей для подарков и всегда выбирал для них уникальный, индивидуальный подарок.
В один год он тщательно вычистил свой велосипед, поменял на нем седло и отдал его дочери одного из наших друзей. Эти люди были очень бедны. Мы спросили отца девочки, насколько это будет уместно.
Выражение лица девочки, когда она увидели около своего дома велосипед, могло сравниться разве что с выражением радости на лице моего сына.
Когда пришло время рассказать все младшему сыну, старший захотел поговорить с ним сам. Сейчас они оба прекрасные "дарители" и никогда не чувствовали, что кому-то солгали.
Ведь им раскрыли секрет того, как быть Сантой».

Продинамили

Плевелы
Многие убеждены, что Царство Небесное – это не что иное, как рай, ожидающий добрых христиан после смерти. В основе этого убеждения – распространенное представление, будто бы в земной жизни Церковь не обещает нам ничего хорошего: земная жизнь – что-то вроде зала ожидания, в котором нас ждут одни искушения и скорби. Так Церковь превращается чуть ли не в собрание страдальцев, которые, вместо того чтобы радоваться жизни, утешают себя мечтаниями о счастье в каком-то посмертном «там».
Но рай и Царство Небесное это два разных понятия. Слово «рай» в Новом Завете употребляется всего три раза, и то – в переносном смысле, а Царствие Небесное чуть ли не сто раз! Это не столько место (как рай), а скорее, особое, состояние души – «Царствие Божие внутрь вас есть».
Вот одно из многочисленных описаний Царства Небесного в притче, благодаря которой в наш лексикон вошел библиизм «плевела».
«Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своем; когда же люди спали, пришел враг его и посеял между пшеницею плевелы и ушел; когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы. Придя же, рабы домовладыки сказали ему: господин! не доброе ли семя сеял ты на поле твоем? откуда же на нем плевелы? Он же сказал им: враг человека сделал это. А рабы сказали ему: хочешь ли, мы пойдем, выберем их? Но он сказал: нет, – чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницы, оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою».
Как однажды сказал епископ Александр Милиант, много потрудившийся для воссоединения Русской Православной Церкви заграницей с Московским Патриархатом: «Сказано в притче: «вырывая плевелы, не повредить пшенице», то есть чтобы, карая грешников, не повредить одновременно сынам Царствия, добрым членам Церкви. В этой жизни отношения между людьми так тесно переплетены, как корни растений, совместно растущих в поле. Люди связаны друг с другом множеством семейных и социальных связей и друг от друга зависят. Так, например, недостойный отец, пьяница или развратник может заботливо растить своих благочестивых детей; благополучие честных рабочих может находиться в руках корыстного и грубого хозяина; неверующий правитель может оказаться мудрым и полезным для граждан законодателем. Если бы Господь без разбора карал всех грешников, то нарушился бы на земле весь строй жизни, и неизбежно пострадали бы и добрые, но порой мало приспособленные к жизни люди. Кроме того, нередко случается так, что многогрешный член Церкви вдруг после какого-либо жизненного потрясения или события исправляется и, таким образом, из «плевелов» становится «пшеницей». Таких случаев коренного изменения образа жизни история знает очень много, например: апостол Павел, равноапостольный князь Владимир и многие другие. Надо помнить, что в этой жизни никто не обречен на погибель, каждому предоставляется возможность покаяться и спасти свою душу. Только когда истекает у человека его жизненный срок, наступает для него день «жатвы», и подводится итог его прошлому».

Пир