Лев
Древние отшельники, удаляясь Великим постом в пустыню, положили начало традиции Прощеного воскресенья. В некоторых семьях и монастырях этот чин соблюдается каждый вечер по слову апостола Павла – «солнце да не зайдет во гневе вашем».
…Однажды преподобный Герасим встретил в пустыне льва. Зверь хромал, потому что занозил лапу, она распухла, и рана была полна гноя. Лев жалобно смотрел на старца, словно прося о помощи.
Старец сел, вынул из лапы колючку, рану очистил от гноя и перевязал. Зверь не убежал, а остался с пустынником и с тех пор ходил за ним повсюду, как ученик, так что преподобный удивлялся его благоразумию.
В монастыре был осел, на котором возили воду из Иордана, и старец велел льву пасти его у реки. Однажды лев далеко ушел от осла, лег на солнцепеке и уснул. В это время мимо ехал купец с караваном верблюдов. Он увидел, что осел пасется без присмотра, и увел его. Лев проснулся и, не найдя осла, с унылым и печальным видом пошел к старцу. Преподобный Герасим подумал, что лев съел осла.
– Где осел? – спросил старец.
Лев стоял, опустив голову, как человек.
– Ты его съел? – спросил преподобный Герасим. – Благословен Господь, ты не уйдешь отсюда, а будешь работать на монастырь вместо осла.
На льва надели упряжь, и он стал возить в обитель воду.
Как-то в монастырь пришел помолиться один воин. Увидев, что лев трудится, как вьючное животное, он пожалел его и дал монахам три золотых монеты – на них купили другого осла, и лев больше не ходил на Иордан по воду.
Купец, который увел осла, вскоре снова проходил поблизости от монастыря. Он вез пшеницу в Иерусалим. Увидев осла, идущего с верблюдами, лев узнал его и, рыкнув, бросился к каравану. Люди очень испугались и кинулись бежать, а лев взял в зубы уздечку, как всегда делал, когда пас осла, и повел его вместе с тремя привязанными друг к другу верблюдами в монастырь. Лев шел и от радости громко ревел. Так они пришли к старцу. Преподобный Герасим тихо улыбнулся и сказал братии:
– Зря мы ругали льва, думая, что он съел осла.
И тогда старец дал льву имя Иордан.
В память об этом чудесном исцелении и приручении дикого зверя святой на древних фресках монастыря изображается со львом, лежащим у его ног. Преподобный Герасим мирно скончался в кругу братии и учеников 17 марта 475 года. Лев вскоре умер на могиле старца и погребен рядом с ним.
Нынешний Архимандрит монастыря святого Герасима Иорданского неоднократно становился свидетелем посмертных благодеяний преподобного.
Однажды обитель разорили воры. Они вынесли с собой древние иконы, сосуды, необходимые для проведения Таинства Евхаристии, и даже Евангелие. Наместник тут же побежал в арабскую полицию, но правоохранители не нашли ни одной зацепки, которая могла бы указать на след расхитителей. Патриарх грешным делом подумал, что монастырь обокрал сам игумен, и дал тому неделю на возвращение реликвий на место.
Смущенный умом наместник зашел в обитель и, стоя перед иконой преподобного Герасима, в сердцах воскликнул:
– Столько лет я служу тебе с любовью и тщанием, а ты не хочешь помочь! Теперь уже и на меня пало подозрение, что я унес эти вещи! Не буду зажигать тебе лампаду и в колокола не буду больше звонить!
Погасив огонь в лампаде, игумен ушел прочь. На следующий день с утра пораньше к нему прибежал взволнованный полицейский и рассказал, что ночью ему явился сам Герасим Иорданский с повелением пойти и утешить скорбящего священника. На самом деле полиция не прекращала поиски воров, но зачем-то ввела в заблуждение игумена.

Колбаса есть?

Жаворонки
В 313 году святой Константин Великий издал указ, согласно которому христианам разрешалась свобода вероисповедания, и они уравнивались в правах с язычниками. 7 марта 321 года император издал указ, по которому воскресный день стал днем отдыха. Теперь в этот день нужно было отложить все мирские дела: рынки закрывались, государственные учреждения прекращали свою работу. Только земельные работы не облагались никакими ограничениями.
Но его соправитель Ликиний был убежденным язычником, и в своей части империи решил искоренить христианство. Он готовился к войне против Константина и, боясь измены, решил очистить от христиан свое войско.
В то время в армянском городе Севастии одним из военачальников был Агриколай, ревностный сторонник язычества. Под его началом была дружина из сорока каппадокийцев, храбрых воинов, которые вышли победителями из многих сражений. Все они были христианами. Когда воины отказались принести жертву языческим богам, Агриколай заключил их в темницу.
На следующее утро воинов вновь привели к Агриколаю. Он стал восхвалять их мужество, молодость и силу и снова предложил им отречься от Христа и тем снискать себе честь и расположение самого императора. Снова услышав отказ, Агриколай велел заковать воинов. Однако старший из них, Кирион, сказал: «Император не давал тебе права налагать на нас оковы». Агриколай смутился и приказал отвести воинов в темницу без оков.
Через семь дней в Севастию прибыл знатный сановник Лисий и устроил суд над воинами. Святые твердо отвечали: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога».
Стояла зима, был сильный мороз. Святых воинов раздели, повели к озеру, находившемуся недалеко от города, и поставили под стражей на льду на всю ночь. Чтобы сломить волю мучеников, неподалеку на берегу растопили баню. В первом часу ночи, когда холод стал нестерпимым, один из воинов не выдержал и бросился бегом к бане, но едва он переступил порог, как упал замертво. В третьем часу ночи Господь послал отраду мученикам: неожиданно стало светло, лед растаял, и вода в озере стала теплой. Все стражники спали, бодрствовал только один по имени Аглаий. Взглянув на озеро, он увидел, что над головой каждого мученика появился светлый венец. Аглаий насчитал тридцать девять венцов и понял, что бежавший воин лишился своего венца. Тогда Аглаий разбудил остальных стражников, сбросил с себя одежду и сказал им: «И я – христианин!» – и присоединился к мученикам.
Наутро истязатели с удивлением увидели, что мученики живы, а их стражник Аглаий вместе с ними прославляет Христа. Воинов вывели из воды и перебили им голени. Во время этой мучительной казни мать самого юного из воинов, Мелитона, убеждала сына не страшиться и претерпеть все до конца. Тела мучеников положили на колесницы и повезли на сожжение. Юный Мелитон еще дышал, и его оставили лежать на земле. Тогда мать подняла сына и на своих плечах понесла его вслед за колесницей. Когда Мелитон испустил последний вздох, мать положила его на колесницу рядом с телами его святых сподвижников.
Праздник Сорока мучеников особо почитается Церковью 22 марта. В этот день, по русскому народному обычаю, готовится дополнительное угощение – булочки из постного дрожжевого теста в виде птичек – «жаворонки».

Нервы

Воскресение
Во всех славянских языках, кроме русского, день недели «воскресенье» называется «неделя», то есть день, когда «не делают», не работают. Например, на украинском – «недиля», на белорусском «нядзеля». В древнерусском языке воскресенье также называлось «неделя», воскресеньем назывался только первый день Пасхи. С XIII века «воскресенье» начало употребляться в современном значении и вытеснять название «неделя». Однако старое название сохранилось в православной церковной терминологии на церковнославянском, например, в сочетании «Фомина неделя», «Крестопоклонная неделя».
Соответственно «понедельник» – следующий после, «по», недели. «Вторник» – второй после недели. А «среда» – середа, середина рабочей недели, если считать с понедельника по пятницу.
Середина же Великого поста, (четыредесятницы) – неделя Крестопоклонная. В этот воскресный день из алтаря в центр храма выносят на блюде украшенный цветами крест для поклонения.
В отличие от амулета или талисмана, который якобы обладает самостоятельной магической силой, и ему без разницы, кто его носит, крест от христианина требует внутреннего соответствия той духовной символике, которую он носит на себе. Невозможно заполучить помощь Божию, лишь повесив на себя крест, и при этом будучи равнодушным к Богу, не иметь в сердце никакого к Нему стремления. Как не помогла фашистам христианская символика на танках и самолётах.
Помню, как в армии наш старшина очень быстро нашел способ заставить снять с себя крестики тех, кто носил его просто как талисман, или потому что такая мода, или попросту «выпендриться», что он якобы носит его по религиозным убеждениям. Старшина просил прочитать «Отче наш», и если солдат не знал, то стыдливо снимал с себя нательный крестик. Как правило, те, кто относится к кресту как к оберегу, имеют массу суеверий по этому поводу. Например, полагают, что потеря нательного креста является очень трагическим событием в их жизни. Или что нельзя подымать или носить чужой крест, чтобы не взять чужие неприятности на себя, а если это случилось, то обязательно надо его отдать в церковь.
Крест для христианина – это воинское знамя. Крест выносится для того, чтобы напоминанием о страданиях и смерти Господней воодушевить и укрепить постящихся к продолжению подвига поста. Вместе с тем, это изнесение Креста Господня для поклонения среди святой Четыредесятницы напоминает верующим о приближающихся великих днях воспоминания Страстей Христовых и о Светлом Празднике Воскресения Христова. При торжественной встрече победоносного военачальника обыкновенно предшествуют ему его победные знаки – эмблемы и трофеи: так и тут – Пасхе Христовой – торжественному шествию Победителя греха, ада и смерти, – предшествует знамение Его победы – Животворящий Крест. Он живо напоминает нам, что, если мы со Христом страждем, то с Ним и прославимся – если с Ним умираем, то с Ним и воскреснем.
Христиане, на этой недели заходя в храм, совершают два земных поклона перед крестом, прикладываются (целуют) к нему, и совершают третий земной поклон. При поклонении Кресту Церковь поет: «Кресту Твоему покланяемся, Владыко, и святое воскресение Твое славим». Крест остается для поклонения в течение недели до пятницы, когда он перед Литургией вносится обратно в алтарь.
Игумен ГЕРМАН (СКРЫПНИК)

Не стой нагло!

Мы не рабы, рабы не мы
Невежественные в духовных вопросах люди частенько обвиняют христианство в том, что оно «религия рабов». Хотя рабства формально в мире не существует, а необходимость подчинения и выполнения приказов начальства – существенный элемент любой общественной организации.
Долго ли удержится на своем месте представитель какого-нибудь «офисного планктона», с пафосом рассуждающий о своей «свободе» и «непринятии религиозного рабства», если он не выполнит даже не «Десять заповедей», а банальное распоряжение своего шефа? Ровно столько, сколько потребуется времени для написания приказа о его увольнении. Ну, а потом, конечно, можно и действительно свободным побыть – пока, за отсутствием работы и денег, не окажешься в состоянии подзаборного бомжа.
Да, в церковных молитвах выражение «раб» действительно встречается очень часто. Отчасти это дань временам, когда эти молитвы создавались. Но, кстати, и во времена существования истинного рабства в Римской империи одинаковыми словами молились и настоящие бесправные рабы, и свободные люди, и даже сам император. При этом не видя в своей самоидентификации с «рабами Божьими» ничего зазорного. Хотя бы потому, что слов «раб» тут выступает синонимом слов «работник», «сотрудник».
Последнее же звучит очень даже престижно. Наверное, многие хоть раз в жизни наблюдали за тем, как отдельные граждане с плохо скрываемым торжеством представляются сотрудниками полиции, прокуратуры, Государственной Думы, и других уважаемых органов? Насколько же почетнее выглядит статус сотрудника не кого-нибудь, а самого Бога.
А самым веским аргументом в пользу свободного выбора каждого человека является событие Благовещения, когда архангел Гавриил испрашивает согласие на воплощения Бога. Без согласия Марии: «се раба Господня, буде мне по слову твоему», пришествие в мир Богочеловека было бы не возможно.
Тем не менее, определенная проблема с «рабством» в христианстве действительно есть. Собственно, уже в Евангелии четко выделяются три категории верующих – «рабы», «наемники», «сыны». «Рабы» в собственном понимании этого слова – это те, кто верит в Бога из-за страха наказания. То ли в земной жизни, то ли уже в загробной. В основном, их вдохновение черпается в псевдо-душеспасительных «страшилках», описывающих посмертные видения адских мучений воскресших и вернувшихся «оттуда».
«Наемник», как всякий современный человек, готов «отработать» те блага которые он просит у Бога здоровья, сдать экзамен, выйти замуж и т.д. И отрабатывает, пусть порой и не без ленцы или лукавства – ходит в храм, молится, иногда даже нищим подает. А то, право, вдруг Господь возьмет да и заберет все свои милости? Ада, конечно, такой христианин не страшится, на Земле тоже как-нибудь проживет – но хочется ж не «как-нибудь», а хорошо, правда? Лучше уж «поработать Господу» в меру своих сил.
Однако Богу такая категория своих почитателей тоже не очень по душе. «Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец. А наемник, не пастырь, которому овцы не свои, видит приходящего волка, и оставляет овец, и бежит; и волк расхищает овец, и разгоняет их. А наемник бежит, потому что наемник, и нерадит об овцах».
«В сыновей любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся не совершен в любви», – писал самый любимый Христом его ученик – Иоанн Богослов, прозванный «апостолом любви».
А конечной целью христианской жизни, среди прочего, и является «выдавливание из себя раба». Да, впрочем, и наемника тоже – который фактически тоже раб, только боящийся не «кнута», а «лишения пряника».
Игумен ГЕРМАН (СКРЫПНИК)

Внезапное и невероятное для нашей традиции – воскресший Лазарь был фарисеем и сыном фарисея.

Никто в Евангелии не сподобился слов: « Его любил Иисус» кроме фарисея Лазаря и его сестры Марфы. Сын фарисея и дочь фарисея.

Ни прекрасный мытарь – Закхей, ни раскаявшаяся блудница Мария. Были «любимые ученики». Но любимый ученик и друг – разные вещи. В нашей традиции плачущий мытарь лучше фарисея, который благодарит Бога «безумными глаголами». Безумные глаголы – это слова Андрея Критского о молитве фарисея

Почему был выбран в друзья фарисей? Это были люди закона, при этом пытавшиеся вернуть закону благодать, а иудеям милосердие. Есть лингивистическая гипотеза, что слово «хабиру» – вавилонского происхождения и означает –жители и головорезы пустынного западного берега реки Ефрат

Еще фарисей – человек Закона. Для нас это самая трудная часть христианства. У нас любовь, которая выше закона, и поэтому, часто беззаконная, как коммунизм и хиппи.

Фарисеи не были совсем уж бесплодным, сухим начетническим племенем властных святош и ханжей. Религиозным патрулем. Из их среды вышел апостол любви – Павел. А он был учеником фарисея Гамалиила, члена синедриона, пытавшегося оправдать и Христа и апостолов. Из среды ортодоксов был и член синедриона Иосиф Аримафейский, выкупивший Христа и уступивший Ему погребальную пещеру. Наперсником и собеседником Христа был Никодим –еще один фарисей и ученик Христа

Речь о том, что день памяти воскрешения Лазаря – повод вспомнить не только о том, зачем Господь воскресил Лазаря, но и самом Лазаре – друге Христа. О том, чем он заслужил то, о чем и мечтать не может сегодняшний христианин – признания Бога в любви и дружбе.

Дружбу Лазарь заслужил гостеприимством. Иисуса часто угощали в домах. Но в абсолютном большинстве случаев, эти трапезы были беспокойными шоу для публики, местом спора и скандала. Бедному Иисусу поесть спокойно не давали. А у Лазаря Он был как дома. И цена такого гостеприимства – угроза быть убитому. Священники подкупили убийц убить не только Христа, но и Лазаря. Поэтому Лазарь бежал на Кипр и там встретил свою вторую смерть.

Любовь Лазарь заслужил смелостью. Он принимал Христа под страхом смерти. А так может только тот, кто очень сильно любит. Таких у Христа было всего двое: Фома и Лазарь

И еще большую любовь, заслужил Лазарь, согласием воскреснуть в этом ужасном мире и умереть второй раз. Кто умирал, знает, что и одного раза много. А родиться в этот мир, снова, после всего пережитого – очень сомнительное удовольствие, боль, труд и тихий ужас

Оказывается, есть такие случаи и такая возможность, что каждому из нас Господь может явно, на всю Вселенную признаться не просто в виртуальной и безличной любви, но объявить тебя личным другом.

Базой таких отношений является закон и любовь

С любовь все понятно – это все наше. Но дела закона, такие как пост, десятина, молитва, часто недосягаемы в своем совершенстве. У нас нормально наобещать, наболтать, умилиться, всплакнуть, помахать руками, поставить лайки и наврать с три короба и ничего не сделать. Даже рот закрыть нет сил. Очень трудно. Люди дела - фарисеи ненавистны. А вместе с тем, коммунизм показал, что устремляясь к общечеловеческой любви, игнорируя простое уважение к личности, простую порядочность, простой закон, человек попадает в ад или концлагерь.

Нам, по хорошему, не хватает чисто бытовой праведности, святости в семье и работе, божией честности и чистой не запятнанной любви. Не хватает праведного фарисейства и святой благодарности Богу. Не по верхам, там где-то, а тут на земле, на работе, на дороге, дома. Не поныть или зайтись в восторге, а просто спокойно, погнуть спину на ниве Божией, разжать руку в щедрости, потрудиться во славу Божию без религиозных обмираний. Так, чтобы и наш дом принимал Христа не только в виде иконы или книги, или намерения. А так, как это сделали фарисей и фарисейка. Лазарь предоставил Христу свой дом в полное распоряжение. А Марфа отдала Господу все свое время и простой труд на кухне. Отдали дом, а там - Христос

А так-то легко быть христианином, вообще, в облаках, в книжках, в пении и гастрономии. Легко быть святым на горе Ци Байши и созерцать нетвраный свет, флюиды благодати и православные мультфильмы. А ты будь верен до смерти Христу в городе, дома и в своем труде и сердце. Умру, а не сделаю подлости и не нарушу Закон.

Не бывает беззаконной любви и закона без любви. А если и бывают, то к Богу не имеют никакого отношения

- Лазарь, друг Христа, молись о том, чтобы всем влюбленным в Бога не забывать служить Христу. Помолись, чтобы и у нас, как и у тебя, была возможность убрать храм к празднику, обрести мир в семье и преподнести Богу на пасхальном пиру чашу благоухания добрых дел. И сподобиться и нам, хотя бы одного взгляда Христа с любовью. Так, чтобы на Пасху, хоть не на долго, услышать и нам слово Христа:

- Друг! Как хорошо, что пришел сюда

Пресс-секретарь Белого дома Левитт читает молитву перед брифингом:

«Боже Иисус, дай нам сил, знаний и способности донести наше слово, получить удовольствие и не терять уверенности в тебе, Иисус. Аминь!».

Команда Трампа - это и есть настоящие христианские герои. Современные борцы за право исповедовать свою веру и быть христианином.

В этом конченном мире, строившемся десятилетиями, это стало уже чуть ли не позорным.

Ослы