Мансур Аббас в ответ на вопрос гендиректора Дворца Президента, почему не назвать ХАМАС террористической организацией, сказал, что у него есть однозначный ответ, но он просит возможности защитить свою семью.

Я сомневаюсь, что Аббас поддерживает ХАМАС, но если он не может назвать его террористической организацией из-за страха за своих близких, то как он может участвовать в принятии решений о борьбе с террористическими и криминальными организациями?
——————
Подписаться: Голос Сиона

Мы обязаны предотвратить «разрушение Третьего храма».

Результаты выборов заставляют всех нас пересмотреть подходы и осознать, что у нас нет ни хороших альтернатив, ни волшебных решений.

Чтобы понять всю меру ответственности, которая лежит на наших плечах, и цену, которую мы можем заплатить за ошибочные решения, необходимо извлечь уроки из прошлого и научиться просчитывать ситуацию на несколько шагов вперед.

Я знаю, что многим не нравятся мои предупреждения. Прежде всего, потому, что, к сожалению, они раз за разом оказываются точными.

21 декабря 2016 года я предупреждал о возможном вторжении террористов «Нухбы» на территорию Израиля, нападении на поселки, граничащие с сектором Газа и о захвате заложников.
Тогда все отмахнулись от моего предупреждения, не восприняли его всерьез.
К огромному сожалению, мой прогноз полностью оправдался.

Примерно за 10-12 дней до голосования я предупреждал, что кампания под лозунгом «самая большая партия» и разговоры о создании правительства меньшинства с поддержкой извне арабских партий наносят серьезный ущерб блоку перемен.

Я видел, как наш блок начинает терять мандаты, пытался объяснить опасность поражения как в личных беседах, так и публично, и остановить этот процесс. Но все оказалось напрасно.

За эти последние 10-12 дней избирательной кампании блок перемен потерял от 7 до 8 мандатов. Из них 3-4 мандата - это те, кто поддерживали партию «Наш дом Израиль», а потом вернулись к Нетаниягу, и «Ликуд» стал крупнейшей партией.

Поэтому я вновь предупреждаю: в политике, как и в шахматах, необходимо просчитывать ситуацию на три-четыре хода вперед, а не ограничиваться одним ходом.

Правительство перемен продержалось чуть больше года. И что мы получили после него? Нетаниягу с 64 мандатами и его коалицию на четыре года.

Правительство меньшинства продержится гораздо меньше. А после его падения мы получим возвращение Нетаниягу уже с 70 мандатами еще на четыре года. И тогда до «разрушения Третьего храма» останется совсем немного времени.

Именно поэтому в сложившейся политической реальности национальная ответственность требует от нас принимать непростые решения и быть готовыми к болезненным компромиссам.

На брифинге для журналистов, который я провел в минувший понедельник, я обозначил три четких принципа:

1. Необходимо положить конец эпохе Нетаниягу.
2. Нельзя допустить новых выборов.
3. Нельзя создавать правительство, которое прямо или косвенно будет зависеть от голосов депутатов «Объединенного списка» и РААМ.

Это касается и правительства меньшинства с поддержкой и
арабских партий извне.
В этом вопросе моя позиция была и остается абсолютно однозначной. Я говорил об этом во время избирательной кампании, незадолго до дня голосования и повторяю после выборов: я категорически против создания правительства, которое так или иначе будет зависеть от
голосов депутатов от «Объединенного списка» и РААМ.

Фракция «Наш дом Израиль» проголосует против такого правительства.

По всем остальным вопросам можно и нужно проявлять гибкость, идти на компромиссы и понимать, что, пытаясь получить все, можно остаться ни с чем. Это касается и закона о призыве.

Мне больно это признавать, и я знаю, что многим другим тоже. Но перед лицом многочисленных вызовов, с которыми сегодня сталкивается наша страна, национальные интересы Государства Израиль и народа Израиля должны стоять выше любых других соображений.

В последние дни я слышал и читал немало выдумок и интерпретаций относительно моих позиций и намерений. Хочу прояснить: вся ответственность за эти трактовки лежит исключительно на комментаторах и авторах публикаций.

В израильской политике нет человека, который говорил бы яснее и прямее меня. Поэтому нет никакой необходимости в интерпретациях. Все, что я говорю, я, действительно, имею в виду.

Одна из выдумок, распространявшихся в последние дни, касается идеи ротации на посту премьер-министра.

Я ни с кем не обсуждал этот вопрос. Даже с самим собой.