Сегодня на прогулке моя маленькая собачка испугалась большого, развевающегося на ветру чёрного пакета и, спасаясь от него, выбежала на проезжую часть.
Слава богу, ничего страшного не произошло. Но я увидела в её действиях пример
иррациональной стратегии поведения.

Как действовал её мозг в этот момент?
Он опирался на те данные, которые уже были в него заложены. Большое, чёрное, движущееся = опасность, надо бежать. Дорога пустая = безопасность. По факту собака, спасаясь от мнимой опасности, подвергла себя опасности реальной. Сделала ли она выводы? Конечно нет.

Ну это собака, скажете вы. Да, так и есть. Но, согласитесь, люди порой поступают ровно также. Безусловно доверяя своим эмоциям, мыслям и
автоматически идя на поводу у собственных иррациональных убеждений, они не видят адаптивной альтернативы.
В отличие от собаки мы люди разумные и способны выводить свои автоматические реакции на осознанный уровень, проверять их на жизнеспособность и, в зависимости от выводов, менять свое поведение.

Почему же мы этого не делаем?
Наш мозг не любит перемены и сопротивляется до последнего😉

Цель эволюции в целом и нашей психики в частности - выживание. Не счастье, не удовольствие, а выживание. Любая стратегия, которая позволила нам выжить и пережить стресс, автоматически помечается мозгом как рабочая и годная для использования в дальнейшем. Мозг не ищет лучшую, мозг использует проверенную. Раз мы живы здесь и сейчас, наш мозг считает, что этого достаточно. Зачем рисковать и пробовать новое? А вдруг там плохо? Лучше врубим тревогу и глупый человек перестанет лезть куда не надо.

Представьте, как изменится ваша жизнь, если вы сможете не идти на поводу у мыслей, эмоций и убеждений, а научитесь выводить их на осознанный уровень, анализировать и менять так, как вы считаете правильным.

😄 Подготовка к 8 марта объявляется открытой

Стать самому себе родителем – такая прекрасная, и одновременно ужасная идея.
Прекрасная, поскольку вроде как я могу стать самостоятельным, независимым, смогу давать самому себе поддержку, самооценка теперь будет в моих руках.

Ужасная, потому что придется отказаться от веры в кого-то большого, кто придет и поможет, защитит. Придется отказаться от мыслей о справедливости извне – что кто-либо однажды накажет моих обидчиков. Придется отказаться от надежды в то, что кто-то увидит, как я стараюсь, как живу и все делаю правильно, и поймет, что я заслуживаю другую – лучшую жизнь и устроит мне эту лучшую жизнь.

Стать родителем самому себе – самому быть мерилом справедливости происходящего, а значит мне, а не кому-то другому, придется набираться смелости и защищать себя – разбираться с моими обидчиками. Придется перестать искать плечо, на котором можно поплакаться, ведь могу сам себя поддерживать. Соответствовать теперь нужно будет только своим собственным представлениям о том, что правильно, что нет, как мне стоит поступать, как не стоит.

И это ужасно, ведь для этого нужна уверенность в своем мнении, смелость принимать решения, спокойное отношение к ошибкам, да и элементарное понимание чего я хочу. Поэтому, так хочется и одновременно страшно становиться точкой отсчета своей жизни – быть родителем самому себе. Нужно будет попрощаться с надеждами на кого-то более умного, большого и заботливого, и придется остаться одному – один на один с собой, со своей жизнью – стать единственным автором, кто пишет мою жизнь. А так хотелось бы это авторство с кем-нибудь разделить…

В общем, жутко страшны эти возможные изменения, так красиво обещающие самостоятельность, силу, смелость, но замалчивающие о том, что плюсом получу одиночество в своей колоссальной ответственности за всё со мной происходящее.

Источник

Андрей открыл дверь кабинета и удивленно посмотрел на сидящих в кругу мужчин разной степени бородатости.
– Эмм... – почему-то у Андрея позорно задрожал голос, — А это тут терапевтическая группа?
Какое-то время мужчины молча рассматривали вошедшего.
– Здесь. – сухо ответил самый бородатый, перебирая четки, – Заходи.
Прозвучало скорее как приказ. И сильный кавказский акцент звучал довольно угрожающе. Андрей на негнущихся ногах прошел к единственному свободному стулу. Сел, набрал побольше воздуха и представился.
– Меня зовут Андрей.
– Салам алейкум. – хором выдали бородачи.
А потом по очереди встали и пожали руку пришедшему. Это было довольно необычно, но Андрею такой подход понравился. Это создавало более доверительную атмосферу, что ли.
– Ну что же, я пришел чтобы... – Андрей растерялся, все мысли из головы вылетели. В том числе запрос, с которым он хотел работать.
– Не торопись. – мужчина с четками сделал снисходительный жест рукой, – Расслабься. Попей чай. Кальян будешь? Поговорим немножко.
– О! – Андрей даже обрадовался, – На других группах такого не было! Там как-то строго...
Кто-то протянул ему мундштук. Андрей затянулся. Мужчины терпеливо ждали.
– Как дела, Андрей? Как дома? Как родные? – поинтересовался мужчина с четками.
– А... Ну... Не очень.
– Что случилось.
– Жена изменяет...
Мужчины с непритворным ужасом открыли рты.
– Плохо, – удрученно покачал головой мужчина с четками.
Такого искреннего сопереживания и боли Андрей не слышал никогда.
– С моим лучшим другом. – всхлипнув закончил фразу Андрей.
– Вай!
– Шакал!
– Его надо зарезать!
Все собравшиеся буквально взбесились. Кто-то вскочил с места, кто-то стал грозить кулаком, ярость, гнев, боль, буря эмоций. Андрей понял, что раньше ничего не знал о настоящей групповой динамике и о поддержке.
– Тихо! – чуть повысив голос успокоил всех мужчина с четками. – Горе в твоем доме, Андрей, мне больно это слушать. Ты поэтому пришел к нам?
Казавшиеся недавно враждебными мужчины смотрели на него внимательно и с участием.
– Это основная проблема да. – кивнул Андрей, – Травма с которой..
– Хочешь отомстить этому шакалу? – уточнил мужчина с четками.
– Эээ... – Андрей растерялся, – А так можно было? Я думал надо как бы работать над собой и...
– Можно, конечно! Хочешь Далхан его зарежет?
С места встал грозный, широкоплечий горец. Андрей ойкнул.
– Это как-то...
– Понимаю, – перебил его мужчина с четками, – Хочешь мы скормим его собакам?
– Даже не знаю... Не уверен, что хочу чтобы кто-то пострадал...
Повисла напряженная тишина. Далхан сел на свое место.
– Вай билят... – протянул кто-то, но на него шикнули.
– Андрей, не бывает так, чтобы никто не пострадал. – заметил мужчина с четками, – Ты же пострадал!
– А... Ну если так посмотреть...
– Андрей, будь мужчиной! – в голосе появились грозные интонации. – Прими решение, как именно надо убить этого шакала! Нож, пистолет, бензин, мы тебе поможем!
– Да пусть живет! – ужаснулся Андрей, – Не убивать же человека из-за того, что он влюблен! Ничего страшного не случилось! Ну хочет моя жена с ним быть, пусть будет! Счастья им! Хоть кто-то же должен быть счастлив!
Повисла тишина. Все озадаченно переглядывались. Мужчина с четками погладил бороду и кивнул.
– Ты мудрый человек, Андрей. Мудрее чем кажешься. Сильный мужчина. Только сильный может прощать. Мало кто так умеет, Андрей.
Теперь присутствующие смотрели на него с уважением, даже с каким-то пиететом. Андрей вдруг понял, что проблема исчезла сама собой. Как будто камень с души пропал.
– Слушайте, какая у вас замечательная терапевтическая группа!
– Террористическая. – кивнул мужчина с четками. То ли из-за акцента, то ли по какой-то странной ошибке прозвучало это почти так же как «терапевтическая».
Андрей моргнул.
– Вы не психологи?
– Психологи в соседнем кабинете. Ты туда что ли шел?
Андрей подумал несколько секунд и помотал головой.
– Да нет, конечно! Зачем мне психологи!? А чай еще есть?
– Конечно!

Вы сильный человек.

Вы сильный человек, который имеет право быть уязвимым. Быть разным. Который имеет право на слезы. Что бы ни говорили нам окружающие, нет ничего плохого в освобождении эмоций, которые сжигают нас изнутри.

Нам нужно учить себя пониманию, что чувства – это нормально.

Чувства не делают нас слабыми, и нам не нужно прятаться от них. Требуется огромная сила для того, чтобы признать следующее – «во мне живут разные чувства, и я не всегда умею с ними справляться». Но это признание помогает нам сделать первый шаг к гармонии – потому что признание чувств помогает нам принять их.

Вы сильный человек, который имеет право на свой темп. Даже если вам кажется, что вы отстаете, и все вокруг обгоняют вас, и вам никогда не наверстать упущенное.
Наша жизнь – это не гонка за превосходство.

И это нормально – думать, что люди вокруг вас живут на все сто процентов, в то время как вы все еще пытаетесь разобраться в элементарных вещах.

Но нам нужно помнить, что мы видим лишь частички мира других людей. Мы становимся свидетелями лишь того опыта, которым люди готовы делиться. И мы не так одиноки в своих переживаниях, как сами себя убеждаем. Мы не единственные, кто чувствует боль.

Вы сильный человек, который имеет право на сложные дни. Такие дни, когда вы не можете встать с постели, принять душ и улыбнуться. Иногда самые простые занятия могут казаться нам непреодолимыми вершинами. Но вместо того, чтобы ругать себя за это, нам нужно учиться проявлять сопереживание и давать себе разрешение двигаться маленькими шагами.
Перестаньте относиться к себе как к боксерской груше. Вы не ленивы и не слабы. Это не так.

Жизнь не всегда легка и прекрасна, и временами мы сталкиваемся со сложными переживаниями. Но это не значит, что мы сделали что-то не так. Это просто значит, что мы люди.
Но вы справитесь с этим. И это обязательно закончится.


Из книги "Самоценность. Шаги к осознанности и принятию себя"
Марина Сойта

Экспозиция при социальной тревожности может выглядеть и так😁