«Я большой книжный ботан. Фильмы я не очень полюбил, хотя смотрел их. Я пришёл к этому через книги. Когда мне было 11 лет, и Гарри было 11 — я рос вместе с ними. Потом они на время ушли из моей жизни, а потом я заново открыл их через аудиокниги в исполнении Стивена Фрая. Последние шесть-семь лет я засыпаю под них почти каждый вечер. Я знаю их как свои пять пальцев. Я полный ботан по книгам.»

«Всё очень просто. Они спросили, хочу ли я сыграть Локхарта. Ответ был очевидным "да", потому что я люблю этого персонажа. Среди всех камео в серии сложно найти более забавного и приятного для актёра, чем Гилдерой Локхарт. Это был очевидный выбор. Была часть меня, которая подумала: „Почему они пришли именно ко мне за Локхартом?“ Но я не стал слишком углубляться, почему они так меня увидели.»

«Я записал свои партии за пару дней, потому что он в основном появляется во второй книге, а потом ненадолго возвращается в пятой. Это просто милый, забавный, трагикомичный персонаж, который заглянул и ушёл. Думаю, мне повезло.»

«Особо не нужно было ничего исследовать — я и так отлично знаю книгу, и, по сути, прихожу из того же мира, что и Локхарт. Я смотрю на это так: в каждом из нас есть немного Локхарта, а во мне — даже больше, чем немного. Поэтому далеко тянуться не пришлось.
В аудиоформате для такого персонажа нужно играть довольно крупно. Я не хотел делать его слишком изысканным и гладким. Он настолько оторван от реальности, что можно играть сколь угодно ярко.
Мне нравится Локхарт. Я вижу ловушку, в которую он попал. Я, наверное, сам не раз в неё попадал как актёр. Он — прекрасная притча для всех, кто занимается творчеством: о том, как можно слишком сильно задирать нос, о гордыне и ужасном уроке, когда ты думаешь, что ты один человек, а все вокруг видят тебя совсем другим. У всех нас есть этот страх: „А вдруг я не тот, кем себя считаю, и все смеются у меня за спиной?“»

«Особо не менял подход. Он остаётся тем же. Когда его находят заново, он всё тот же человек, просто потерял память. В нём появляется довольно трагичная растерянность. Он пытается ухватиться за то, кем был, но фактов уже не хватает. Из-за этого он становится более симпатичным — ведь он больше не помнит, кто он на самом деле. Жаль его, хотя он и жулик, и шарлатан. Но в этом и прелесть Локхарта. Может, это только мне так кажется, но он мне правда нравится. Я бы с удовольствием провёл с ним неделю.»

«Заклинание пикси… „Peskipiksi Pesternomi“. То самое, когда он выпускает корнуэльских пикси. Вот это было непросто.»

«Конечно, я не могу дождаться, когда буду читать эти книги своим детям. Им придётся меня останавливать. Это прекрасные книги, чтобы родители вводили ребёнка в чтение и литературу.»

«Нет, боже упаси. Я не хочу даже приближаться к этому. Я потратил на это 10 лет. Спасибо, с меня хватит.»

«Я бы взял любую роль. Могу даже быть статистом на фоне, мне всё равно. Я бы очень хотел там сняться.»