Сотрудникам скорой помощи в Ленинградской области предлагают «специальный контракт для медицинских работников»

В «Идите лесом» обратился сотрудник скорой помощи из Ленинградской области. Он работает там около года. Недавно его вызвали в отдел кадров и предупредили о возможном призыве на срочную службу.
В качестве альтернативы ему предложили подписать «специальный контракт для медицинских работников». В отделе кадров объяснили, что оружие ему держать не придется, а его задачей будет перевозить раненых военнослужащих в госпиталь.

В листовке обещают контракт на год, единовременную выплату от 800 тысяч рублей и ежемесячные выплаты от 220 тысяч рублей. Отдельным преимуществом указан «зачет военной службы по контракту взамен военной службы по призыву».

Среди обещанных льгот также указан статус ветерана боевых действий и выплаты за участие в войне.

Как бы его ни называли — «специальным», «медицинским» или «альтернативным» — это контракт с минобороны. Не подписывайте контракт.

Я вдруг замечаю на улицах что-то странное. Во все салоны сотовой связи стоят очереди из молодых мужчин. «Мобилизация», — слышу я из телевизора, который висит на стене в обувной лавке.

Только через пару минут до меня доходит — на тбилисских улицах новая волна эмиграции из России. Которая уже по счету только на моей памяти. Некоторые знакомые и родственники уезжали в начале 1990-х, когда развалился Советский Союз и открылись границы. Потом в 2012–2014 годах, когда надежды на демократическую смену власти становились все призрачнее и с захватом Крыма растаяли окончательно, начали уезжать первые друзья. В начале войны уехал я сам. А теперь вот новый исход.

В первые недели мобилизации, по разным оценкам, из страны уехали от 600 тысяч до миллиона человек.

<…>

Я пишу в соцсетях, что буду делать новый проект, что нужны волонтеры и сотрудники. Несмотря на мои 20 лет в благотворительности, я впервые вижу такой отклик. Мне пишут сотни людей. У нас появляется команда волонтеров-айтишников и волонтеров-дизайнеров, откликаются психологи и юристы. С их помощью мы пишем первые гайды: как себя вести при облаве, что делать, получив повестку, и прочее и прочее. По ним спешно обучаем волонтеров «первой линии» — тех, кто будет в мессенджерах консультировать людей, обратившихся за помощью. Все они живут не в России — для безопасности клиентов и самих волонтеров это обязательное условие. Почти все — недавние эмигранты.

<…>

Мы проговариваем, что наш фокус — ослабить российскую армию. Мы не будем помогать вывезенным дезертирам с трудоустройством в новой стране. Мы не будем вывозить из России политических активистов. У нас всего две цели:

— чтобы как можно меньше людей попали в армию,

— чтобы как можно больше тех, кто туда попал, оттуда выбрались.

<…>

Я сразу решаю, что мы будем помогать всем. Неважно, какие у тебя политические взгляды, поддерживаешь ты Путина или нет, важно только одно — хочешь ли ты стрелять в украинцев? Если нет, то пусть у тебя даже Z на лбу вытатуирована, мы поможем тебе бежать. Пусть у Путина будет на одного солдата меньше. Пусть конкретно вот этот Вася или Петя останется в живых. Пусть он ни в кого не выстрелит.

Если мы сможем помочь хотя бы одному человеку не попасть на войну, если благодаря нашим усилиям хотя бы одна пуля не полетит в украинцев — значит, все не зря.

<…>

Одно из первых пожертвований, на 300 рублей, приходит с припиской: «Очень боюсь стать за это пожертвование иностранным агентом, но не могу оставаться в стороне». Другое: «Отправила 500 рублей, смогу больше — пошлю… Я пенсионер, может, моему зятю понадобится, но он не хочет уезжать. Идиот, двое детей».

Я получаю отклики, на которые совершенно не рассчитывал.

«Я живу в … тут совсем рядом граница с Казахстаном. У меня джип, и я знаю, как проехать по степи в объезд погранпоста. Готов каждый месяц возить несколько человек. Сохраните мои контакты, но удалите сообщение». По нынешним российским законам само это сообщение — государственная измена. Тюремный срок от 12 до 20 лет.

Вскоре этот человек действительно помог нам вывезти двух дезертиров — молодых парней, угодивших под мобилизацию. Я словно оказался в каком-то фильме про шпионов. Только на этот раз все было по-настоящему — люди, с которыми мы перезванивались, могли на многие годы угодить в тюрьму.

<…>

Конечно, людей, готовых на столь отчаянные действия, было наперечет, но вообще бороться хотели многие: «Сделайте листовки с вашими контактами. Я у себя расклею / разбросаю по почтовым ящикам».

<…>

Внутри у меня как будто потихоньку тает глыба льда, которая застряла там с первых дней войны. Кажется, я снова начинаю любить родную страну.

✽ ✽ ✽

Вы прочитали фрагмент книги «Пункт обогрева». Ее написал Григорий Свердлин, бывший директор благотворительной организации «Ночлежка» и основатель проекта «Идите лесом». Именно о его запуске автор рассказывает в этом фрагменте.

Прочитать главу полностью можно здесь, а купить книгу — по ссылке.

Четыре года назад в России объявили «частичную» мобилизацию

С тех пор способы пополнения армии сильно изменились. Новую массовую мобилизацию не объявляли, но армию продолжают пополнять за счет набора контрактников, давления на срочников, вербовки заключенных и иностранцев. В последние месяцы к этому добавились облавы и участившиеся случаи принуждения к подписанию контрактов.

В новом выпуске «Вестника Бури» Иван Чувиляев из «Идите лесом» рассказал, какими способами сейчас набирают людей на войну, кто оказывается в зоне риска и почему сам вопрос «будет ли новая мобилизация» не всегда помогает понять, что происходит.

Также поговорили о том, что можно сделать заранее, чтобы обезопасить себя, и как действовать, если вас или вашего близкого уже пытаются отправить на фронт.

Если вам нужна помощь, пишите нам: @iditelesom_info_bot

Четыре года мобилизации

Четыре года назад в России объявили мобилизацию. 3 октября 2022 года мы запустили линию помощи «Идите лесом». За первые сутки нам написали больше 250 человек.

С тех пор помощь от «Идите лесом» получили 83 199 человек. 3 346 людям мы помогли дезертировать. 1 039 из них — только с начала 2026 года.

Мы начинали как проект, который помогает избежать мобилизации. За четыре года круг людей, которым нужна наша помощь, стал намного шире.

Сейчас нам пишут призывники и их родители, срочники, запасники, мобилизованные, контрактники и кадровые военные. Обращаются люди, которых задерживают на улице и принуждают подписать контракт, завербованные в СИЗО и колониях, иностранцы, оказавшиеся в российской армии.

Нам пишут родители детей задолго до призывного возраста. Самому младшему ребёнку, из-за которого к нам обратились за помощью, было 7,5 лет. Его мама написала нам, потому что уже сейчас боится, что сын в будущем попадёт в армию.

Самый молодой дезертир, которого мы эвакуировали из России и помогли добраться до безопасного места, родился в 2008 году.

Обращаются и мужчины старше 50–60 лет и их близкие. Их сейчас вербуют на войну, задерживают и принуждают подписывать контракты с минобороны.

То есть за четыре года помощь стала нужна буквально всем поколениям. Мы помогаем подготовиться к призыву и не попасть в армию, разобраться с повестками, отсрочками, медицинскими основаниями и АГС. Помогаем срочникам, которых принуждают подписывать контракт. Помогаем тем, кого уже задержали или пытаются отправить на войну. А военнослужащим, которые решили дезертировать, помогаем выбраться из армии и добраться до безопасного места.

За четыре года менялись обстоятельства и люди, которые к нам обращаются. Но смысл нашей работы не изменился: не попасть в армию, не подписать контракт, не отправиться на войну, а если уже оказался в армии — выбраться.

Если вам или вашему близкому нужна помощь — пишите «Идите лесом» @iditelesom_info_bot. Помощь бесплатная и анонимная.

Новые задержания и принуждение к контракту: Омск, Пенза и ЕАО

Нам сообщили о новых случаях в Омской области, Пензенской области и Еврейской автономной области — мужчин забирают с улиц, увозят в военкоматы и пункты отбора и заставляют подписывать контракты с минобороны.

• Омск. 20 сентября за 49-летним мужчиной приехали на белой машине и увезли его из дома. По словам родственников, мужчина злоупотребляет алкоголем, у него диагностирована олигофрения, в армии он не служил.

Домой мужчина не вернулся. Его тетя позвонила в пункт отбора «Сириус», где ей сообщили, что мужчина действительно был там, но якобы не прошел медкомиссию и его отпустили. Однако домой он так и не пришел, и родственники подали заявление о его розыске.

Позже тете удалось дозвониться до мужчины. Он сообщил, что подписал контракт и его уже вывезли из Омска. После этого телефон снова отключился.

• ЕАО. В селе Ленинском Ленинского района 55-летнего мужчину забрали с улицы и увезли в военкомат в Биробиджан. Родственники обратились к нам за помощью, опасаясь, что его заставят подписать контракт. На момент обращения они не знали, успел ли мужчина что-либо подписать.

• Пенза. Еще один мужчина, по словам близких, попал под облаву и предположительно находился в отделе полиции №5 в Терновке. Контракт с ним оформили за один день. Уже ночью мужчину отправили в часть в Ростов.

• Еще в одном обращении родственница сообщила, что ее брата силой забрали с улицы. Военного билета при нем не было — документ остался дома. Телефон мужчины выключен, связи с ним нет.

Семья смогла проследить последние операции по его банковской карте. Сначала покупки совершались возле призывного пункта, а на следующий день — уже возле границы с Украиной, в магазине военной экипировки. Где сейчас находится мужчина и что с ним произошло после задержания, родственники не знают.

Особенно часто о таких случаях нам пишут из Омска и Пензы. По Омску мы собрали отдельную подборку вместе с Омским гражданским объединением. Также мы регулярно фиксируем задержания в Пензе.

В Орске агитируют не ждать повестку, а заключить контракт

Нам прислали фотографию агитации из Орска. В объявлении предлагают не ждать повестку, а заключить контракт в Татарстане.

Среди доступных направлений перечислены война в Украине, войска беспилотных систем и Африканский корпус. В рекламе обещают 3,1 млн рублей в первый месяц, заработок до 20 млн рублей в год и списание кредитов семьи на сумму до 10 млн рублей.

При этом размер выплат за контракт может меняться очень быстро. Осенью 2025 года Татарстан почти в семь раз сократил региональную выплату — с 2,7 млн до 400 тысяч рублей. В 2026 году ее снова увеличили, а сейчас в агитации вновь обещают 3,1 млн рублей в первый месяц.

Но никаких гарантий, что обещанные деньги вообще окажутся у подписавшего контракт, нет. Дезертиры, которые обращаются к нам, рассказывают о невыплаченных деньгах, поборах и отобранных банковских картах. Даже условия самих выплат могут измениться: осенью 2025 года в Татарстане региональную выплату за контракт снизили с 2,7 млн до 400 тысяч рублей.

Но контракт может стоить вам жизни. По данным «Idel.Реалии», в Татарстане подтверждена гибель около 10 тысяч военнослужащих, в том числе более тысячи мобилизованных.

Срочников лишают сна и еды, запугивают штурмами и оформляют контракты без их согласия

В августе мы получили 51 обращение от срочников и их близких по поводу принуждения к контракту. Срочникам угрожают физическим насилием и отправкой в штурмы, лишают сна и еды. Их убеждают, что контракт будет всего на год или что после его заключения они гарантированно попадут в войска беспилотных систем. Есть и случаи подделки подписей срочников на контрактах.

Главная задача — не подписывать контракт.

Если срочника принуждают к его заключению:

• Заранее подайте рапорт об отказе от заключения контракта и укажите, что намерены уволиться после окончания срочной службы.

• Сообщите близким, если началось давление.

• Свяжитесь с правозащитниками.

• Не верьте никаким обещаниям ни о сроках, ни о месте службы. После заключения контракта место службы определяет командование, а в период мобилизации все контракты бессрочные.

• Также оформите доверенность на близкого человека, чтобы он мог представлять интересы срочника, подавать жалобы и обращаться в суд.

Если вас или вашего близкого принуждают к заключению контракта, пишите «Идите лесом». Помогаем бесплатно и анонимно.

Поддержите «Идите лесом». В августе мы получили рекордное количество обращений, и ваша поддержка помогает нам отвечать на них и продолжать бесплатно помогать тем, кого пытаются отправить на войну.

Срочникам выдали листовки о контракте и приказали постоянно носить их с собой

К нам обратилась невеста срочника, которому осталось меньше двух месяцев до конца службы. По ее словам, сразу после выборов в части резко усилилась агитация за контракт.

Срочникам выдали листовки о военной службе по контракту и приказали постоянно носить их с собой. Их предупредили: если руководство остановит военнослужащего и листовок при нем не окажется, его накажут.

На листовках подробно расписаны выплаты, военная ипотека, служебное жилье, питание и другие льготы. Также подсчитан «общий доход военнослужащего» с учетом выплат и социальных гарантий.

Невеста срочника переживает, что одной агитацией дело не ограничится, и спрашивает, как заранее защитить близкого от принуждения к контракту.

Если срочник не собирается заключать контракт, можно заранее подать рапорт об отказе и указать, что он намерен уволиться после окончания срочной службы. Важно добиться, чтобы рапорт приняли и зарегистрировали. Такое письменное заявление может пригодиться, если позднее срочника начнут заставлять подписывать контракт.

До конца службы осталось меньше двух месяцев. Главная задача — ничего не подписывать, несмотря на уговоры, обещания и угрозы.

Григорий Свердлин рассказал The Telegraph, как «Идите лесом» помогает российским военнослужащим дезертировать

Сейчас на нашу линию помощи поступает примерно 160–200 обращений в день. За все время мы помогли более чем 3600 военнослужащим дезертировать и более 82 тысяч человек не попасть в армию.

Большинству тех, кого мы берем в эвакуацию, удается добраться до безопасного места, но бывают и редкие случаи, когда помочь человеку выбраться не получается.

Григорий рассказал историю одного военнослужащего, которого во время побега остановил военный патруль в Ростове-на-Дону — он забыл снять тактические перчатки. Он успел написать нам, что его поймали. С тех пор мы не знаем, где он и что с ним произошло.

Другая история — двух военнослужащих с Сахалина. Они узнали, что их часть собираются отправить на войну, и обратились к нам. Сначала мы рассчитывали, что они смогут выехать из России легально, но подготовка заняла больше времени.

В итоге они пересекли всю Россию и несколько недель скрывались недалеко от границы с Финляндией, пока мы готовили маршрут. Объясняли, как ориентироваться в лесу, какую обувь взять и как подготовиться к переходу.

Они перешли границу и сдались финской полиции. Уже оттуда написали нам, что там тепло, их накормили и они больше не боятся.