О задержании Ильи Трабера первой сообщила «Фонтанка». А почему эта новость так ошеломляет, почему она так важна — за этим уже не к «Фонтанке», ограниченной в своей свободе российскими законами и порядками. Чтобы понять сенсационность этого задержания, нужно было следить за иноагентской и нежелательной прессой и соцсетями.

«Фонтанка» не напишет о связях Трабера с Путиным, но, скорее всего, без подцензурной «Фонтанки» новости о задержании антиквара вообще могло и не быть — самостоятельно эмигрантская пресса об этом просто не узнала бы. Но ни те, ни другие, ни третьи никогда не признают, что максимально полную картину события они сейчас могут изобразить только совместными, пусть и не согласованными усилиями. Сейчас такие совместные усилия еще возможны потому, что в России остался понятный небольшой набор подцензурных, но не пропагандистских медиа, но динамика вполне очевидна, однажды не станет и их, и окажется (да во многих случаях это уже реальность, свершившийся факт), что неподцензурному, прежде всего эмигрантскому медиапространству останется только резонерствовать и распространять непроверяемые слухи — ну вот как южнокорейские СМИ пишут о том, что Ким Чен Ын опять кого-то расстрелял из миномета, все верят, и только Андрей Ланьков у себя в фейсбуке возмутится — да это же неправда, не надо тиражировать.