Наша (общая для обеих воюющих стран) советская традиция, впрочем, к подобным деяниям вполне терпима — людям, пускавшим под откос поезда, сжигавшим крестьянские дома или даже сыпавшим стрихнин в столовскую кастрюлю, у нас с давних пор ставят памятники. Украина в рамках декоммунизации их сносит, но ставит взамен свои собственные, в каком-то смысле еще более зловещие, если иметь в виду Волынскую резню или Холокост. Постсоветская Россия, в свою очередь, канонизировала даже тех, кого стеснялась советская власть — от подводника, затопившего немецкий «Титаник» с пятью тысячами мирных пассажиров, среди которых было несколько десятков офицеров кригсмарине, до гэпэушного киллера, подсовывавшего своим жертвам бомбы в конфетных коробках. Если бы объектом СВО-агрессии была «обычная» европейская держава с левым правительством, университетами, культом разнообразия, болезненной нетерпимостью к насилию, туалетами для трансгендеров, привинченными к бутылкам крышечками — о, сейчас бы Путин уже праздновал четырехлетие победы, и никто бы уже ни о чем не вспоминал, даже и санкции давно бы были сняты. Но в нашей реальности сошлись в большой битве две родины Судоплатова, две родины генералов Чайко, отца и сына. Маринеско и Бандера, Ковпак и Пригожин, Шухевич и Рамон Меркадер, Мельник и Зоя Космодемьянская оставили после себя самое кровожадное и беспощадное потомство, которое и бьется теперь за одну на всех победу и за ценой, как не раз уже можно было убедиться, не постоит. Российская сторона начала братоубийственную войну, воображая, видимо, что брат так и остался тем задавакой в матроссском костюмчике, которого она помнит по детству — а на самом деле у брата уже четыре ходки и звезды выколоты на коленях, символизируя, что вставать на колени для него не вариант.

Полин Кейл вертится в гробу

Я думаю, что неотрефлексированность феномена русского коллаборационизма во Второй мировой войне — даже не лично Власова, а самого явления — если бы кто-то взялся всерьез переосмыслить и подумать на эту тему заново, не соглашаясь по умолчанию с советскими пропагандистскими нарративами, дала бы многое сегодняшним людям.

Те, кто, желая добра, понимая, на чьей стороне правда и кто агрессор, в итоге обнаруживают себя маленькими пиарщиками украинских спецслужб.

Думайте о Власове, читайте о Власове, и, возможно, вы поймете ту грань, переходить которую необязательно.