Зодиакальный свет над Гималаями ✨
Редкая «ложная заря» — слабое свечение межпланетной пыли — снята в тёмном небе резерва Ханле, Ладакх, Индия, на высоте ~4500 м.
Перед рассветом Юпитер тонет в этом свечении у восточного горизонта. По полосе к зениту видны скопление M44 и желтоватый Марс, а метеоры прочерчивают небо.
Данные Juno намекают: пыль, дающую это сияние, может приходить с Марса.
Редкая «ложная заря» — слабое свечение межпланетной пыли — снята в тёмном небе резерва Ханле, Ладакх, Индия, на высоте ~4500 м.
Перед рассветом Юпитер тонет в этом свечении у восточного горизонта. По полосе к зениту видны скопление M44 и желтоватый Марс, а метеоры прочерчивают небо.
Данные Juno намекают: пыль, дающую это сияние, может приходить с Марса.
Заправки на Марсе из воздуха: в MIT делают плазменный конвертер CO2 🚀
На Марсе полно углекислого газа. Идея такая: превращать его в кислород и оксид углерода, чтобы питать системы жизнеобеспечения и заправочные станции. В MIT аспирантка Лейни МакКинни с группой Aerospace Plasma Group разрабатывает технологию холодной плазмы для местного производства окислителя и компонентов топлива.
Она создала компактный плазменный реактор NRP-DBD и сочетает его с кислород‑селективной мембраной, чтобы быстро извлекать O2 и не давать ему рекомбинировать с CO. Главная сложность сейчас — эффективно разделить полученную смесь и понять, как мембрана поведёт себя в реактивной плазме.
Параллельно команда побеждает в инженерных челленджах NASA. В LunaRecycle их проект CERBERUZ взял 1‑е место в Phase 2 и $775 000 за систему, что перемалывает смешанный мусор в порошок для литья и 3D‑нити. В другом курсе они предложили кирпичи из лунного реголита без раствора.
На Марсе полно углекислого газа. Идея такая: превращать его в кислород и оксид углерода, чтобы питать системы жизнеобеспечения и заправочные станции. В MIT аспирантка Лейни МакКинни с группой Aerospace Plasma Group разрабатывает технологию холодной плазмы для местного производства окислителя и компонентов топлива.
Она создала компактный плазменный реактор NRP-DBD и сочетает его с кислород‑селективной мембраной, чтобы быстро извлекать O2 и не давать ему рекомбинировать с CO. Главная сложность сейчас — эффективно разделить полученную смесь и понять, как мембрана поведёт себя в реактивной плазме.
Параллельно команда побеждает в инженерных челленджах NASA. В LunaRecycle их проект CERBERUZ взял 1‑е место в Phase 2 и $775 000 за систему, что перемалывает смешанный мусор в порошок для литья и 3D‑нити. В другом курсе они предложили кирпичи из лунного реголита без раствора.
Анналемма над камнями Калланиша 🌞🗿
Если снимать Солнце в одно и то же время весь год, его точки на небе складываются в «восьмёрку» — анналемму. Здесь она снята в полдень у деревни Калланиш во Внешних Гебридах, на фоне каменного круга бронзового века.
«Восьмёрка» получается из‑за наклона оси Земли и эллиптичности орбиты.
Если снимать Солнце в одно и то же время весь год, его точки на небе складываются в «восьмёрку» — анналемму. Здесь она снята в полдень у деревни Калланиш во Внешних Гебридах, на фоне каменного круга бронзового века.
«Восьмёрка» получается из‑за наклона оси Земли и эллиптичности орбиты.
☀️ Солнце способно на «супервспышку», утверждает новое исследование
Мы привыкли считать Солнце относительно спокойной звездой: вспышки случаются, но по сравнению с похожими звездами оно тихое. Супервспышки — редкие и куда более мощные выбросы энергии — наблюдали на других «солнцеподобных» звездах, и долго казалось, что наше такое не устроит.
Но в статье Натали Кривовой из Института Макса Планка по исследованию Солнечной системы и коллег в журнале Philosophical Transactions A показано: физически Солнце способно произвести супервспышку. Это не означает, что она близка, но снимает главное ограничение — «невозможность по природе».
Вывод практический: даже редкое экстремальное событие может ударить по технологической инфраструктуре Земли — от спутников до энергосистем. Уточнение реальных рисков теперь зависит от оценки вероятности и механизмов таких вспышек, а не от предположения, что Солнце их «не умеет».
Мы привыкли считать Солнце относительно спокойной звездой: вспышки случаются, но по сравнению с похожими звездами оно тихое. Супервспышки — редкие и куда более мощные выбросы энергии — наблюдали на других «солнцеподобных» звездах, и долго казалось, что наше такое не устроит.
Но в статье Натали Кривовой из Института Макса Планка по исследованию Солнечной системы и коллег в журнале Philosophical Transactions A показано: физически Солнце способно произвести супервспышку. Это не означает, что она близка, но снимает главное ограничение — «невозможность по природе».
Вывод практический: даже редкое экстремальное событие может ударить по технологической инфраструктуре Земли — от спутников до энергосистем. Уточнение реальных рисков теперь зависит от оценки вероятности и механизмов таких вспышек, а не от предположения, что Солнце их «не умеет».
🪐 Венера могла «съесть» свой спутник
Венера почти близнец Земли по размеру и массе, но у неё нет луны. Новое моделирование предлагает объяснение: у планеты когда‑то был каменистый спутник, который со временем спирально сблизился и рухнул на Венеру.
По сценарию учёных, луна могла родиться после древнего гигантского удара, как и земная. Но из‑за особенностей вращения и приливных сил её орбита стала неустойчивой. Энергия приливных взаимодействий переводилась в тепло, орбита сжималась, и спутник в итоге поглотила планета.
Такой «самооткат» объясняет, почему Венера осталась без луны, хотя должна была её иметь. Падение спутника могло повлиять на вращение планеты и тепловой баланс, подталкивая к условиям, которые мы видим сегодня — медленному вращению и экстремальной жаре, но это ещё предстоит проверить будущими миссиями и моделями.
Венера почти близнец Земли по размеру и массе, но у неё нет луны. Новое моделирование предлагает объяснение: у планеты когда‑то был каменистый спутник, который со временем спирально сблизился и рухнул на Венеру.
По сценарию учёных, луна могла родиться после древнего гигантского удара, как и земная. Но из‑за особенностей вращения и приливных сил её орбита стала неустойчивой. Энергия приливных взаимодействий переводилась в тепло, орбита сжималась, и спутник в итоге поглотила планета.
Такой «самооткат» объясняет, почему Венера осталась без луны, хотя должна была её иметь. Падение спутника могло повлиять на вращение планеты и тепловой баланс, подталкивая к условиям, которые мы видим сегодня — медленному вращению и экстремальной жаре, но это ещё предстоит проверить будущими миссиями и моделями.
Туманность Кокон: «комета» в Лебеде 🌌
В широком поле эта звёздообразующая область выглядит как комета: яркая «голова» и пылевой «хвост».
IC 5146 в 2 500 св. лет. Голова тянется на ~10 св. лет, хвост — почти на 100.
Центральная звезда освещает газ и выдувает полость, а тёмные нити скрывают рождение звёзд. Снимок сделан в июле в Долине Смерти, США.
В широком поле эта звёздообразующая область выглядит как комета: яркая «голова» и пылевой «хвост».
IC 5146 в 2 500 св. лет. Голова тянется на ~10 св. лет, хвост — почти на 100.
Центральная звезда освещает газ и выдувает полость, а тёмные нити скрывают рождение звёзд. Снимок сделан в июле в Долине Смерти, США.
🌌 Древний узел космической паутины: найдено протосверхскопление COSMOS-z3.1-A
Астрономы обнаружили самый дальний известный фрагмент космической паутины — протосверхскопление COSMOS-z3.1-A. Мы видим его таким, каким оно было около 12 млрд лет назад, когда Вселенной было всего 2–3 млрд лет. Это ещё не готовый гигант, а рыхлая система из 10 плотных групп галактик, которые со временем должны слиться в единое сверхскопление.
Объект нашли в данных обзора ODIN, выполненного камерой Dark Energy Camera на телескопе Виктора М. Бланко в Чили. За 100 ночей наблюдений команда определила 150 очень далёких протоскуплений, сформировавшихся в первые 3 млрд лет космической истории.
COSMOS-z3.1-A — редкость: его масса оценивается примерно в 5000 масс Млечного Пути, и, по расчётам, таких объектов меньше одного на каждые 10 000 скоплений. 3D-карта показывает комковатую структуру на стыках нитей паутины — признак «снизу-вверх» роста Вселенной, когда малые объекты объединяются в большие.
Астрономы обнаружили самый дальний известный фрагмент космической паутины — протосверхскопление COSMOS-z3.1-A. Мы видим его таким, каким оно было около 12 млрд лет назад, когда Вселенной было всего 2–3 млрд лет. Это ещё не готовый гигант, а рыхлая система из 10 плотных групп галактик, которые со временем должны слиться в единое сверхскопление.
Объект нашли в данных обзора ODIN, выполненного камерой Dark Energy Camera на телескопе Виктора М. Бланко в Чили. За 100 ночей наблюдений команда определила 150 очень далёких протоскуплений, сформировавшихся в первые 3 млрд лет космической истории.
COSMOS-z3.1-A — редкость: его масса оценивается примерно в 5000 масс Млечного Пути, и, по расчётам, таких объектов меньше одного на каждые 10 000 скоплений. 3D-карта показывает комковатую структуру на стыках нитей паутины — признак «снизу-вверх» роста Вселенной, когда малые объекты объединяются в большие.
🌞 Тройное совпадение: Солнце, МКС и самолёт
На одном кадре — Солнце с пятнами, силуэт МКС и внезапно попавший самолёт. Проход МКС перед диском фотограф вычислил с точностью до долей секунды, но самолёт в июне над Прасеком (Чехия) появился случайно и устроил мини‑затмение. Оценка шанса поймать и станцию, и самолёт одновременно — около 1 к 30 миллионам.
На одном кадре — Солнце с пятнами, силуэт МКС и внезапно попавший самолёт. Проход МКС перед диском фотограф вычислил с точностью до долей секунды, но самолёт в июне над Прасеком (Чехия) появился случайно и устроил мини‑затмение. Оценка шанса поймать и станцию, и самолёт одновременно — около 1 к 30 миллионам.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
10 лет съемки звезд, вращающихся вокруг черной дыры в центре нашей галактики
🧪 Космические камни полны органики — и её намного больше, чем мы думали
Метеориты давно известны как «строительный магазин» жизни: в них находят аминокислоты, простые сахара и даже основания ДНК. Новая работа показывает, что их химическое разнообразие куда богаче.
Команда Джозефа У. Фрая-Джонса из Национальной лаборатории высоких магнитных полей и Университета штата Флорида выявила десятки тысяч ранее не замеченных органических соединений в двух известных метеоритах. Исследование опубликовано в The Planetary Science Journal.
Речь не о следах жизни, а о химических заготовках, которые могли попасть на раннюю Землю и запустить предбиотические реакции. Чем шире «меню» таких молекул, тем реалистичнее сценарий, в котором необходимые ингредиенты собираются в более сложные системы и подталкивают химию к зарождению жизни.
Метеориты давно известны как «строительный магазин» жизни: в них находят аминокислоты, простые сахара и даже основания ДНК. Новая работа показывает, что их химическое разнообразие куда богаче.
Команда Джозефа У. Фрая-Джонса из Национальной лаборатории высоких магнитных полей и Университета штата Флорида выявила десятки тысяч ранее не замеченных органических соединений в двух известных метеоритах. Исследование опубликовано в The Planetary Science Journal.
Речь не о следах жизни, а о химических заготовках, которые могли попасть на раннюю Землю и запустить предбиотические реакции. Чем шире «меню» таких молекул, тем реалистичнее сценарий, в котором необходимые ингредиенты собираются в более сложные системы и подталкивают химию к зарождению жизни.
🧲 SKA сможет увидеть магнитные поля у далеких экзопланет
Поиск жизни вне Земли — это не только «жилая зона». Даже на правильной дистанции от звезды планету может обжигать радиация, если светило слишком активно. Землю от этого спасает магнитное поле, и именно такой «щит» всё чаще считают ключевым признаком обитаемости.
Новый гигантский радиотелескоп SKA (Square Kilometre Array) рассчитан на сверхчувствительные наблюдения и может уловить слабые радиосигналы, связанные с магнитосферами экзопланет. Речь идёт о характерных всплесках на низких частотах, которые возникают при взаимодействии звезды и магнитного поля планеты — по сути, «радиосеверных сияниях».
Если SKA начнёт регулярно фиксировать такие сигналы, астрономы смогут напрямую судить о наличии планетных магнитных полей и лучше отбирать миры, где условия ближе к земным, чем просто по расстоянию до звезды.
Поиск жизни вне Земли — это не только «жилая зона». Даже на правильной дистанции от звезды планету может обжигать радиация, если светило слишком активно. Землю от этого спасает магнитное поле, и именно такой «щит» всё чаще считают ключевым признаком обитаемости.
Новый гигантский радиотелескоп SKA (Square Kilometre Array) рассчитан на сверхчувствительные наблюдения и может уловить слабые радиосигналы, связанные с магнитосферами экзопланет. Речь идёт о характерных всплесках на низких частотах, которые возникают при взаимодействии звезды и магнитного поля планеты — по сути, «радиосеверных сияниях».
Если SKA начнёт регулярно фиксировать такие сигналы, астрономы смогут напрямую судить о наличии планетных магнитных полей и лучше отбирать миры, где условия ближе к земным, чем просто по расстоянию до звезды.
🌕 Новый кратер на Луне: МакГетчин
Между апрелем и маем 2024 комета или астероид 10–20 м врезался в Луну. LRO снял «до/после». Образовался кратер шириной примерно как два футбольных поля — такие события ждут раз в 132 года.
Термосъёмка показала тёплый кратер и холодное пятно вокруг: взбухший реголит хуже держит тепло. Эффект шире видимой ямы и поможет понять эволюцию лунной поверхности.
Между апрелем и маем 2024 комета или астероид 10–20 м врезался в Луну. LRO снял «до/после». Образовался кратер шириной примерно как два футбольных поля — такие события ждут раз в 132 года.
Термосъёмка показала тёплый кратер и холодное пятно вокруг: взбухший реголит хуже держит тепло. Эффект шире видимой ямы и поможет понять эволюцию лунной поверхности.
Волновые симуляции открывают новое окно в «пушистую» тёмную материю 🔭
Тёмная материя невидима, но её гравитация искривляет свет далёких галактик. Это явление — гравитационное линзирование — позволяет «увидеть» распределение невидимого вещества. Один из кандидатов — ультралёгкая, или «пушистая», тёмная материя, которая ведёт себя как волна.
Астрофизики из Гонконгского университета совместно с командой Пекинского педагогического университета предложили более физически реалистичный способ проверять влияние такой материи на линзированные изображения. Впервые предсказания по линзированию получены напрямую из трёхмерных волновых симуляций этой модели.
Это открывает путь к поиску тонких «рифов» и искажений в дугах и множественных изображениях галактик без грубых упрощений и помогает отделить конкурирующие сценарии тёмной материи. Следующий шаг — проверка на данных крупных телескопов и космических обзоров ✨.
Тёмная материя невидима, но её гравитация искривляет свет далёких галактик. Это явление — гравитационное линзирование — позволяет «увидеть» распределение невидимого вещества. Один из кандидатов — ультралёгкая, или «пушистая», тёмная материя, которая ведёт себя как волна.
Астрофизики из Гонконгского университета совместно с командой Пекинского педагогического университета предложили более физически реалистичный способ проверять влияние такой материи на линзированные изображения. Впервые предсказания по линзированию получены напрямую из трёхмерных волновых симуляций этой модели.
Это открывает путь к поиску тонких «рифов» и искажений в дугах и множественных изображениях галактик без грубых упрощений и помогает отделить конкурирующие сценарии тёмной материи. Следующий шаг — проверка на данных крупных телескопов и космических обзоров ✨.
✨ Странные галактики ранней Вселенной формировали необычные звёзды
Галактики в молодой Вселенной выглядели не так, как сегодня, и астрономы пытаются понять почему. Чтобы приблизиться к ответу, они ищут «живые» аналоги тех далёких условий рядом с нами.
Команда Университета Юты запустила обзор TEMPOS — Treasury of Extremely Metal-Poor O Stars. Учёные изучают ультрафиолет, который излучают крайне бедные металлами звёзды типа O в соседних галактиках. Эти наблюдения ведёт Космический телескоп «Хаббл» с помощью спектрографа Cosmic Origins Spectrograph.
Такие звёзды очень массивны и горячие, их жёсткий ультрафиолет способен менять газ в галактиках. Сравнивая их УФ-спектры с моделями ранней Вселенной, исследователи надеются понять, как возникал необычный облик первых галактик и как их звёзды влияли на окружающую среду.
Галактики в молодой Вселенной выглядели не так, как сегодня, и астрономы пытаются понять почему. Чтобы приблизиться к ответу, они ищут «живые» аналоги тех далёких условий рядом с нами.
Команда Университета Юты запустила обзор TEMPOS — Treasury of Extremely Metal-Poor O Stars. Учёные изучают ультрафиолет, который излучают крайне бедные металлами звёзды типа O в соседних галактиках. Эти наблюдения ведёт Космический телескоп «Хаббл» с помощью спектрографа Cosmic Origins Spectrograph.
Такие звёзды очень массивны и горячие, их жёсткий ультрафиолет способен менять газ в галактиках. Сравнивая их УФ-спектры с моделями ранней Вселенной, исследователи надеются понять, как возникал необычный облик первых галактик и как их звёзды влияли на окружающую среду.
🌌 Омега Центавра: гигантское шаровое скопление
Это одно из самых впечатляющих скоплений Млечного Пути: около 10 миллионов звезд, старше Солнца, упакованы в область диаметром примерно 150 световых лет. Находится в 15 000 световых лет от нас и считается самым большим и ярким среди примерно 200 шаровых скоплений гало нашей галактики.
В отличие от обычных скоплений, где звезды одного возраста и состава, Омега Центавра показывает несколько поколений со звезд с разной химией. Это навело астрономов на мысль, что объект может быть остаточным ядром небольшой галактики, которую Млечный Путь когда-то поглотил. На снимках легко заметны желтоватые красные гиганты.
Двадцатилетние наблюдения «Хаббла» выявили признаки массивной черной дыры в центре скопления. 🕳️ Если это так, Омега Центавра становится ключевой лабораторией для изучения слияний галактик и того, как в плотных звездных системах рождаются и эволюционируют звезды.
Это одно из самых впечатляющих скоплений Млечного Пути: около 10 миллионов звезд, старше Солнца, упакованы в область диаметром примерно 150 световых лет. Находится в 15 000 световых лет от нас и считается самым большим и ярким среди примерно 200 шаровых скоплений гало нашей галактики.
В отличие от обычных скоплений, где звезды одного возраста и состава, Омега Центавра показывает несколько поколений со звезд с разной химией. Это навело астрономов на мысль, что объект может быть остаточным ядром небольшой галактики, которую Млечный Путь когда-то поглотил. На снимках легко заметны желтоватые красные гиганты.
Двадцатилетние наблюдения «Хаббла» выявили признаки массивной черной дыры в центре скопления. 🕳️ Если это так, Омега Центавра становится ключевой лабораторией для изучения слияний галактик и того, как в плотных звездных системах рождаются и эволюционируют звезды.
Омега Центавра: загадочный шаровой кластер ✨
Гигантское скопление в гало Млечного Пути, крупнейшее и ярчайшее среди ~200 шаровых. В нём около 10 млн звёзд старше Солнца, сжатых в область ~150 св. лет, на расстоянии ~15 000 св. лет.
Здесь есть звёзды разного возраста и состава — редкость для скоплений. Возможное объяснение: это ядро карликовой галактики.
Гигантское скопление в гало Млечного Пути, крупнейшее и ярчайшее среди ~200 шаровых. В нём около 10 млн звёзд старше Солнца, сжатых в область ~150 св. лет, на расстоянии ~15 000 св. лет.
Здесь есть звёзды разного возраста и состава — редкость для скоплений. Возможное объяснение: это ядро карликовой галактики.
Водопад Аниванива (Aniwaniwa Falls) на фоне Млечного Пути
Такие изображения — результат кропотливой работы. Астрофотографу нужно не только запечатлеть звездное в подходящем месте, используя специальное оборудование и длинную выдержку, но и объединить полученное "звездное" изображение с земным пейзажем, запечатлённым из того же самого места в то же время
Такие изображения — результат кропотливой работы. Астрофотографу нужно не только запечатлеть звездное в подходящем месте, используя специальное оборудование и длинную выдержку, но и объединить полученное "звездное" изображение с земным пейзажем, запечатлённым из того же самого места в то же время
Швейцарские инженеры придумали лучший «амортизатор» для космических аппаратов 🚀
Пуски ракет — одни из самых жёстких путешествий, которые создал человек. Миллионы фунтов тяги превращаются в перегрузки и вибрации, способные повредить тонкие зеркала телескопов или хрупкие пайки электроники ещё до начала миссии.
Исследователи из Швейцарии предложили новый способ гасить эти удары и колебания. Их решение работает как «амортизатор» между запуском и полезной нагрузкой, снижая риск трещин и разрывов в деликатных узлах спутников и обсерваторий 🛰️
Если эта технология войдёт в практику, стоимость и надёжность миссий вырастут: аппараты будут лучше переживать старт и с большей вероятностью добираться до орбиты без скрытых повреждений.
Пуски ракет — одни из самых жёстких путешествий, которые создал человек. Миллионы фунтов тяги превращаются в перегрузки и вибрации, способные повредить тонкие зеркала телескопов или хрупкие пайки электроники ещё до начала миссии.
Исследователи из Швейцарии предложили новый способ гасить эти удары и колебания. Их решение работает как «амортизатор» между запуском и полезной нагрузкой, снижая риск трещин и разрывов в деликатных узлах спутников и обсерваторий 🛰️
Если эта технология войдёт в практику, стоимость и надёжность миссий вырастут: аппараты будут лучше переживать старт и с большей вероятностью добираться до орбиты без скрытых повреждений.
🧠🚀 ИИ от Стэнфорда учит космические корабли «мечтать» для стыковки с МКС
Стыковка выглядит просто, но на деле это тонкая орбитальная хореография. Корабль и станция летят около 28 000 км/ч, а маневр больше похож на параллельную парковку в движущемся гараже. Ускоришься вперёд — начнёшь «всплывать» выше орбиты, и никакое трение воздуха не притормозит.
Десятилетиями инженеры полагались на жёстко прописанную физику и пилотов, которые подправляли курс. Исследователи Стэнфорда предложили другой подход: ИИ, который делает «мысленные симуляции» — прогоняет возможные сценарии и выбирает безопасные манёвры до того, как двигатели включатся. Препринт работы выложен на arXiv.
Цель — повысить автономность и безопасность сближений и стыковок, минимизируя риск столкновений и человеческой ошибки, но реальным испытаниям такая система ещё должна пройти путь от статьи к космосу.
Стыковка выглядит просто, но на деле это тонкая орбитальная хореография. Корабль и станция летят около 28 000 км/ч, а маневр больше похож на параллельную парковку в движущемся гараже. Ускоришься вперёд — начнёшь «всплывать» выше орбиты, и никакое трение воздуха не притормозит.
Десятилетиями инженеры полагались на жёстко прописанную физику и пилотов, которые подправляли курс. Исследователи Стэнфорда предложили другой подход: ИИ, который делает «мысленные симуляции» — прогоняет возможные сценарии и выбирает безопасные манёвры до того, как двигатели включатся. Препринт работы выложен на arXiv.
Цель — повысить автономность и безопасность сближений и стыковок, минимизируя риск столкновений и человеческой ошибки, но реальным испытаниям такая система ещё должна пройти путь от статьи к космосу.