Чувство вины после смерти или расставания

Часто мы, люди, ощущаем вину, когда уходит кто-то близкий. Уходит - это и про разрыв отношений, и про смерть.
Мы думаем "а может, я мог(-ла) что-то сделать? Может, можно было всё изменить? Может, если бы я.. то.."
И здесь важно понимать про это чувство вины две вещи:

Во-первых, оно защищает нас от ужаса необратимости пиздеца. Оно даёт ощущение контроля. Ну то есть в этот раз не получилось, но вот в следующий я буду стараться больше и пиздец точно не произойдёт.
Нет, пиздец может произойти. Даже если очень стараться сделать всё хорошо и правильно. Это страшно признавать, но это так. А чувство вины позволяет мир сделать как будто бы чуть более управляемым и становится не так страшно.

Во-вторых, чувство вины даёт возможность продолжать отношения в одностороннем порядке. Никому не хочется переносить важных и близких людей "в архив". Завершать коммуникацию, если завершать её не хочется. На чувстве вины отношения могут жить годами, даже если один из участников умер. Здесь важно просто увидеть этот процесс и позволить себе продолжать отношения, используя как связку не вину, а что-то другое: благодарность, например. С ней эти отношения ощущаются не так отчётливо, как с виной, но и не помогают развиваться внутри покинутого человека патологической вине.

Короче.
Чувствовать вину при потере - нормально. Очень неприятно, но нормально. Так меньше страшно и так можно сохранить отношения хоть в каком-то виде, а завершить их у нас не всегда есть силы. Важно понимать, зачем нужна эта вина и суметь со временем решить её задачи тем способом, который не калечит изнутри.

_______
Я долго хотела написать о вине выживших и покинутых, но как-то не подбирались слова. А сегодня стало известно, что погиб мой давний добрый друг - публицист, журналист и литератор Михаил Бударагин. Самоубийство. И я тоже сейчас чувствую себя страшно, ужасно виноватой. Но я знаю, что дело не в том, что я где-то так сильно проебалась. А в том, что он был мне сильно дорог. И именно так происходит почти со всеми, кто остаётся, когда значимые люди уходят.

*голосом Кашпировского*
Садитесь поудобнее, сейчас я проведу для вас теле-сеанс декатастрофизации и демистификации нарциссически организованных личностей или по-просту нарциссов.

Закройте глаза. Представьте, что вас двое. Один вы - это лучший вы: умный, здоровый, привлекательный, добрый, очень сильный и великодушный. Второй - худший вы: склочный, туповатый, страшный, жалкий, слабый и никому не нужный. Представили? А теперь добавляем процесс: эти двое друг друга безответно любят и отвергают по очереди.

Примерно так, ребята, выглядит внутренняя конструкция самооценки нарциссичного человека. Именно из этой разорванности и следуют все те жуткие статьи в журналах, когда нарциссов описывают как холодных, жестоких и самовлюблённых исчадий ада.
На самом деле всё не совсем так.
Смотрите, у нас у всех личность построена местами из говна и палок, а местами держится на синей изоленте. Это нормально, у каждого есть своя боль, свои слабости и уязвимости. Уязвимость нарцисса - ощущение себя, самооценка.
Поскольку структура личности в целом не меняется, то годам к 25 мы можем уже достоверно видеть людей, которые справляются со своей внутренней болью и умеют обращаться с уязвимостью, и тех, которые не справляются и уязвимости защищают, нанося вред окружающим. А вот это - не неизменная данность, это вопрос решений. Решений о том, признавать ли проблему проблемой. Вкладывать ли ресурсы, чтобы не быть мудаком или плюнуть на всех и мудаком быть.

И вот тут начинается самое интересное: решение быть или не быть мудаком каждый человек принимает независимо от структуры личности. Хоть она нарциссическая, хоть депрессивная, хоть истероидная - не важно.
Из нарциссических людей, например, мудаки получаются очень яркие, со спецэффектами. А из обладателей яркой депрессивной структуры получаются тихие вредители, шифрующиеся мрази.

И если со структурой личности мы глобально ничего не можем сделать, разве что сгладить острые углы, то вот решения в жизни можно менять. И можно решить перестать отравлять жизнь себе и окружающим в любом возрасте, с любой личностной структурой.

Поэтому когда вы встречаете яркого неэмпатичного изверга - перед вами, в первую очередь, мудак. А уже во вторую - нарцисс.
Высокофункциональные нарциссы, которые решили помочь себе и научились не затыкать свою боль абы чем - это самые смелые люди в мире. Это блестящие врачи, полководцы, учёные и артисты. Без яркого функционального нарциссизма у нас бы не было айфонов, психотерапии, вакцин и многих других благ, потому что их не смогли бы создать люди, живущие без уверенности в том, что они могут перевернуть мир. А нормальный здоровый нарцисс живёт с ощущением, что он может. И у некоторых правда получается. Нарциссы ощущают своё исключительное право делать невозможное: вытаскивать людей из лап смерти, не соглашаться с войнами и их останавливать, замахиваться на самые смелые научные гипотезы и изобретения.

Короче, давайте не путать нарциссов с мудаками. С нарциссами можно жить, дружить, любить их и быть счастливыми. А с мудаками - нет.

В этом году многим из нас пришлось тяжело. Остальным - очень тяжело. Мы все попали, впервые за жизнь,в необходимость постоянно адаптироваться к новому порядку вещей, к тревоге неопределённости, к страху за здоровье и жизнь, к _избыточным_ потерям - жаль, не только финансовым.

Я говорила врачам "ты не спасёшь всех, особенно если закончишься", обучала клиентов быть бережными к себе и быть за себя, но временами делала это после четырёх часов сна между внезапным снятием с окна очень уставшего напуганного человека и утренним приёмом.
Так вот, к чему я.
Мы все косячим. Мы все что-то не успеваем. Мы все могли бы быть лучшей версией себя, как говорят коучи и тренеры личностного роста.
Но, знаете, пошли они нахер. Мы выжили, а живые люди никогда не бывают идеальны. Вы все, как и я, в этом году справлялись и выдерживали. Нормально справлялись и выдерживали. Серьёзно, если к 31 декабря вы листаете канал психолога в телеграме - вы справились хорошо. Скажите себе это, пожалуйста: "я хорошо справился с 2020, я молодец"

Актуальное на понедельник: поступление воды в организм ненадолго прерывает выработку основных гормонов стресса - адренокортикотропного и кортизола.

Именно поэтому когда человек сильно нервничает - ему предлагают воды. Дело не в водно-электролитном балансе :)

Сейчас я вас, возможно, шокирую, но:

У хомо сапиенс нет инстинктов.

Инстинкт - это общее для всех особей вида поведение, которое сохраняется неизменным и обсулавливается врождёнными факторами.
У людей есть рефлексы. Если любого человека ударить по коленке - случится рефлекс. Инстинкт - это когда кот прыгает из окна, потому что его вопероназальный орган уловил, что под окном идёт кошка с течкой. В человеческой популяции нет ни одной такой устойчивой формы поведения. Они могут присутствовать в разных группах, но обуславливаются не физиологией, а средой: я вот всегда матерюсь за рулём, когда происходит что-то внезапное, как и большинство водителей, но у нас нет "водительского матерного инстинкта". Поэтому теперь когда вам начнут затирать про "родительский инстинкт" у человека - вы будете знать, что находитесь не в научной дискуссии, а просто собеседник пытается аргументировать своё желание услышать, что вы с ним согласны.

Читаю сводки новостей и ленту фейсбука, умываюсь слезами.

Я не эксперт в политике, это совсем другой масштаб, чем личность, а я работаю и живу в маленьком масштабе, личностном.
И с точки зрения личностных процессов для меня очевидно, что уровень враждебности на отметке "штормовое предупреждение".
Ценности и картина мира - то, что структурирует нас, является одновременно следствием и почвой для идентичности. Поэтому вряд ли люди когда-нибудь перестанут друг друга за ценности убивать.

Но!
Если враждебность разрушает жизнь - это процесс для личности патологический, деструктивный. Сейчас в прямом эфире рвутся важные отношения соседей и друзей, ломаются судьбы.

Не знаю, при какой власти мы будем жить спустя пять лет, десять, но нам придётся жить с той психикой, которая есть - новой никто не выдаст.

Я не могу давать прямые советы ни клиентам, ни читателям. Who am I to fucking lecture, все взрослые люди и сами разберутся со своей ответственностью за решения и их последствия.

Поэтому, пожалуйста, берегите себя, на какой бы стороне вы ни были. Жернова истории работают всегда так, с жертвами. Не переломаться в них, не обзавестись хроническим ПТСР, защитить себя - задача индивидуальная. Ирония в том, что если большинство из нас эту свою маленькую задачу не решит - жить нам всем будет тяжелее и хуже при любом государственном строе и при любой власти.

Всем продуктивной рабочей недели!

Предлагаю собрать в комментариях ещё новых пословиц и поговорок :)

Писали сейчас интервью для итоговой программы на пятом канале. Сказала там, скажу и тут: если к вам применяют насилие, единственный выход - бежать. Принимать любую помощь, просить о ней и бежать. С террористами нельзя вступать в переговоры, они не используют их как возможность изменить ситуацию. Это всегда заклинание, магическая фраза. "Я больше так не буду" - это "ахалай-махалай", направленный только на то, чтобы избежать негативных последствий для себя. Редко, но бывает, когда насильник меняет своё поведение. Такие чудеса происходят только после того, как он сам, добровольно, пришёл к врачу-психиатру или психологу и попросил о помощи, обезопасив от себя своих близких и изолировавшись от них. Тогда можно бежать не настолько далеко и рассматривать вариант вернуться. Во всех остальных случаях просите о помощи, стучитесь во все двери и бегите, пока у вас остались хотя бы ноги.

Открытка многим

О погоде в Москве сегодня

Тонкая грань между заботой и насилием

Кто из нас ни разу не чувствовал злость или неудовольствие в ответ на заботу - у того не было классической бабушки, закармливающей внуков до расстройства пищевого поведения. Забота и насилие имеют намного более расплывчатую и тонкую грань, чем может показаться. Ведь забота - это хорошо, а насилие - плохо, все в курсе.
Но штука в том, что забота о ребёнке регулярно ощущается им как насилие и от этого никуда не деться. Мы рождаемся с настолько незрелым мозгом, что если маленьких людей жёстко не ограничивать в поведении - они не доживут в городе даже до пяти лет: выпадут из окон, попадут под колёса автомобиля. И здесь защита их жизни сопряжена с субъективным переживанием несвободы.
Фигня начинается тогда, когда взрослые люди следуют детско-родительскому паттерну в отношении друг друга. Бабушка не замечает, что внук вырос и что она наносит ему вред своей заботой. Многие жёны и мужья не замечают, как размалывают своих партнёров жерновами родительской опеки, помещающей партнёра в детскую несвободную позицию (потом ещё поди поотношайся с тем, кто ощушается не как равный).
Здесь срабатывает популярная когнитивная ошибка, когда мы интерпретируем другого как себя, неосознанно предполагая, что потребности и интерпретации другого идентичны нашим. Это всегда не так. У людей потребности, в общем-то, похожи: безопасность, например, важна всем. Но мы очень по-разному её ощущаем. Для кого-то безопасность ощущается через суммы на счетах, для кого-то - через устройство жилища, для других - через количество и качество социальных связей. И тогда, если мы хотим о человеке позаботиться, а не изнасиловать его, придётся выяснять, а как и через что он реализовывает свои потребности. Не как я это делаю, а как это работает у него. И граница между заботой и насилием здесь будет проходить в той точке, где мы выбираем способ нанести добро: тот, который нравится мне, или тот, который нравится другому человеку.

Ну и картиночку вам о том, что происходит, когда люди наносят друг другу добро по своему разумению без учёта потребностей того, о ком заботятся. С внутренним стержнем же всегда лучше, чем без, не поспоришь. /sarcasm/

Часто, поддерживая близких, мы пытаемся "выпрыгнуть" из тяжёлых переживаний, заместить их другими, да хоть отрицать реальность, лишь бы не было тяжело, грустно и больно. Каждый суицидальный клиент рассказывает мне историю, как любящие близкие люди говорили "ой, да ладно, ну тоже мне проблема, посмотри, как прекрасен мир". Вряд ли кто-то делает это со зла и из желания навредить. Нам просто сложно находиться с человеком, которому больно. Велик соблазн эту боль прикрыть как дыру в стене - картиной. Но дыра от этого никуда не девается. Так же и тяжёлые переживания никуда не денутся, если на них не смотреть. Первая психологическая помощь заключается в том, чтобы называть вещи своими именами. Не говорить "всё хорошо", когда у человека слёзы градом льются. А поддержать его в переживании и сказать "да, чувак, ты в полной жопе. Но я в ней с тобой". Так появляется шанс из жопы вылезти, а не называть её годами райским садом, не понимая, отчего же в нём плохо, как в полной жопе.

"После общения с психотерапевтом собеседники кажутся такими.. Ну.. Так себе.."

Обсуждали утром с одной клиенткой, что часто опыт психотерапии приводит к вопросу: почему мои друзья и родственники такие гондоны?
Вот же психолог/врач какой весь вон какой: и слушает внимательно, и не обесценивает, и вовлечён, и поддержки от него вагонами!

Чаще всего такое ощущение появляется, когда клиент начинает потихоньку обнаруживать в коммуникации себя, свои потребности и интересы. То есть это не близкие люди резко поменялись, а психотерапия почти неизбежно ведёт к тому, что человек обнаруживает, что ему вообще-то важно, чтобы его слушали внимательно - ну например. Нормальное желание. Это обнаружение и ведёт к переоценке привычных отношений.

Клиент-/пациент-терапевтические отношения строятся вокруг одного человека, никакие прочие коммуникации так не работают у взрослых. Поэтому нам с психологами хорошо и спокойно, поэтому и возможен процесс изменений.

Ну и, как сказал мой самый первый психотерапевт, с которым я решила лет десять назад обсудить, что испытываю к нему нежные чувства и вообще он такой весь прекрасный: "Считаете, я бы точно так же слушал вас бесплатно за вином?"

Не надо так

Насилие над собой и усилие над собой

Часто я прошу клиентов обходиться без насилия над собой в повседневных делах, включая процесс психотерапии. И тут возникает вопрос: вот если в спортзал идти ну очень лень, например, то заставить себя - это насилие над собой или нет? А если не выспался к тому же? А если выспался, но нет настроения?

Давайте разбираться: оба этих процесса ощущаются как неприятные, требующие много сил и сопровождаются внутренними конфликтами. Но есть нюанс.

Граница между усилием и насилием проходит там, где вы отделяете, свои вы потребности реализовываете или чужие. Если свои - это усилие. А если чужие - насилие.

На примере того же спортзала: если вы хотите себе здоровую спину и быстрый метаболизм - то встаньте и идите. Тот факт, что вы понимаете, какие потребности и желания лежат в занятии спортом, уже жирно намекнёт, что с недосыпом идти не надо (результат будет не в вашу пользу), а если впааадлу - то надо.
А вот если вы ходите в спортзал, потому что "вся наша семья всегда была спортивная" или потому что ваш партнёр намекает, что хорошо бы похудеть и подкачаться - это насилие над собой.
В обоих случаях процесс ресурсозатратный, но у него разные конечные бенефициары. В одном случае это вы, а в другом - другие: реально существующие люди или интроекты в психике.

Скоро будет большой пост об очередном способе вставить себе палки в колёса, на этот раз через идентичность.
А пока желаю всем хорошего дня и слушаю медитацию:
https://youtu.be/flKUulEZyvI