Ниал Фергюсон «Цивилизация. Чем Запад отличается от остального мира»

Видный историк Ниал Фергюсон, известный своими европоцентричными взглядами, написал, пожалуй, главную книгу о том, как и почему Запад выиграл в исторической цивилизационной гонке. К пятнадцатому веку горстка постоянно воюющих друг с другом маленьких государств на самом западе Евразии была далека от могущества и богатства стран Востока. Однако, как мы знаем, своя эпоха расцвета была у империй Южной Америки, греческих полисов, государств Междуречья — но где теперь те государства? Западу расцвет еще только предстоял, в то время как Восток ожидал упадок.

В чем причина радикального изменения политической карты мира и того, что говоря «цивилизация», мы по умолчанию подразумеваем «западная»? Фергюсон, например, обвиняет азиатские владычества в политике изоляционизма. В Китае в период правления династии Мин была создана энциклопедия китайской науки, 11 тысяч томов, над которыми трудилось более двух тысяч ученых. Шестьсот лет эта энциклопедия была крупнейшей в мире, пока ее не обогнала Википедия. Мы считаем Гутенберга отцом книгопечатания, но печатный станок появился в Китае несколькими веками раньше. Бумага и бумажные деньги, даже порох знали в Поднебесной гораздо раньше, чем на Западе. Однако после того, как тамошние императоры заняли последовательный курс изоляционизма, Китай обнищал и впал в невежество — на одних только своих наработках далеко не уедешь. Те же последствия изоляционизма затронули и мусульман. «Турки не смогли примерить Ислам с научным прогрессом. Некогда дав европейским ученым идеи и вдохновение, ученые-мусульмане теперь были фактически отстранены от исследований. Единственной западной книгой, до конца 18 века переведенной на ближневосточный язык, была книга о сифилисе».

Европейцы же даром времени не теряли, усиленно конкурируя и взаимодействуя друг с другом. Эта конкуренция, а также связанные с ней научно-технические революции и скачок уровня медицины позволили Европе вырваться вперед и шагнуть за пределы континента. Остается добавить институт частной собственности и соблюдение верховенства права — вот, по Фергюсону, рецепт цивилизационного успеха. Национальное государство, правовые системы, рынок, демократия, промышленное производство, массовое потребление становились мировыми способами организации экономической и политической жизни. Но главный секрет успеха кроется в торжестве модели научного знания. Европейцы знали больше всех. Знание давало им превосходство в навигации, в добыче полезных ископаемых, в войне. Во времена колонизации европейским империям удалось захватить Африку, в том числе благодаря тому, что у них были вакцины от тропических болезней.

Практичный автор, описывая и анализируя картину прошлого, пытается попутно оценить близость очередного упадка цивилизации и крушения Запада. Однако выводы его не то что бы утешительны и сравнивают современное положение западного мира с Римской империей времен ее заката. Экономические кризисы, эпидемии, мигранты, террор варваров — спустя столетия результат может оказаться намного хуже. «Теракт с применением ядерного орудия в Лондоне или Нью-Йорке оказался бы куда разрушительнее нападения готов на Рим». В качестве не менее опасных «внутренних врагов» Фергюсон постулирует обскурантизм, умственную деградацию, общественное разложение и историческое невежество. Нежелание изучать прошлое и учиться на его ошибках — вот что может привести к провалу на экзаменах, которые рано или поздно устроит нам история.

Новая подборка хороших каналов, на которые нужно срочно подписаться. Первые части смотрите здесь https://telegram.me/krispotupchik/89, здесь https://telegram.me/krispotupchik/147, здесь https://telegram.me/krispotupchik/148 и здесь https://telegram.me/krispotupchik/51

https://telegram.me/ASSS316 — прекрасный язвительный канал о сексе в общественных науках, общественных науках в сексе, и вообще академических исследованиях в области «ниже пояса», о которой в нашей стране представления преступно мало

https://telegram.me/takiedela — канал проекта «Такие дела», лучшего медиа о благотворительности, добре и социальной справедливости

https://telegram.me/v_potemkahFM - Канал Кристины Сарханянц, редактора и автора hookme.fm, про музыку, естественно

https://telegram.me/musicistrendy — еще один милый канал про всем более-менее известную музыку, читая который не закатываешь про себя глаза с мыслью «Кто все эти люди?»

https://telegram.me/kartiny — каждый день новая картина из мирового фонда классики изобразительного искусства, помогает по утрам настроиться на возвышенный лад

https://telegram.me/popsciencecat — канал про космос и котики. Помимо того, что это лучшие вещи на свете, автор умудряется не скатываться в «эдми.ру», и котухами разбавляет действительно интересные заметки

https://telegram.me/thislifesucks — годные мемасики для ветеранов интернета

https://telegram.me/apollonia — канал про театр, в котором я совершенно не разбираюсь, но тем интереснее подглядывать за компетентным человеком, который щедро несет свет рампы в массы

https://telegram.me/vilebedeva — я уже писала, что узкоспециализированные каналы — моя слабость, и это — один из них. Канал посвящен самым прекрасным и замысловатым книжным обложкам, которые автор, как настоящий гик, снабжает подробными комментариями

https://telegram.me/exponat — еще один формата «... каждый день», на это раз — про музейные экспонаты. Особо ценно, что картинки сопровождаются пояснениями о том, почему именно эти объекты искусства стали музейными ценностями

https://telegram.me/nashiseti — годная подборка англоязычных статей с авторскими превью по-русски

https://telegram.me/The_Atheist — мемасики для атеистов. Уровень юмора не самый высокий, но в качестве источника раздражителей для оппонентов в соцсетях вполне годится

https://telegram.me/captainpaleo — опять «... каждый день», теперь окаменелости и прочие древние древности, рай для четвероклассников и всех, кто неравнодушен ко всему ископаемому

https://telegram.me/elaboration — снова канал про книги, и это прекрасно, потому что хороших каналов про книги должно быть много

https://telegram.me/vnutriterrora — канал автора книги «Внутри большого террора» о судьбе писателя в тридцатые, самые страшные годы сталинского террора. Обещает писать о том, что не вошло в книгу

Заранее прошу прощения у всех за ссылку на такой ресурс, но это же какой-то позор.

Помните, была замечательная история с хэштегом #янебоюсьсказать? Так вот, две недели назад издательство «Эксмо» подало заявку на регистрацию этого хэштега в качестве своего товарного знака.

Дорогие хорошие сотрудники этого издательства, которые, я знаю, читают этот канал. Намекните там своим коллегам, что есть такие вещи как этика там и прочее. А то позорище.

https://life.ru/t/%D0%B3%D0%BE%D1%81%D1%80%D0%B5%D0%B3%D1%83%D0%BB%D0%B8%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5/894852/izdatielstvo_eksmo_privatiziruiet_ianieboiusskazat

Отступление: заметка эта — восхитительный пример журналистики с большой буквы Ж. Самое прекрасное — комментарии экспертов.
Алиса Сологубова, эксперт компании Brandlab, глубокомысленно отмечает: «Интернет-мемы по-прежнему актуальны, они в тренде».

В то же время гендиректор торгово-издательского дома «Митра» Павла Мурашова прозорливо отмечает: «У больших издательств есть ресурсы для экспериментов. Для определённой аудитории интернет-мем интересен. Маркетинг требует экспериментирования».

Эксперты, блин. У больших издательств есть ресурсы. Маркетинг требует экспериментирования. Интернет-мемы по-прежнему в тренде. Россия — наше отечество.

Бродский не боролся с режимом. Он его не замечал. И даже нетвердо знал о его существовании. Его неосведомленность в области советской жизни казалась притворной. Например, он был уверен, что Дзержинский – жив. И что «Коминтерн» – название музыкального ансамбля.

Он не узнавал членов Политбюро ЦК. Когда на фасаде его дома укрепили шестиметровый портрет Мжаванадзе, Бродский сказал:
— Кто это? Похож на Уильяма Блэйка.

(Довлатов, «Ремесло»)

Юрий Геннадьевич!

В мой список лучших в мире чиновников стремительно врываются итальянцы, которые приняли великое решение выделить по 500 евро каждому подростку в стране, причем потратить их можно только на книги и музеи! http://gosindex.ru/materialy/others/italyanskie-podrostki-poluchat-ot-gosudarstva-e-500-na-pokupku-knig

Маурицио Вироли «Свобода слуг»

Знаменитый итальянский политический философ, профессор Принстона Маурицио Вироли разбирает на примере Италии теорию о том, что народ может быть несвободным даже при действующей демократии — если исходить из того, что свобода является отсутствием физических, психологических или юридических помех для действий по своей воле и в рамках своих целей.

Несмотря на то, что Италия демократическая страна, многие итальянцы не могут жить в безопасности, пользоваться качественным школьным образованием, медицинской помощью, социальным обеспечением, «не задумываясь о том, что доступ к общественным почестям и карьерам регулируется железной логикой личных связей и что обширные территории страны контролируются организованной преступностью». Это вызвано плохим управлением, коррупцией или неравенством, когда тот, у кого есть права, отказывается ограничить их нормами/законами, и превращает права в ничто для всех остальных. Таким образом, автор приходит к выводу, что свобода возможна благодаря силе законов, которым подчиняются все в равной степени.

Рассматривая существующие типы власти, Вироли вводит собственное понятие «огромной власти», т.е. власти достаточно сильной, чтобы избегать действия на себя законов. Автор считает, что в Италии господствует именно такая власть, так как «Берлускони располагает личным богатством, которое не снилось никакому демократическому политическому деятелю; он контролирует партию, которую сам создал и которая состоит из людей, преданных не идеалу, а лично ему; он управляет системой массовой коммуникации, которой никогда не было в распоряжении ни у кого из глав государства». А тот, у кого есть огромная власть, может легко навязать свой интерес остальным, завоевать согласие народа, подменяя реальную демократию идеей «народного согласия».

Такая власть одним лишь фактом своего существования разрушает свободу граждан. В подобных условиях, даже при номинальной демократии, естественным путем начинает формироваться двор элит и придворная система (о чем Норберт Элиас написал целую книгу, обзор на которую я выкладывала тут https://telegram.me/krispotupchik/106). Поскольку основа существования двора - это услужение, то «огромная власть» порождает у подчиняющегося ей близкий к рабскому менталитет. Граждане обрастают характерными особенностями слуг - страх, раболепие, зависимость. Придворные рефлексы порой доводят их до нелепой сервильности. Так, муниципальный советник из Рима счел себя обязанным предложить назвать улицу или площадь в честь матери Берлускони в знак признательности «простой женщине, которая своей самоотверженностью помогла написать страницу нашей истории». В подобной политической реальности восхищение правителем превращается в поклонение, а преданность - в слепое благоговение. «Эти чувства недостаточно переживать внутри себя, они должны быть продемонстрированы властелину и другим придворным. Самая подходящая форма для этого - поэзия». И правда, как еще лучше прославить витальную силу господина, обновляющую жизнь своим сиянием, как не сочинить ему гимн? И для меня было новостью существование в Италии народного гимна «Хорошо, что Сильвио есть».

Придворная жизнь благоприятствует невежеству, обскурантизму, безделью, извращает справедливость в распределении рангов и наград, изгоняя компетенции и помогая лояльным одерживать победу над достойными. Еще один признак укрепления придворной системы - это распространение коррупции. «Образ жизни придворного требует огромных затрат на поддержание роскоши. Придворные и придворные придворных все больше нуждаются в деньгах и, чтобы добыть их, должны нарушать законы. Их жизнью правит тщеславие, а не разум". Демонстративное потребление становится основным инструментом социального самоутверждения.

Вироли призывает читателей к гражданской бдительности и моральному сознанию. Необходимо учиться быть гражданами и бороться с рабским менталитетом, а также разбираться в политических реалиях и развивать критическое мышление, чтобы не допустить проявлений «огромной власти». Все проблемы итальянцев он сводит к моральной слабости элиты и народа. Большинство итальянцев, подражающих своим элитам, лишены минимальных моральных качеств свободных людей. Только свободные граждане способны бороться против власть имущих, нарушающих гражданскую свободу.

В качестве примера защиты свободы от посягательств влиятельных и богатых Вироли приводит акт об этике, принятый в США, направленный на борьбу с конфликтом интересов. Общественная этика не допускала совмещения выборных должностей с владением средствами массовой информации, которые могли бы способствовать получению таких должностей. Общество организовывает препятствия для вхождения самых богатых людей в политику. Например, Майкл Блумберг, мэр Нью-Йорка - очень богатый человек, владеющий издательской империей, радио и кабельным телевидением, вынужден был уступить все акции, войдя в должность. Совет Нью-Йорка даже запретил ему дарить городской администрации терминалы связи.

После этой книги невольно задумываешься о ситуации в нашей стране, где свобода граждан не особо интересует, прежде всего, самих граждан, и отсутствует какое-либо консолидированное гражданское общество. Люди объединяются только вокруг еды, быта, досуга. Их волнует Pokemon Go или обоссанные подъезды на Патриках. В отсутствии морального закона внутри люди утратили интерес к звездному небу над головой и принципам собственной свободы: объеду по встречке, взятка быстрее и дешевле, на выборы не пойду - без меня решат, лучше поеду ловить карпов на платный пруд, незаконно изъятый у местных. Гражданское общество приобрело искаженное значение - с большим энтузиазмом активисты выходят в патрули надзирать за теми, кто думает не так, как они, обливать дерьмом журналистов, нападать на девушек за то, что на них футболка с американским флагом, обливать зеленкой литераторов, ради цитирования в СМИ крушить художественные выставки. Неуважение к чужому мнению, к чужой культурной жизни происходит не из собственной внутренней красоты и морального превосходства, а из-за зияющей пустоты внутри, перекованной в «праведную агрессию». Так, в руки исследователей попали анкеты ИГИЛовцев: большинство из них не может похвастать ни образованием, ни знанием религии, ни наличием семьи (ИГИЛ - запрещенная в России экстремистская террористическая организация). Но ведь мы же не хотим будущего ИГИЛ?

Кто-то скажет, что Путин во всем виноват. Но Путин взял в управление нищую страну, а нищий человек априори не может быть свободным, имея только моральные ценности выживания, а не развития. Даже накупив квартир и машин, многие граждане морально не эволюционировали, хотя никогда в истории наши люди не жили так хорошо и богато, как при Путине - неопровержимый, почти медицинский факт. Берлускони же взял в управление демократическое, богатое государство и перекроил его под свой вкус. Если переводить стрелки на правителей с народа, то мы никак не приближаемся к свободе, а в лучшем случае, топчемся на месте, занимаясь взаимными обвинениями.

Источником свободы является не государство, а народ, у которого есть современное качественное образование и внятные перспективы в жизни, но государство не может решить за каждого, что ему делать - государство, которое бы всерьез за это взялось, было бы априори тоталитарно. Гражданин - вот опора свободы, и народ должен состоять из граждан, а не из хозяев и слуг. И, подчеркивая важность возвращения на путь свободы, автор напоминает, что столь различные между собой институции, как тоталитарная и придворная власти, всегда в качестве врага имеют морально свободного человека: «Первая силой принуждает его к молчанию, вторая позволяет ему говорить, но заглушает его голос криками слуг».

Венди Сузуки, «Странная девочка, которая влюбилась в мозг. Как знание нейробиологии помогает стать привлекательнее, счастливее и лучше».

Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Венди Сузуки обнаружила, что ей 40 лет, она толстая, мужика нет, каких-либо осмысленных отношений с людьми — тоже. В активах, впрочем, оставались навыки нейробиолога с мировым именем. Используя 20-летний опыт исследования мозга, Сузуки написала, кажется, первое селф-мейд пособие, которое может помочь не только кошельку автора.

С точки зрения наук о мозге, человек в состоянии стать счастливым при помощи только лишь собственных усилий — главное, правильно использовать содержимое черепной коробки. Став сама себе и коучем, и подопытным, Венди на собственном примере подтверждает справедливость нейробиологических гипотез о том, что любые сильные эмоции (как отрицательные, так и положительные) усиливают способность к запоминанию, потому что люди склонны помнить то, на что обратили внимание. Аэробные виды фитнеса имеют положительное воздействие на академическую успеваемость, а высокий индекс массы тела, напротив, пагубно влияет на обучаемость школьников. Физическая активность вообще связана с улучшением работы мозга. Спорт улучшает память, стимулирует нейрогенез, улучшает функции мозга – причем любого, здорового или больного, молодого или старого, а также помогает бороться с вредными привычками.

Художник, вопреки расхожему мнению, не должен засыпать голодным, ведь чем счастливее человек, тем больше у него способностей к творчеству. Впрочем, используя свойство нейропластичности, творческие способности можно прокачать — рецепты вы тоже найдете у Венди. А улучшить способность мозга изменяться в ответ на действие среды очень легко — необходимо стимулировать мозг новыми заданиями, общением с незнакомыми людьми, разнообразной жизнью. «Если вы лишите свой мозг новых стимулов или заставите его скучать, день за днем занимаясь одним и тем же монотонным делом, – то связи, которые у вас уже есть, зачахнут, а мозг просто съежится». Сегодня известно, что любая новая информация обучает мозг, вынуждая его производить микроизменения в собственной структуре, записывая и перезаписывая опыт для дальнейшего использования.

Все, что приносит нам удовольствие, активирует так называемый контур поощрения мозга. Первобытный человек получал удовольствие от еды, секса, тепла — всего, что помогало выжить. В ходе эволюции мы научились получать удовольствие от не так уж напрямую связанных с выживанием вещей — например, от общения, покупок, отдыха, искусства. Центр удовольствия мозга оказывает влияние на все наши поступки и решения. Работу мозговой системы подкреплений обычно объясняют на примере наркозависимости. Кокаин, например, стимулирует выпуск дофамина — гормона, отвечающего за психоэмоциональное состояние. Большая концентрация этого гормона для мозга непривычна и вызывает эйфорию — максимальный дофаминовый отклик, однако после многократного употребления ощущения притупляются, и чтобы испытать тот же кайф, необходимо увеличивать дозу все больше и больше. Кстати, ученые установили, что риск аддикции примерно наполовину зависит от генотипа. Не повезло с генами? Значит, ваши дофаминовые рецепторы менее чувствительны, и высвобождение определенного количества гормона вызовет меньший кайф, чем у остальных» - наркотика понадобится больше.

«При длительном приеме кокаина дендриты (разветвленные входные структуры нейронов) в прилежащем ядре становятся крупнее и «ветвистее». Это, в свою очередь, делает нейроны еще более восприимчивыми к информации из других областей мозга». Ученые подозревают, что сильнее всего увеличивается влияние гиппокампа и мозжечковой миндалины. Воспоминания о событиях, обстоятельствах и эмоциях, связанных с приемом наркотиков, повышают свое влияние на прилежащее ядро. Это обстоятельство считается основой аддикции: когда воспоминания о приеме наркотиков и пережитых ощущениях активируются по дополнительным нейронным путям, а дофамина вокруг не оказывается, человек начинает испытывать почти непреодолимое желание. Именно долговременные анатомические изменения в контуре подкрепления делают излечение от аддикции таким сложным, а возврат к пагубной привычке – таким простым».

Думаете, что аддикция вас не коснется? Помимо наркозависимости, существует другая не менее опасная зависимость — сахарная, и ее жертвами уже стали миллионы людей. В отличие от наркотиков, сахар не стигматизирован, широко пропагандируется и доступен даже детям. Мы так любим сладкое, потому что сахар активирует тот же контур подкрепления мозга, что и героин. В ходе исследований ученые выяснили, что в некоторых ситуациях сахар приятнее наркотиков — по крайней мере, крысы, выбирая между кокаином и сладким, предпочитали последнее. «Предполагается, что доступность сахара в любом количестве (которую мы имеем в современном мире) может вызывать гиперчувствительность системы подкрепления к сахарам и, соответственно, – реакцию, которая наблюдалась у крыс».

Пристрастившимся к тортам или наркотикам поможет спорт. В большинстве реабилитационных центров используют физические нагрузки в качестве обязательной меры. Считается, что фитнес может стать замещающим поведением, так как взаимодействует с той же системой подкрепления, что и наркотики. «Хотя физическая активность у грызунов (или занятия спортом у старшеклассников) не дает такого же дофаминового всплеска, как сами наркотики, она все же обеспечивает достаточный «дофаминовый шум», чтобы состязаться с приемом наркотика».

Еще спорт помогает бороться со стрессом. Одна из причин депрессии — пониженная скорость образования новых клеток в гиппокампе. Как и некоторые антидепрессанты, занятие спортом повышает уровень серотонина, а он, в свою очередь, стимулирует взрослый нейрогенез. «Это означает, что с помощью физических упражнений можно убить двух зайцев: снизить стресс и одновременно получить улучшения в когнитивной сфере».

Если же тренажеры вас не привлекают, есть способ проще. Делайте добрые дела! Когда ученые измерили активность мозга у людей, которые делали добровольное пожертвование на благотворительность, они фиксировали активизацию контура подкрепления — нам приятно быть меценатами. Но это же исследование дало удивительный результат: если человек по собственной инициативе отдает деньги на благотворительность, то активируется тот же контур подкрепления, что и при получении денег. Это нейробиологическое доказательство факта, что отдавать так же приятно, как и получать. "Жаль, немногие знают, что благотворительность и великодушие полезно для развития их мозга".

Музыкальная пауза на канале.

«Если бы они прочитали хотя бы одну книгу Диккенса или Киплинга, они бы поняли, что в жизни есть нечто большее, чем мошенничество или тупое сидение перед телевизором».

Сегодня исполнилось 100 лет со дня рождения чудесного английского писателя Роальда Даля, в России, к сожалению, известного разве что книжкой «Чарли и шоколадная фабрика». Во всем мире Даля считают классиком детской литературы, лишенной приторной «безоблачности», как, впрочем, была лишена ее и биография самого автора. Однако жизненные испытания Даль переносил с той же стойкостью, что и его персонажи. Борясь с тяжелой болезнью мозга, поразившей сына Тео, Даль изобрел уникальный клапан, который помогал удалять лишнюю внутричерепную жидкость. А десятая часть прибыли от его книг до сих пор отходит благотворительному фонду, который помогает детям с тяжелыми заболеваниями и финансирует медицинские исследования.

Роальд Даль был похоронен в Оксфорде по обряду викингов с любимыми предметами — бильярдными киями, бутылкой бургундского, шоколадными конфетами, карандашами.

Если вы никогда не читали Даля, советую начать с отличного рассказа «Четвертый комод Чиппендейла» http://flibusta.is/b/441966/read

Владимир Динец, «Песни драконов»

Зоолог Владимир Динец вполне может претендовать на славу русского Джеральда Даррелла — получив образование кибернетика, он пренебрег цифрами ради детской увлеченности животными и путешествиями. За полярным кругом он выяснил, как выживают тундряные куропатки, в качестве зимнего курорта выбравшие покрытую вечной мерзлотой Землю Франца-Иосифа. В Китае Динец первым исследовал один из самых труднодоступных участков долины Меконга, в Южной Америке — писал книгу о тонкостях путешествий автостопом, в Непале — консультировал местное правительство по краснокнижным вопросам, в Штатах — изучал проблему чумы на Великих Равнинах, на Борнео — первым из ученых сфотографировал калимантанскую кошку, в горах Афганистана первым же нашел редчайшую шерстистую летягу в ее естественной среде обитания.

В 2005 году Динец решил-таки защитить диссертацию, и, не изменяя своим привычкам, выбил стипендию соискателя, позволившую ему шесть лет колесить по миру в качестве не то Эрота, не то толмача, причем объектом интересов ученого выступили животные, которых сложно заподозрить в любвеобилии или болтливости — крокодилы. Именно этот период его жизни описан в книге «Песни драконов». Динеца и раньше сложно было заподозрить в стереотипности мышления, однако в ходе близкого знакомства с крокодилами, аллигаторами и кайманами, он умудрился произвести локальный переворот в исследованиях коммуникации животных. Динец первым обнаружил и описал «танцы» аллигаторов, являющиеся их языком общения, а также систематизировал и расшифровал большинство сигналов. Как будто этого было мало, в копилке открытий натуралиста — еще и способность крокодилов использовать приманку во время охоты на птиц, уникальная для рептилий.

Однако книгу невозможно упрекнуть в излишней высоколобости. Полевая зоология — занятие не из легких, и приключений ученый описывает не меньше, чем какой-нибудь Джек Лондон — кораблекрушение, перестрелка с дорожными бандитами, нападение тигрицы, тибетская тюрьма, сражение со снежным барсом за еду. «Каяк сильно качнулся, и я проснулся по-настоящему. Черный медведь пил воду с берега, сопя и фыркая. В воздухе пахло рассветом, но звезды еще не погасли. Вокруг меня на поверхности воды неподвижно лежали аллигаторы. Шла моя третья неделя в болотах на побережье Мексиканского залива».

Но главными персонажами книги выступают, конечно, встреченные им животные. Автор с одинаковым восторгом описывает и открытого всего двадцать лет назад вьетнамского бычка саолу, похожего на огромную шишку панголина, каймановых черепах, способных утянуть под воду ребенка, панцирных щук размером с лодку и черногривых львов пустыни Калахари — настоящих царей природы.

Как и многих других натуралистов, помимо непосредственной сферы интересов, Динеца больше всего беспокоит угроза бесследного исчезновения редких видов. В «Песнях драконов» он описывает, как встретил в Африке парня с убитой лесной антилопой. Новый знакомец сообщил, что регулярно охотится в заповеднике, но его основная работа — быть гидом в агентстве экологического туризма «Друзья леса».

Наибольшей угрозе подвергаются животные, недостаточно живописные для массовой благотворительности — и крокодилы, увы, в их числе. До Динеца даже в академической среде мало кто всерьез интересовался поведением этих хищных родственников динозавров. Изучать их повадки сложно, ведь крокодилы, по большей части, неподвижно залипают в воде, о чем знают туристы, посещавшие крокодильи фермы в Азии — сытую рептилию сложно растормошить, даже предложив добавку.

Но Динец выяснил, что крокодилы в дикой природе не только двигаются, но даже поют и танцуют. А еще они заботятся о потомстве, охотятся, едят фрукты, ревут инфразвуком и выясняют вопросы превосходства над крокодилами-соперниками. О том, что поведение крокодилов не так уж сильно отличается от нашего, не понаслышке знают африканцы. Некоторые племена даже заводят прудики с ручными крокодилами, подкармливают их, купаются, играют и загорают, положив на крокодилов головы. Однако автор в интересах обеих сторон предостерегает: «Даже самая страшная история про крокодилов может оказаться правдой. Известно немало случаев, когда шхуны, объезжавшие острова Меланезии для сбора копры, опрокидывались в прибое, и никому из команды не удавалось доплыть до берега. Миклухо-Маклай приводит рассказ местных жителей о свайной деревне на северо-востоке Новой Гвинеи, которую во время сильной грозы затопило до уровня полов хижин; крокодилы стали вламываться в дома и разорвали на куски всех обитателей».

Кстати, самая большая из ныне живущих рептилий — гребнистый крокодил, или соляник, - достигает семи метров в длину и весит больше тонны. Это самый «морской» из известных нам крокодилов, его встречали в океане в полутора тысячах километров от суши. Гребнистые крокодилы много путешествуют, и их главное приспособление к дальним странствиям — облегченный панцирь, из-за этого его шкура считается самой ценной из всех крокодиловых, и люди уже не одно поколение усердно истребляют этих гигантов ради вычурных сумочек и ботинок. Кто знает, может, открытие Динецом способности хищных рептилий «разговаривать» смягчит сердца любителей уродливой галантереи?

Невероятные истории про тайны следствия случаются не только в криминальных романах и сериалах-процедуралах. Написала не про книжки, а про жизнь — остросюжетный триллер о загадочном убийстве московского профессора с мировым именем, история адвоката, увлекающегося символикой ведийских славян, и готовый сценарий адвокатской победы юриста, на досуге играющего в театре.

http://echo.msk.ru/blog/potupchik/1840464-echo/

Ынсун Ким, «Побег из северной Кореи. На пути к свободе»

История мучений северокорейских беженцев была написана их непосредственной участницей и чем-то напоминает дневник Анны Франк со счастливым концом — главная героиня вместо печи попадает в Америку. На примере своей семьи Ынсун Ким, в 11 лет бежавшая из Северной Кореи, рассказывает о страданиях тысяч людей, раздавленных тамошней диктатурой. По ее словам, книга написана от имени всех граждан самого закрытого в мире государства с армией и трудовой партией во главе, чтобы миллионы угнетенных жителей Северной Кореи наконец-то обрели голос.

Рутина публичных казней, исправительные лагеря, абсурдные законы, узколобая тирания и безумная жестокость династии Ким — достаточное количество аргументов для бегства. Из-за культа личности и полной изоляции от остального мира Северная Корея стала черной дырой для 22 миллионов людей. Однако Ынсун, ее мама и сестра решились на побег вовсе не по политическим соображениям, а спасаясь от голода, который уже унес к тому моменту жизни отца, бабушки и дедушки Ынсун.

Восстанавливая воспоминания детства, Ынсун описывает атмосферу Северной Кореи в конце 90-х: на похоронах вождя надо было плакать, а если не заплачешь, о тебе плохо подумают; на одноклассников необходимо стучать, а учителю приносить взятки или работать в его огороде. Однажды одноклассница донесла на Ынсун за то, что та сомневалась в рациональности сбора кукурузы, раз уж ее все равно не дадут съесть. Но подобное индивидуалистическое поведение в Северной Корее неприемлемо. В наказание девочке пришлось выступить с публичной самокритикой, которая является обязательной процедурой везде — от школ до заводов, где в конце дня рабочие должны при всех повиниться в совершенных «ошибках». Еще одна распространенная практика унижения — избиение учителями своих учеников с помощью указки. Автор признается, что в детстве не видела в этом ничего крамольного. Однако самым, пожалуй, важным воспитательным инструментом для подрастающего поколения были публичные казни, когда смертников расстреливали из зенитных орудий. У школьников были особые привилегии, им отводились самые лучшие места на этом педагогическом спектакле. Все лучшее — детям!

Вся Северная Корея разделена на участки, за которыми наблюдают инминбаны (главы кварталов). В их обязанности входит контроль каждого жителя и своевременные донесения на нарушителей заведенного порядка. Большая часть государственных зданий названа в честь дат их посещения руководством страны, в школе, наравне с математикой и корейским языком, изучают жизнеописания государственных лидеров. Уровень абсурда в стране доходит до того, что даже желтые цветы считаются под запретом, ведь желтый — цвет американских врагов, которых северокорейцы представляют себе смутно и поголовно считают блондинами.

Интернет в Северной Корее, фактически, отсутствует - состоит из пары десятков одобренных государством сайтов. Иностранное телевидение недоступно, телефонные звонки и почта из-за рубежа могут привести в трудовой лагерь, и у большинства людей почти нет шанса осознать происходящий абсурд. Но многие все равно бегут из страны, гонимые голодом из-за почти отсутствующей экономики.

На момент написания книги из Северной Кореи удалось сбежать примерно 20 тысячам человек. Те же, чьи попытки провалились, попали или в рабство в Китай, или назад, в трудовой лагерь, что в принципе одно и то же. «Династия Ким настолько преуспела в изоляции своего царства, что весь мир, кажется, забыл о судьбе моих раздавленных соотечественников, - пишет автор. - Если это мое свидетельство может способствовать всеобщему осознанию нашей беды и обоснованно привлечет внимание остального мира к беззаконию и трагическому анахронизму северокорейского режима, значит, оно было написано не зря».