Провожу всю неделю на архивном фестивале, и сегодня выдался особенно благостный день показов: я обрела новый любимый фильм — «Жизнь начинается завтра» 1933 года.
За день до этого на фестивале был «Я — днём, ты — ночью» 1932 года. В обеих картинах влюбленные не могут найти друг друга под дождём. Но если в ленте 1932 года это лишь сцена, то «Жизнь начинается завтра» доводит напряжённость ожидания до предела, делая его смысловой основой всего фильма.

В этом канале я уже упоминала вуайеризм в фильмографии Хисаясу Сато. Рассматриваемый фильм содержит, возможно, самую вуайеристскую сцену в кино. Главный герой возвращается из тюрьмы: из окон узкого колодца домов начинают высовываться бесчисленные головы. Возникают крупные планы морщинистых лиц, ушей, губ и даже собак. Эффект усиливается звуками шепота и шороха. Из всех щелей и отверстий устремляются взгляды широко раскрытых глаз. Лестничная площадка приобретает закольцованный вид. За счёт замкнутого пространства жертва оказывается в ловушке, а кульминацией становится зловещий всеобщий смех, заставляющий героя бежать. В фильме почти нет слов — всё строится исключительно на взгляде.

Так совпало, что с утра, ещё до показа, я читала книгу Олега Ковалова «Из(л)учение странного». Он пишет о внутрикадровых надписях (вывесках, плакатах, этикетках), которые поочередно рифмуются с остальными объектами съёмки в «Человеке с киноаппаратом». Этот же приём абсолютно применим и к фильму «Жизнь начинается завтра».
Скринов я не могу приложить, так как смотрела в Иллюзионе, и, похоже, что в открытом доступе этого фильма в хорошем качестве нет, так что прикреплю фотографии глаз из книги Ковалова.

Пожалуй, поддержу флешмоб, чтобы вы знали предпочтения человека, пишущего здесь как раз преимущественно о кино и книгах. К тому же всегда приятно поделиться тем, что дорого сердцу.

Очень нравится этот фрагмент из Гибера:

Но что могло бы послужить темой этой коллекции, кроме моего собственного вкуса, небольших и капризных склонностей?

«Балет» Уайзмана сильно выделяется среди документальных фильмов про балет, которые я смотрела до этого. В нём совмещены тяжкий труд и при этом некая непринуждённость. Нам показывают крупные планы напряжённых лиц, а в следующем кадре — смешную собаку, которая так же следит за репетицией. Нечасто можно увидеть балетные тренировки под открытым небом, наполненным солнечным светом, которые тут присутствуют. Пространство античной Арены-ди-Вероны наводит на сходство танцовщиков с древними греками, предпочитавшими физические упражнения под открытым небом. В «Swan Song» 2023 года преобладают синеватые оттенки, и всё остаётся в пределах театра.

В фильме Уайзмана артисты живут полной жизнью: отрываются на вечеринках, загорают на пляже, запускают воздушных змеев. Однако даже в такой обстановке они не забывают про балет: так, в парке звучит комментарий в адрес аттракциона с кружащимися лебёдушками: «Это напоминает умирающего лебедя».
Есть в фильме элемент, который сильно выбивается. Это очень экспрессивная русская балерина, представленная тут как тренер, которая будто выбежала из «Пленников Терпсихоры». Она наслаждается каждым движением, каждым звуком музыки, она живёт в этом, словно одержимая.
Быть может, особая расслабленность — черта именно американского балета.