愚に暗く茨を掴む蛍かな
Что глупей темноты!
Хотел светлячка поймать я –
напоролся на шип
Светлячки играют исключительную роль в японской культуре – они освещают страницы Повести о Гэндзи, и очень часто мелькают там и сям в поэзии. Чтобы увидеть, как они светятся в ночной тьме и парят над реками и каналами, люди до сих пор приезжают на экскурсии, а ловля их считалась и считается занимательным занятием – в некоторые места светляков специально завозят для такого.
В ксилографии они на равных ведут диалог со светом окон и даже с самой луной:
Цукиока Когё, Светлячки, 1890-е;
Ямамото Сён, Охота на светлячков, начало 20 века;
Ито Содзан, Светлячки, 1900-е;
Кобаяси Киётика, Светлячки в Очаномидзу, 1880;
Кобаяси Киётика, Светлячки и освещенный дом, 1930-е;
Кобаяси Киётика, Река Коромогава возле храма Тэннодзи, 1880;
Такахаси Хироаки, Светлячки, 1930-е;
Утагава Кунисада, Воображаемая сцена, в которой актеры ловят светлячков: драгоценности, сияющие в темноте, 1855.
Что глупей темноты!
Хотел светлячка поймать я –
напоролся на шип
Светлячки играют исключительную роль в японской культуре – они освещают страницы Повести о Гэндзи, и очень часто мелькают там и сям в поэзии. Чтобы увидеть, как они светятся в ночной тьме и парят над реками и каналами, люди до сих пор приезжают на экскурсии, а ловля их считалась и считается занимательным занятием – в некоторые места светляков специально завозят для такого.
В ксилографии они на равных ведут диалог со светом окон и даже с самой луной:
Цукиока Когё, Светлячки, 1890-е;
Ямамото Сён, Охота на светлячков, начало 20 века;
Ито Содзан, Светлячки, 1900-е;
Кобаяси Киётика, Светлячки в Очаномидзу, 1880;
Кобаяси Киётика, Светлячки и освещенный дом, 1930-е;
Кобаяси Киётика, Река Коромогава возле храма Тэннодзи, 1880;
Такахаси Хироаки, Светлячки, 1930-е;
Утагава Кунисада, Воображаемая сцена, в которой актеры ловят светлячков: драгоценности, сияющие в темноте, 1855.
Ливень грозовой!
Замертво упавший
Оживает конь
Ещё немного гравюр:
Кавасэ Хасуи, храм Канкай в Беппу, 1927;
Кавасэ Хасуи, Весенний дождь в храме Гококу-дзи, 1932;
Цутия Коицу, Весенний дождь, 1936;
Ёсида Хироси, Весенний дождь – восемь сцен цветения сакуры, 1935;
Кавасэ Хасуи, Горячие источники Тотиноки в провинции Хиго, 1922;
Кавасэ Хасуи, Врата Сакурада под весенним дождем, не датирована.
Замертво упавший
Оживает конь
Ещё немного гравюр:
Кавасэ Хасуи, храм Канкай в Беппу, 1927;
Кавасэ Хасуи, Весенний дождь в храме Гококу-дзи, 1932;
Цутия Коицу, Весенний дождь, 1936;
Ёсида Хироси, Весенний дождь – восемь сцен цветения сакуры, 1935;
Кавасэ Хасуи, Горячие источники Тотиноки в провинции Хиго, 1922;
Кавасэ Хасуи, Врата Сакурада под весенним дождем, не датирована.
70-е были временем, когда люди активно переселялись в крупные города из-за резкого экономического роста.
Кадзуо Китаи, начавший свою карьеру за десятилетие до скачка с фотографий демонстраций против входа атомных субмарин США в порт Йокосука (самиздат-сборник Resistance в 1965), а затем и студенческих протестов для Asahi Picture, в семидесятые сместил свой фокус на рутинные вещи. Результатом стал сборник «В деревню» / 村へ, публиковавшийся в Asahi Camera с января 1974 по декабрь 1975 года. Фотограф вызвал переполох своим непривычным взглядом, кропотливо и тихо запечатлев в поездках по стране обыденные сцены в фермерских деревнях, которые находились на грани разрушения, но в итоге получил первый приз имени Ихея Кимуры за эту серию.
Работа оказалась столь популярна, что была адаптирована в многочисленные фотокниги, выставки, получила продолжение «Снова в деревню» и до сих пор пользуется непрерывным вниманием.
Кадзуо Китаи, начавший свою карьеру за десятилетие до скачка с фотографий демонстраций против входа атомных субмарин США в порт Йокосука (самиздат-сборник Resistance в 1965), а затем и студенческих протестов для Asahi Picture, в семидесятые сместил свой фокус на рутинные вещи. Результатом стал сборник «В деревню» / 村へ, публиковавшийся в Asahi Camera с января 1974 по декабрь 1975 года. Фотограф вызвал переполох своим непривычным взглядом, кропотливо и тихо запечатлев в поездках по стране обыденные сцены в фермерских деревнях, которые находились на грани разрушения, но в итоге получил первый приз имени Ихея Кимуры за эту серию.
Работа оказалась столь популярна, что была адаптирована в многочисленные фотокниги, выставки, получила продолжение «Снова в деревню» и до сих пор пользуется непрерывным вниманием.