У мужчин есть только четыре способа выхода из депрессии:

19 октября 2023 Атсуши Сакураи, вокалист Buck-Tick, во время концерта был доставлен в больницу из-за плохого самочувствия, в 23:09 того же дня он ушёл от нас из-за кровоизлияния в мозг.
57 лет. Прощай, Аччан. *воет*

С трудом верится, конечно, хочется думать, что он просто устал выступать и ушёл со сцены… И да, oriental love story из описания канала теперь вовек не уберу.

p.s. здесь можно собраться и понести цветов и фотографий к посольству Японии в Москве

we are spirits in the material world

Томокити Фукураи родился 3 ноября 1869 в Такаяме, учился в школе сначала в Киото, затем по неизвестной причине перешёл в школу в Сендае. Там он встретил дочь местного судьи, на которой впоследствии женился, затем поступил в Тодай в сентябре 1896 и начал изучать западную философию. После этого он поступил туда же в аспирантуру на факультет психологии и начал заниматься теорией гипноза в только что открытой и весьма прогрессивной на тот момент психологической лаборатории, которой руководил профессор Мотора, обучавшийся у лучших из лучших на западе. Фукураи по итогу практики в ней защитил диссертацию «Психологические исследования гипноза» в июле 1904, а через пару лет сам стал преподавателем в Тодай и начал преподавать аномальную психологию, и уже через месяц работы получил докторскую степень. Между прочим, один из первых случаев, когда японский психолог получил её, не обучаясь за границей. Его книга «Гипнотическая психология», опубликованная в 1906, была единственным учебником по гипнозу аж до конца Второй мировой, в 1908 Фукураи был назначен доцентом там же в университете, продолжил читать лекции, и вы скажете, какая хорошая, но скучная всё же карьера.

Но. Фукураи вдруг загорелся исследованиями паранормального. Если бы он, как и многие его коллеги, уехал учиться за границу, он бы, может, и чуть более скептически отнёсся к возникшей идее, а на деле с 1910 по 1911 он проводил эксперименты с ясновидением, найдя для этого трёх женщин, утверждавших, что обладают такой способностью.

​​Первая из подопытных, Тидзуко Мифунэ, родилась в Кумамото в 1886, говорили, что она была очень религиозной и эмоционально чувствительной. Её зять, который практиковал гипноз с 1903, в 1908 загипнотизировал её, чтобы убедить в том, что она ясновидящая. К 1909 Мифунэ стала известна благодаря своей способности определять проблемы со здоровьем при помощи ясновидения. Весной 1910 Фукураи узнал о девушке от директора школы, которую она окончила в Кумамото. Профессор сначала попросил директора провести с ней несколько экспериментов, используя запечатанные конверты: в каждом из них была карточка с именем или лист бумаги со словами или цифрами, обёрнутые в фольгу. После 10 попыток таких заочных экспериментов Фукураи убедился в способностях Мифунэ и решил проводить эксперименты и дальше. Профессор Синкити Имамура, тоже преподававший в Тодай, отправился в Кумамото в феврале 1910, чтобы лично оценить физическое состояние ясновидящей, поскольку во время опытов она быстро утомлялась, заодно и способности, и в апреле того же года результаты опубликовали в виде серии газетных статей: около 65 процентов успеха, при этом «успех» означал полностью правильное прочтение китайских иероглифов, написанных на бумаге, а неудача включала «неправильные иероглифы», «не может прочитать полностью» и «может увидеть, но не понимает». С августа по октябрь Мифунэ ездила в Осаку, Киото и, наконец, в Токио, чтобы принять участие в еще одной серии экспериментов. В сентябре 1910 дюжина ученых стала свидетелями экспериментов; среди них был бывший ректор Токийского университета, физик и первый японец, который работал с рентгеновскими лучами. Мадам Тидзуко просили прочесть карточки, запихнутые в свинцовую трубку, и оба конца заваривали так, чтобы никто не мог заглянуть внутрь, не срезав край пилой. Успех был сомнительный: из трех испытаний госпожа ясновидящая не смогла ничего прочитать в первом, но прочла все три иероглифа в последнем. Второе испытание оказалось довольно спорным, поскольку ее ответ соответствовал символам не в нужной трубке, а в лежавшей рядом. Хотя ее способности не были безоговорочно доказаны, ученые-свидетели не высказали никаких сомнений.

Публикация в газетах сделала девушку сенсацией в обществе. После этого японские газеты почти еженедельно публиковали краткие статьи о различных экстрасенсах, живущих в стране. Среди всей этой шумихи Фукураи был обеспокоен одним серьезным недостатком в своей методике. Во время эксперимента ясновидящей приходилось оставаться одной в комнате с запечатанным контейнером, но при этом она допускала ошибки в присутствии других людей. Хотя не было никаких доказательств того, что она открыла конверт или трубку, некоторые исследователи сомневались в ее паранормальных способностях.

18 января 1911 Мифунэ покончила жизнь самоубийством, выпив яд.

​​Новости о мадам Мифунэ вдохновили ещё одну ясновидящую, сорокалетнюю Икуко Нагао, податься в опыты. Начиная с октября 1910, газеты писали о её способностях, а уже в ноябре Фукураи приехал навестить её в Маругамэ, где она проживала со своим мужем, окружным судьей. Было сразу объявлено, что парапсихологические возможности госпожи Нагао были намного выше, чем у предыдущей девушки.

В экспериментах в этот раз использовали фотопластинки (стекло с фоточувствительным слоем, предок фотопленки) вместо карточек и трубок – никто не мог распознать символы или фигуры на снимке, пока он не был проявлен, и во время опытов они обнаружили, что вокруг фигуры на фото появлялся странный свет, хотя весь снимок так и не проявлялся. Этот феномен настолько впечатлил Фукураи, что он ввел термин «мыслеграфия», проекция мыслей. 27 декабря 1910 года, Фукураи разработал новую серию экспериментов по мыслеграфии: чистую фотопластинку клали в обычную коробку, затем профессор рисовал персонажа или фигуру, которую нужно было спроецировать, и клеил рисунок к передней части коробки, затем женщина держала коробку в руках и смотрела на неё минуту. В первый раз ее попросили спроецировать на фотопластинку один иероглиф – в результате получилось нечто расплывчатое, на следующем испытании ее попросили спроецировать круг, квадрат и крест, и оно оказалось успешным, и через два дня Фукураи снова попросил ее спроецировать иероглифы, и она снова добилась успеха.

8 января 1911 ученые приехали в дом женщины в Маругамэ. Во время эксперимента в присутствии ученых фотопластинки, на которую Нагао нужно было спроецировать свой же портрет, не оказалось в коробке, в результате чего одного из присутствующих докторов обвинили во вмешательстве, повлекшем за собой провал эксперимента. Семья Нагао была настолько оскорблена, что не позволяла женщине участвовать в каком-либо ещё опыте, где мог участвовать этот человек. Несколько дней спустя Фукураи убедил их провести эксперимент в присутствии нескольких репортеров. 12 января он был проведен, но на следующий день непроявленная пластинка была украдена. На её месте лежала записка с угрозами.

После этих происшествий прибывшие учёные начали утверждать, что все эксперименты с ясновидящей были сфальсифицированы – никому не разрешалось находиться с ней во время мыслеграфии, а тут ещё эти таинственные пропажи пластинок. Газеты перестали восторженно писать об экстрасенсах, и все больше переходили на негативный тон. Именно из-за этих осуждений в газетах предыдущая подопытная, мадам Мифунэ, в том же месяце покончила жизнь самоубийством.

Госпожа Нагао продержалась на месяц дольше – внезапно умерла от быстротечной пневмонии.

Фукураи мало заботили подозрительные смерти подопытных, и в 1913 он продолжил свои изыскания, на этот раз с Садако Такахаси, чьи способности мыслеграфии впечатлили его. Ну как впечатлили – никто больше не присутствовал на опытах, а поведение девушки во время экспериментов больше напоминало поведение типичного шарлатана из книжек. В той же работе он представил результаты экспериментов с господином Коити Митой, уже на тот момент известным экстрасенсом, которого Фукураи особенно уважал за психический потенциал. Профессор в честь него переименовал мыслеграфию в «нэнграфию» в англоязычной статье, где «нэн» – это идея, которая все же немного отличается по смыслу от понятия мысли.

Садако умерла меньше чем через год от туберкулёза. Фукураи, человека, претендовавшего до всех этих опытов на место завкафедрой, в октябре 1913 попросили из университета, а аномальную психологию убрали из курса обучения не только в Тодай, но и в остальных императорских университетах страны, что привело к росту популярности нового направления, клинической психологии. Фукураи и Мита ещё несколько раз устраивали публичные выступления с проецированием мыслей на фотопластинки. Бывший профессор до конца своей жизни не оставил исследования парапсихологии, и его последователи открыли свой институт. Все совпадения имён и судеб с серией под названием «Звонок» не случайны.

О, смотрите, очередной мем про Les rallizes dénudés!

Альбомы снизу:
'77 Live
Spotify | YouTube | Apple Music | Bandcamp | VK

‘67 - ‘69 Studio et Live
Spotify | YouTube | Apple Music | VK (на bandcamp не дают послушать, эх)

The OZ Tapes
Spotify | YouTube | Apple Music | Bandcamp | VK

​​На днях увидела, что @goodforhealth захотелось увидеть от меня что-то про рабухо, и это натолкнуло меня на мысль написать для начала о Ёсиваре.

Итак, квартал с проститутошными был изначально открыт в районе Нихонбаси (нынче там бизнес всякий), но из-за недостатка места в городе обсуждались планы по переносу его на окраину к северу от Асакусы. Пока обсуждали переезд, Ёсивара успела сгореть в великом пожаре эры Мэйреки, и выбора не осталось – пришлось отстраиваться в новом месте.

Мужчин в квартале обслуживали одинаково вне зависимости от социального положения: за одинаковую плату простолюдин получал то же, что и самурай, хотя последним визиты туда не то что бы сильно разрешались, но они оставляли оружие у городских ворот и бодрым шагом отправлялись навстречу любви на одну ночь. Гейши там тоже в одно время завелись, но в первое время предпочтения у посетителей были точно не в их пользу.

Проституция была делом законным до 1958 года (хотя и сейчас в законе, запрещающем это, есть лазейки: в банях-сопу обходят запрет на «соитие между незнакомыми людьми за деньги» формальным знакомством во время мытья), и Ёсивара была крепеньким торговым местом, задававшим модные течения в одежде, причёсках и прочих атрибутах внешности, которые быстро подхватывались в Токио. Куртизанки зачастую имели чуть ли не звёздный статус, но при этом многие происходили из крайне бедных семей и были проданы борделям в детстве, так что хоронили их в безымянных могилах, принося трупы к задней двери храма в том же квартале.

Обычно девочку продавали лет в 5-7 под предлогом «обучения», иногда детей крали из дома, но проще было всё же официально оформить это дело. До 13 лет их называли камуро, давали им другие имена, а если девочки прислуживали одной и той же вышестоящей даме, то имена были ещё и похожи, чтобы долго запоминать не пришлось.
Если дитятко оказывалось способным, то её обучали игре на инструменте, икебане, чайной церемонии и прочим навыкам, необходимым потенциальной куртизанке, но кроме учёбы им приходилось выполнять личные поручения, подавать еду и носить воду своим наставницам.

Когда наступал момент сдавать ученицу в боевые условия, хозяин проститутошной снова наведывался к родителям девочки и менял свидетельство об обучении на свидетельство о покупке человека, и семья в этот момент могла передумать и забрать ребёнка домой. Иногда так и делали, но только для того, чтобы продать в другое место и подороже. Если сделка все же совершалась, то девочка чернила зубы подаренным приятельницами наставницы лаком из железа, спирта и чернильных орехов, в день инициации кормила деловых партнеров борделя гречневой собой или рисом с адзуки, а гостям в этот день предлагала не только себя, но ещё и сувенирчики в подарок после сеанса: ткани, веера или полотенца. Вот такой вот сервис.

А сегодня у нас в гостях @shufflechamber, который пишет о музыке девяностых и до нынешнего момента, и он составил для моего канала весьма нетривиальную подборку японского альт-рока!

Советую подписаться, если вы ещё не, итак, приступим:

Mass Of Fermenting Dregs

Это трио из Кобе, специализирующееся на пост-хардкоре и шугейзе, существует уже более 20 лет. Их музыка, в меру мелодичная, с плотными аранжировками, фанковыми гитарами и женским вокалом, делает особый акцент на мелодичной стороне пост-хардкора.

Слушать

NINGEN ISU

Если бы Black Sabbath были японцами и играли в наше время, то они бы звучали как NINGEN ISU. Хотя, такое сравнение, пожалуй, будет не совсем уместным. Эти ребята в свои 50+ вполне самобытны, лабают сладж-метал, выглядят как настоящие самураи из каноничного японского кино, и сравнение с британскими классиками скорее служит для обозначения корней и влияний на их музыкальный фундамент.

Слушать

BORIS

Именованные в честь одноименной песни легендарных американских мастеров сладжа, The Melvins, BORIS, на протяжении своей более чем 30-летней карьеры успели записать 29 альбомов. В своем саунде коллектив сочетает элементы дрона, металла, нойза и психоделии. В результате получается что-то тяжелое, атмосферное и чертовски разнообразное.

Слушать

Otoboke Beaver

Otoboke Beaver — это именно о контрастах. Четверо симпатичных и хрупких девушек играют безумный нойз-рок, сильно слаженный и техничный. Их короткие двухминутные песни словно американские горки: вас здесь ждут бластбиты, сбивки, гитарные запилы и, конечно же, улюлюканье. Для полного погружения в атмосферу, рекомендую смотреть их живые выступления.

Слушать

385

Этот коллектив мастерски соблюдает баланс между структурой и какофонией, что многие нойз-рок-группы часто упускают. Их музыка представляет собой сумасшедший, ритмичный авангард, объединяя элементы фанка, джаза, нойза и еще множества других стилей. Всё это украшено потрясающими и абсолютно кокаиновыми басовыми партиями.

Слушать

​​Короткая жизнь девушек в Ёсивара крутилась вокруг трёх вещей: денег, суеверий и болячек.

Красивые гравюры с завлекающими выражениями лиц и роскошными нарядами зазывали путников зайти в ворота распутного квартала, но то было только видение художников. Воспоминаний из первых рук не сохранилось, и мне даже интересно, какой бы скандал для бизнеса вышел, если бы подобное ушло в печать.

Так вот, куртизанки могли читать и писать, умели играть в го и нарды, были одеты с иголочки в четыре, а то и пять слоёв кимоно, и такое было доступно далеко не каждой в стране, но было одно но – всё это увеличивало долг перед борделем. Девушкам нужно было отрабатывать ежедневную норму, которая увеличивалась вдвое в праздники, а иначе их штрафовали. Работать приходилось и во время болезни, и во время менструаций, потому что платить нужно было за всё от содержания до чаевых маленьким послушницам за хорошую работу. Да и заработок был не самый большой: проститутки высокого ранга, для ночи с которыми посетителю требовалось аж три ритуальных встречи, получали за работу около миллиона рублей на наши нынешние деньги, но только десятая часть уходила на погашение задолженности, все остальное забирал себе, так сказать, работодатель. Нет, конечно, у некоторых из них были влиятельные покровители, которые дарили им одежду каждый сезон, и специальные футоны, которые доставались только при посещении этого покровителя, но можно ли прожить только на этом?

Тяжёлая длительная работа, большое количество клиентов и ношение свинцовых белил на лице и конечностях в качестве косметики не влияли благотворно на здоровье обитательниц Ёсивары, и многие из них умирали, едва доживая до 20. Работницы самых дешевых заведений спали на улице и недоедали, а те, кому посчастливилось населять более дорогие, жили не сильно-то и лучше: недосыпали и были биты клиентами. Мыться и менять постельное белье порой тоже не давала скупость сутенера. Но хуже всего были вечные аборты, чахотка и сифилис. В 1900 году дамы были вынуждены раз в неделю проходить медосмотр, и при обнаружении венерической болезни отправляться в местную лечебницу, иначе им грозил страшный штраф - аж целых две йены. С другой стороны, и правда страшно, если тебе денег особо не платят. Многие врачи на этих медосмотрах были шарлатанами, и легко за мзду отпускали больных распространять заразу дальше. С ними могли договориться либо владельцы проститутошных, либо сами девушки – и иногда каких-то запущенных случаев могло и не быть, но бывало и так, что серьезные язвы могли закрасить косметикой, отваливающийся нос залепить воском, получить разрешение на работу, а потом умереть в одной постели с клиентом. Романтично.

Я не пропала – я в Киото, несу вот вам песню про реалии жизни в зимние месяцы!
https://m.youtube.com/watch?v=Yv6shy_9KVM