Интересный факт: стихотворение японской поэтессы Ёсано Акико «Трусость» было использовано братьями Стругацкими в романе «За миллиард лет до конца света» с небольшими изменениями:

Сказали мне, что эта дорога
меня приведёт к океану смерти,
и я с полпути повернула вспять.
С тех пор все тянутся предо мною
кривые, глухие окольные тропы.

(у Стругацких - «и я с полпути повернул обратно»)

Это не случайность – Аркадий Стругацкий закончил московский Военный институт иностранных языков по специальности «переводчик с японского и английского языков» в 1949, а после окончания служил переводчиком под Хабаровском и даже работал над документами для Токийского процесса над военными преступниками.
Однако, он особо не продвинулся по карьерной лестнице.

Занятно, что «японское» проникло во многие произведения братьев Стругацких (где-то даже вконтакте видела обсуждения, являются ли произведения Стругацких переложениями японских произведений). Например, и в названии, и в эпиграфе к «Улитке на склоне» угадывается ссылка на хайку Кобаяши Исса:

Тихо, тихо ползи,
Улитка, по склону Фудзи
Вверх, до самых высот!

Другим примером может служить то, что герои Стругацких читают «Повесть о Гендзи», танка Ёсано Акико, рассказывают японские легенды о спрутах...

Вопрос "Кем бы стал А. Н. Стругацкий, если бы не стал писать фантастику?", думаю, теперь больше не вызовет недоумение.

Из письма Аркадия Стругацкого брату от 30 декабря 1963 года:

«В Детгизе мне передали пришедшую на мое имя бандероль из Японии. Журнал «Эс-Эф магазин». Там добросовестный и скрупулезный перевод «Частных предположений» под названием «Первая попытка». На заставке изображена красивая девочка лет пятнадцати (судя по лицу), с арбузообразными титьками, в трусах и бустгальтере и с вот такими бедрами – японский вариант Ружены Кунертовой».

Ну, по-моему, очень уж брутально Аркадий Натанович описал сей рисунок.

130 лет назад - 29 июля 1890 года - умер Винсент Ван Гог.

«Я завидую японцам», – написал как-то Винсент Ван Гог своему брату Тео. Хотя художник никогда и не был в Японии, эта страна очень повлияла на него и его работы.

Япония была для Винсента чем-то вроде Атлантиды. Он читал о ней, окружал себя бессчетными изображениями и предметами, напоминавшими о ней, но при этом всегда знал, что не сможет увидеть ее собственными глазами. Тогда Ван Гог нашел единственный возможный для себя выход: одержимо и ненасытно (как и многое, что он делал в жизни), но при этом очень терпеливо художник вырастил в своем воображении собственную маленькую Японию, идеализированный островок безмятежности и простоты. Чтобы увидеть эту воображаемую Японию Ван Гога, следует пристально вглядеться в его картины французского периода.

Картина: Куртизанка, 1887

Японское изобразительное искусство стало страстным увлечением художника в тот период, когда он жил в Париже вместе с Тео.
В одном из писем брату Винсент писал: 
«Моя студия выглядит вполне сносно, в основном потому, что я прикрепил на стену несколько японских гравюр, которые я нахожу очень забавными. Ты знаешь, эти маленькие женские фигуры в саду или на берегу, всадники, цветы, скрюченные колючие ветки».

С приходом в жизнь японской гравюры он начинает обращаться к новым сюжетам. Если раньше он отдавал предпочтение портретам и городским пейзажам, то теперь на его картинах появляются животные, растения, предметы быта. Центральную часть в его творчестве займет природа. 

К сожалению, мечта об «искусстве будущего» оказалась слишком амбициозной для Винсента. После отъезда из Арля он все реже упоминает о Японии в письмах к Тео.

Однако в его поздних картинах все так же появляются четкие темные контуры и плоскости ярких цветов. Видимо, взгляд на мир «японскими глазами» остался с художником до конца его дней.

Существуют имена Тиёко (千代子, тысяча лет), Тидзуру (яп. 千鶴, тысяча журавлей), Тикао (яп. 千禾夫, муж – тысяча колосьев), фамилия Титака (千鷹, тысяча соколов). Одна из японских префектур называется Тиба (яп. 千葉, тысяча листьев).

В «Унесённых призраками» обыгрывается неоднозначность прочтения иероглифа 千 — «сэн» или «ти»: имя главной героини — Тихиро (千尋, тысяча хиро: большая глубина), но колдунья забирает имя у Тихиро, оставляя ей только один иероглиф и меняя его прочтение - отныне Тихиро зовётся Сэн (千, тысяча).

Неожиданно, но вас здесь уже тысяча! (наверное, пора перестать думать, что блоггинг – это совсем не моё)
Спасибо огромное всем тем, кто меня читает, репостит и пишет обратную связь.

Немного о до-государственных японских стереотипах.

Женщины не могли ходить в плавание. Ну, звучит привычно. Но кроме этого, у каждого экипажа был специально выделенный человек, который должен был соблюдать особый специальный предэкспедиционный пост, состав которого я искала полчаса, и ну его к чёрту. Дополнительно к посту нельзя было мыться, расчёсываться и общаться с женщинами. Если в итоге после всего этого экспедиция того этого провалится – значит, специальный человек хреново исполнял ритуал. Убить его, у!

Всем девушкам в канале желаю, чтобы вероятность смерти экипажа от общения с вами была такой же, как и от общения с мужчиной.

pic: Цукиёка Ёситоси (1839–1892), Луна над водами залива Даймоцу (укиё-э), ориентировочно 1886

настроение на сегодня: ничего не понимающий малыш Годзилла и какой-то шайтан-принтер