Оригинальная идея токийской башни Накагин состояла в том, что жилые капсулы по истечению времени и устареванию предполагались на замену на новые версии со всеми актуальными и новыми решениями согласно меняющимся желаниям потребителей, благодаря чему здание было бы удобным в техническом обслуживании и ремонте и тем самым обеспечило бы себе долговечный период эксплуатации. К сожалению, модули так ни разу не заменялись, а философия метаболизма столкнулась с проблемами реальности. Задумка по взаимозаменяемости модулей так и не воплотилась в жизнь, из-за чего здание активно ветшало, а качество жизни в нем значительно ухудшилось.

Кисё Курокава, архитектор Накагина, умер в 2007, но до самого конца отстаивал шанс на реконструкцию своего детища. Проект так и не удалось запустить из-за многих сложностей, среди которых финансовая часть (отсутствие инвесторов) и разделившееся мнение жителей и архитекторов Японии относительно сохранения дорогущего здания из опасного для здоровья асбеста.

Вчера начались работы по сносу.

Наткнулась тут на кусочек документалки про Ясудзиро Одзу, и хочется отметить три момента. Во-первых, лентой запечатлены весьма редкие образы окружения мастера – родственников и соседей, актеров и членов его съемочной группы.
Второе – об этом обычно не принято распространяться, но в фильме зрителю дано понять, что Одзу ежедневно и крепко прикладывался к бутылке, причем он делал это весело и жизнерадостно, с пользой для своего кино и поддержания психологического климата в команде. Артисты вспоминали, как режиссер заставлял их добиваться нужных жестов и движений, заставляя переделывать по 60 раз, но зато после утомительных съемок Одзу мог запросто выпить с актером.
И третье – режиссер, сам оказавшийся в условиях военного времени солдатом Императорской армии, искал и нашёл воевавшего в Маньчжурии своего друга-режиссера, Садао Яманаку, и, скорее всего, последний видел его живым до смертельной болезни в 1938. Вот это сила духа.

«Жить-то я жил», 1983
или когда я сажусь писать тексты