​​Звезда немого кино, украшение работ Одзу и Мидзогути… и коммунистка?

Ёсико Окада с детства мечтала стать актрисой. Она окончила женское училище искусств в Токио, и в 17 лет уже дебютировала в театральной компании, которая впервые за три века ставила пьесы, где женщин играли женщины. Параллельно Ёсико начала сниматься в кино, к 1925 набрав темп девяти фильмов за год, но переход на разговорный жанр ей не очень удался, несмотря на главные роли в «Женщине из Токио» Одзу и «Девушке, которая плачет весной» Симидзу – в 1936 пришлось вернуться на сцену, где она встретила режиссёра Рёкити Сугимото, который был членом Коммунистической партии и переводил с русского языка на японский социалистическую литературу.

Окада мечтала учиться театральному искусству у великого Мейерхольда, а Сугимото имел поручение от Компартии – наладить контакты с Коминтерном в Союзе.
3 января 1938 года они прибыли на Сахалин под предлогом новогоднего представления для пограничников, после чего на конных санях оторвались от сопровождавшего их военного (он увяз в сугробах) и попали в СССР. Сугимото обвинили в шпионаже и расстреляли. Ёсико была приговорена к 10 годам лагерей. Мейерхольда на основании этого дела тоже арестовали и расстреляли в 1940.

В 1948 Окада освободилась из Вятлага и попала в Москву, где стала диктором студии «Голос России», передачи которой транслировались в Японии.
Передачи пользовались популярностью не только из-за её личной славы, а помнили её на родине и после десяти лет отсутствия, но и из-за красивой литературной речи. Актриса вышла замуж за такого же экспата – актера, с которым они играли в одной постановке, Синтаро Такигути. Её муж попал в плен, воюя в составе Квантунской армии, а после освобождения решил остаться в Хабаровске, откуда его позже перевели в Москву.

В 57 лет мадам осуществила свою мечту – окончила режиссёрский факультет ГИТИСа. На ее счету несколько личных и совместных постановок: «Жизнь женщины» по книге Сэити Моримуры, «Десять тысяч мальчиков» и «Маленький беглец».
В 1972 после смерти мужа она приняла приглашение вернуться на родину, куда прилетела с прахом супруга. Правда, осталась в итоге ненадолго, даже несмотря на активную творческую деятельность в родных местах – Ёсико заявила, что она советская гражданка, и в итоге вернулась обратно в ставшую домом Москву.
Она умерла 10 февраля 1992 – на следующий день после дня рождения её кумира Мейерхольда.

Пора уже хештег для Мисимы заиметь.

​​Меморандум Танака – приписываемый 26-му премьер-министру Японии стратегический документ 1927 года, в котором он якобы представил императору стратегию завоевания мира.

Он был впервые опубликован в декабре 1929 в Нанкине в китайском националистическом издании:
- для того, чтобы завоевать Китай, Япония должна сначала завоевать Маньчжурию и Монголию.
- для того, чтобы завоевать мир, Япония должна сначала завоевать Китай.
— если Япония сумеет завоевать Китай, все остальные малоазиатские страны, Индия, а также страны южных морей будут бояться японской мощи и капитулируют перед ней, признавая права Японии на землю.

В 1930-40-е сей манифест воспринимался широкой общественностью как подлинный, поскольку действия империи довольно точно соответствовали описанным в ней планам на экспансию: Мукденский инцидент в 1931, интервенция в Маньчжурию, японо-китайская война в 1937, бои на Халхин-голе в 1939, вторжение во французский Индокитай в 1940, и в 1941 Перл-Харбор.
Когда союзники после капитуляции Японии искали компрометирующие документы, подтверждающие военные преступления, они не нашли никаких проектов того, что соответствовало бы меморандуму Танаки. Японские официальные лица всегда отрицали подлинность опубликованного меморандума, а историки и исследователи, несмотря на самые тщательные поиски, так и не смогли обнаружить оригинал текста.

Японские ВМС встречают Новый год в Шанхае, 1940

come on let’s fly to jupiter island

Eastern mind: the lost souls of Tong Nou – шедевр от мира обскурных игорей. 256 цветов и 2 фпс-графика. Далекий 1994 и первая игра мастера на все руки, Осаму Сато. Культовая классика, скажу я вам!

Мы играем за парня (но это не точно) по имени Рин, который как-то утром обнаружил, что у него пропала душа. Его друг одолжил ему временную, которой должно хватить на поиски своей. Судя по всему, душу украл остров, который известен своей способностью, что бы вы думали, пожирать души. Делов-то: забрать украденное и убежать – приключение на 20 минут, да?
Во время своего похода герой умирает, но древо жизни выдаёт нам 8 жизней, все из которых мы должны прожить, прежде чем мы вернёмся в тело в девятый раз, дабы продолжить наши поиски. Причём прожить основательно, исполнить жизненное предназначение каждой из реинкарнаций и перекатиться на колесе Сансары дальше.

Выглядит все люто – всё происходит на острове в форме головы Осаму Сато, передвигаться нужно по пяти странам, которые находятся на ушах и щеках разработчика, а обитатели этого места выглядят невероятно сюрреалистично; легко натолкнуться на мысль, что вся игра является результатом амфетаминового прихода.
Сопровождают этот визуал интересные, но зацикленные мелодии (от 2 до 12 секунд, передаю привет Hong Kong 97!). Из-за этого продолжительно находиться в одной и той же локации сложновато, но если не задерживаться надолго, то саундтрек кажется просто божественным. Стоит сказать, что Сато до игропрома писал всякий музыкальный эмбиент и до сих пор этим занимается.
Лор плотный, и нет, проигнорировать его нельзя, а то не реинкарнируешь. Правда, островитяне не торопятся держать игрока в курсе всех событий, поэтому в игре предусмотрена спасительная энциклопедия, которую придётся штудировать самостоятельно.

Интересная у этой игры философия: сюжет намекает нам на то, что остановка цикла перерождения ужасна. В игре есть способ обрести бессмертие, но по иронии он не даёт нам сверхспособностей, а является единственным настоящим концом игры. Если после случайной смерти можно реинкарнировать заново, то в случае обретения вечной жизни само существование будет извращено, а герой станет заложником своего тела.

Отличная атмосфера, ещё более отличная музыка (если не слушать очень долго!). Крайне самобытная игра, которая больше напоминает духовное путешествие.
И если это не искусство, то искусства попросту никогда не существовало.

И снова кусочек прекрасной старой рекламы.

Японское подразделение корпорации Lotte с 1974 выпускает леденцы, и каждому вкусу соответствует свой персонаж – милая нарисованная девочка с продуманной историей, характером и даже любовным интересом.

По задумке, все они родились в эпоху Мейдзи и являются членами одной семьи.
Маскот конфет со вкусом сливы, самый первый в серии – Коумэ (умэ как слива), ей 15, она трудолюбива, педантична и хозяйственна. Живет в Токио и встречается с мальчиком, любящим верховую езду.
Коюки – малина. Она родилась на севере, поэтому в имени есть «юки», снежок. Ей 14, а ещё у неё есть яблоневый сад и она влюблена в старшеклассника, который занимается кэндо.
Конацу, девочка конфет со вкусом аманацу – младшего брата помело, выросла в солнечных холмистых землях, где выращивают цитрусы, играет в теннис, радуется жизни, встречается с другом детства, тоже спортсменом.
Коая, символ яблочных леденцов, 16-летняя девушка, чью скромность по сюжету можно, скорее всего, объяснить тем, что этот вкус выпускается ограниченным тиражом.
Кохару, которой тоже 16, представляет персик, в её имени иероглиф «весна», у неё любящая семья, старший брат увлекается литературой, а она сама увлеклась другом брата по литературному кружку (а можно вообще мангу про это уже, Лотте, я в вас верю)
Это классические вкусы, но есть ещё всякие местные выпуски или сезонные.

Такая вот продуманная кампания у корпорации. И да, на канале, с которого я принесла это видео, есть ещё несколько реклам других годов с девочками.