​​Звезда немого кино, украшение работ Одзу и Мидзогути… и коммунистка?

Ёсико Окада с детства мечтала стать актрисой. Она окончила женское училище искусств в Токио, и в 17 лет уже дебютировала в театральной компании, которая впервые за три века ставила пьесы, где женщин играли женщины. Параллельно Ёсико начала сниматься в кино, к 1925 набрав темп девяти фильмов за год, но переход на разговорный жанр ей не очень удался, несмотря на главные роли в «Женщине из Токио» Одзу и «Девушке, которая плачет весной» Симидзу – в 1936 пришлось вернуться на сцену, где она встретила режиссёра Рёкити Сугимото, который был членом Коммунистической партии и переводил с русского языка на японский социалистическую литературу.

Окада мечтала учиться театральному искусству у великого Мейерхольда, а Сугимото имел поручение от Компартии – наладить контакты с Коминтерном в Союзе.
3 января 1938 года они прибыли на Сахалин под предлогом новогоднего представления для пограничников, после чего на конных санях оторвались от сопровождавшего их военного (он увяз в сугробах) и попали в СССР. Сугимото обвинили в шпионаже и расстреляли. Ёсико была приговорена к 10 годам лагерей. Мейерхольда на основании этого дела тоже арестовали и расстреляли в 1940.

В 1948 Окада освободилась из Вятлага и попала в Москву, где стала диктором студии «Голос России», передачи которой транслировались в Японии.
Передачи пользовались популярностью не только из-за её личной славы, а помнили её на родине и после десяти лет отсутствия, но и из-за красивой литературной речи. Актриса вышла замуж за такого же экспата – актера, с которым они играли в одной постановке, Синтаро Такигути. Её муж попал в плен, воюя в составе Квантунской армии, а после освобождения решил остаться в Хабаровске, откуда его позже перевели в Москву.

В 57 лет мадам осуществила свою мечту – окончила режиссёрский факультет ГИТИСа. На ее счету несколько личных и совместных постановок: «Жизнь женщины» по книге Сэити Моримуры, «Десять тысяч мальчиков» и «Маленький беглец».
В 1972 после смерти мужа она приняла приглашение вернуться на родину, куда прилетела с прахом супруга. Правда, осталась в итоге ненадолго, даже несмотря на активную творческую деятельность в родных местах – Ёсико заявила, что она советская гражданка, и в итоге вернулась обратно в ставшую домом Москву.
Она умерла 10 февраля 1992 – на следующий день после дня рождения её кумира Мейерхольда.

Пора уже хештег для Мисимы заиметь.

​​Меморандум Танака – приписываемый 26-му премьер-министру Японии стратегический документ 1927 года, в котором он якобы представил императору стратегию завоевания мира.

Он был впервые опубликован в декабре 1929 в Нанкине в китайском националистическом издании:
- для того, чтобы завоевать Китай, Япония должна сначала завоевать Маньчжурию и Монголию.
- для того, чтобы завоевать мир, Япония должна сначала завоевать Китай.
— если Япония сумеет завоевать Китай, все остальные малоазиатские страны, Индия, а также страны южных морей будут бояться японской мощи и капитулируют перед ней, признавая права Японии на землю.

В 1930-40-е сей манифест воспринимался широкой общественностью как подлинный, поскольку действия империи довольно точно соответствовали описанным в ней планам на экспансию: Мукденский инцидент в 1931, интервенция в Маньчжурию, японо-китайская война в 1937, бои на Халхин-голе в 1939, вторжение во французский Индокитай в 1940, и в 1941 Перл-Харбор.
Когда союзники после капитуляции Японии искали компрометирующие документы, подтверждающие военные преступления, они не нашли никаких проектов того, что соответствовало бы меморандуму Танаки. Японские официальные лица всегда отрицали подлинность опубликованного меморандума, а историки и исследователи, несмотря на самые тщательные поиски, так и не смогли обнаружить оригинал текста.

Японские ВМС встречают Новый год в Шанхае, 1940

come on let’s fly to jupiter island

Eastern mind: the lost souls of Tong Nou – шедевр от мира обскурных игорей. 256 цветов и 2 фпс-графика. Далекий 1994 и первая игра мастера на все руки, Осаму Сато. Культовая классика, скажу я вам!

Мы играем за парня (но это не точно) по имени Рин, который как-то утром обнаружил, что у него пропала душа. Его друг одолжил ему временную, которой должно хватить на поиски своей. Судя по всему, душу украл остров, который известен своей способностью, что бы вы думали, пожирать души. Делов-то: забрать украденное и убежать – приключение на 20 минут, да?
Во время своего похода герой умирает, но древо жизни выдаёт нам 8 жизней, все из которых мы должны прожить, прежде чем мы вернёмся в тело в девятый раз, дабы продолжить наши поиски. Причём прожить основательно, исполнить жизненное предназначение каждой из реинкарнаций и перекатиться на колесе Сансары дальше.

Выглядит все люто – всё происходит на острове в форме головы Осаму Сато, передвигаться нужно по пяти странам, которые находятся на ушах и щеках разработчика, а обитатели этого места выглядят невероятно сюрреалистично; легко натолкнуться на мысль, что вся игра является результатом амфетаминового прихода.
Сопровождают этот визуал интересные, но зацикленные мелодии (от 2 до 12 секунд, передаю привет Hong Kong 97!). Из-за этого продолжительно находиться в одной и той же локации сложновато, но если не задерживаться надолго, то саундтрек кажется просто божественным. Стоит сказать, что Сато до игропрома писал всякий музыкальный эмбиент и до сих пор этим занимается.
Лор плотный, и нет, проигнорировать его нельзя, а то не реинкарнируешь. Правда, островитяне не торопятся держать игрока в курсе всех событий, поэтому в игре предусмотрена спасительная энциклопедия, которую придётся штудировать самостоятельно.

Интересная у этой игры философия: сюжет намекает нам на то, что остановка цикла перерождения ужасна. В игре есть способ обрести бессмертие, но по иронии он не даёт нам сверхспособностей, а является единственным настоящим концом игры. Если после случайной смерти можно реинкарнировать заново, то в случае обретения вечной жизни само существование будет извращено, а герой станет заложником своего тела.

Отличная атмосфера, ещё более отличная музыка (если не слушать очень долго!). Крайне самобытная игра, которая больше напоминает духовное путешествие.
И если это не искусство, то искусства попросту никогда не существовало.

И снова кусочек прекрасной старой рекламы.

Японское подразделение корпорации Lotte с 1974 выпускает леденцы, и каждому вкусу соответствует свой персонаж – милая нарисованная девочка с продуманной историей, характером и даже любовным интересом.

По задумке, все они родились в эпоху Мейдзи и являются членами одной семьи.
Маскот конфет со вкусом сливы, самый первый в серии – Коумэ (умэ как слива), ей 15, она трудолюбива, педантична и хозяйственна. Живет в Токио и встречается с мальчиком, любящим верховую езду.
Коюки – малина. Она родилась на севере, поэтому в имени есть «юки», снежок. Ей 14, а ещё у неё есть яблоневый сад и она влюблена в старшеклассника, который занимается кэндо.
Конацу, девочка конфет со вкусом аманацу – младшего брата помело, выросла в солнечных холмистых землях, где выращивают цитрусы, играет в теннис, радуется жизни, встречается с другом детства, тоже спортсменом.
Коая, символ яблочных леденцов, 16-летняя девушка, чью скромность по сюжету можно, скорее всего, объяснить тем, что этот вкус выпускается ограниченным тиражом.
Кохару, которой тоже 16, представляет персик, в её имени иероглиф «весна», у неё любящая семья, старший брат увлекается литературой, а она сама увлеклась другом брата по литературному кружку (а можно вообще мангу про это уже, Лотте, я в вас верю)
Это классические вкусы, но есть ещё всякие местные выпуски или сезонные.

Такая вот продуманная кампания у корпорации. И да, на канале, с которого я принесла это видео, есть ещё несколько реклам других годов с девочками.

Юкико Окада начала свою карьеру в шоу-бизнесе не с первой попытки: ей отказывали на всех прослушиваниях, но приняли наконец в конкурс Star Tanjou!, где она победила в 1983.

Год спустя, в 16 лет, она дебютировала как айдол с песней First Date, которую для неё написала всем нам известная Мария Такеути (символ этого канала!). Девушка была так хорошо принята аудиторией и критиками, что в том же 1984 она получила несколько музыкальных наград, в том числе «Новичок года». Фанаты называли певицу «Юкко», а её улыбка стала отдельным феноменом. Такеути, кстати, написала ей ещё 11 песен, но на этом легендарные сотрудничества не заканчивались – в 1986 Окада выпустила хитовый сингл Kuchibiru Network, который использовался в качестве песни для кампании Kanebo Cosmetics и был сочинен самим Рюити Сакамото. Слова написала любимица публики Сейко Матсуда.

К сожалению, психическое здоровье Юкико начало ухудшаться после выхода сингла. 8 апреля 1986 Окада была найдена с перерезанными запястьями в своей заполненной газом квартире в Токио, она скрючилась в туалете и плакала. Ее травмы обработали, и девушку доставили в здание звукозаписывающей компании. Пока управляющий компании и персонал обсуждали, как избежать скандала в СМИ, Окада побежала по лестнице, зашла на крышу, сняла обувь и спрыгнула с семиэтажного здания, в результате чего наступила мгновенная смерть. Всего лишь в 18 лет.

Ходят слухи, что это произошло из-за актера Тору Минегиси (на 23 года старше ее), с которым они снимались в сериале Kinjirareta Mariko, но мужчина воспринимал её исключительно как младшую сестру. В квартире певицы была найдена записки, которая заканчивалась словами: «Я хотела увидеть его снова. Моему сердцу больше некуда деться». Ее смерть настолько затронула поклонников и фанатов, что в итоге 23 человека покончило жизнь самоубийством, тоже прыгнув с крыши, как Окада, что в медиа прозвали «синдромом Юкко».

Когда иностранцы рассказывают про Японию, они обычно используют эпитет “экзотическая”. Всё в Японии им кажется необычным: архитектура, традиции, мультфильмы, стихи, люди, природа… Необычной для всего остального человечества выглядит и японская организованная преступность. Все преступники мира стремятся к непубличности, а японские группировки, наоборот, выпускают собственные газеты. Ни российским ворам в законе, ни сицилийским донам, ни боссам американской мафии в голову не придёт писать свои автобиографии, а самый известный японский мафиози Кадзуо Таока, лидер ОПГ “Ямагути гуми”, написал книгу “Ямагути гуми. Автобиография третьего босса”. За что мы ему теперь очень благодарны, поскольку она дала нам редкую возможность увидеть историю криминального лидера не из полицейских отчётов, а его собственными глазами.

Эта история начинается как сказка: “в самой бедной семье самой бедной деревни в самой бедной префектуре Токусима, что на самом бедном острове Сикоку, 27 марта 1913 года родился мальчик Кадзуо…” Впрочем, в жизни Таоки сказочного было мало. Отец умер ещё до его рождения, мать через несколько лет после. «Похороны матери запомнились мне прежде всего тем, что на них я впервые за шесть лет после рождения съел куриное яйцо и выпил молока», — написал он в своей книжке.
Совсем ребёнком Кадзуо устроился на работу, но быстро оттуда уволился из-за ссоры с начальником. Он решил продвигаться по криминальной линии и вскоре получил в этой среде известность и кличку Медведь, после того как в драке выдавил оппоненту глаза пальцами. Этим он привлек внимание босса Ямагути гуми, главной ОПГ города Кобэ. Кадзуо стал мальчиком на побегушках, а в 1937 году совершил убийство и сел в тюрьму на шесть лет.

Когда Таока вышел, босс уже умер, а “Ямагути гуми” потеряла прежнее влияние. Немногочисленные постаревшие братки избрали его третьим боссом своей организации. И вот тут Таока проявил себя неожиданно для малообразованного уличного громилы: он посадил преступников за изучение законов о труде. Сначала конкуренты хохотали над ним, но потом Ямагути гуми создала профсоюз портовых грузчиков и вскоре прибрала себе все подряды на погрузки в порту Кобэ, а затем и по всей Японии. Этот бизнес оказался золотым дном. Ямагути гуми окрепла и начала экспансию в Осаку.

Кадзуо Таока сам поехал в этот город, спровоцировал местных бандитов на нападение и развязал кровавую гангстерскую войну, которая закончилась тем, что 15 уцелевших главарей осакского клана встали перед Таокой на колени, отрезали себе мизинцы, завернули их в белый платочек и с низким поклоном передали свётки представителям “Ямагути гуми”.
С 70-х Кадзуо Таока уже не выдавливал никому глаза и не избивал грузчиков, отказывающихся входить в его профсоюз. Он стал своеобразным специалистом по корпоративным слияниям, его Ямагути гуми поглощала одну японскую ОПГ за другой. К концу его жизни оборот организации превышал 100 миллиардов йен, в неё входило около 10 тысяч человек и она играла заметную социальную и политическую роль. Социальную – потому что бандиты помогали населению во время стихийных бедствий, а политическую – потому что они помогали правительству бороться с левыми движениями.

Впрочем, своей смертью Таока ещё раз обманул систему, частью которой стала его преступная организация. Против него велось долгое расследование и уже были найдены и представлены суду неопровержимые доказательства причастности Медведя ко многим преступлениям. Но в 1981 году прямо накануне приговора великий босс Ямагути гуми умер от инфаркта на воле, в окружении родных и почитателей.

Yellow Magic Orchestra собрались в Токио в 1978 году, и с тех пор японская (да и мировая, давайте честно) электронная музыка больше не была прежней.

Басист уже известной на тот момент группы Happy End (настолько новаторской, что за ними до сих пор тянется звание одной из самых влиятельных на японской сцене), Харуоми Хосоно, решил не останавливаться на фолке и психоделе и задумал создать местный ответ на великих Kraftwerk. Позвал он в качестве сессионщиков двух своих знакомых, с которыми уже работал в студии раньше – Юкихиро Такахаси и постоянного гостя этого канала, Рюити Сакамото. Трио записало альбом, а двое непостоянных товарищей записались в ряды группы уже официально.

Работая с новейшими синтезаторами, а тем более с дюже популярным в те годы семплированием, Yellow Magic Orchestra, благодаря свежему звучанию, завоевали большую популярность не только в Японии, но и за её пределами. Группа постоянно экспериментировала со стилями, и, хотя Yellow Magic Orchestra обычно припоминают, как синти-поп, в их дискографии легко можно встретить элементы техно и эмбиента.
Вот есть люди, которые под влиянием Штокхаузена начали клепать музыку для лифтов (something something Ludovico Einaudi something something), а есть и такие случаи.

Товарищи внесли большой вклад и в развитие японского попа: не прекращая на период работы в группе заниматься собственными сольными карьерами, музыканты писали песни для популярных в 80-х эстрадных исполнителей. В 1984, правда, устали совмещать и распались, однако, продолжали выступать вместе в своих сольных проектах: например, Хосоно и Сакамото появились на первых четырех сольных альбомах Такахаси.

К сожалению, столь прекрасную группу я вспоминаю по весьма грустной причине – господин Такахаси вчера умер от последствий пневмонии.
Плодовитый артист, чьи работы охватывали разные жанры, который после YMO расширился до актерского мастерства, саундтреков и музыки для видеоигр и поддерживал своих коллег по группе до конца, не смог побороть последствия опухоли головного мозга. Ещё и в конце прошлого года Сакамото объявил о том, что у него снова рак. Тяжело слышать.

В общем, прикрепляю вам первый их альбом, прославивший на весь мир японскую электронную музыку (и это при всём уважении к настоящему пионеру j-электроники, Исао Томите). Пропустив через призму культуры страны идеи Kraftwerk, американского фанка и черт знает чего ещё, господа выдали такую сочную и яркую работу, на которую потом опирался целый выводок new wave музыкантов, те же Depeche mode, New Order и OMD.

а вообще занятно, что the girl you like и her brother с мема в реальной жизни женаты