Женщины Украины. Юлия, Киев:
«Меня зовут Юлия. Я из Киева. Ссылку на [этот] канал дала подруга, которую я никогда не видела, но очень надеюсь увидеть. Наташа говорит, что вам интересны истории простых людей. У меня нет особой истории, нам просто повезло. Но написать хочется очень много. То, что внутри. То, что болит. Болит, хотя у нас, слава Богу, все хорошо...
В первый день войны, когда я лихорадочно швыряла трусы с носками в пакет, позвонила свекровь и спросила, нужны ли мне крышки под закатку. Я зависла и спросила: «Вы сейчас серьезно?». «Я стараюсь хоть как-то отвлечься», — помолчав, ответила она.
С каждым днем дышать все труднее. Сердца нет, там спазм. Внутри — дыра. Ледяная, засасывающая. Она растет с каждым днем, подбираясь к горлу... Я растираю руки, растираю лицо, пью теплую воду... Боже, это же счастье, что у меня есть такая возможность в отличие от тысяч людей, сидящих сейчас в подвалах без света, тепла, воды...
«На видео видны просто взрывы. Непонятно, кто это стреляет…»
«Это все постановка».
«Вы сами виноваты».
«Вы оправдываете действия НАТО, когда они бомбили… и дальше перечень стран. Да? Нет? Отвечайте без вариантов!»
«Это вы сами не даете зеленые коридоры».
...ять...ять... ять!
Вы по себе судите? Это ВЫ сейчас оправдываете убийство наших детей и стариков. Вы разрушаете наши дома и школы, интернаты и роддома, берете в заложники мирных жителей. Отвечайте! Оправдываете? Да? Нет? Без вариантов!
У меня за спиной вздрагивает во сне ребенок. Рядом стонет мама. Ей 80. Она больна. И я предала их обоих! Я не смогла выбрать, кого спасать! Ребенка, бросив мать, или маму, таская ее систематически в погреб!Вы пробовали увести в погреб, а потом поднять из него старую, плохо ходящую женщину? Попробуйте! Посидите в нем часами, прислушиваясь к взрывам над родным городом! Оправдываете? Да? Нет? Отвечать быстро!
Вы, немногие, все понимающие и признающие. Вам страшно, да. Вас бьют дубинками и запихивают в автозаки. Вам грозят 15 годами заключения... Это страшно, да. У вас жизни и семьи... Да.
У нас тоже жизни, семьи, дома. У многих — уже в прошлом.
Вы пришли в нашу жизнь, вперлись своими грязными сапогами, вы сознательно бомбите, рушите и убиваете! Это вам не страшно.
Каждый вечер я читаю молитву и мысленно укрываю знакомых девочек из Херсона, Одессы, Днепра, Винницы, Белой Церкви теплой шалью. Чтобы им было тепло, чтобы им было уютно, чтобы ощутить, что мы — вместе. Лена, Катя, Оля, Юля...
Я пишу под аккомпанимент взрывов. Хорошо, что у мамы плохой слух, она слышит не все... Мы прислушиваемся к каждой сирене, к каждому звуку с неба.
Мы спим в одежде. Разве что без пальто. Мы научились на ощупь быстро одеваться... Хотите этому научится? Да? Нет? Отвечайте быстро и без вариантов!
А в Грузии уже зацвела мимоза... Бах! Я очень хотела побывать там... Бах! И не только там... Бах!
Да, мне можно позавидовать. На мне застегнулись лыжные штаны, в которые я не помещалась уже года три точно. И не просто застегнулись, а на теплых рейтузах и спортивках на флисе. Завидуете? Да? Нет? Быстро и не раздумывая!
Я стараюсь не думать о том, что будет потом. Как и на что мы будем жить, работа накрылась. Будет ли вообще где жить. И будем ли вообще жить...
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
Оправдываете? Да? Нет? Быстро и не раздумывая!»
#женщиныукраины
«Меня зовут Юлия. Я из Киева. Ссылку на [этот] канал дала подруга, которую я никогда не видела, но очень надеюсь увидеть. Наташа говорит, что вам интересны истории простых людей. У меня нет особой истории, нам просто повезло. Но написать хочется очень много. То, что внутри. То, что болит. Болит, хотя у нас, слава Богу, все хорошо...
В первый день войны, когда я лихорадочно швыряла трусы с носками в пакет, позвонила свекровь и спросила, нужны ли мне крышки под закатку. Я зависла и спросила: «Вы сейчас серьезно?». «Я стараюсь хоть как-то отвлечься», — помолчав, ответила она.
С каждым днем дышать все труднее. Сердца нет, там спазм. Внутри — дыра. Ледяная, засасывающая. Она растет с каждым днем, подбираясь к горлу... Я растираю руки, растираю лицо, пью теплую воду... Боже, это же счастье, что у меня есть такая возможность в отличие от тысяч людей, сидящих сейчас в подвалах без света, тепла, воды...
«На видео видны просто взрывы. Непонятно, кто это стреляет…»
«Это все постановка».
«Вы сами виноваты».
«Вы оправдываете действия НАТО, когда они бомбили… и дальше перечень стран. Да? Нет? Отвечайте без вариантов!»
«Это вы сами не даете зеленые коридоры».
...ять...ять... ять!
Вы по себе судите? Это ВЫ сейчас оправдываете убийство наших детей и стариков. Вы разрушаете наши дома и школы, интернаты и роддома, берете в заложники мирных жителей. Отвечайте! Оправдываете? Да? Нет? Без вариантов!
У меня за спиной вздрагивает во сне ребенок. Рядом стонет мама. Ей 80. Она больна. И я предала их обоих! Я не смогла выбрать, кого спасать! Ребенка, бросив мать, или маму, таская ее систематически в погреб!Вы пробовали увести в погреб, а потом поднять из него старую, плохо ходящую женщину? Попробуйте! Посидите в нем часами, прислушиваясь к взрывам над родным городом! Оправдываете? Да? Нет? Отвечать быстро!
Вы, немногие, все понимающие и признающие. Вам страшно, да. Вас бьют дубинками и запихивают в автозаки. Вам грозят 15 годами заключения... Это страшно, да. У вас жизни и семьи... Да.
У нас тоже жизни, семьи, дома. У многих — уже в прошлом.
Вы пришли в нашу жизнь, вперлись своими грязными сапогами, вы сознательно бомбите, рушите и убиваете! Это вам не страшно.
Каждый вечер я читаю молитву и мысленно укрываю знакомых девочек из Херсона, Одессы, Днепра, Винницы, Белой Церкви теплой шалью. Чтобы им было тепло, чтобы им было уютно, чтобы ощутить, что мы — вместе. Лена, Катя, Оля, Юля...
Я пишу под аккомпанимент взрывов. Хорошо, что у мамы плохой слух, она слышит не все... Мы прислушиваемся к каждой сирене, к каждому звуку с неба.
Мы спим в одежде. Разве что без пальто. Мы научились на ощупь быстро одеваться... Хотите этому научится? Да? Нет? Отвечайте быстро и без вариантов!
А в Грузии уже зацвела мимоза... Бах! Я очень хотела побывать там... Бах! И не только там... Бах!
Да, мне можно позавидовать. На мне застегнулись лыжные штаны, в которые я не помещалась уже года три точно. И не просто застегнулись, а на теплых рейтузах и спортивках на флисе. Завидуете? Да? Нет? Быстро и не раздумывая!
Я стараюсь не думать о том, что будет потом. Как и на что мы будем жить, работа накрылась. Будет ли вообще где жить. И будем ли вообще жить...
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!
Оправдываете? Да? Нет? Быстро и не раздумывая!»
#женщиныукраины
😢699❤186👍53👏16🤔16😁8🤬8
Женщины Украины. Анна, Чернигов:
«Утро 24 февраля началось как обычно — сижу на кухне в халате, готовлю кофе для себя и мамы, которая осталась ночевать у нас. Малышке в садик к 8 утра, старшему в школу ко 2-му уроку. И тут раздается сирена. С ужасом смотрим с мамой друг на друга и не можем поверить в происходящее. Через 10 минут мне написали, что детей в садик не принимают, а маме сообщили, что работа отменяется, — на нас напали, война.
Взрывы начались с обеда. Первые дни было очень страшно, потом привыкаешь. Через неделю, когда ракета угодила в школу моего сына (там люди прятались по ночам, у кого подвалов нет, сколько погибло — не знаю), я начала думать, как вывезти детей. Старшего удалось с бабушкой отправить в Чехию, мы с малышкой (2,5 года) не успели, остались тут.
Город был взят в кольцо, магазины не работают, хлеб развозят машины по дворам, выдают по буханке в руки. Идем однажды с дочкой, гуляем (это все под выстрелы «градов» и другой военной техники, но гулять-то нужно), к нам подходит военный, интересуется, что мы тут делаем, я объясняю, что хлеб ищем. Он сказал, что хлеба нет и не будет, но попросил подождать минутку и вернулся с двумя буханочками и конфеткой ребенку. Не знаю его имени, но безумно ему благодарна.
В это же время отключили батареи, потом — свет и воду, остался только газ. Мы перебрались на окраину к друзьям, у них был дровяной котел. Практически все время у них жили в погребе, так как русские самолеты бомбили не переставая. Не передать, насколько было страшно.
Питьевой воды не было, ближайший колодец за 5 км. Самое страшное, что глушили связь. Ты ничего не знаешь о близких, а когда прорывается интернет, пишешь и получаешь сообщения с одним текстом — «живы». После того как за неделю разрушили 70 % города, стало потише.
Во время одной из вылазок в город удалось купить 2 кг свинины за космические деньги. Выменяли домашнего вина и устроили шашлыки. Это было пир во время чумы, непозволительная роскошь, но я настояла. Когда понимаешь, что завтра может не наступить, каждый день как последний живешь. Под обстрелами жарили, а когда прилетел самолет, схватили мясо — и с шампурами в погреб. Кушали там. Мужики у частника нашли спирт. Раньше давали разведенный, 0,5 л, а теперь просто 200 мл — «а где я тебе воду возьму?».
«Стало потише» — это самолеты стали бомбить раз в сутки. «Грады», танки как стреляли, так и стреляют. Начали открываться магазины на 2-3 часа, с пустыми полками, но все же, начала появляться связь. Однажды разговариваю с сестрой (она москвичка), как начинают лупить «грады». Она срывающимся голосом спрашивает: «Это что?» Отвечаю: «Грады». Она: «Наши?». Говорю: «Да нет, похоже наши. Были бы ваши, мы бы уже не говорили». У нее началась истерика, пришлось звонить второй сестре в Подмосковье и просить утешить первую.
Когда не было света, муж притащил аккумулятор от машины, заряжали телефоны от него. Протянули светодиодные ленты в туалет, чтобы не натыкаться на стены. Воду техническую брали из реки, унитазы смывать нужно. С заправкой машины была беда, заправки закрыты, некоторые разбомбили, оттуда муж начерпал литров 40-45 дизеля. Разбомбили практически все склады продуктовые. Оттуда люди выносили продукты, которые не сгорели. Муж принес пакетов 10 молока, 7 кур, детского сока и кетчуп. Хранить негде, света нет, но на улице был минус. Очень помогала гуманитарная помощь.
По городу много мин, а за город не высунешься, неразорвавшихся снарядов уйма. Сейчас осаду сняли, дали воду и свет, открываются магазины, по ночам тихо. Вот такой «русский мир» для меня и моей семьи. Я считаю, что мне очень повезло, ведь мои друзья и знакомые выжили.
Закончу оптимистичным. Мою куму с мужем и ребенком знакомые вывезли из города. На сборы было 20 минут. Дома у них остался хомяк. Кума звонит мне через три недели, просит забрать ключи у хозяйки (квартира съёмная), выбросить хомяка и забрать продукты, которые не пропали. Это невероятно, но хомяк выжил!!!»
#женщиныукраины
«Утро 24 февраля началось как обычно — сижу на кухне в халате, готовлю кофе для себя и мамы, которая осталась ночевать у нас. Малышке в садик к 8 утра, старшему в школу ко 2-му уроку. И тут раздается сирена. С ужасом смотрим с мамой друг на друга и не можем поверить в происходящее. Через 10 минут мне написали, что детей в садик не принимают, а маме сообщили, что работа отменяется, — на нас напали, война.
Взрывы начались с обеда. Первые дни было очень страшно, потом привыкаешь. Через неделю, когда ракета угодила в школу моего сына (там люди прятались по ночам, у кого подвалов нет, сколько погибло — не знаю), я начала думать, как вывезти детей. Старшего удалось с бабушкой отправить в Чехию, мы с малышкой (2,5 года) не успели, остались тут.
Город был взят в кольцо, магазины не работают, хлеб развозят машины по дворам, выдают по буханке в руки. Идем однажды с дочкой, гуляем (это все под выстрелы «градов» и другой военной техники, но гулять-то нужно), к нам подходит военный, интересуется, что мы тут делаем, я объясняю, что хлеб ищем. Он сказал, что хлеба нет и не будет, но попросил подождать минутку и вернулся с двумя буханочками и конфеткой ребенку. Не знаю его имени, но безумно ему благодарна.
В это же время отключили батареи, потом — свет и воду, остался только газ. Мы перебрались на окраину к друзьям, у них был дровяной котел. Практически все время у них жили в погребе, так как русские самолеты бомбили не переставая. Не передать, насколько было страшно.
Питьевой воды не было, ближайший колодец за 5 км. Самое страшное, что глушили связь. Ты ничего не знаешь о близких, а когда прорывается интернет, пишешь и получаешь сообщения с одним текстом — «живы». После того как за неделю разрушили 70 % города, стало потише.
Во время одной из вылазок в город удалось купить 2 кг свинины за космические деньги. Выменяли домашнего вина и устроили шашлыки. Это было пир во время чумы, непозволительная роскошь, но я настояла. Когда понимаешь, что завтра может не наступить, каждый день как последний живешь. Под обстрелами жарили, а когда прилетел самолет, схватили мясо — и с шампурами в погреб. Кушали там. Мужики у частника нашли спирт. Раньше давали разведенный, 0,5 л, а теперь просто 200 мл — «а где я тебе воду возьму?».
«Стало потише» — это самолеты стали бомбить раз в сутки. «Грады», танки как стреляли, так и стреляют. Начали открываться магазины на 2-3 часа, с пустыми полками, но все же, начала появляться связь. Однажды разговариваю с сестрой (она москвичка), как начинают лупить «грады». Она срывающимся голосом спрашивает: «Это что?» Отвечаю: «Грады». Она: «Наши?». Говорю: «Да нет, похоже наши. Были бы ваши, мы бы уже не говорили». У нее началась истерика, пришлось звонить второй сестре в Подмосковье и просить утешить первую.
Когда не было света, муж притащил аккумулятор от машины, заряжали телефоны от него. Протянули светодиодные ленты в туалет, чтобы не натыкаться на стены. Воду техническую брали из реки, унитазы смывать нужно. С заправкой машины была беда, заправки закрыты, некоторые разбомбили, оттуда муж начерпал литров 40-45 дизеля. Разбомбили практически все склады продуктовые. Оттуда люди выносили продукты, которые не сгорели. Муж принес пакетов 10 молока, 7 кур, детского сока и кетчуп. Хранить негде, света нет, но на улице был минус. Очень помогала гуманитарная помощь.
По городу много мин, а за город не высунешься, неразорвавшихся снарядов уйма. Сейчас осаду сняли, дали воду и свет, открываются магазины, по ночам тихо. Вот такой «русский мир» для меня и моей семьи. Я считаю, что мне очень повезло, ведь мои друзья и знакомые выжили.
Закончу оптимистичным. Мою куму с мужем и ребенком знакомые вывезли из города. На сборы было 20 минут. Дома у них остался хомяк. Кума звонит мне через три недели, просит забрать ключи у хозяйки (квартира съёмная), выбросить хомяка и забрать продукты, которые не пропали. Это невероятно, но хомяк выжил!!!»
#женщиныукраины
❤584😢139👍65😁5🔥1
Женщины Украины. Елена, Чернигов:
«Начать хочу с сообщения, которое выслала сестре в Москву еще в феврале.
«Я сейчас напишу тебе как человек, который живет одним часом, который каждую минуту может потерять жилье, родных, саму жизнь. В нашей 1300-летней истории были разные переломные периоды. И сейчас такой, когда люди вдруг осознают, кто они такие на самом деле. Можно сегодня под дулом автомата проголосовать за Херсонскую народную республику, завтра — за Харьковскую, послезавтра — за Черниговскую. Но в генетическом коде людей навсегда останутся правдивые события этих дней. И когда снова настанет очередной исторический перекрёсток, люди вспомнят, кто они такие. Это и есть генетический код нации».
24 февраля с утра сидим, пьем с Аней кофе. Гром, взрывы — я сразу сказала: «Война». Пришло сообщение от учительницы в школьный чат: «Шановні Батьки, сьогодні діти вдома!». В этот день дети не пошли в садики, их мамы — на работу.
С первых дней начала прилетать авиация, прямо среди бела дня. Подвалы начали обустраивать под бомбоубежища — неприспособленные, холодные, часто с одним входом. Сирена — очень часто, воздушная тревога — каждые два часа.
Разрушили ТЭЦ — исчезла горячая вода и отопление. Через день-два исчезли электричество и холодная вода, а в некоторых районах и газ. Проблемы со связью, зарядкой телефона, недоступность информации... Удалось уехать вместе с другой бабушкой моему старшему внуку (8 лет) к папе в Чехию. После выяснилось, что выехала половина населения города.
Город был практически в блокаде. Бомбами и «градами» уничтожали инфраструктуру. Бомбили школы (нашу 19-ю тоже), детские сады, стадион, библиотеку, жилые дома... Разбомбили продовольственные склады, горело два дня, очень много продуктов было уничтожено. Не работали магазины, не было возможности пополнить счета мобильных телефонов — мне пополняли друзья из других городов. Продукты, самые необходимые, в дефиците. Рядом с нашим домом с беспилотника расстреляли очередь за хлебом, 16 человек остались лежать на асфальте. И каким чудом я туда не пошла?
Все это жуть, конечно... Воду люди носили руками издалека, канализация тоже не работала. Когда разбомбили мост через Десну, мы оказались полностью отрезаны. Блокада Чернигова в итоге длилась 42 дня. У нас был такой красивый, такой комфортный для жизни город, где 80 % — русскоговорящие украинцы. И вот пришла российская армия и превратила его в руины.
Что чаще всего вспоминается? Наверное, ночи без сна, когда лежишь и ждешь, что прилетят самолеты. И точно знаешь, что прилетят, и точно знаешь, что будут убивать. Вопрос: тебя ли? Или судьба даст еще один день... В эти дни мне прислали из России: «Не ненавидьте нас. Мы за всё заплатим скоро, со всех спросят». А вот из Минска: «Смотрим Зеленского каждый день! Смотрим брифинг с Урсулой фон дер Ляйен. Это очень впечатляет, Лена, твои внуки будут жить в другой стране, и это очень справедливо». Дожить бы еще до этой новой страны... Очень хочется.
В последнюю ночь перед отводом росийских войск был жестокий и бессмысленный обстрел города. Дым, огонь, зарево как днем... Очень нелегкую нам устроили жизнь. Ну да Бог с ним, справимся. Лишь бы они, спасители наши, ушли от нас навсегда. Город и люди стали отходить от бомбежек и обстрелов, жизнь продолжается. 90-летний дедушка в пригороде вывел пять цыплят даже в таких условиях — вот это наши люди.
Появился наш любимый черный круглый хлеб, гуманитарку завезли. Совсем плохо с лекарствами, но через Красный Крест можно получить кое-что. Банкоматы не работают, наличные в цене. Работает почта, завезли пенсии. Пока в город не рекомендуют возвращаться. Много мин, много разрушений, ресурсов мало. Воду пытаются наладить, свет дали.
Война продолжается. Была вчера на работе, на пару часов. Окна выбило, вымела осколки. Что с оборудованием, запустится ли? И сейчас в сырости и холоде стоит... Зато цветы расцвели вопреки всему».
#женщиныукраины
«Начать хочу с сообщения, которое выслала сестре в Москву еще в феврале.
«Я сейчас напишу тебе как человек, который живет одним часом, который каждую минуту может потерять жилье, родных, саму жизнь. В нашей 1300-летней истории были разные переломные периоды. И сейчас такой, когда люди вдруг осознают, кто они такие на самом деле. Можно сегодня под дулом автомата проголосовать за Херсонскую народную республику, завтра — за Харьковскую, послезавтра — за Черниговскую. Но в генетическом коде людей навсегда останутся правдивые события этих дней. И когда снова настанет очередной исторический перекрёсток, люди вспомнят, кто они такие. Это и есть генетический код нации».
24 февраля с утра сидим, пьем с Аней кофе. Гром, взрывы — я сразу сказала: «Война». Пришло сообщение от учительницы в школьный чат: «Шановні Батьки, сьогодні діти вдома!». В этот день дети не пошли в садики, их мамы — на работу.
С первых дней начала прилетать авиация, прямо среди бела дня. Подвалы начали обустраивать под бомбоубежища — неприспособленные, холодные, часто с одним входом. Сирена — очень часто, воздушная тревога — каждые два часа.
Разрушили ТЭЦ — исчезла горячая вода и отопление. Через день-два исчезли электричество и холодная вода, а в некоторых районах и газ. Проблемы со связью, зарядкой телефона, недоступность информации... Удалось уехать вместе с другой бабушкой моему старшему внуку (8 лет) к папе в Чехию. После выяснилось, что выехала половина населения города.
Город был практически в блокаде. Бомбами и «градами» уничтожали инфраструктуру. Бомбили школы (нашу 19-ю тоже), детские сады, стадион, библиотеку, жилые дома... Разбомбили продовольственные склады, горело два дня, очень много продуктов было уничтожено. Не работали магазины, не было возможности пополнить счета мобильных телефонов — мне пополняли друзья из других городов. Продукты, самые необходимые, в дефиците. Рядом с нашим домом с беспилотника расстреляли очередь за хлебом, 16 человек остались лежать на асфальте. И каким чудом я туда не пошла?
Все это жуть, конечно... Воду люди носили руками издалека, канализация тоже не работала. Когда разбомбили мост через Десну, мы оказались полностью отрезаны. Блокада Чернигова в итоге длилась 42 дня. У нас был такой красивый, такой комфортный для жизни город, где 80 % — русскоговорящие украинцы. И вот пришла российская армия и превратила его в руины.
Что чаще всего вспоминается? Наверное, ночи без сна, когда лежишь и ждешь, что прилетят самолеты. И точно знаешь, что прилетят, и точно знаешь, что будут убивать. Вопрос: тебя ли? Или судьба даст еще один день... В эти дни мне прислали из России: «Не ненавидьте нас. Мы за всё заплатим скоро, со всех спросят». А вот из Минска: «Смотрим Зеленского каждый день! Смотрим брифинг с Урсулой фон дер Ляйен. Это очень впечатляет, Лена, твои внуки будут жить в другой стране, и это очень справедливо». Дожить бы еще до этой новой страны... Очень хочется.
В последнюю ночь перед отводом росийских войск был жестокий и бессмысленный обстрел города. Дым, огонь, зарево как днем... Очень нелегкую нам устроили жизнь. Ну да Бог с ним, справимся. Лишь бы они, спасители наши, ушли от нас навсегда. Город и люди стали отходить от бомбежек и обстрелов, жизнь продолжается. 90-летний дедушка в пригороде вывел пять цыплят даже в таких условиях — вот это наши люди.
Появился наш любимый черный круглый хлеб, гуманитарку завезли. Совсем плохо с лекарствами, но через Красный Крест можно получить кое-что. Банкоматы не работают, наличные в цене. Работает почта, завезли пенсии. Пока в город не рекомендуют возвращаться. Много мин, много разрушений, ресурсов мало. Воду пытаются наладить, свет дали.
Война продолжается. Была вчера на работе, на пару часов. Окна выбило, вымела осколки. Что с оборудованием, запустится ли? И сейчас в сырости и холоде стоит... Зато цветы расцвели вопреки всему».
#женщиныукраины
❤578😢171👍59😁9😱5🤔2
Женщины Украины. Алена, Киев/Западная Украина:
«Не знаю, будет ли это полезно. Но в любом случае спасибо за то, что вы делаете. И конечно, за возможность чуть отрефлексировать.
Мне сложно слушать песни на русском. Иногда даже, если их поют украинские исполнители, которые открыто говорят о войне и всячески помогают Украине. Я не куплю книгу на русском больше. Мне жаль каждый раз, когда я смотрю видео русских блогеров, потому что знаю, что за мой просмотр из Украины им приходят деньги.
Я перешла на украинский язык в быту, хотя говорила на русском все 23 года.
Я не испытываю ненависти к россиянам, только к конкретным. Но моя эмпатия сильно потрепалась. В первые дни войны я читала канал про русских, которые не согласны с правительством и в спешке покинули страну — с сочувствием. Теперь, когда они пишут о том, как по чуть-чуть осваиваются и находят радости в жизни, — все больше с какой-то горечью. Они не вернутся потому, что это их решение, а мой друг не вернётся домой потому, что его дом разрушен. Я отпишусь от канала. Эти люди заслужили чтобы у них все было хорошо. Только немножко страшно, что я больше не хочу об этом слышать».
#женщиныукраины
«Не знаю, будет ли это полезно. Но в любом случае спасибо за то, что вы делаете. И конечно, за возможность чуть отрефлексировать.
Мне сложно слушать песни на русском. Иногда даже, если их поют украинские исполнители, которые открыто говорят о войне и всячески помогают Украине. Я не куплю книгу на русском больше. Мне жаль каждый раз, когда я смотрю видео русских блогеров, потому что знаю, что за мой просмотр из Украины им приходят деньги.
Я перешла на украинский язык в быту, хотя говорила на русском все 23 года.
Я не испытываю ненависти к россиянам, только к конкретным. Но моя эмпатия сильно потрепалась. В первые дни войны я читала канал про русских, которые не согласны с правительством и в спешке покинули страну — с сочувствием. Теперь, когда они пишут о том, как по чуть-чуть осваиваются и находят радости в жизни, — все больше с какой-то горечью. Они не вернутся потому, что это их решение, а мой друг не вернётся домой потому, что его дом разрушен. Я отпишусь от канала. Эти люди заслужили чтобы у них все было хорошо. Только немножко страшно, что я больше не хочу об этом слышать».
#женщиныукраины
❤400😢303👍25😁7🤔6😱2
Женщины Украины. Ксюша, Ивано-Франковск:
«Мне 26 лет, россиянка, живу в Украине уже год, переехала сюда к мужу в Ивано-Франковск.
Когда я только переехала, была пропитана дебилизмом российской пропаганды и думала, что за русский язык меня тут чуть ли не съедят. Ходила везде только с мужем. Я не часто смотрела новости, у меня даже телевизора не было, а вот от окружающих людей это исходило очень четко. Таксисты, знакомые, незнакомые, с которыми пересекалась в поездах или самолётах, некоторые родственники. Все эти пренебрежительные «хохлы», «да на западе одни бендеровцы-нацисты», «да Украина без нас ничего не может», обесценивание заслуг украинцев, даже в спорте и других сферах. Помню от кого-то услышала, что Мила Кунис — русская. Я спрашиваю, мол, с чего бы, она украинка, а мне в ответ: «Да все равно одна Россия». В спорте вот, например, когда украинские биатлонистки занимали места, сразу было: «Вот наши молодцы!». Вот такое в подкорку впитывается.
Чтобы отвыкнуть от этого, потребовалась пара дней. За год жизни никто, ни разу, нигде меня не упрекнул в моей национальности или языке (украинский не знала совсем). Наоборот, кто мог, объяснял что-то на русском, кто-то просто овевал теплом и вниманием, чтобы я здесь укоренилась.
Я не верила разговорам США о том, что вот-вот нападут. А потом, 24 числа, муж будит меня в 5 утра. Сборы экстренных чемоданчиков, поход в магазин — «незабываемые эмоции». В магазине никто не суетился, не бежал мимо очереди — я успела насмотреться на воюющих за гречку и туалетную бумагу в 2014 и 2019-2020 годах в России. Я просто не могла внутри себя это уложить: как, как можно сохранять спокойствие в такой ситуации? А потом пришло осознание, что люди привыкли. Привыкли ещё с 2014 года.
Сейчас и я привыкла делать все в темноте после 22:00, привыкла читать новости о бомбежках, бежать в бомбоубежище при сиренах или прятаться в коридоре, если сирена застала дома. В один день я проснулась от взрыва, оказалось, добивали аэропорт. Было страшно, не могу даже представить, что испытывают люди в восточных городах и посёлках… В другой день нам писали родственники из Киева — их дом обстреляли. Слава богу, все остались живы.
Мы стараемся помогать как можем, иногда волентерим, иногда просто помогаем прохожим на улице, приехавшим из восточной части страны, иногда оказываем финансовую помощь. Я стараюсь передать все то тепло, которое получила от украинцев и украинок за этот год.
Я перестала общаться с частью родственников — для своего спокойствия. В момент, когда обстреливали дом моего свекра в Киеве, один из моих родственников кичился тем, что нефть да газ так в Европу и качается. Мол, нафига Украина это все натворила? Я просто послала этого родственника на хуй, извините за французский.
Пробую жить по-новому, обращать внимание на каждую мелочь. У нас все начало цвести, такая красота, но все равно не покидают мысли, что где-то на другом конце страны люди в этот же момент не любуются расцветшей алычей и вишней, а пытаются выжить, выбираясь из-под завалов… Слушаю рассказы родных, которые волентерят в Польше и в онлайне, оказывая психологическую помощь, и волосы встают дыбом. Но ненависть, которая скапливается из-за этих нелюдей, из-за всех преступлений против человечности, даёт силы. Силы, которые мы потратим на помощь людям и восстановление нашего дома. Я всегда считала, что мне не придётся рассказывать своим будущим детям об ужасах войны, как это делали мои прабабушки и прадедушки. Как же я ошибалась».
#женщиныукраины
«Мне 26 лет, россиянка, живу в Украине уже год, переехала сюда к мужу в Ивано-Франковск.
Когда я только переехала, была пропитана дебилизмом российской пропаганды и думала, что за русский язык меня тут чуть ли не съедят. Ходила везде только с мужем. Я не часто смотрела новости, у меня даже телевизора не было, а вот от окружающих людей это исходило очень четко. Таксисты, знакомые, незнакомые, с которыми пересекалась в поездах или самолётах, некоторые родственники. Все эти пренебрежительные «хохлы», «да на западе одни бендеровцы-нацисты», «да Украина без нас ничего не может», обесценивание заслуг украинцев, даже в спорте и других сферах. Помню от кого-то услышала, что Мила Кунис — русская. Я спрашиваю, мол, с чего бы, она украинка, а мне в ответ: «Да все равно одна Россия». В спорте вот, например, когда украинские биатлонистки занимали места, сразу было: «Вот наши молодцы!». Вот такое в подкорку впитывается.
Чтобы отвыкнуть от этого, потребовалась пара дней. За год жизни никто, ни разу, нигде меня не упрекнул в моей национальности или языке (украинский не знала совсем). Наоборот, кто мог, объяснял что-то на русском, кто-то просто овевал теплом и вниманием, чтобы я здесь укоренилась.
Я не верила разговорам США о том, что вот-вот нападут. А потом, 24 числа, муж будит меня в 5 утра. Сборы экстренных чемоданчиков, поход в магазин — «незабываемые эмоции». В магазине никто не суетился, не бежал мимо очереди — я успела насмотреться на воюющих за гречку и туалетную бумагу в 2014 и 2019-2020 годах в России. Я просто не могла внутри себя это уложить: как, как можно сохранять спокойствие в такой ситуации? А потом пришло осознание, что люди привыкли. Привыкли ещё с 2014 года.
Сейчас и я привыкла делать все в темноте после 22:00, привыкла читать новости о бомбежках, бежать в бомбоубежище при сиренах или прятаться в коридоре, если сирена застала дома. В один день я проснулась от взрыва, оказалось, добивали аэропорт. Было страшно, не могу даже представить, что испытывают люди в восточных городах и посёлках… В другой день нам писали родственники из Киева — их дом обстреляли. Слава богу, все остались живы.
Мы стараемся помогать как можем, иногда волентерим, иногда просто помогаем прохожим на улице, приехавшим из восточной части страны, иногда оказываем финансовую помощь. Я стараюсь передать все то тепло, которое получила от украинцев и украинок за этот год.
Я перестала общаться с частью родственников — для своего спокойствия. В момент, когда обстреливали дом моего свекра в Киеве, один из моих родственников кичился тем, что нефть да газ так в Европу и качается. Мол, нафига Украина это все натворила? Я просто послала этого родственника на хуй, извините за французский.
Пробую жить по-новому, обращать внимание на каждую мелочь. У нас все начало цвести, такая красота, но все равно не покидают мысли, что где-то на другом конце страны люди в этот же момент не любуются расцветшей алычей и вишней, а пытаются выжить, выбираясь из-под завалов… Слушаю рассказы родных, которые волентерят в Польше и в онлайне, оказывая психологическую помощь, и волосы встают дыбом. Но ненависть, которая скапливается из-за этих нелюдей, из-за всех преступлений против человечности, даёт силы. Силы, которые мы потратим на помощь людям и восстановление нашего дома. Я всегда считала, что мне не придётся рассказывать своим будущим детям об ужасах войны, как это делали мои прабабушки и прадедушки. Как же я ошибалась».
#женщиныукраины
❤689😢166👍66😁7🤔3
Женщины Украины. Аня, Харьков/Англия:
«Привет, это я, Аня из Харькова. Моя история о войне началась в Грузии. 23 февраля у меня был обратный билет до Киева. Я уже сдала чемодан в багаж и вместе с сыном и мужем ждала свой самолёт в зале вылета. Было около 11 вечера. До этого вылет уже переносили на 12 часов, и мы снова ждали посадку. Но так и не улетели: в Батуми был сильный ветер, нам вернули багаж и предложили вылет из соседнего аэропорта. Все дни до возвращения обстановка была напряженная: мы понимали, что вот-вот что-то случится. Когда произошла эта ситуация с самолётом, муж сказал, что мы с сыном остаемся, а он полетит в Украину один. Вот так, благодаря случаю, я осталась в Батуми, а муж сел в другой самолёт, который должен был приземлиться в Киеве 24 февраля в 5:40 утра. Утром я проснулась от сообщения мужа, что самолет не смог сесть в Киеве, он в Молдове, а в Украине началась война.
Туристами мы зависли в Грузии, а муж — в Молдове. Часть моих вещей была в его чемодане, часть его — в моем. В аэропорту он познакомился с девочками из Украины, раздал им мои тёплые вещи, а детям — игрушки сына. Мы все понимали, что впереди нас ждут испытания.
Я сама из Харькова. Дома моих знакомых бомбили первыми, а родной Купянск [в Харьковской области] с первого дня попал в оккупацию. Российские войска заехали туда танками и захватили управление. У нас много родственников в Купянске. Связи с ними нет. Глушат. Говорят, что будет «Билайн», но карточек пока нет, как и телевидения, и интернета. Мы ничего тольком не знаем о судьбах горожан.
Дальше всё как в тумане. Несколько дней я пыталась осознать, что происходит. Постоянно мониторила местные чаты, говорила родителям, когда спускаться в подвал. Я была круглосуточно онлайн, просыпалась каждые пару часов, чтобы мониторить обстановку.
В это же время на моем пути встретились добрые люди: одна девушка из Израиля предложила две недели бесплатно пожить в её гостиничном номере. Я не расчитывала так долго оставаться за границей, была важна каждая копейка. После этого я переехала в другую гостиницу, которую предоставило государство Грузия. Там я прожила ещё две недели с сыном и мужем, который вернулся к нам, преодолев тысячи километров совершенно немыслимого пути. Дальше был долгий перелёт в Польшу, ночевка на вокзале в Варшаве, где нам очень помогали волонтёры.
Моя история абсолютно волшебная. После еще одной ночи в городе Освенцим, в отеле «Хилтон», нашу семью, которая на тот момент уже насчитывала пять человек (мои родители выехали на автобусе через 8 блокпостов РФ), один неравнодушный поляк поселил у себя в Варшаве ещё на три недели. Абсолютно бесплатно, от чистого сердца, просто отдал ключи и уехал в командировку.
Сейчас я нахожусь в Англии, в абсолютной безопасности. Я попала сюда по государственной программе, нам предоставил приют незнакомый человек, англичанин. Пока живем тут, оформляем документы. Останемся ли? Я не знаю… Просто живем. Ребёнок фактически без школы с февраля. Это и волнует, и нет… Я стараюсь принимать все как есть и простраивать дальнейшую жизнь маленькими медленными шагами. Безусловно, кадры разрушений Украины и родного города очень выбивают. Это все ужасно. Но я очень верю в победу. Верю, что это все не зря происходит с нами. До войны у нас была прекрасная жизнь. Зимовки в тёплых странах, кафе по несколько раз в день, встречи с друзьями, планы, цели, мечты… С 2009 года у меня был свой бизнес, магазин. У мужа тоже был бизнес, связанный с недвижимостью. Все наши доходы остались в Харькове… С приходом войны все остановилось.
Тот путь, который я проделала сюда, абсолютно невероятен. Даже на фоне войны он мне кажется абсолютно позитивным. Пусть так и будет. Добро всегда есть на нашем пути, если мы в него верим».
#женщиныукраины
«Привет, это я, Аня из Харькова. Моя история о войне началась в Грузии. 23 февраля у меня был обратный билет до Киева. Я уже сдала чемодан в багаж и вместе с сыном и мужем ждала свой самолёт в зале вылета. Было около 11 вечера. До этого вылет уже переносили на 12 часов, и мы снова ждали посадку. Но так и не улетели: в Батуми был сильный ветер, нам вернули багаж и предложили вылет из соседнего аэропорта. Все дни до возвращения обстановка была напряженная: мы понимали, что вот-вот что-то случится. Когда произошла эта ситуация с самолётом, муж сказал, что мы с сыном остаемся, а он полетит в Украину один. Вот так, благодаря случаю, я осталась в Батуми, а муж сел в другой самолёт, который должен был приземлиться в Киеве 24 февраля в 5:40 утра. Утром я проснулась от сообщения мужа, что самолет не смог сесть в Киеве, он в Молдове, а в Украине началась война.
Туристами мы зависли в Грузии, а муж — в Молдове. Часть моих вещей была в его чемодане, часть его — в моем. В аэропорту он познакомился с девочками из Украины, раздал им мои тёплые вещи, а детям — игрушки сына. Мы все понимали, что впереди нас ждут испытания.
Я сама из Харькова. Дома моих знакомых бомбили первыми, а родной Купянск [в Харьковской области] с первого дня попал в оккупацию. Российские войска заехали туда танками и захватили управление. У нас много родственников в Купянске. Связи с ними нет. Глушат. Говорят, что будет «Билайн», но карточек пока нет, как и телевидения, и интернета. Мы ничего тольком не знаем о судьбах горожан.
Дальше всё как в тумане. Несколько дней я пыталась осознать, что происходит. Постоянно мониторила местные чаты, говорила родителям, когда спускаться в подвал. Я была круглосуточно онлайн, просыпалась каждые пару часов, чтобы мониторить обстановку.
В это же время на моем пути встретились добрые люди: одна девушка из Израиля предложила две недели бесплатно пожить в её гостиничном номере. Я не расчитывала так долго оставаться за границей, была важна каждая копейка. После этого я переехала в другую гостиницу, которую предоставило государство Грузия. Там я прожила ещё две недели с сыном и мужем, который вернулся к нам, преодолев тысячи километров совершенно немыслимого пути. Дальше был долгий перелёт в Польшу, ночевка на вокзале в Варшаве, где нам очень помогали волонтёры.
Моя история абсолютно волшебная. После еще одной ночи в городе Освенцим, в отеле «Хилтон», нашу семью, которая на тот момент уже насчитывала пять человек (мои родители выехали на автобусе через 8 блокпостов РФ), один неравнодушный поляк поселил у себя в Варшаве ещё на три недели. Абсолютно бесплатно, от чистого сердца, просто отдал ключи и уехал в командировку.
Сейчас я нахожусь в Англии, в абсолютной безопасности. Я попала сюда по государственной программе, нам предоставил приют незнакомый человек, англичанин. Пока живем тут, оформляем документы. Останемся ли? Я не знаю… Просто живем. Ребёнок фактически без школы с февраля. Это и волнует, и нет… Я стараюсь принимать все как есть и простраивать дальнейшую жизнь маленькими медленными шагами. Безусловно, кадры разрушений Украины и родного города очень выбивают. Это все ужасно. Но я очень верю в победу. Верю, что это все не зря происходит с нами. До войны у нас была прекрасная жизнь. Зимовки в тёплых странах, кафе по несколько раз в день, встречи с друзьями, планы, цели, мечты… С 2009 года у меня был свой бизнес, магазин. У мужа тоже был бизнес, связанный с недвижимостью. Все наши доходы остались в Харькове… С приходом войны все остановилось.
Тот путь, который я проделала сюда, абсолютно невероятен. Даже на фоне войны он мне кажется абсолютно позитивным. Пусть так и будет. Добро всегда есть на нашем пути, если мы в него верим».
#женщиныукраины
❤694👍86😢48😁6😱5