​Ну что ж, мы начинаем, про хорошее кино чуть позже будет развернутый текст, а пока вот про Изабель Койшет с обаятельной Эмили Мортимер, играющим через губу Биллом Найи, Патришией Кларксон в адски красном макияже и еще кучей актеров, которые играют чопорных англичан из 1950-е.

Говорят, у Койшет был невыносимый предыдущий фильм, а до этого получалась довольно занятно - особенно, конечно, ей удавались названия в духе «Карта звуков Токио» или «Моя жизнь без меня». В фильме с замысловатым (нет) названием «Книжный магазин» все примерно столь же изящно (нет): Мортимер, похоронившая 16 лет назад мужа, решает открыть в английском захолустье книжный магазин (вот это поворот), а местные вяло сопротивляются - Кларксон хочет там забацать арт-центр, остальные просто не очень любят читать. Еще там как раз вышла «Лолита» Набокова, но все насрать. Читать любит лишь Найи, который отыгрывает джентльмена-хикки, поэтому книги ему доставляют на дом (например, он открывает для себя Рэя Брэдбери - разумеется, с книги «451 градус по Фаренгейту», если вы еще не поняли, к чему все идет).

Формально - это такие «Три билборда» для бедных (люди против беспокойства, вот это все), с жутко гримасничающими хорошими артистами, отыгрывающими историческое шоу BBC; в сцене снобской вечеринки артист на втором плане так хлопочет лицом и трогает себя за розочку в петлице (это не эвфемизм), что смотреть на заглавных героев и их вычурный диалог решительно невозможно. Найи постоянно кривит рот и уходит из кадра - кажется, он не очень хотел сниматься (да и шутку про арт-центр - дескать, где же у искусства центр - кажется, он сам придумал). А так жалко лишь Мортимер - она тащит фильм, как может, меняет платья, заламывает руки, моргает то глазом, который побольше, то тем, который поменьше, - в общем, страшно очаровательно, жутко жалко, что наблюдать это приходится в кино про сакральную роль литературы. Если вдруг кто-то захочет посмотреть - не буду раскрывать финал, но, скажем обтекаемо, «451 градус» там максимально не случайно, как и закадровый голос (в 2018 году!), который пропадает через полчаса, чтобы вернуться в финале.

Будь это не игрой на чужом поле, а вычурной драмой на французском и с названием в духе «Ты моя закладка в мире печали», можно было сойти за умное кино, но нет - это все очень телевизионно снято, жирно сыграно, озвучено максимально патетичной музыкой (со скрипками в финале, разумеется), ну и - с этого стоило начать - слабо написано (по книге Пенелопы Фицджеральд). Мудрые старшие коллеги сбежали через час, я остался из уважения к Мортимер (и из-за ее неуловимого сходства с кое-кем), ну и смотреть на фестивале дребедень - святая обязанность критика, чтобы в мир не уходило «Ну смотрите, это кино показывали на каком-то и таком-то фестивале, не может оно быть плохим».

#кино #berlinale

А вот и про Уэса Андерсона нового написал - в России уже в мае, но вдруг вам интересно заранее подготовиться:

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4953/

Там много отступлений в область японского кино, так как про сам мультфильм не то чтобы много расскажешь - по месседжам и персонажам довольно куце даже для Андерсона, но на уровне мелочей, игры слов и визуальных приемов очень богато, поэтому и выигрывает (кино же не только и не столько текст, так что это не оправдание, а просто констатация). В общем, не пропустите.

#кино #berlinale

сегодня «фильм на выходные» по понятным причинам из архива, но речь про редкое из 2010-х, так что и не стыдно: замечательный испанский фильм «Белоснежка» Пабло Бергера - эстетская стилизация под немое кино, более точная, чем «Артист», и не менее пронзительная. Очень обидно, что про него преступно мало знают, хотя он даже выходил в российский прокат (вот он подвиг верности профессии, похлеще проката «Смерти Сталина»):

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/artkino/2885/

#кино #фильм_на_выходные

​​Сегодня был обычный фестивальный день - пока коллеги фотографировались с Биллом Мюрреем (нет, это не зависть, я сам себе Билл Мюррей), смотрел кино, без которого можно прожить, но раз дают - грех отказываться. Про хорошее попозже докручу мысли, а пока давайте про как обычно.

Для начала высидел всего полчаса на «Счастливом принце» про последние годы, месяцы, дни Оскара Уайлда. Режиссерский дебют Руперта Эверетта с собой в роли Уайлда + показывали на Sundance (вот совсем не понимаю, почему). Паучье чутье заранее начало подсказывать неладное, а титр BBC заставил сильно нервничать (вчера, как помните, у меня уже был неприятный опыт с BBC-стайл). Опасения подтвердились - все пучат глаза, у Колина Ферта ус отклеивается, Эмили Уотсон сидит в первом ряду театра со взглядом «Что я блядь здесь делаю?», Эверетт наслаждается своей игрой и дурным голосом орет имена окружающих - довели, конечно, человека, что он сам себе фильм придумал, чтобы не превратиться из характерного артиста в совсем уж говорящий табурет. Оператор снимает вроде и с фантазией, а вроде и так, будто его только выпустили на лужайку побегать, но хуже всего это смонтировано - такое ощущение, что Эверетт сам ебашил в Виндоус Муви Мейкере, злопотребляя не слишком эстетскими рапидами, а также переходами между кадрами категории «наплыв».

Рассказать ему, судя по всему, особенно нечего - просто Уайлд эстет (+ недавний выход из тюрьмы + любит рассказывать сказки шпане + кокаин + болезнь + ), а эстеты (особенно для актеров) это круто. Стало очень обидно за дедушку, поэтому ретировался смотреть в IMAX документалку про приключения трансгендера в ночном Рио с кричащим названием Obscuro Barroco. Карту сходу смазала режиссерка Евангелия Краниоти, которая сказала, что главная героиня умерла (там в конце есть титр, можно было не манипулировать заочно).

Лучше всего «Барокко» описывает злое словосочетание «вычурная поебень» - такой Малик на минималках с закадровым голосом женщины, которая была заперта в теле мужчины, а теперь рассказывает про «апокалипсис оргазмов» (в кадре фейерверк, отражающийся в океанских водах), поиски себя (и усталость от себя, желание не быть собой) и сказочный кошмар Рио («город-трансгендер», где и классно, и ужасно). Очень телесное кино, которое для начала подпускает хтони (эффектные джунгли, ночной город с высоты птичьего полета), а потом велеречивый закадровый голос начинает утомлять, хтонь вытесняется нечеловеческим пафосом, карнавалом и сценами забастовки за права трансвеститов. Ну то есть правильное кино про самоидентификацию (особенно его выручает мысль, что поиск себя зачастую оборачивается побегом или попыткой себя слепить из разных поп-икон), но есть в нем какая-то отталкивающая звериная серьезность, избыточность и эклектика (засунуть в одну кучу размышление о бытии, пляски и митинг - это сильно). В итоге кино конгениально героине, многократно перекроенной пластическим хирургом, - непонятно, чего в нем больше: самолюбования, боли или плаката.

В прошлом году вот был гораздо более эффектный «необычный» док «Сомнологи» (somniloquies), где на фоне спящих людей, снятых так крупно, что они напоминали Солярис, зачитывал, как какой-то музыкант говорил во сне - вот это была мощь.

#кино #berlinale

Ну и вот занятный вестерн братьев Зеллнер - с чудесной Мией Васиковской и Робертом Паттинсоном с металлическим зубом, который дрочит почти вприсядку (а еще там крошечная лошадь и голый мужик в бочке смеется)

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4954/

По пути сюда посмотрел их же «Кумико» - и пока у Зеллнеров одна беда: они придумывают занятный концепт, а потом два часа его думают - и там, где режиссеры с фантазией и чувством юмора (наподобие явно обожествляемых ими Коэнов) сделали пару шагов в сторону и размялись, они прут в одну точку, из-за чего последние полчаса, что тут, что там смотреть просто невозможно (да и феминистский вестерн в «Забытых богом» поинтереснее). Хотя ходят Зеллнеры с козырей, ничего не скажешь.

#кино #berlinale

А вот вам и про "Довлатова" Германа-младшего, который скоро в прокате:

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4957/

Это нормальное кино, хоть я его и глажу немного против шерсти, так как там возникает много вопросов - и почему столько самоповторов, и зачем столько звёзд в ролях на три реплики? Ещё есть пара вечных. Почему Довлатов такая удобная фигура для всех (этот фильм, если не случится срача, более-менее помирит державников с либералами)? И в чем сакральное отличие "Легенды #17" и "Довлатова", помимо разницы стилей и мастерства Германа, которому я очень симпатизирую, и Лебедева?

Но сходите обязательно, там какой-то короткий прокат в марте, а фильм точно будет в числе самых обсуждаемых (наряду с "Войной Анны", которая, в отличие от, способна удивить, а не просто качественно выступить).

#кино #berlinale

​Сбегал утром на новый десктоп-фильм Тимура Бекмамбетова «Профиль» - про молодую британскую журналистку Эни (Валин Кэйн, сыгравшая мать героини в «Звездных войнах: Изгое»), которая в 2014 году хочет попасть в мега-модную телевизионную группу к некоей Вики (Кристиан Адамс), а потом решается на рискованное журналистское расследования - выйти на связь с вербовщиком ИГИЛ (организации, запрещенной в России) и разузнать, что там как. Это оказывается подозрительно просто - достаточно поставить как юзерпик Белоснежку в хиджабе, полайкать посты людей с явной симпатией к, добавить несколько людей с абстрактными аватарками и что-то репостнуть. В итоге Эни пишет некий Билал (Шазад Латиф из «Отеля Мэриголд»), у которого она сначала пытается что-то разузнать, а в итоге влюбляется.

В принципе, фильм, целиком происходящий как бы на рабочем столе выглядит довольно свежо, но не то чтобы феноменально (это при том, что «Убрать из друзей» я пока не видел), такая разновидность фаунд футедж 2.0 с необходимостью правильной стилизации интерфейса (на маке сто раз сменился дизайн всего, поэтому первое время немного непривычно). Это вообще, кажется, субжанр про стилизацию - в идеале коверкать звук, портить картинку, чтобы не было ощущения, что все происходит в мире с идеальным интернетом. Хотя героиня очень уж быстро вбивает все реплики и переключается между всеми программами, но это художественная условность: в угоду реализму растягивать его до двух часов было бы убийственно, его и так было бы неплохо чуть-чуть поджать в силу очевидности заявленного мира и сюжетного построения, в котором точка, когда Эни вблюбляется в вербовщика, не слишком очевидна.

То есть на бумаге все понятно. Билал толкает телеги, как много в мире несправедливости и какая дыра Лондон. Эни живет возле железной дороги, нормальной работы нет, а на работе мечты требуют рисковать собой, скоро съезжаться с бойфрендом, но он дикий зануда - и вместо гифок с котиками присылает эксель-таблицы, где педантично посчитаны все расходы. И вот на фоне этой цивилизованной безнадеги (помноженный на легкую депрессию или просто печаль, что важно) - Билал на белом коне, уверенный в себе мужчина в самом расцвете сил, который всем интересуется, делает комплименты, зовет к себе и обещает натуральный дворец. Тут, конечно, вопрос, как можно в процессе диалога забыть, что человек регулярно трясет Калашниковым в камеру, но чисто на бумаге проступает подобие логики, тем более парень явно мастер своего дела - за последний месяц он завербовал четверых «невест», то есть Эни у него еще и не единственная была в графике общения.

Это откровение, припасенное ближе к концу, заставляет думать, что вся радость и весь ужас Сирии, которые показаны через камеру скайпа, - такая же постановка, как история Эни, зарегистрировавшейся в фейсбуке под именем Мелоди (в честь песни Сержа Генсбура). И, несмотря на жирный месседж фильма, который тут натурально выглядит как сообщение, отправленное Эни той самой Вики (мы не должны бояться, вот это все), - это интереснее рассматривать как парафраз классического фильма «Хвост виляет собакой» (или «Плутовство»). В сущности, эта такая незамысловатая, но очень ладная история про информационную войну, про возможность придумать себя в интернете с нуля (и облажаться, перепутав вкладки), про постправду, само собой (в какой-то момент Эни перестает верить сообщения СМИ про ИГИЛ).

После провала «Бен-Гура» Бекмамбетову, понятно, нужно было такое кино - компактное, бойкое, работящее (в общем, в его стиле), и «Профиль», основанный, естественно, на реальных событиях, эту функцию вполне выполняет.

#кино #berlinale

​В эфире радио Дойче велле с тематическим выпуском про "Призрачную Нить" Пола Томаса Андерсона, грибы, садо и мазо, а также про великое спасение платья и великую последнюю роль Дэй-Льюиса.

https://soundcloud.com/monday-karma/phantom-thread

Расписали новую работу мастера аж на четверых с Машей Бунеевой, Женей @bookakke Шабыниной и Сашей @aboutitaly Нечаевым. Никакие Берлинале подкаст не остановят, только вперёд!

#monday_karma

​Фильмов становится все больше, не про все есть смысл писать подробно, поэтому изредка буду переходить в формат дайджеста, как сейчас.

«Транзит» (Transit) Кристиана Петцольда - закрученная и слегка маразматическая драма про писателя (Франц Роговски из «Хэппи-энда»), который бежит от немецких войск из Парижа в Марсель, а оттуда намеревается попасть в Мексику. За окном наши дни, но стойкое ощущение, что речь про Вторую Мировую (в кадре даже мелькает книжечка со свастикой). В Марселе его долго мурыжат с документами, вдобавок он встречает загадочную женщину (Пола Бир из «Франца»), которая подбегает к нему на улице, а потом убегает прочь (выяснится, что это его жена, но они не могут друг друга узнать - Петцольду, судя по всему, нравится этот прием неузнавания). В итоге портовый городок превращается в подобие чистилища, где зависли беженцы, стремящиеся из Ада в Рай, писатель с женой и ее любовником-врачем пытаются уехать, но там начинается какой-то фарс передачей друг другу билетов на теплоход, а затем к этому прибавляется литературный флер - судя по всему, персонаж Роговски часть событий выдумал в поисках сценария, который помог бы избежать перепахавшей его трагедии (скажем обтекаемо - корабль в Мексику напарывается на мину или торпеду). В прошлом году такой же выдохшийся фильм представлял Фолкнер Шлендорф.

Хулиганский шведский фильм с незамысловатым названием «Недвижимость» (The Real estate) хочется перевести как «Настоящий эстет», хотя поводов для этого особых нет. Сняли его Аксель Петерсон и Манс Манссон (говоря, хороший документалист), и это такая версия «Дурака» - только геронтологический триллер в духе «Что случилось с Бэби Джейн?» от людей с черным чувством юмора, как у Олдрича. 68-летней Нойет (Леонора Экстранд) достался от покойного 90-летнего отца, скупавшего недвижимость, многоэтажный дом, где живет целый этаж мигрантов. Из-за этого ей не удается его продать, как-то цивильно этот вопрос разрулить - тоже не вариант, в итоге бойкой бабушке, которая ходит в спорт-зал, занимается сексом с потенциальным клиентом и курит одну за другой, приходится идти на радикальные меры: прикупив «Поваренную книгу анархиста», она просто сжигает все к хуям под Iris Вима Мертенса. Показать эту историю с позиции тех, про кого принято думать, что все у них просто и хорошо, достаточно остроумно, еще остроумнее - показать решение проблемы бюрократического тупика, который превратил целое здание просто в серую зону, фактически в заброшку. Хотя, конечно, поднимается и вопрос человеческой жизни в соседстве с ценой аренды и потенциальной сделки, но это настолько очевидно, что явно не стоило бы этому посвящать целый фильм.

Местные жители рассказывают про свою сложную жизнь и собираются сделать кооператив, Нойет ищет их расселить, но законы и происки предприимчивых родственников толкают ее на путь Рэмбо (а не Христа, как у Быкова). Достаточно остроумное и ловкое кино, хотя на фестивале таких обычно пара пачек, но все равно - мелочь, а приятно.

#кино #berlinale

Началась легкая интоксикация фестивальным кино, хочется зафигачить дозу жанрового для разнообразия, хотя даже в такой прискорбном состоянии духа нового Спилберга смотреть не захотелось бы (последние годы вообще непонятно, зачем его смотреть, честно говоря).

«Секретное досье» напоминает о важности первой поправки, свободы и решительности маленьких людей, при этом кино про ИСТИНУ так стыдливо показывает войну, что хочется всех погладить по голове и распустить по домам - кажется, Спилберг забыл, что у него все хорошо и можно не снимать, если сказать особенно нечего. Но вообще очень грустно, как один из людей Нового Голливуда превратился в то, с чем они все боролись (как бы там ни пинали Копполу, он остается верен идее).

http://www.kinomania.ru/article/57079

#кино

​Теряю хватку - не досидел 56 минут на новом Лаве Диасе (всего лишь четырехчасовом), впрочем, не уверен, что оно там очень нужно - по трем фильмам более-менее понятно, что филиппинец ваяет размашистые былины про историю родного отечества, где искусство побеждает все политическое говно. Вообще после 15 часов жизни, потраченных на три его фильма, все больше встает вопрос, а стоит ли их смотреть, с другой стороны - все муки от нежелания пользоваться монтажом частично компенсируются тем, как соприкосновение с еще не разобранной на узнаваемые матрицы культурой позволяет извлекать интересные смыслы.

Собственно, «Время дьявола» - это как бы мюзикл, растворенный в размеренном повествовании про 1970-е, когда коммунистическая власть Филиппин позволила добровольцам наводить порядок в деревнях при помощи оружия. В одном из таких населенных пунктов заправляет человек с двумя лицами (шутку про профессора Квирелла уже использовали, увы), а ополченцы поют про новые времена и новую веру, при которой сове, ведьме (она тут реально появляется) и тикбалангу (филиппинский лесной дух) понадобится новый храм. Как и«Колыбель скорбной тайне», это снова про революцию и противостояние деспотичной власти, которая убивает невиновных (говорят, Диас несколько лет собирал свидетельства, в титрах он утверждает, что за основу взяты истории его друзей). Им должны противостоять двое - ПОЭТ и его девушка МЕДСЕСТРА (у них есть имена, но для диасовского эпоса это решительно неважно). Собственно, из той же «Колыбельной» понятно, что поэт раскачает плохую власть - в это Диас свято верит, как, кажется, и в справедливость с большой буквы (прям как Спилберг), хотя многофигурная история включает в себя дюжину правд, как бы четко ни проступала позиция режиссера.

Но настоящая красота не в этом (и не в том, что теперь Диас все-таки чуть-чуть пользуется монтажем, чтобы человек из одной края кадра не шел восемь километров по дороге до другого края), а в самих песнях. Они достаточно незамысловатые и не всегда хорошо исполнены (если мы вдруг решим к этому делу подойти с серьезным лицом ценителей Бродвейских песенок), но это и не нужно: во «Времени дьявола» абсолютно народное звучание, отчего песни кажутся не просто аутентичными, а даже универсальными. В них мерещится какая-то хтонь, скажем, советской эстрады, например, «Призрачно все в этом мире бущующем...» (так мог бы называться следующим фильм мастера). Если бы их не исполняли по 150 раз (а сам текст не ходил по кругу еще столько же в рамках «номера»), было бы совсем прекрасно, но это назойливость подводит нас к главной фишке фильма. В очередной раз погрузившись в пучину горя филиппинской истории, Лав Диас показывает сакральную роль песни в жизни человека - не пресловутое «строить и жизнь помогает», а то, что каждая (особенно народная) песня, даже самая идиотская, способна аккумулировать память - национальную, историческую, личную. Для Диаса, человека, помешанного на нарративе, а не на хронометраже, как принято думать, это закономерное продолжение поисков, как бы еще раскачать текст и отразить в нем всю сложность человеческого взаимодействия со словами (в общем-то, у него везде много говорят, снова и снова рассказывая одно и то же, периодически путая или перевирая какие-то детали, случайно или умышленно).

И вот тут получается красиво: вся эта макабрически-реалистическая эпопея как бы вылупляется из незамысловатых песен, в повествовании появляется и ведьма, и двуличный правитель, говорящий чуть ли не под фонограму чуть ли не Гитлера, и доблестный поэт, и черно-белый мир, который обесценивает красоту весны (учитывая, что фильм черно-белый, эта строчка про весну звучит вдвойне уморительно). Снять шапито-шоу про людей, которым от надраенной рукоятки винтовки ударила власть в голову, может, в общем-то, любой режиссер, а вот передать это ощущения цепляющейся к словам памяти может получиться лишь у адептов «медленного кино» (на секундочку - за первый час Диас использует всего 40 склеек, на следующие два часа у него уходит примерно столько же).

#berlinale

А вот написал про один из лучших фильмов фестиваля - очень скромного (как обычно) нового Хон Сан Су с фильмом Grass, который довольно ловко перевели как "Листья травы":

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4963/

Вообще самое печальное, что Сан Су боятся из-за мнимой ауры любимца фестивальщиков и эстетов, а это вообще человек, который умеет сложные вещи объяснять очень простым языком. Пару месяцев не мог написать пост в жанре "корейцы убирают всех", когда посмотрел его "Ты сам и твоё" - один из самых умных и честных фильмов про отношения, где отлично рассказывается про личные границы двух людей и чувство собственности, которое до добра не доводит. В общем, не бойтесь - там все сидят, пьют и говорят про любовь. В новом чуть больше про творчество, но и отношения не забыли.

#кино #berlinale

В прокате новый Ридли Скотт - настолько неизобретательный, что зубы сводит. За последние десять лет с ним такое случалось лишь на «Марсианине» и «Царях и богах», впрочем, и там, и там были другие достоинства:

http://www.kino-teatr.ru/art/pr/4952/

Это дежурная работа мастера на тему человека в обстоятельствах, когда он ничего не решает, + занятная зарисовка про власть денег, которая тонет в двухчасовом бормотании и перечислении подробностей из реальной кражи внука самого богатого человека на планете. Чтобы мораль басни была совсем понятна, Скотт меняет для чудовищного финала биографию Гетти-старшего, которого играет Пламмер, чтобы получилась сцена в духе «Легенды №17». В таких обстоятельствах обсуждать, кто лучше, Пламмер или Спейси в ужасном гриме, непозволительная роскошь - это мало что меняет.

#кино

​Пока все поругивают нового Филипа Гренинга («Моего брата зовут Роберт, и он идиот»), о котором расскажу позже, поругаю иранский конкурсный фильм «Свинья» Мани Хагиги, который почему-то хвалят (в этом кайф фестивальной жизни: каждый фильм - кот в мешке, ни с кем никогда не совпадаешь, верить никому нельзя, бутерброды заканчиваются в самый неподходящий момент).

Собственно, это такая тупорылая (sic!) комедия про опального и капризного режиссера Хасана (Хасан Маджуни), который два года не может снимать, его любимая актриса Шива, им открытая и раскрученная, собирается работать с каким-то бездарным коллегой, размышляющим, что любовь спасет мир, кино и все на свете, а в это время по Тегерану еще и бродит серийный убийца, вырезающий известных постановщиков. Хасан не грустит от потери друзей и не дрожит от страха: он завидует и злиться, что его не убили первым, ведь он самый великий (пожилая мама обещает ему, что убийца обязательно скоро явится).

По описанию - это чернющая и остроумная комедия про творческий клоповник, где все друг другу завидуют, лопаются от самовлюбленности и так далее, на деле - каскад каких-то трижды переваренных шуток, снятый в духе сериала «Сваты» с той лишь разницей, что made in Iran. Понятно, что все устали от размеренного кино про болезни, зависимости и смерть, но это все равно что тараканий яд есть с голодухи, простите. В паре сцен Хагиги случайно показывает, что он умеет в кинематографичность, но остальной пенопласт это не спасает. Легко представить такую работу среди выпускников ВГИКа, которую показывают на Кинотавре, а потом все плюются. Но тут все-таки Иран, вокруг Берлин и проблемное кино, родина далеко - людям хочется припасть и к такому постыдному удовольствию, где натурально есть шутки из каких-то чудовищных российских фильмов про кинопроизводство (в духе унылой короткометражки «Время жить, время умирать», где набор штампов про съемки выдается за едкий взгляд на внутреннюю кухню). Ну не знаю.

#кино #berlinale

​Собственно, про «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» Гренинга хорошо написал Долин - текст с упоминаниями Хайдегера и Новалиса звучит куда убедительнее, чем нет, но попробую без бытия.

Это трехчасовое кино (на меньшее Гренинг обычно не согласен) про брата и сестру Роберта (Джозеф Маттес) и Елену (Джулия Занге), он окончил школу и не собирается учиться дальше (поэтому и идиот), она готовится к экзамену по философии, а он ей помогает (поэтому и идиот). С первых минут понятно, что их отношения выходят за пределы сиблинговской любви (Елена совершает Роберту хэнджоб), а дальше следуют размышления о времени, Платоне, Блаженном Августине, Хайдегере, проделки на бензоколонке, прогулки по солнечным лугам, шуточки, обнаженные купания и кровавая баня. А потом Елена идет сдавать экзамен и объясняет, как завязаны категория «время» и категория «кино».

Собственно, если не вдаваться в монолитные вопросы о природе времени и отношениях с ней человеческого сознания, то история Роберта и Елены - это немецкая вариация Бонни и Клайда, где местом для шага вперед становится не американская мечта, окруженная унылой взрослой жизнью в условиях Великой Депрессии, а сильно расшатывающая представления о приличиях философия вообще и немецкая в частности. Большинство социальных конструктов и правил просто не выдерживают комбинации «Зачем да почему?», поэтому Роберт и Елена оказываются натуральным хаосом, нарушителями всех заповедей - от «не убий» до «не занимайся сексом с братом». В российской культурной традиции есть «горе от ума», тут возникает «хаос от ума». Про это отчасти снимал последний фильм Бела Тарр - в «Туринской лошади» рассказывается о кобыле, которую пожалел уже безумный Ницше. В Роберте и Елене можно рассмотреть и его наследников, и новых Адама и Еву, мечтающих о новом дивном мире, где не будет экзаменов и никого, кроме них.

Ироничность названия легко понять и в том ключе, что только идиот не станет прогибаться под изменчивый мир, - и тут можно подловить Гренинга (ему 58, это всего лишь третий его фильм) на том, что сейчас таких «идиотов» все больше, с интернетом никакие университеты не нужны, черпай знания огромной ложкой; с другой стороны - университет для какого-то упорядочивания знаний и нужен, в идеале он может защитить от увлечения разрушительными идеями (но происходит это, конечно, не всегда, тем более зачастую равнение под одну гребенку, напротив, не нужно).

Самое изумительное в этом фильме - ощущение не складывающегося в первые пятнадцать минут пазла, который и еще несколько дней спустя хочется вертеть, крутить, складывать и разбирать. Снято все хаотично и концентрированно, хотя легко может оттолкнуть помпезность, которой трудно избежать, когда начинаешь размышлять о времени (у Малика с каждым разом получается все более чудовищно). Прошлый фильм Гренинга «Жена полицейского» в этом смысле давал несколько очков вперед по отчаянному формализму: там история домашнего насилия служителя порядка (такой пример власти в квадрате) рассказывалась в издевательски литературном формате из 59 глав, при этом очень кинематографично и телесно снятых. Дебютный документальный фильм пока не успел посмотреть, но «Жена» входит в число моих главных впечатлений 2010-х, хотя ее, как и «Моего брата зовут Роберт», встретили очень спорно, многие его ненавидят до сломанных зубов. Этого Гренинга обещают привезти на ММКФ, надо будет пересмотреть с русскими субтитрами.

#кино #berlinale

До окончания берлинских телеграм осталось несколько дней. А пока затишье между публикациями, вытащу (а то сам забуду) опубликованный ещё в начале всего этого безобразия текст про фильмы, события которых разворачиваются в 1950-е (сняты они, разумеется, позже):

http://www.kino-teatr.ru/blog/y2018/2-17/1061/

Это такой необычный сиквел 20 американских фильмов 1970-х, не скованный географией. В начале февраля было много вспомнить первое послевоенное десятилетие - и Аллен с Андерсоном про них сняли + была круглая дата у Мюнхенской трагедии (это когда разбился самолёт с футболистами "Манчестер Юнайтед").

Пришлось сделать финт ушами и не включать совсем уж очевидное, вроде "Крестного отца" и "Назад в будущее" (хотя есть Феллини по квоте итальянского кино), повторяться и снова рассказывать про "Пустоши" Малика и "Последний киносеанс" Богдановича тоже не стал (про них есть в 70-е).

Список и без них получился любопытный - в каком-то смысле сиквел текста про исторические травмы в кино, с другой - тут вам и Содерберг, и два фильма с ДиКаприо, и хорошая польская драма, и уморительный супершпионский фильм с Дюжарденом (от режиссёра "Артиста"). Наконец, пригодится рассказ про Жака Тати - там есть мультфильм "Иллюзионист", снятый по его нереализованному сценарию.

#кино

И снова извлекаю из архива для любимой рубрики текстик про любимый фильм - великий автобиографический опус Алехандро Ходоровски, человека и парохода, который в 21 веке отряхнул быль с магического реализма, сюрреализма и еще пары измов. Сиквел «Бесконечная поэзия» уже не такой удачный, но «Танец реальности» - поэзия чистая и бесконечная. Абсолютно.

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/artkino/3531/

#кино #фильм_на_выходные

​Ачивмент анлокд: посмотрел в Берлине фильм про Берлин будущего - "Немого" Данкана Джонса, которого иностранная критика люто (и несправедливо) засрала. В тексте есть, почему это нормальное кино, почему прыгающий от 0 к 100 рейтинг Rotten tomatoes - закономерный результат интернет-критики с ее унылой категоричностью, мысль про проблемы фильмов Нетфликс, ну и вообще много всего уместилось.

Мелодрама мелодрамой (хоть и в антураже Бегущего по лезвию), а не дрогнуть на титре, где Джонс посвящает фильм памяти Боуи и скончавшейся через год после него няне, решительно невозможно. Ну и да - это напоминает "Форму воды" здорового человека.

http://bit.ly/2HJHUxu

#кино

​Берлинале близится к завершению, поэтому поспешно и телеграфно дораскажу про несколько лучших фильмов, которые здесь удалось посмотреть (и про которые не рассказано выше).

Например, показали нового Гая Мэддина, даже полтора - короткометражку «Несчастный случай» (Accidence) и часовой «Зеленый туман» (The green fog). Обе вещицы крайне обаятельные, хоть и напоминают студенческое упражнение (в соавторах у канадца два человека по фамилии Джонсон, Эван и Гален). «Несчастный случай» снимает одним кадром дом, в котором куча всего происходит (в одной квартире убийство, в другой - танцы, в третьей человек прячется на чьем-то балконе и тд). Такая версия «Окна во двор», где никто не отвлекается на наблюдателя, а предлагает полюбоваться хаосом (не)обычных действий.

«Зеленый туман» вообще смонтирован исключительно из чужих фильмов: там на Земле приключается, собственно, зеленый туман, и начинает происходить странное. Какого-то цельного сюжета в этой монтажной феерии не наблюдается, но есть нуарные детективы, отважные космонавты, полицейские, журналисты и прочее-прочее. Мэддин еще издевательски берет и вырезает из избранных сцен все реплики - то есть люди за диалогом покашливают, причмокивают, закатывают глаза, игриво смотрят по сторонам (правда, часть звуков, кажется, переозвученная). Абсолютный триумф эффекта Кулешова - смыслы рождаются буквально из сочетания двух кадров, будь они из одного или разных фильмов, и чередования таких пар оказывается достаточным, чтобы получилось кино. Удивительно молодой душой эксперимент, который, казалось бы, каждый мог бы (должен бы) провернуть в киношколе (справедливости ради, такие коллажи канадец делает не первым - навскидку можно вспомнить работу венгерского режиссера Дьердя Палфи «Окончательный монтаж - дамы и господа», где он смонтировал сцены из 500 фильмов, размышляя о любви, мужчинах и женщинах). Местами гомерически смешно, местами просто очень занятно.

#кино #berlinale

А вот и про нового Содерберга текст: «Не в себе» очень крепенький, ироничный и напряженный айтриллер про медицину, неврозы и паранойю с Клер Фой в главной роли:

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4968/

Вообще это кино показывает, какую большую роль играет понимание того, что ты хочешь снять, - смартфон действительно идеальное оружие, чтобы максимально близко подобраться к человеческой натуре, заглянуть в безумные глаза, различить в них страхи и одержимости. «Не в себе» очень кинематографичен не красотой видеоряда, а тем, как это уместно и концептуально выглядит. Содерберг, конечно, рассказывает, что ему интересен именно процесс съемок, а не актуальные темы и потоки идей, но либо врет, либо навыки стилизатора и желание заглянуть под чей-нибудь ковер дают аналогичный результат.

Вообще за последние полгода написал так много про Стивена Содерберга, что, кажется, он мне приплачивает.

* текст про фильмографию Содерберга
* текст про неснятые фильмы СС
* подкаст про «Удачу Логана» и СС
* текст про «Удачу Логана»
* текст про сериал «Мозаика»
* текст про «Англичанина» 1999 года
* подкаст про «Забытых богом»
* текст про «Забытых богом»

Где деньги, Стивен?

#кино #berlinale

​Сегодня постараюсь коротенечко дорассказать про все стоящие фильмы, чтобы с понедельника уже начать новую жизнь (но это не точно).

В один из первых дней зацепил «Вечный футбол» (Infinite football) прославленного румына Порумбойю - это уже вторая его документально-философская комедия на тему футбола. Собственно, есть некий мелкий чиновник, приятель режиссера, который в детстве играл в ту-самую-игру и получил перелом ноги, так как его окружили сверстники и пытались выбить мяч. Было это в прошлой жизни, мобильников не было, и чувак несколько часов, хромая и проклиная все на свете, брел до медпункта не хуже Янковского в «Ностальгии». Нога срослась неправильно - и он ломал ее еще раз, но это уже не так важно: принципиально, что детская травма (буквально) внедрила в голову мужчины идею идеального футбола, где риск трам минимизирован. Для этого он обрезал полю углы, превратив его в восьмиугольное, а также разделил на несколько зон, чтобы футболисты их не покидали - соответственно, не могли скопиться в одной точке и переломать друг другу ноги.

Порумбойю всю эту ахинею внимательно слушает (а правила меняются и совершенствуются), а под конец перестает понимать, что происходит. Затем он встречается с отцом спортивного новатора - и история поиска глубинных смыслов на примере каких-то обыденных вещей повторяется со свадебной фотографией и портретом Порумбойю, которые он сделал на свадьбе сына, и пестрой картиной, где изображена женщина на закатном пляже.

Тут мастерство Порумбойю заключается в двух вещах: он над героем не смеется (и не пытается его чересчур серьезно воспринимать), а пытается подступиться к одному из самых интересных человеческих свойств - философствовать при помощи если не молота, то любых предметов окружающей действительности. В сущности, «Вечный футбол» - это про серьезное переживание (неважно, насколько серьезное происшествие лежит в основе), которое толкает человека переосмыслять происходящее, задавать правилам (спорта и жизни) неудобные или странные вопросы, а также про то, какие ответы из этого рождаются. В сущности, фильм мог бы идти на серьезных щщах и называться «В чем моя вера» - и к этому Порумбойю выруливает под занавес, когда на кадрах с длинной магистралью главный герой рассказывает про еще одно открытие: он нашел древнегреческую версию Библии, текст которой позволяет утверждать, что базисные понятия западной культуры родились в результате ошибки перевода. Например, страдание не является неотъемлемой частью жизни (хотя, казалось бы, кино к этому и идет). Сейчас уже не вспомню, чем отличались две версии священного текста, но суть в том, что «Вечным футболом» можно назвать всю человеческую деятельность - поиск смысла, закономерностей и справедливости в мире равнодушного хаоса.

На финальных титрах возникает заставка «В мире животных» (герой хотел стать лесником), и это внезапно работает как Царство небесное - место мира, радости и справедливости, то есть утопия, запечатленная в нескольких кадрах телевизионного шоу. И то, как мозг заботливо подсказывает, зачем здесь такая сцена (мощная сама по себе), тоже, можно сказать, вечный футбол.

#кино #berlinale