​так, ну и пока я не умотал в места не столь отдаленные и фестивальные, еще пост про хоррор и женщин (может быть, последний в феврале, но хочется верить, что нет).

посмотрел “Людоеда” (1999) Антонии Берд - дико обаятельный комедийный хоррор про каннибализм и вендиго на фоне войны американо-мексиканской войны 1847 года. в свете трамповской политики такой фильм очень нужен сейчас - странно, что не додумались запустить ремейк.

в общем, это история про трусливого солдата (Гай Пирс на секундочку), который прикинулся мертвым, полежал-полежал среди тел в тылу врага, а потом выскочил и всех перебил, за что получил медаль. правда, от мяса его начало мутить - и так доблестное начальство выявило в нём тряпку, а не героя. и отправили его куда подальше, но так, чтобы с пользой для дела. пользой оказывается несение службы в удаленном форте в горах Калифорнии, где с коллегами не то чтобы повезло: полковник с хитрыми глазками (Джеффри Джонс), алкоголик (Стивен Спинелла), набожный трусишка (Джереми Дэвис), безмозглый сорвиголова (Нил МакДонаф), а также индеец. однажды к ним забредает заросший священник (Роберт Карлайл) и начинает рассказывать страшное про то, как он и еще пятеро путешественников заблудились, а потом - о боже! - сопровождавший караван солдафон начал всех есть. доблестная команда тут же выдвигается к пещере, но выясняется, как не сложно догадаться, что съел всех именно Карлайл (сложно было в этом усомниться).

в “Людоеде” очень занимательно выстебываются маскулинные типажи, да и все блага мужества с патриотизмом остроумно приравниваются к мясоедству, в высшем проявлении - каннибализму. тут, правда, мне видится не случайным фон именно из американо-мексиканской войны, а не, скажем, Гражданской - размножающиеся правильными укусами людоеды вполне себе демонические мигранты, которые хотят проникнуть в США и размножиться (а настоящий, а не мясной патриот Гай Пирс хочет этому помешать).

с другой стороны - в развеселом фильме с кровищей и музыкой Майкла Наймана (соратника Гринуэя) хватает обаяния, чтобы про всё это не думать. как вариант, можно подумать про то, что Антония Берд, скончавшаяся пять лет назад, частенько снимала Карлайла - и это большая режиссерская удача. Или можно подумать про простор для эротических фанфиков - персонажи Пирса и Карлайла вполне могли бы посоревноваться, скажем, с Оливером и Элио из «Зови меня своим именем». или про занятные переклички между “Людоедом” и “Выжившим” с “Омерзительной восьмеркой” (в фильме Иньярриту точно есть сцены, напоминающие о похождениях Пирса).

_____________
в предыдущих выпусках: "Почти стемнело" Бигелоу, "В моей коже" де Ван.

#кино #WiHMonth

не прошли мимо #WiHMonth и на RussoRosso - и вот составили топ хорроров и триллеров, снятых женщинами:

http://russorosso.ru/features/lists/top-10-women-directed-horrors/

про одни я уже писал, про другие напишу - в целом, ровно эта симпатичная десятка обычно и всплывает по теме (сюпризом стала только "Графиня"), а вот на фильмы из графы "упоминания" натыкался реже при поверхностном гуглеже, поэтому предлагаю особенно обратить внимание

с завтрашнего дня в прокате новый Лантимос - спорно принятый (и, подозреваю, не очень понятый):

http://kino-teatr.ru/kino/art/pr/4943/

в "Убийстве священного оленя" меня бесконечно подкупает вызов, который грек кидает современной логике, современному раздутому рацио. причем в качестве оружия дуэли он выбирает термины древнегреческой трагедии и противопоставляет науке и медицине - беспощадный рок, обо что ломаются многие блестящие умы (которые зачастую капитулируют перед двумя последними "Чужими", как бы смешно это сравнение тут ни выглядело).

если бы текст про Лантимоса пришлось писать сегодня, а не три года назад, то он, вероятно, назывался бы "Моя борьба", но "Прощай, речь" тоже очень подходящий заг для рассказа про абсурдистские и хирургически точные наблюдения за окружающим миром. в сущности, "Олень" - это как "Билборды", фильм на самую горячую тему сезона, только тут все не разжевывают по сто раз (вернее разжевывают - но немного не то и так, постиронически).

#кино

​с завтрашнего дня начинается Берлинский кинофестиваль, если не разболеюсь - то сразу начну клепать большие и малые тексты про сильные и не слишком впечатления после хайповых и не особо фильмов.

в прошлом годунакопилось более сорока тайтлов, написал не про все, к счастью, но про самое-самое. может, повторим.

#berlinale

​Ну и пока фестиваль не начался - напишу внезапно про «Бабадука» Дженнифер Кент, до которого долго не мог добраться, а тут сам февраль велел.

Если вдруг кто не в курсе: журналистка Амелия (Эсси Дэвис) одним днем потеряла мужа и обрела сына Сэмюэля (Ной Уайзман) - первый вез ее на роды второго, когда они угодили в автокатастрофу. Прошло семь лет, Амелия погрузилась и не вышла из депрессии, Сэм увлекся фокусами и опасными изобретениями (например, он изобрел переносную катапульту и арбалет из говна и наличника), а также принимается орать дурным голосом, чуть что не так. Несмотря на это, усталая женщина старается разыгрывать карту хорошей матери, ухаживает за стариками с деменцией и периодически проваливаясь в тяжелый сон, который то и дело нарушает пугающийся монстров из шкафа сын. Перед сном они традиционно читают какую-то сказку - и вот к ним в руки упала жуткая книжка «Мистер Бабадук», после которой сначала Самюэлю начинает мерещиться страшное. Затем от ужаса начинает корежить и Амелию.

Дебютантка Кент (про которую иногда сообщают опыт ассистирования Ларсу фон Триеру) сняла один из самых обсуждаемых хорроров последних лет, правда, фокус в том, что прям хоррор (не считая кучи узнаваемых тропов) там начинается буквально в последние полчаса, а поначалу «Бабадук» отыгрывает драму про сложные отношения матери и сына в духе «Что-то не так с Кевином» Линн Рэмси.

И тут Кент - помимо аккуратного и достаточно целостного художественного мира цвета потушенного в слезе окурка - демонстрирует очень ловкое владение оптикой. С самого начала кино раскручивается через депрессивную призму Амелии, которая так и не смогла смириться с потерей мужа (и его гибель для нее явно важнее, чем новая жизнь в лице Сэма). Вместе с тем все вокруг «помогают» ей советами «Соберись, пора отряхнуться, семь лет прошло» и так далее. И, собственно, это самая важная «деталь»: конфликт фильма пролегает именно в зоне противоречия социальной роли и внутреннего ощущения (кто-то остроумно обозвал «Бабадука» юнгианским хорором, и это, конечно, немного парафраз «Персоны»).

Собственно, еще одна подсказка - указание, что «Мистера Бабадука» написала феминистка Александра Юхаз. В финале мы видим подобие примирения, точнее - приручение злого духа. И тут самое время вспомнить «Что-то не так с Кевином», который рассказывал о том, что любовь матери к ребенку не универсальна, это не аксиома (что сильно расходится с образом материнской любви). Собственно, чудовищность ситуации для Амелии не в том, что она потеряла горячо любимого мужа, а в том, что она явно родила, пойдя у него на поводу. Грубо говоря, Кент в «Бабадуке» разыгрывает утрированный сценарий, когда рожать «надо», но ровно в тот момент, когда подходит срок - инициатор со всей полагающейся поддержкой и ответственностью соскакивает. И как с этим жить в мире, где каждый тебе рассказывает, как любить чадо, как его воспитывать, как одеваться и как себя чувствовать, - решительно непонятно. Отсюда и бытовое адище Амелии, которая видит сына злобным уебком, а потом и срывается сама, поддаваясь злому духу [этого противоречия].

Но потом она понимает, что сын - это продолжение отца, что он «тоже говорит, что думает», - и находит в этом некоторое решение вопроса. Не то чтобы это кино про «рожать все равно надо», скорее про то, что надо решать внутренние противоречия, и хорошо, если можно вырулить к хэппи-энду (а не финалу «Кевина»).

_____________
в предыдущих выпусках: «Почти стемнело» Бигелоу, «В моей коже» де Ван, «Тельма» Дюкорно.

#кино #WiHMonth

​Ну что ж, мы начинаем, про хорошее кино чуть позже будет развернутый текст, а пока вот про Изабель Койшет с обаятельной Эмили Мортимер, играющим через губу Биллом Найи, Патришией Кларксон в адски красном макияже и еще кучей актеров, которые играют чопорных англичан из 1950-е.

Говорят, у Койшет был невыносимый предыдущий фильм, а до этого получалась довольно занятно - особенно, конечно, ей удавались названия в духе «Карта звуков Токио» или «Моя жизнь без меня». В фильме с замысловатым (нет) названием «Книжный магазин» все примерно столь же изящно (нет): Мортимер, похоронившая 16 лет назад мужа, решает открыть в английском захолустье книжный магазин (вот это поворот), а местные вяло сопротивляются - Кларксон хочет там забацать арт-центр, остальные просто не очень любят читать. Еще там как раз вышла «Лолита» Набокова, но все насрать. Читать любит лишь Найи, который отыгрывает джентльмена-хикки, поэтому книги ему доставляют на дом (например, он открывает для себя Рэя Брэдбери - разумеется, с книги «451 градус по Фаренгейту», если вы еще не поняли, к чему все идет).

Формально - это такие «Три билборда» для бедных (люди против беспокойства, вот это все), с жутко гримасничающими хорошими артистами, отыгрывающими историческое шоу BBC; в сцене снобской вечеринки артист на втором плане так хлопочет лицом и трогает себя за розочку в петлице (это не эвфемизм), что смотреть на заглавных героев и их вычурный диалог решительно невозможно. Найи постоянно кривит рот и уходит из кадра - кажется, он не очень хотел сниматься (да и шутку про арт-центр - дескать, где же у искусства центр - кажется, он сам придумал). А так жалко лишь Мортимер - она тащит фильм, как может, меняет платья, заламывает руки, моргает то глазом, который побольше, то тем, который поменьше, - в общем, страшно очаровательно, жутко жалко, что наблюдать это приходится в кино про сакральную роль литературы. Если вдруг кто-то захочет посмотреть - не буду раскрывать финал, но, скажем обтекаемо, «451 градус» там максимально не случайно, как и закадровый голос (в 2018 году!), который пропадает через полчаса, чтобы вернуться в финале.

Будь это не игрой на чужом поле, а вычурной драмой на французском и с названием в духе «Ты моя закладка в мире печали», можно было сойти за умное кино, но нет - это все очень телевизионно снято, жирно сыграно, озвучено максимально патетичной музыкой (со скрипками в финале, разумеется), ну и - с этого стоило начать - слабо написано (по книге Пенелопы Фицджеральд). Мудрые старшие коллеги сбежали через час, я остался из уважения к Мортимер (и из-за ее неуловимого сходства с кое-кем), ну и смотреть на фестивале дребедень - святая обязанность критика, чтобы в мир не уходило «Ну смотрите, это кино показывали на каком-то и таком-то фестивале, не может оно быть плохим».

#кино #berlinale

А вот и про Уэса Андерсона нового написал - в России уже в мае, но вдруг вам интересно заранее подготовиться:

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4953/

Там много отступлений в область японского кино, так как про сам мультфильм не то чтобы много расскажешь - по месседжам и персонажам довольно куце даже для Андерсона, но на уровне мелочей, игры слов и визуальных приемов очень богато, поэтому и выигрывает (кино же не только и не столько текст, так что это не оправдание, а просто констатация). В общем, не пропустите.

#кино #berlinale

сегодня «фильм на выходные» по понятным причинам из архива, но речь про редкое из 2010-х, так что и не стыдно: замечательный испанский фильм «Белоснежка» Пабло Бергера - эстетская стилизация под немое кино, более точная, чем «Артист», и не менее пронзительная. Очень обидно, что про него преступно мало знают, хотя он даже выходил в российский прокат (вот он подвиг верности профессии, похлеще проката «Смерти Сталина»):

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/artkino/2885/

#кино #фильм_на_выходные

​​Сегодня был обычный фестивальный день - пока коллеги фотографировались с Биллом Мюрреем (нет, это не зависть, я сам себе Билл Мюррей), смотрел кино, без которого можно прожить, но раз дают - грех отказываться. Про хорошее попозже докручу мысли, а пока давайте про как обычно.

Для начала высидел всего полчаса на «Счастливом принце» про последние годы, месяцы, дни Оскара Уайлда. Режиссерский дебют Руперта Эверетта с собой в роли Уайлда + показывали на Sundance (вот совсем не понимаю, почему). Паучье чутье заранее начало подсказывать неладное, а титр BBC заставил сильно нервничать (вчера, как помните, у меня уже был неприятный опыт с BBC-стайл). Опасения подтвердились - все пучат глаза, у Колина Ферта ус отклеивается, Эмили Уотсон сидит в первом ряду театра со взглядом «Что я блядь здесь делаю?», Эверетт наслаждается своей игрой и дурным голосом орет имена окружающих - довели, конечно, человека, что он сам себе фильм придумал, чтобы не превратиться из характерного артиста в совсем уж говорящий табурет. Оператор снимает вроде и с фантазией, а вроде и так, будто его только выпустили на лужайку побегать, но хуже всего это смонтировано - такое ощущение, что Эверетт сам ебашил в Виндоус Муви Мейкере, злопотребляя не слишком эстетскими рапидами, а также переходами между кадрами категории «наплыв».

Рассказать ему, судя по всему, особенно нечего - просто Уайлд эстет (+ недавний выход из тюрьмы + любит рассказывать сказки шпане + кокаин + болезнь + ), а эстеты (особенно для актеров) это круто. Стало очень обидно за дедушку, поэтому ретировался смотреть в IMAX документалку про приключения трансгендера в ночном Рио с кричащим названием Obscuro Barroco. Карту сходу смазала режиссерка Евангелия Краниоти, которая сказала, что главная героиня умерла (там в конце есть титр, можно было не манипулировать заочно).

Лучше всего «Барокко» описывает злое словосочетание «вычурная поебень» - такой Малик на минималках с закадровым голосом женщины, которая была заперта в теле мужчины, а теперь рассказывает про «апокалипсис оргазмов» (в кадре фейерверк, отражающийся в океанских водах), поиски себя (и усталость от себя, желание не быть собой) и сказочный кошмар Рио («город-трансгендер», где и классно, и ужасно). Очень телесное кино, которое для начала подпускает хтони (эффектные джунгли, ночной город с высоты птичьего полета), а потом велеречивый закадровый голос начинает утомлять, хтонь вытесняется нечеловеческим пафосом, карнавалом и сценами забастовки за права трансвеститов. Ну то есть правильное кино про самоидентификацию (особенно его выручает мысль, что поиск себя зачастую оборачивается побегом или попыткой себя слепить из разных поп-икон), но есть в нем какая-то отталкивающая звериная серьезность, избыточность и эклектика (засунуть в одну кучу размышление о бытии, пляски и митинг - это сильно). В итоге кино конгениально героине, многократно перекроенной пластическим хирургом, - непонятно, чего в нем больше: самолюбования, боли или плаката.

В прошлом году вот был гораздо более эффектный «необычный» док «Сомнологи» (somniloquies), где на фоне спящих людей, снятых так крупно, что они напоминали Солярис, зачитывал, как какой-то музыкант говорил во сне - вот это была мощь.

#кино #berlinale

Ну и вот занятный вестерн братьев Зеллнер - с чудесной Мией Васиковской и Робертом Паттинсоном с металлическим зубом, который дрочит почти вприсядку (а еще там крошечная лошадь и голый мужик в бочке смеется)

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4954/

По пути сюда посмотрел их же «Кумико» - и пока у Зеллнеров одна беда: они придумывают занятный концепт, а потом два часа его думают - и там, где режиссеры с фантазией и чувством юмора (наподобие явно обожествляемых ими Коэнов) сделали пару шагов в сторону и размялись, они прут в одну точку, из-за чего последние полчаса, что тут, что там смотреть просто невозможно (да и феминистский вестерн в «Забытых богом» поинтереснее). Хотя ходят Зеллнеры с козырей, ничего не скажешь.

#кино #berlinale

А вот вам и про "Довлатова" Германа-младшего, который скоро в прокате:

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4957/

Это нормальное кино, хоть я его и глажу немного против шерсти, так как там возникает много вопросов - и почему столько самоповторов, и зачем столько звёзд в ролях на три реплики? Ещё есть пара вечных. Почему Довлатов такая удобная фигура для всех (этот фильм, если не случится срача, более-менее помирит державников с либералами)? И в чем сакральное отличие "Легенды #17" и "Довлатова", помимо разницы стилей и мастерства Германа, которому я очень симпатизирую, и Лебедева?

Но сходите обязательно, там какой-то короткий прокат в марте, а фильм точно будет в числе самых обсуждаемых (наряду с "Войной Анны", которая, в отличие от, способна удивить, а не просто качественно выступить).

#кино #berlinale

​Сбегал утром на новый десктоп-фильм Тимура Бекмамбетова «Профиль» - про молодую британскую журналистку Эни (Валин Кэйн, сыгравшая мать героини в «Звездных войнах: Изгое»), которая в 2014 году хочет попасть в мега-модную телевизионную группу к некоей Вики (Кристиан Адамс), а потом решается на рискованное журналистское расследования - выйти на связь с вербовщиком ИГИЛ (организации, запрещенной в России) и разузнать, что там как. Это оказывается подозрительно просто - достаточно поставить как юзерпик Белоснежку в хиджабе, полайкать посты людей с явной симпатией к, добавить несколько людей с абстрактными аватарками и что-то репостнуть. В итоге Эни пишет некий Билал (Шазад Латиф из «Отеля Мэриголд»), у которого она сначала пытается что-то разузнать, а в итоге влюбляется.

В принципе, фильм, целиком происходящий как бы на рабочем столе выглядит довольно свежо, но не то чтобы феноменально (это при том, что «Убрать из друзей» я пока не видел), такая разновидность фаунд футедж 2.0 с необходимостью правильной стилизации интерфейса (на маке сто раз сменился дизайн всего, поэтому первое время немного непривычно). Это вообще, кажется, субжанр про стилизацию - в идеале коверкать звук, портить картинку, чтобы не было ощущения, что все происходит в мире с идеальным интернетом. Хотя героиня очень уж быстро вбивает все реплики и переключается между всеми программами, но это художественная условность: в угоду реализму растягивать его до двух часов было бы убийственно, его и так было бы неплохо чуть-чуть поджать в силу очевидности заявленного мира и сюжетного построения, в котором точка, когда Эни вблюбляется в вербовщика, не слишком очевидна.

То есть на бумаге все понятно. Билал толкает телеги, как много в мире несправедливости и какая дыра Лондон. Эни живет возле железной дороги, нормальной работы нет, а на работе мечты требуют рисковать собой, скоро съезжаться с бойфрендом, но он дикий зануда - и вместо гифок с котиками присылает эксель-таблицы, где педантично посчитаны все расходы. И вот на фоне этой цивилизованной безнадеги (помноженный на легкую депрессию или просто печаль, что важно) - Билал на белом коне, уверенный в себе мужчина в самом расцвете сил, который всем интересуется, делает комплименты, зовет к себе и обещает натуральный дворец. Тут, конечно, вопрос, как можно в процессе диалога забыть, что человек регулярно трясет Калашниковым в камеру, но чисто на бумаге проступает подобие логики, тем более парень явно мастер своего дела - за последний месяц он завербовал четверых «невест», то есть Эни у него еще и не единственная была в графике общения.

Это откровение, припасенное ближе к концу, заставляет думать, что вся радость и весь ужас Сирии, которые показаны через камеру скайпа, - такая же постановка, как история Эни, зарегистрировавшейся в фейсбуке под именем Мелоди (в честь песни Сержа Генсбура). И, несмотря на жирный месседж фильма, который тут натурально выглядит как сообщение, отправленное Эни той самой Вики (мы не должны бояться, вот это все), - это интереснее рассматривать как парафраз классического фильма «Хвост виляет собакой» (или «Плутовство»). В сущности, эта такая незамысловатая, но очень ладная история про информационную войну, про возможность придумать себя в интернете с нуля (и облажаться, перепутав вкладки), про постправду, само собой (в какой-то момент Эни перестает верить сообщения СМИ про ИГИЛ).

После провала «Бен-Гура» Бекмамбетову, понятно, нужно было такое кино - компактное, бойкое, работящее (в общем, в его стиле), и «Профиль», основанный, естественно, на реальных событиях, эту функцию вполне выполняет.

#кино #berlinale

​В эфире радио Дойче велле с тематическим выпуском про "Призрачную Нить" Пола Томаса Андерсона, грибы, садо и мазо, а также про великое спасение платья и великую последнюю роль Дэй-Льюиса.

https://soundcloud.com/monday-karma/phantom-thread

Расписали новую работу мастера аж на четверых с Машей Бунеевой, Женей @bookakke Шабыниной и Сашей @aboutitaly Нечаевым. Никакие Берлинале подкаст не остановят, только вперёд!

#monday_karma

​Фильмов становится все больше, не про все есть смысл писать подробно, поэтому изредка буду переходить в формат дайджеста, как сейчас.

«Транзит» (Transit) Кристиана Петцольда - закрученная и слегка маразматическая драма про писателя (Франц Роговски из «Хэппи-энда»), который бежит от немецких войск из Парижа в Марсель, а оттуда намеревается попасть в Мексику. За окном наши дни, но стойкое ощущение, что речь про Вторую Мировую (в кадре даже мелькает книжечка со свастикой). В Марселе его долго мурыжат с документами, вдобавок он встречает загадочную женщину (Пола Бир из «Франца»), которая подбегает к нему на улице, а потом убегает прочь (выяснится, что это его жена, но они не могут друг друга узнать - Петцольду, судя по всему, нравится этот прием неузнавания). В итоге портовый городок превращается в подобие чистилища, где зависли беженцы, стремящиеся из Ада в Рай, писатель с женой и ее любовником-врачем пытаются уехать, но там начинается какой-то фарс передачей друг другу билетов на теплоход, а затем к этому прибавляется литературный флер - судя по всему, персонаж Роговски часть событий выдумал в поисках сценария, который помог бы избежать перепахавшей его трагедии (скажем обтекаемо - корабль в Мексику напарывается на мину или торпеду). В прошлом году такой же выдохшийся фильм представлял Фолкнер Шлендорф.

Хулиганский шведский фильм с незамысловатым названием «Недвижимость» (The Real estate) хочется перевести как «Настоящий эстет», хотя поводов для этого особых нет. Сняли его Аксель Петерсон и Манс Манссон (говоря, хороший документалист), и это такая версия «Дурака» - только геронтологический триллер в духе «Что случилось с Бэби Джейн?» от людей с черным чувством юмора, как у Олдрича. 68-летней Нойет (Леонора Экстранд) достался от покойного 90-летнего отца, скупавшего недвижимость, многоэтажный дом, где живет целый этаж мигрантов. Из-за этого ей не удается его продать, как-то цивильно этот вопрос разрулить - тоже не вариант, в итоге бойкой бабушке, которая ходит в спорт-зал, занимается сексом с потенциальным клиентом и курит одну за другой, приходится идти на радикальные меры: прикупив «Поваренную книгу анархиста», она просто сжигает все к хуям под Iris Вима Мертенса. Показать эту историю с позиции тех, про кого принято думать, что все у них просто и хорошо, достаточно остроумно, еще остроумнее - показать решение проблемы бюрократического тупика, который превратил целое здание просто в серую зону, фактически в заброшку. Хотя, конечно, поднимается и вопрос человеческой жизни в соседстве с ценой аренды и потенциальной сделки, но это настолько очевидно, что явно не стоило бы этому посвящать целый фильм.

Местные жители рассказывают про свою сложную жизнь и собираются сделать кооператив, Нойет ищет их расселить, но законы и происки предприимчивых родственников толкают ее на путь Рэмбо (а не Христа, как у Быкова). Достаточно остроумное и ловкое кино, хотя на фестивале таких обычно пара пачек, но все равно - мелочь, а приятно.

#кино #berlinale

Началась легкая интоксикация фестивальным кино, хочется зафигачить дозу жанрового для разнообразия, хотя даже в такой прискорбном состоянии духа нового Спилберга смотреть не захотелось бы (последние годы вообще непонятно, зачем его смотреть, честно говоря).

«Секретное досье» напоминает о важности первой поправки, свободы и решительности маленьких людей, при этом кино про ИСТИНУ так стыдливо показывает войну, что хочется всех погладить по голове и распустить по домам - кажется, Спилберг забыл, что у него все хорошо и можно не снимать, если сказать особенно нечего. Но вообще очень грустно, как один из людей Нового Голливуда превратился в то, с чем они все боролись (как бы там ни пинали Копполу, он остается верен идее).

http://www.kinomania.ru/article/57079

#кино

​Теряю хватку - не досидел 56 минут на новом Лаве Диасе (всего лишь четырехчасовом), впрочем, не уверен, что оно там очень нужно - по трем фильмам более-менее понятно, что филиппинец ваяет размашистые былины про историю родного отечества, где искусство побеждает все политическое говно. Вообще после 15 часов жизни, потраченных на три его фильма, все больше встает вопрос, а стоит ли их смотреть, с другой стороны - все муки от нежелания пользоваться монтажом частично компенсируются тем, как соприкосновение с еще не разобранной на узнаваемые матрицы культурой позволяет извлекать интересные смыслы.

Собственно, «Время дьявола» - это как бы мюзикл, растворенный в размеренном повествовании про 1970-е, когда коммунистическая власть Филиппин позволила добровольцам наводить порядок в деревнях при помощи оружия. В одном из таких населенных пунктов заправляет человек с двумя лицами (шутку про профессора Квирелла уже использовали, увы), а ополченцы поют про новые времена и новую веру, при которой сове, ведьме (она тут реально появляется) и тикбалангу (филиппинский лесной дух) понадобится новый храм. Как и«Колыбель скорбной тайне», это снова про революцию и противостояние деспотичной власти, которая убивает невиновных (говорят, Диас несколько лет собирал свидетельства, в титрах он утверждает, что за основу взяты истории его друзей). Им должны противостоять двое - ПОЭТ и его девушка МЕДСЕСТРА (у них есть имена, но для диасовского эпоса это решительно неважно). Собственно, из той же «Колыбельной» понятно, что поэт раскачает плохую власть - в это Диас свято верит, как, кажется, и в справедливость с большой буквы (прям как Спилберг), хотя многофигурная история включает в себя дюжину правд, как бы четко ни проступала позиция режиссера.

Но настоящая красота не в этом (и не в том, что теперь Диас все-таки чуть-чуть пользуется монтажем, чтобы человек из одной края кадра не шел восемь километров по дороге до другого края), а в самих песнях. Они достаточно незамысловатые и не всегда хорошо исполнены (если мы вдруг решим к этому делу подойти с серьезным лицом ценителей Бродвейских песенок), но это и не нужно: во «Времени дьявола» абсолютно народное звучание, отчего песни кажутся не просто аутентичными, а даже универсальными. В них мерещится какая-то хтонь, скажем, советской эстрады, например, «Призрачно все в этом мире бущующем...» (так мог бы называться следующим фильм мастера). Если бы их не исполняли по 150 раз (а сам текст не ходил по кругу еще столько же в рамках «номера»), было бы совсем прекрасно, но это назойливость подводит нас к главной фишке фильма. В очередной раз погрузившись в пучину горя филиппинской истории, Лав Диас показывает сакральную роль песни в жизни человека - не пресловутое «строить и жизнь помогает», а то, что каждая (особенно народная) песня, даже самая идиотская, способна аккумулировать память - национальную, историческую, личную. Для Диаса, человека, помешанного на нарративе, а не на хронометраже, как принято думать, это закономерное продолжение поисков, как бы еще раскачать текст и отразить в нем всю сложность человеческого взаимодействия со словами (в общем-то, у него везде много говорят, снова и снова рассказывая одно и то же, периодически путая или перевирая какие-то детали, случайно или умышленно).

И вот тут получается красиво: вся эта макабрически-реалистическая эпопея как бы вылупляется из незамысловатых песен, в повествовании появляется и ведьма, и двуличный правитель, говорящий чуть ли не под фонограму чуть ли не Гитлера, и доблестный поэт, и черно-белый мир, который обесценивает красоту весны (учитывая, что фильм черно-белый, эта строчка про весну звучит вдвойне уморительно). Снять шапито-шоу про людей, которым от надраенной рукоятки винтовки ударила власть в голову, может, в общем-то, любой режиссер, а вот передать это ощущения цепляющейся к словам памяти может получиться лишь у адептов «медленного кино» (на секундочку - за первый час Диас использует всего 40 склеек, на следующие два часа у него уходит примерно столько же).

#berlinale

А вот написал про один из лучших фильмов фестиваля - очень скромного (как обычно) нового Хон Сан Су с фильмом Grass, который довольно ловко перевели как "Листья травы":

http://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/4963/

Вообще самое печальное, что Сан Су боятся из-за мнимой ауры любимца фестивальщиков и эстетов, а это вообще человек, который умеет сложные вещи объяснять очень простым языком. Пару месяцев не мог написать пост в жанре "корейцы убирают всех", когда посмотрел его "Ты сам и твоё" - один из самых умных и честных фильмов про отношения, где отлично рассказывается про личные границы двух людей и чувство собственности, которое до добра не доводит. В общем, не бойтесь - там все сидят, пьют и говорят про любовь. В новом чуть больше про творчество, но и отношения не забыли.

#кино #berlinale

В прокате новый Ридли Скотт - настолько неизобретательный, что зубы сводит. За последние десять лет с ним такое случалось лишь на «Марсианине» и «Царях и богах», впрочем, и там, и там были другие достоинства:

http://www.kino-teatr.ru/art/pr/4952/

Это дежурная работа мастера на тему человека в обстоятельствах, когда он ничего не решает, + занятная зарисовка про власть денег, которая тонет в двухчасовом бормотании и перечислении подробностей из реальной кражи внука самого богатого человека на планете. Чтобы мораль басни была совсем понятна, Скотт меняет для чудовищного финала биографию Гетти-старшего, которого играет Пламмер, чтобы получилась сцена в духе «Легенды №17». В таких обстоятельствах обсуждать, кто лучше, Пламмер или Спейси в ужасном гриме, непозволительная роскошь - это мало что меняет.

#кино

​Пока все поругивают нового Филипа Гренинга («Моего брата зовут Роберт, и он идиот»), о котором расскажу позже, поругаю иранский конкурсный фильм «Свинья» Мани Хагиги, который почему-то хвалят (в этом кайф фестивальной жизни: каждый фильм - кот в мешке, ни с кем никогда не совпадаешь, верить никому нельзя, бутерброды заканчиваются в самый неподходящий момент).

Собственно, это такая тупорылая (sic!) комедия про опального и капризного режиссера Хасана (Хасан Маджуни), который два года не может снимать, его любимая актриса Шива, им открытая и раскрученная, собирается работать с каким-то бездарным коллегой, размышляющим, что любовь спасет мир, кино и все на свете, а в это время по Тегерану еще и бродит серийный убийца, вырезающий известных постановщиков. Хасан не грустит от потери друзей и не дрожит от страха: он завидует и злиться, что его не убили первым, ведь он самый великий (пожилая мама обещает ему, что убийца обязательно скоро явится).

По описанию - это чернющая и остроумная комедия про творческий клоповник, где все друг другу завидуют, лопаются от самовлюбленности и так далее, на деле - каскад каких-то трижды переваренных шуток, снятый в духе сериала «Сваты» с той лишь разницей, что made in Iran. Понятно, что все устали от размеренного кино про болезни, зависимости и смерть, но это все равно что тараканий яд есть с голодухи, простите. В паре сцен Хагиги случайно показывает, что он умеет в кинематографичность, но остальной пенопласт это не спасает. Легко представить такую работу среди выпускников ВГИКа, которую показывают на Кинотавре, а потом все плюются. Но тут все-таки Иран, вокруг Берлин и проблемное кино, родина далеко - людям хочется припасть и к такому постыдному удовольствию, где натурально есть шутки из каких-то чудовищных российских фильмов про кинопроизводство (в духе унылой короткометражки «Время жить, время умирать», где набор штампов про съемки выдается за едкий взгляд на внутреннюю кухню). Ну не знаю.

#кино #berlinale

​Собственно, про «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» Гренинга хорошо написал Долин - текст с упоминаниями Хайдегера и Новалиса звучит куда убедительнее, чем нет, но попробую без бытия.

Это трехчасовое кино (на меньшее Гренинг обычно не согласен) про брата и сестру Роберта (Джозеф Маттес) и Елену (Джулия Занге), он окончил школу и не собирается учиться дальше (поэтому и идиот), она готовится к экзамену по философии, а он ей помогает (поэтому и идиот). С первых минут понятно, что их отношения выходят за пределы сиблинговской любви (Елена совершает Роберту хэнджоб), а дальше следуют размышления о времени, Платоне, Блаженном Августине, Хайдегере, проделки на бензоколонке, прогулки по солнечным лугам, шуточки, обнаженные купания и кровавая баня. А потом Елена идет сдавать экзамен и объясняет, как завязаны категория «время» и категория «кино».

Собственно, если не вдаваться в монолитные вопросы о природе времени и отношениях с ней человеческого сознания, то история Роберта и Елены - это немецкая вариация Бонни и Клайда, где местом для шага вперед становится не американская мечта, окруженная унылой взрослой жизнью в условиях Великой Депрессии, а сильно расшатывающая представления о приличиях философия вообще и немецкая в частности. Большинство социальных конструктов и правил просто не выдерживают комбинации «Зачем да почему?», поэтому Роберт и Елена оказываются натуральным хаосом, нарушителями всех заповедей - от «не убий» до «не занимайся сексом с братом». В российской культурной традиции есть «горе от ума», тут возникает «хаос от ума». Про это отчасти снимал последний фильм Бела Тарр - в «Туринской лошади» рассказывается о кобыле, которую пожалел уже безумный Ницше. В Роберте и Елене можно рассмотреть и его наследников, и новых Адама и Еву, мечтающих о новом дивном мире, где не будет экзаменов и никого, кроме них.

Ироничность названия легко понять и в том ключе, что только идиот не станет прогибаться под изменчивый мир, - и тут можно подловить Гренинга (ему 58, это всего лишь третий его фильм) на том, что сейчас таких «идиотов» все больше, с интернетом никакие университеты не нужны, черпай знания огромной ложкой; с другой стороны - университет для какого-то упорядочивания знаний и нужен, в идеале он может защитить от увлечения разрушительными идеями (но происходит это, конечно, не всегда, тем более зачастую равнение под одну гребенку, напротив, не нужно).

Самое изумительное в этом фильме - ощущение не складывающегося в первые пятнадцать минут пазла, который и еще несколько дней спустя хочется вертеть, крутить, складывать и разбирать. Снято все хаотично и концентрированно, хотя легко может оттолкнуть помпезность, которой трудно избежать, когда начинаешь размышлять о времени (у Малика с каждым разом получается все более чудовищно). Прошлый фильм Гренинга «Жена полицейского» в этом смысле давал несколько очков вперед по отчаянному формализму: там история домашнего насилия служителя порядка (такой пример власти в квадрате) рассказывалась в издевательски литературном формате из 59 глав, при этом очень кинематографично и телесно снятых. Дебютный документальный фильм пока не успел посмотреть, но «Жена» входит в число моих главных впечатлений 2010-х, хотя ее, как и «Моего брата зовут Роберт», встретили очень спорно, многие его ненавидят до сломанных зубов. Этого Гренинга обещают привезти на ММКФ, надо будет пересмотреть с русскими субтитрами.

#кино #berlinale