И давайте возвращаться из-под сочинских пальм: в конце мая вышел последний, третий сезон "Охотников на троллей", где наконец мы слышим голос не Антона Ельчина в главной роли. Текст написал по горячим следам, но добрался до печатного станка он только сейчас, но не думаю, что так уж много людей бросилось эти последние серии смотреть.
Очень хорошо закончили - и финал абсолютно разрывной, на мой вкус, потому что там снова звучит голос Антона. Удивительно, как этот трагический случай подарил классической истории взросления какое-то новое измерение, реальную потерю как пример грядущих потерь.
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/serial/5049/
#сериалы
Очень хорошо закончили - и финал абсолютно разрывной, на мой вкус, потому что там снова звучит голос Антона. Удивительно, как этот трагический случай подарил классической истории взросления какое-то новое измерение, реальную потерю как пример грядущих потерь.
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/serial/5049/
#сериалы
Кино-Театр.Ру
«Охотники на троллей». Третий сезон: Антон тут рядом
Прощаемся с фантастическим (во всех смыслах) мультсериалом Гильермо Дель Торо и Антоном Ельчиным
Решил остаток июня смотреть документальное кино - в мае эту затею в последний момент перебили румыны, а остальные идеи для июня по разным причинам отвалились, вернемся к ним позже.
Напомню новоприбывшим, что канал "Тинтина вечно заносит в склепы" занимается культурологической гимнастикой: все началось с еженедельных "фильмов на выходные", а когда рубрике исполнился год, и число фильмов уперлось в юбилейное 50, читательским голосованием выбрали формат "тематических месяцев" (уже были аниме и новая румынская волна). июнь пройдет под тегом #предъявитевашидоки (чтобы проще было искать по ленте)
Уже скоро начну с одного прекрасного фильма, связанного с темой предыдущего месяца, а пока традиционно прошу всех желающих попалить годноту - самые мощные, невероятные, будоражащие, отважные, умные, нетрадиционные и прочие доки посоветуйте же мне скорей (@neonpancake). Знаю, что среди читателей канала есть минимум трое ценителей темы, так что не подведите.
Напомню новоприбывшим, что канал "Тинтина вечно заносит в склепы" занимается культурологической гимнастикой: все началось с еженедельных "фильмов на выходные", а когда рубрике исполнился год, и число фильмов уперлось в юбилейное 50, читательским голосованием выбрали формат "тематических месяцев" (уже были аниме и новая румынская волна). июнь пройдет под тегом #предъявитевашидоки (чтобы проще было искать по ленте)
Уже скоро начну с одного прекрасного фильма, связанного с темой предыдущего месяца, а пока традиционно прошу всех желающих попалить годноту - самые мощные, невероятные, будоражащие, отважные, умные, нетрадиционные и прочие доки посоветуйте же мне скорей (@neonpancake). Знаю, что среди читателей канала есть минимум трое ценителей темы, так что не подведите.
Итак, начинает наш неигровой июнь с фильма о том, как Чаушеску и его режим, по понятным причинам часто фигурировавшие в фильмах “новой волны”, проиграли VHS и боевикам.
“Чак Норрис против коммунизма” (2015) Илинки Кэлугэряну
80-е, Румыния. Западное кино под запретом, из информационных развлечений - два часа насквозь патриотического телевидения на одном канале (раньше было два канала и двадцать часов вещания). Однако рядовые румыны, разжившись где-то видеомагнитофонами и кассетами, собираются по ночам, чтобы смотреть фильмы с Ван Даммом, Норрисом, “Красотку”, “Однажды в Америке”, “Рэмбо”, “Рокки”, “Чужого” и далее по списку. Спустя четверть века выросшие/состарившиеся участники таких просмотров делятся на камеру воспоминаниями от просмотра и страны проживания.
С каждым поворотом винта эта история становится всё более абсурдной и прекрасной: подпольные видеосалоны на дому, где собирались люди со всей округи, расставаясь с заработанными леями ради капиталистического искусства загнивающего запада в плохом качестве и одноголосом переводе; отдувается одна за всех володарских и гавриловых женщина по имени Ирина Нистор, комично смягчавшая все бранные коленца английского языка (повзрослевшие зрители с восторгом вспоминают, как она переводила fuck-вариации); предприимчивый мужчина по фамилии Замфир, который добывал кассеты и предложил Нестор сотрудничество, сделав ее голосом американского кино в Румынии; настоящий коммунистический триллер с участием полиции и постоянного беспокойства: игровые вставки, как и сценки просмотра фильмов, описывают подпольную деятельность Замфира и контакты с властью, в частности, тайной полицией (к слову, когда бизнес наладился, в день он зарабатывал по даче, и помогал причаститься американским кино нескольким тысячам румын).
Наконец, Кэлугэряну, несколько утрируя, действительно рассказывает, как Чак Норрис победил Чаушеску в поединке “один на один”, экранизируя страх каждого диктатора (и неистового патриота), что иностранное кино заносит в страну опасные и чуждые ей идеи. Ключевая деталь этого дока: американское кино тайно смотрели и высшие чины, которым попросту хватало ума не говорить главе государства об этом, чтобы иметь и дальше возможность наслаждаться похождениями Ван Дамма, Сталлоне, Норриса и прочих замечательных людей. Это, с одной стороны, гениальный пример того, как абсурдная система гниет изнутри, с другой - она демонстрирует, как ведут себя люди, получившие хотя бы минимальный выбор.
Дальше идет узнаваемый набор, описанный, в частности, Бродским: люди не просто смотрели кино, многократно переписанное с одной завезенной в страну кассеты, игнорируя многочисленные огрехи пленки (лучше так, чем никак), но и “путешествовали” в другие страны, наблюдали торжество справедливости, любовались сильными личностями, выступавших противовесом всенародному коллективу.
В России это кино, конечно, выглядит немного знакомо, хотя в СССР полного запрета, кажется, не было, а в России к нему только стремятся, но, мне кажется, что это прекрасное напоминание, что то, что отвердело, не победит, даже если запретить всё.
#кино #предъявитевашидоки
“Чак Норрис против коммунизма” (2015) Илинки Кэлугэряну
80-е, Румыния. Западное кино под запретом, из информационных развлечений - два часа насквозь патриотического телевидения на одном канале (раньше было два канала и двадцать часов вещания). Однако рядовые румыны, разжившись где-то видеомагнитофонами и кассетами, собираются по ночам, чтобы смотреть фильмы с Ван Даммом, Норрисом, “Красотку”, “Однажды в Америке”, “Рэмбо”, “Рокки”, “Чужого” и далее по списку. Спустя четверть века выросшие/состарившиеся участники таких просмотров делятся на камеру воспоминаниями от просмотра и страны проживания.
С каждым поворотом винта эта история становится всё более абсурдной и прекрасной: подпольные видеосалоны на дому, где собирались люди со всей округи, расставаясь с заработанными леями ради капиталистического искусства загнивающего запада в плохом качестве и одноголосом переводе; отдувается одна за всех володарских и гавриловых женщина по имени Ирина Нистор, комично смягчавшая все бранные коленца английского языка (повзрослевшие зрители с восторгом вспоминают, как она переводила fuck-вариации); предприимчивый мужчина по фамилии Замфир, который добывал кассеты и предложил Нестор сотрудничество, сделав ее голосом американского кино в Румынии; настоящий коммунистический триллер с участием полиции и постоянного беспокойства: игровые вставки, как и сценки просмотра фильмов, описывают подпольную деятельность Замфира и контакты с властью, в частности, тайной полицией (к слову, когда бизнес наладился, в день он зарабатывал по даче, и помогал причаститься американским кино нескольким тысячам румын).
Наконец, Кэлугэряну, несколько утрируя, действительно рассказывает, как Чак Норрис победил Чаушеску в поединке “один на один”, экранизируя страх каждого диктатора (и неистового патриота), что иностранное кино заносит в страну опасные и чуждые ей идеи. Ключевая деталь этого дока: американское кино тайно смотрели и высшие чины, которым попросту хватало ума не говорить главе государства об этом, чтобы иметь и дальше возможность наслаждаться похождениями Ван Дамма, Сталлоне, Норриса и прочих замечательных людей. Это, с одной стороны, гениальный пример того, как абсурдная система гниет изнутри, с другой - она демонстрирует, как ведут себя люди, получившие хотя бы минимальный выбор.
Дальше идет узнаваемый набор, описанный, в частности, Бродским: люди не просто смотрели кино, многократно переписанное с одной завезенной в страну кассеты, игнорируя многочисленные огрехи пленки (лучше так, чем никак), но и “путешествовали” в другие страны, наблюдали торжество справедливости, любовались сильными личностями, выступавших противовесом всенародному коллективу.
В России это кино, конечно, выглядит немного знакомо, хотя в СССР полного запрета, кажется, не было, а в России к нему только стремятся, но, мне кажется, что это прекрасное напоминание, что то, что отвердело, не победит, даже если запретить всё.
#кино #предъявитевашидоки
А теперь нечто совершенно не документальное: благодаря двум дружеским диалогам а) вернулся к просмотру великого (но главное - милейшего) мультсериала We bare bears; б) придумал про него пост с коубами (когда пытался объяснить, что это за штука такая).
И вот что получилось:
http://bit.ly/2sPLO22
#сериалы
И вот что получилось:
http://bit.ly/2sPLO22
#сериалы
В прокат выходит док “Дело Собчака” Веры Кричевской, рассказывающий об Анатолии Собчаке, первом мэре Санкт-Петербурга и отце Ксении Собчак, которая инициировала фильм и даже возникает в кадре и за ним как рассказчица.
Большая роль Собчак, вероятно, должна привлечь внимание к фильму, хотя еще больший манок — фигуры Медведева и Путина как спикеров. Сейчас “Дело” критикуют за то, что Путин здесь выставлен слишком положительным (он помог больному Собчаку сбежать в Париж, когда ему шили фиктивное дело о приобретенной якобы незаконно недвижимости, на что намекала Ксения Собчак в интервью Юрию Дудю, говоря, что президенту она за кое-что благодарна). Хотя это немного двоемыслие: в первой половине расхваленного “Слишком свободного человека” той же Кричевской, повествующего о Борисе Немцове, до своего президентства Путин тоже выведен надеждой демократов первой волны (к коим относятся и Немцов, и Собчак), его дегероизация происходит потом. Если смотреть с этих позиций, то, в сущности, вина нового фильма в том, что его герой до полноводного президентства просто не дожил, то есть умер еще в иллюзии новой России, с которой Немцов успел попрощаться после Курска, Норд-Оста и Беслана. (Единственный убедительный довод тут такой же, как в случае основанных на реальных событиях, но совершенно омерзительных по исполнению "Временных трудностей", - некоторые факты порой звучат просто несвоевременно, если не сказать конъюнктурно.)
Пост оказался слишком большой, пришлось засунуть в медиум:
http://bit.ly/2y4g2TT
#кино #кинотавр #предъявитевашидоки
Большая роль Собчак, вероятно, должна привлечь внимание к фильму, хотя еще больший манок — фигуры Медведева и Путина как спикеров. Сейчас “Дело” критикуют за то, что Путин здесь выставлен слишком положительным (он помог больному Собчаку сбежать в Париж, когда ему шили фиктивное дело о приобретенной якобы незаконно недвижимости, на что намекала Ксения Собчак в интервью Юрию Дудю, говоря, что президенту она за кое-что благодарна). Хотя это немного двоемыслие: в первой половине расхваленного “Слишком свободного человека” той же Кричевской, повествующего о Борисе Немцове, до своего президентства Путин тоже выведен надеждой демократов первой волны (к коим относятся и Немцов, и Собчак), его дегероизация происходит потом. Если смотреть с этих позиций, то, в сущности, вина нового фильма в том, что его герой до полноводного президентства просто не дожил, то есть умер еще в иллюзии новой России, с которой Немцов успел попрощаться после Курска, Норд-Оста и Беслана. (Единственный убедительный довод тут такой же, как в случае основанных на реальных событиях, но совершенно омерзительных по исполнению "Временных трудностей", - некоторые факты порой звучат просто несвоевременно, если не сказать конъюнктурно.)
Пост оказался слишком большой, пришлось засунуть в медиум:
http://bit.ly/2y4g2TT
#кино #кинотавр #предъявитевашидоки
Прощелкал в прошлом году одну из лучших (документальных и вообще) картин:
Ветер всегда прав: “Лица деревни” Аньес Варда (2017)
89-летняя Аньес Варда - фотографиня, документалистка и режиссерка игрового кино, выступавшая близко к идеям и стилю Новой волны, а также обладательница двухцветной прически, похожей на мороженное, - катается с современным художником JR по французской провинции. JR известен не только страстью носить не снимая очки и шляпу, как молодой Годар, и тотальной анонимностью (даже его столетняя бабушка не помнит его настоящего имени), но и флайпостингом: он делает фотографии, распечатывает их исполинские копии и размещает на стенах и прочих поверхностях, считая город самой большой картинной галереей (и называя себя photograffeur, то есть помесью фотографа и граффити-художника).
АВ и JR катаются по деревням, разговаривают с местными жителями и сочиняют циклопические фотоколлажи с их лицами и фигурами: в одном городке на стене осталась череда фотографий, на которой местные жители едят бесконечный багет, в шахтерском городке на стене осталась фотофреска со всеми участниками двух смен, которе редко пересекаются в обычное время, а в местечке с рыбным промыслом на водонапорных башнях наклеили, естественно, красивых рыб.
Вместе с тем “Лица деревни” не просто про людей, деревни и их лица, но про текучесть времени, про то, как населенные пункты пустеют, меняются, теряют людей и обретают память. Как пустеет, меняется, теряет людей и обретает память человек. Непроницаемый JR по большей части выступает наблюдателем - тем человеком, который необходим, чтобы запечатлеть кадр, чтобы кино или жизнь свершились через акт просмотра. Воспоминаниями же истекает Варда: про фото, которые перекликаются со сценами из их путешествия, про Годара, про испортившееся зрелище (тут сцена укола, напоминающая эпизод из “Андалузского пса”).
“Лица деревни” - это какой-то удивительный сгусток человечности и простецкой мудрости, полный любования окружающим миром, его историями и его обитателями, которые кажутся неприметными, пока они не угодят в объектив камеры или фотоаппарата, пока их не нанесут на высоченную стену, чтобы их видом могли насладиться другие люди. Вместе с тем это горькое наблюдение и любование старением: как человек становится носителем историй, драм, шуточек, усмешек, слез и болезней. Не случайно в конце JR снимает ступни и глаза Аньес, чтобы нанести их на поезд: «Твои глаза и ступни рассказывают историю». Рассказ историй друг другу - один из древнейших способов коммуникации и доверительности, потому и в “Лицах деревни” немного наивная доверительность АВ побеждает художественную позу JR, хотя это частный случай коммуникации: их шалости с портретами и прочими фото одержали немало побед во французских провинциях до этого красивого и будто бы случайного финала.
#кино #предъявитевашидоки
Ветер всегда прав: “Лица деревни” Аньес Варда (2017)
89-летняя Аньес Варда - фотографиня, документалистка и режиссерка игрового кино, выступавшая близко к идеям и стилю Новой волны, а также обладательница двухцветной прически, похожей на мороженное, - катается с современным художником JR по французской провинции. JR известен не только страстью носить не снимая очки и шляпу, как молодой Годар, и тотальной анонимностью (даже его столетняя бабушка не помнит его настоящего имени), но и флайпостингом: он делает фотографии, распечатывает их исполинские копии и размещает на стенах и прочих поверхностях, считая город самой большой картинной галереей (и называя себя photograffeur, то есть помесью фотографа и граффити-художника).
АВ и JR катаются по деревням, разговаривают с местными жителями и сочиняют циклопические фотоколлажи с их лицами и фигурами: в одном городке на стене осталась череда фотографий, на которой местные жители едят бесконечный багет, в шахтерском городке на стене осталась фотофреска со всеми участниками двух смен, которе редко пересекаются в обычное время, а в местечке с рыбным промыслом на водонапорных башнях наклеили, естественно, красивых рыб.
Вместе с тем “Лица деревни” не просто про людей, деревни и их лица, но про текучесть времени, про то, как населенные пункты пустеют, меняются, теряют людей и обретают память. Как пустеет, меняется, теряет людей и обретает память человек. Непроницаемый JR по большей части выступает наблюдателем - тем человеком, который необходим, чтобы запечатлеть кадр, чтобы кино или жизнь свершились через акт просмотра. Воспоминаниями же истекает Варда: про фото, которые перекликаются со сценами из их путешествия, про Годара, про испортившееся зрелище (тут сцена укола, напоминающая эпизод из “Андалузского пса”).
“Лица деревни” - это какой-то удивительный сгусток человечности и простецкой мудрости, полный любования окружающим миром, его историями и его обитателями, которые кажутся неприметными, пока они не угодят в объектив камеры или фотоаппарата, пока их не нанесут на высоченную стену, чтобы их видом могли насладиться другие люди. Вместе с тем это горькое наблюдение и любование старением: как человек становится носителем историй, драм, шуточек, усмешек, слез и болезней. Не случайно в конце JR снимает ступни и глаза Аньес, чтобы нанести их на поезд: «Твои глаза и ступни рассказывают историю». Рассказ историй друг другу - один из древнейших способов коммуникации и доверительности, потому и в “Лицах деревни” немного наивная доверительность АВ побеждает художественную позу JR, хотя это частный случай коммуникации: их шалости с портретами и прочими фото одержали немало побед во французских провинциях до этого красивого и будто бы случайного финала.
#кино #предъявитевашидоки
А теперь действительно всё: написал колонку по итогам "Кинотавра" - самого политизированного и самого логичного за последние годы (хотя в этой логике осталась без наград выдающаяся картина, но, если у вас сложится картинка так же, как у меня, это можно понять и простить). Вдобавок этот фестиваль действительно оказался огромным высказыванием: как буквальным - со сцены (про Сенцова и Серебренникова), так и по сюжетам, волнующим молодых и заслуженных режиссеров.
«На самом деле это действительно исторический «Кинотавр» - давайте все-таки пустим какой-то культурной контекст вперед социально-политического, - потому что наконец победило новое российское кино. Не мейнстрим, не награжденные «новые тихие», не глыбоподобные притчи, идеально вписывающиеся в обывательскую мечту, что кино бывает без политики, то есть без нерва, без боли, без неприятных намеков и тычков. Победило не универсальное и не уже «заслуженное», а сегодняшний день - "новое кино"».
«...сегодняшний «Кинотавр» сформулировал за российского зрителя не только стремление жить своей жизнью, без оглядки на законы родителей, которые зачастую не проявляли к детям должного внимания, но и то, как трагично неумение эту жажду самости сформулировать. История эта одновременно локальна и глобальна: её несложно спроецировать на отдельно взятую квартиру, на весь российский кинематограф и на всю страну, где уже почти два десятка лет один непоколебимый отец. Кино эту крамольную мысль сформулировало; жюри восстановило запоздавшую историческую справедливость, проявив по минимуму сакральное в нашем обществе уважение «отцам». Увидеть что-то подобное в масштабах страны пока не представляется возможным: и в закрывавшем фестиваль документальном фильме «Дело Собчака», и по результатам выборов Путин предстает монументальной отцовской фигурой, не знающей смещения. И даже в прокате это вольное или невольное послание в итоге не сработает, так как большинство картин туда по привычке просто не попадет, а на «Кинотавре» трудно заметить более артикулированное высказывание».
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/5066/
#кино #кинотавр
«На самом деле это действительно исторический «Кинотавр» - давайте все-таки пустим какой-то культурной контекст вперед социально-политического, - потому что наконец победило новое российское кино. Не мейнстрим, не награжденные «новые тихие», не глыбоподобные притчи, идеально вписывающиеся в обывательскую мечту, что кино бывает без политики, то есть без нерва, без боли, без неприятных намеков и тычков. Победило не универсальное и не уже «заслуженное», а сегодняшний день - "новое кино"».
«...сегодняшний «Кинотавр» сформулировал за российского зрителя не только стремление жить своей жизнью, без оглядки на законы родителей, которые зачастую не проявляли к детям должного внимания, но и то, как трагично неумение эту жажду самости сформулировать. История эта одновременно локальна и глобальна: её несложно спроецировать на отдельно взятую квартиру, на весь российский кинематограф и на всю страну, где уже почти два десятка лет один непоколебимый отец. Кино эту крамольную мысль сформулировало; жюри восстановило запоздавшую историческую справедливость, проявив по минимуму сакральное в нашем обществе уважение «отцам». Увидеть что-то подобное в масштабах страны пока не представляется возможным: и в закрывавшем фестиваль документальном фильме «Дело Собчака», и по результатам выборов Путин предстает монументальной отцовской фигурой, не знающей смещения. И даже в прокате это вольное или невольное послание в итоге не сработает, так как большинство картин туда по привычке просто не попадет, а на «Кинотавре» трудно заметить более артикулированное высказывание».
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/festival/5066/
#кино #кинотавр
Кино-Театр.РУ
Кинотавр-2018: Мама, я не зигую
Русский ковчег, русский мир и русский бес на главном фестивале отечественного кино
Выступаю в модном жанре "против всех": "Суперсемейка 2" сделает всё на свете, чтобы вас растрогать, и ей наверняка это удастся, но если нет - не переживайте.
«"Суперсемейка 2" виртуозно соответствует ожиданиям: дорого, бодро и солидно выглядит, шутит, грустит, ну и, конечно, манипулирует зрителем по-черному (а как иначе, когда у тебя под рукой младенец со сверхспособностями?). Наконец, Бёрд не стесняется пускать в ход главную суперспособность Pixar: быть высокотехнологичным Капитаном Очевидность. Пресловутая шутка про то, что студия в каждом мультфильме помещает эмоции в создания, для этого не всегда предназначенные, иллюстрирует жажду человека проецировать себя на всё - хоть на других людей, хоть на игрушки, хоть на насекомых. И Pixar что в лучших, что в худших своих проектах олицетворяет этот тотальный антропоцентризм, чье самое абсурдное проявление - подозревать в человечности других людей, даже с приставкой «супер» или «сверх». Задача по-своему необходимая и благородная, но вместе с тем довольно стерильная: менее выхолощенный проект, лишенный вдобавок этой суперменовской прямоты, способен очаровать по-настоящему, а не запрещенными приемами, громкими фразами и игрушками из прошлого».
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/pr/5067/
#кино #анимация
«"Суперсемейка 2" виртуозно соответствует ожиданиям: дорого, бодро и солидно выглядит, шутит, грустит, ну и, конечно, манипулирует зрителем по-черному (а как иначе, когда у тебя под рукой младенец со сверхспособностями?). Наконец, Бёрд не стесняется пускать в ход главную суперспособность Pixar: быть высокотехнологичным Капитаном Очевидность. Пресловутая шутка про то, что студия в каждом мультфильме помещает эмоции в создания, для этого не всегда предназначенные, иллюстрирует жажду человека проецировать себя на всё - хоть на других людей, хоть на игрушки, хоть на насекомых. И Pixar что в лучших, что в худших своих проектах олицетворяет этот тотальный антропоцентризм, чье самое абсурдное проявление - подозревать в человечности других людей, даже с приставкой «супер» или «сверх». Задача по-своему необходимая и благородная, но вместе с тем довольно стерильная: менее выхолощенный проект, лишенный вдобавок этой суперменовской прямоты, способен очаровать по-настоящему, а не запрещенными приемами, громкими фразами и игрушками из прошлого».
https://www.kino-teatr.ru/kino/art/pr/5067/
#кино #анимация
Кино-Театр.РУ
«Суперсемейка 2»: Как попка младенца
Пропаганда семейных ценностей от Pixar, которая порядком утомила, но всем понравится
Начал тут смотреть в самолете док с закадровым голосом Бенедикта Камбербэтча про Тихий океан и его обитателей, и там в какой-то момент забрались на остров Пентекост (Республика Вануату), чтобы полюбоваться, как местные прыгают с высоченных башен головой в землю, вверяя свои жизни молодым лианам, которые должны самоубийцу вовремя отдернуть.
Зрелище достаточно увлекательное и называется «нагол» («прыжок в бездну»). По заботливо передаваемым из уст в уста, а из третьих уст - приезжающим сюда туристам (говорят, это недешево) легенде, идея этого стартапа родилась благодаря воину Тамалу. Тот поссорился с женой, погнался за ней для причинения старого-доброго домашнего насилия, а она забралась на дерево и прыгнула вниз; он, разумеется, тоже забрался и прыгнул, только у нее к ногам были привязаны к лиане, а у него - ни черта.
Теперь каждую весну, с середины апреля до первой декады июня, племенные мужчины этот трюк повторяют: в течение месяца с копейками строят буквально из говна (лиан) и палок здоровенную вышку, подбирают лианы для страховки (в это время они уже достаточно нервущиеся и еще достаточно гибкие), а потом залезают наверх, зачитывают перед согражданами пламенный спич и сигают вниз. Первым запускают женатого мужчину, а потом всех желающих; женщин не допускают даже до строительства и хождения по поляне, где сваливают стройматериалы.
Какое-то время нагол служил обрядом инициации, но еще периодически вспоминают, что это важный ритуал не только для традиций, мизогинии и развлечения туристов, но и для плодородия: (внимание!) касающийся земли мужчина есмь пенис, которые её оплодотворяет, то есть если сделает все правильно - будет урожай ого-го. Для самих участников считается вышаком не просто выжить, зачеркнуто, загрести землю руками, но коснуться её плечами.
Вот вам еще видео, как это выглядит от первого лица (там, правда, пугливые европейцы с NG показывают всего ничего).
https://www.youtube.com/watch?v=k17p4kzlASE
p.s. Ну и в тему фалоцентризма - оцените набедренные повязки: это называется намба или намбас, в англоязычной википедии их метко описывают как “колчан для пениса“.
Много ботанов погибло, чтобы доставить нам эту информацию.
Зрелище достаточно увлекательное и называется «нагол» («прыжок в бездну»). По заботливо передаваемым из уст в уста, а из третьих уст - приезжающим сюда туристам (говорят, это недешево) легенде, идея этого стартапа родилась благодаря воину Тамалу. Тот поссорился с женой, погнался за ней для причинения старого-доброго домашнего насилия, а она забралась на дерево и прыгнула вниз; он, разумеется, тоже забрался и прыгнул, только у нее к ногам были привязаны к лиане, а у него - ни черта.
Теперь каждую весну, с середины апреля до первой декады июня, племенные мужчины этот трюк повторяют: в течение месяца с копейками строят буквально из говна (лиан) и палок здоровенную вышку, подбирают лианы для страховки (в это время они уже достаточно нервущиеся и еще достаточно гибкие), а потом залезают наверх, зачитывают перед согражданами пламенный спич и сигают вниз. Первым запускают женатого мужчину, а потом всех желающих; женщин не допускают даже до строительства и хождения по поляне, где сваливают стройматериалы.
Какое-то время нагол служил обрядом инициации, но еще периодически вспоминают, что это важный ритуал не только для традиций, мизогинии и развлечения туристов, но и для плодородия: (внимание!) касающийся земли мужчина есмь пенис, которые её оплодотворяет, то есть если сделает все правильно - будет урожай ого-го. Для самих участников считается вышаком не просто выжить, зачеркнуто, загрести землю руками, но коснуться её плечами.
Вот вам еще видео, как это выглядит от первого лица (там, правда, пугливые европейцы с NG показывают всего ничего).
https://www.youtube.com/watch?v=k17p4kzlASE
p.s. Ну и в тему фалоцентризма - оцените набедренные повязки: это называется намба или намбас, в англоязычной википедии их метко описывают как “колчан для пениса“.
Много ботанов погибло, чтобы доставить нам эту информацию.
Посмотрел наконец “Кровь” (2013) Алины Рудницкой - мне его советовали лет пять, но нельзя просто взять и посмотреть, что тебе там советуют.
Кино про передвижную станцию крови: про её луженых, ко всему привычных сотрудниц и про её посетителей - людей, ведомых самыми героическими мыслями (например, отдать немного крови ближнему, памятуя, каково это - оказываться на операционном столе и красную жидкость получать) и совсем нет (850 рублей - тоже деньги, кое-где - даже неплохие).
Всё это сборник снятых в монохроме сцен из жизни шепотов и криков: люди падают в обморок, торгуются, читают монологи про то, как важно помогать другим, обмениваются с сотрудницами станции шуточками (большая часть - про замужество). Всё это упорядочивает мысль, что люди единый организм и должны друг другу помогать: если кровь одного может помочь другому - это ли не доказательство, что все мы братья?
Вопросы крови тем интересны, что умещаются в рамки между героическим и дежурным: поначалу Рудницкая незамысловата ведет зрителя черно-белыми лабиринтами мата и быта, последовательно показывая и рассказывая какие-то ключевые узлы процесса и все зорче всматриваясь в деловитых женщин, которые в этом уравнении кажутся равны иголке. Какая разница, кто кровь забрал? Кто, в сущности, важнее донора? И если озвученная кровяная метафора (про братство) витает на поверхности, то проступающая маленькая трагедия (или просто жизнь) работниц оказывается гораздо интереснее самого репортажа из кровевозки: никто не скажет эритроцитам спасибо и не будет интересоваться их внутренним миром, маленькими хитростями, привычками и запросами (одна из женщин на сабантуе замечает, что ей нужен мужчина с еще более твердым характером, чем у нее).
И в итоге у Рудницкой получается кино, с одной стороны, про единение людей в слабости, с другой - про то, что в России выжить может только кремень, стойко адаптирующийся к вызовам новых территорий и новых лиц, который за мечтами о большой и светлой любви пойдет танцевать под похабную попсу и будет счастлив, как будто подняли зарплату и жизнь действительно стала легка и прекрасна.
#кино #предъявитевашидоки
Кино про передвижную станцию крови: про её луженых, ко всему привычных сотрудниц и про её посетителей - людей, ведомых самыми героическими мыслями (например, отдать немного крови ближнему, памятуя, каково это - оказываться на операционном столе и красную жидкость получать) и совсем нет (850 рублей - тоже деньги, кое-где - даже неплохие).
Всё это сборник снятых в монохроме сцен из жизни шепотов и криков: люди падают в обморок, торгуются, читают монологи про то, как важно помогать другим, обмениваются с сотрудницами станции шуточками (большая часть - про замужество). Всё это упорядочивает мысль, что люди единый организм и должны друг другу помогать: если кровь одного может помочь другому - это ли не доказательство, что все мы братья?
Вопросы крови тем интересны, что умещаются в рамки между героическим и дежурным: поначалу Рудницкая незамысловата ведет зрителя черно-белыми лабиринтами мата и быта, последовательно показывая и рассказывая какие-то ключевые узлы процесса и все зорче всматриваясь в деловитых женщин, которые в этом уравнении кажутся равны иголке. Какая разница, кто кровь забрал? Кто, в сущности, важнее донора? И если озвученная кровяная метафора (про братство) витает на поверхности, то проступающая маленькая трагедия (или просто жизнь) работниц оказывается гораздо интереснее самого репортажа из кровевозки: никто не скажет эритроцитам спасибо и не будет интересоваться их внутренним миром, маленькими хитростями, привычками и запросами (одна из женщин на сабантуе замечает, что ей нужен мужчина с еще более твердым характером, чем у нее).
И в итоге у Рудницкой получается кино, с одной стороны, про единение людей в слабости, с другой - про то, что в России выжить может только кремень, стойко адаптирующийся к вызовам новых территорий и новых лиц, который за мечтами о большой и светлой любви пойдет танцевать под похабную попсу и будет счастлив, как будто подняли зарплату и жизнь действительно стала легка и прекрасна.
#кино #предъявитевашидоки
Пока в прокате еще идет (кажется) фильм “Лето”, хочется написать про две вещи.
Айнц. Мне кажется, важным соседство этой картины с “Довлатовым” Алексея Германа-младшего, их отдаленное стилистическое сходство и очевидное влияние Германа-старшего. Так как с разницей в несколько месяцев российское кино сформулировало две ключевые для позднесоветского и постсоветского человека позиции: компромиссную (иногда квази)интеллектуальную отстраненность и юношескую надрывность, бунтарство; где обе - это противостояние обывательству, государственному давлению и мировой пошлости. Возможно, люди переходят из одного состояния в другое, но, скорее, это деление из сери Толстой/Достоевский или кошки/собаки, кому-то строго ближе что-то одно, кому-то даже оба варианта. Не то чтобы это какое-то откровение, но вот они очень близко прошли и сработали в каком-то смысле как “Аритмия” и “Нелюбовь” в прошлом году.
Цвай. Для меня неидеальный и неравномерный фильм “Лето” (помимо того, что он не вызывает дюжины идеологических вопросов) важнее не только потому, что я, скорее, второй, недовлатовский тип, но и благодаря очень простой мысли, что искусство - проводник вируса свободы. (Буквально только что пересмотрел What we do in the shadows Вайтити и Клеменса - и вдруг картинка сложилась.)
Смотрите: все “люди культуры”, которые нам симпатичны, вот прям до зубной дрожи, тетриса в желудке и легкого помешательства, - зачастую люди, которые обладают некоторой свободой. Свободой быть неуважительным к жанру (мы их называем “деконструкторы” или “ревизионисты”), свободой не считаться со зрителем (кто-то их называет глупым словом “арт-хаус”), свободой не повторять за другими, а иметь собственный стиль (визионеры!), ставить за кадром любимую музыку, шутить, одеваться, как Вайтити, Андерсон или Голдблюм. Крайне несимпатичны, кстати, нам ровно такие же люди: у которых хватает свободы производить кино, которое в наших координатах не заслуживало родиться на свет (Андреасян, Болл, Бэй or somebody else). Всё, что посередине, - ровное дыхание и равнодушие могильной плиты.
И глядя на шутейки Вайтити, пиджачки Андерсона, песенные номера Серебренникова, долгие планы Диаса, визуальный юмор Райта и прочая-прочая, зритель понимает, что это вообще-то легально. И мы можем спорить обо всем остальном, выбирать между хорошим и лучшим, но эта азартная позиция, голодная до впечатлений и собственного пути мне кажется симпатичнее многих прочих.
Айнц. Мне кажется, важным соседство этой картины с “Довлатовым” Алексея Германа-младшего, их отдаленное стилистическое сходство и очевидное влияние Германа-старшего. Так как с разницей в несколько месяцев российское кино сформулировало две ключевые для позднесоветского и постсоветского человека позиции: компромиссную (иногда квази)интеллектуальную отстраненность и юношескую надрывность, бунтарство; где обе - это противостояние обывательству, государственному давлению и мировой пошлости. Возможно, люди переходят из одного состояния в другое, но, скорее, это деление из сери Толстой/Достоевский или кошки/собаки, кому-то строго ближе что-то одно, кому-то даже оба варианта. Не то чтобы это какое-то откровение, но вот они очень близко прошли и сработали в каком-то смысле как “Аритмия” и “Нелюбовь” в прошлом году.
Цвай. Для меня неидеальный и неравномерный фильм “Лето” (помимо того, что он не вызывает дюжины идеологических вопросов) важнее не только потому, что я, скорее, второй, недовлатовский тип, но и благодаря очень простой мысли, что искусство - проводник вируса свободы. (Буквально только что пересмотрел What we do in the shadows Вайтити и Клеменса - и вдруг картинка сложилась.)
Смотрите: все “люди культуры”, которые нам симпатичны, вот прям до зубной дрожи, тетриса в желудке и легкого помешательства, - зачастую люди, которые обладают некоторой свободой. Свободой быть неуважительным к жанру (мы их называем “деконструкторы” или “ревизионисты”), свободой не считаться со зрителем (кто-то их называет глупым словом “арт-хаус”), свободой не повторять за другими, а иметь собственный стиль (визионеры!), ставить за кадром любимую музыку, шутить, одеваться, как Вайтити, Андерсон или Голдблюм. Крайне несимпатичны, кстати, нам ровно такие же люди: у которых хватает свободы производить кино, которое в наших координатах не заслуживало родиться на свет (Андреасян, Болл, Бэй or somebody else). Всё, что посередине, - ровное дыхание и равнодушие могильной плиты.
И глядя на шутейки Вайтити, пиджачки Андерсона, песенные номера Серебренникова, долгие планы Диаса, визуальный юмор Райта и прочая-прочая, зритель понимает, что это вообще-то легально. И мы можем спорить обо всем остальном, выбирать между хорошим и лучшим, но эта азартная позиция, голодная до впечатлений и собственного пути мне кажется симпатичнее многих прочих.
Для тех, кто заскучал, возвращаемся с веселыми куплетами, зачеркнуто, подкастами: Monday Karma. Второй сезон. Шум, занудство, шутки.
https://soundcloud.com/monday-karma/kinotavr-2018
В первом выпуске второго сезона с Женей Ткачевым (@ghostwood), Сашей Голубчиковым и Олей Касьяновой традиционно поговорили про Кинотавр и российское кино.
Обсудили “Лето” Серебренникова, мифологию русского рока и его сходство с “Ла-Ла Лендом”, “Сердце мира” Мещаниновой, его кинематографичность, терапевтичность и важность, “Русского беса” Константинопольского, его китч, бесстыдство и радость, а также “Войну Анны” Федорченко - маленькое кино о большой войне. Ну и немного поговорили про извечный выбор между текстом и киноязыком и многое другое.
Ну и, конечно, заходите в паблосы - вк для славянофилов и фб для западников, - где можно задавать вопросы, которые мы будем обсуждать в следующем выпуске, смотреть дурацкие тизеры новых выпусков, ну и еще всякое, вероятно, там будет появляться.
#monday_karma
https://soundcloud.com/monday-karma/kinotavr-2018
В первом выпуске второго сезона с Женей Ткачевым (@ghostwood), Сашей Голубчиковым и Олей Касьяновой традиционно поговорили про Кинотавр и российское кино.
Обсудили “Лето” Серебренникова, мифологию русского рока и его сходство с “Ла-Ла Лендом”, “Сердце мира” Мещаниновой, его кинематографичность, терапевтичность и важность, “Русского беса” Константинопольского, его китч, бесстыдство и радость, а также “Войну Анны” Федорченко - маленькое кино о большой войне. Ну и немного поговорили про извечный выбор между текстом и киноязыком и многое другое.
Ну и, конечно, заходите в паблосы - вк для славянофилов и фб для западников, - где можно задавать вопросы, которые мы будем обсуждать в следующем выпуске, смотреть дурацкие тизеры новых выпусков, ну и еще всякое, вероятно, там будет появляться.
#monday_karma
SoundCloud
Hear the world’s sounds
Explore the largest community of artists, bands, podcasters and creators of music & audio
На днях праздновали 50-летие “Ребенка Розмари” Романа Полански, и так совпало, что намедни же дочитал одноименный роман Айры Левина. По легенде, экранизация (первая в карьере мастера, отчего он особенно старался) настолько подобострастная, что Полански интересовался у писателя, на какой странице Нью Йоркера Ги углядел рекламу модной рубашки, актриса Миа Фэрроу ела настоящую сырую печень, а еще консультантом картины выступал Антон Ла-Вей, верховный жрец церкви Сатаны (что уж совсем точно враки); по разным причинам есть ощущение, что не такая уж экранизация и дотошная, но не буду уповать на память и сегодня сделаю вид, что фильма нет (в частности, думал, что он снят после и под влияние убийства жены режиссера Шэрон Тейт, что, естественно, не так, она даже снялась в эпизоде “Ребенка Розмари”). Про саму фильму поговорим в другой раз, по свежаку.
Знаменитая экранизация Полански приключилась ровно через год после публикации книжки: распроданный четырьмя миллионами копий, второй роман Айры Левина в 1967 году возродил интерес к страшной литературе, чей коммерческий потенциал внезапно перестали рассматривать всерьез. Несмотря на то, что писательская карьера Левина закончилась бесславной попыткой зайти в реку второй раз (он написал сиквел “Сын Розмари” в 1997-м), в 70-е у него все было еще хорошо - и “Степфордские жены” не только пользовались успехом, но и были несколько раз экранизированы.
Вероятно, за Левином тянулся флер знатока женских душ, хотя сегодня его умение вещать из головы Розмари Вудхаус представляется несколько схематичным - в соответствии с образом прогрессивной жены, а не какой-то проницательной правдой характера. Впрочем, именно многочисленные социальные конструкты (тм), сталкивающиеся под обложкой “Ребенка Розмари”, остаются любопытными и сегодня, в этом двойственном и путанном романе про не слишком набожных молодоженов, которые переезжают в престижный неоготический дом в престижном районе Нью-Йорка, знакомятся с ярко ряжеными бездетными стариками, а потом беременной Розмари начинает мерещиться, что в их жизнь вторгся Сатана и все хотят сделать с её неродившимся чадом что-то плохое.
Вслед за классическим триллером Романа Полански, роман Левина можно было бы аттестовать как сюжет-волчок, который до (и после) конца заставляет сомневаться - параноидальный ли это бред женщины в предродовой депрессии, или же оккультный морок, городская легенда, каких по территории США с его готическим наследием раскидано предостаточно. Вне зависимости от ответа на вопрос (паранойя или Сатана), “РР” прекрасно иллюстрирует один из материнских страхов: а что, если плодом любви стало чудовище (эту тему развивают роман и фильм “Что-то не так с Кевином”).
Что если выбор между богом и безбожием действительно важен? Что если грядущее отцовское участие обратятся нарциссической отмашкой, вечной занятостью и попыткой ускользнуть от домашних забот? (Стоит заметить, что Розмари изначально поставлена в позицию беспомощной девочки.) Что если городские легенды и совпадения - не просто совпадения и страшилки? Что если ребенок откопает в ДНК родителей какую-то пакость или пойдет в отца (в данном случае - Сатану)? Еще до того, как эти вопросы задаст ребенок, на них нужно ответить самой - а это бесконечное количество окон к сокрушительному, лавкрафтианскому ужасу.
Впрочем, откровения и ужаса тут все-таки не случается: возможно - из-за фильма; вероятно - Левин просто не дожал.
p.s. забавно, что за последний год два самых одиозных хоррора - "мама!" и "Реинкарнация" - отсылают именно к "Ребенку Розмари", причем оба очень по-разному.
#книги
Знаменитая экранизация Полански приключилась ровно через год после публикации книжки: распроданный четырьмя миллионами копий, второй роман Айры Левина в 1967 году возродил интерес к страшной литературе, чей коммерческий потенциал внезапно перестали рассматривать всерьез. Несмотря на то, что писательская карьера Левина закончилась бесславной попыткой зайти в реку второй раз (он написал сиквел “Сын Розмари” в 1997-м), в 70-е у него все было еще хорошо - и “Степфордские жены” не только пользовались успехом, но и были несколько раз экранизированы.
Вероятно, за Левином тянулся флер знатока женских душ, хотя сегодня его умение вещать из головы Розмари Вудхаус представляется несколько схематичным - в соответствии с образом прогрессивной жены, а не какой-то проницательной правдой характера. Впрочем, именно многочисленные социальные конструкты (тм), сталкивающиеся под обложкой “Ребенка Розмари”, остаются любопытными и сегодня, в этом двойственном и путанном романе про не слишком набожных молодоженов, которые переезжают в престижный неоготический дом в престижном районе Нью-Йорка, знакомятся с ярко ряжеными бездетными стариками, а потом беременной Розмари начинает мерещиться, что в их жизнь вторгся Сатана и все хотят сделать с её неродившимся чадом что-то плохое.
Вслед за классическим триллером Романа Полански, роман Левина можно было бы аттестовать как сюжет-волчок, который до (и после) конца заставляет сомневаться - параноидальный ли это бред женщины в предродовой депрессии, или же оккультный морок, городская легенда, каких по территории США с его готическим наследием раскидано предостаточно. Вне зависимости от ответа на вопрос (паранойя или Сатана), “РР” прекрасно иллюстрирует один из материнских страхов: а что, если плодом любви стало чудовище (эту тему развивают роман и фильм “Что-то не так с Кевином”).
Что если выбор между богом и безбожием действительно важен? Что если грядущее отцовское участие обратятся нарциссической отмашкой, вечной занятостью и попыткой ускользнуть от домашних забот? (Стоит заметить, что Розмари изначально поставлена в позицию беспомощной девочки.) Что если городские легенды и совпадения - не просто совпадения и страшилки? Что если ребенок откопает в ДНК родителей какую-то пакость или пойдет в отца (в данном случае - Сатану)? Еще до того, как эти вопросы задаст ребенок, на них нужно ответить самой - а это бесконечное количество окон к сокрушительному, лавкрафтианскому ужасу.
Впрочем, откровения и ужаса тут все-таки не случается: возможно - из-за фильма; вероятно - Левин просто не дожал.
p.s. забавно, что за последний год два самых одиозных хоррора - "мама!" и "Реинкарнация" - отсылают именно к "Ребенку Розмари", причем оба очень по-разному.
#книги
недавно наткнулся на интересное наблюдение, что система спонсоров в интернете (особенно вся эта казино-ставочная тема у видеоблогеров) несколько изменила отношение к продакт-плейсменту, дескать, реклама, стала восприниматься лояльнее. речь была про кино, но в это заметно в телеграме и на других площадках (святой капитализм победил, все прекрасные индивидуальные начинания оказались перед вопросом, где взять денег, и оказалось, вот где, ну а чего тогда кусать руку, которая etc).
интересно, в какой момент ранее продакт-плейсмент стал зашкварным, так как в идеальном сферическом мире марки всяких изделий - это тоже приметы времени, и в не слишком богатом американском кино по банкам, бутылкам, часам и холодильникам Кока-Колы, вероятно, можно было что-то понять про американскую жизнь (или нет). возможно, это произошло одновременно со становлением тропа "проклятые корпорации" (но это не точно), а прошло, вероятно, при набирающем обороты тропе "маленький и гордый стартап, не желающий горбатиться на дядю".
но на самом деле это длинная прелюдия к забавному факту про фильм "Кобра" со Сталлоне, где в начале мелькает лого Пепси, а к концу первого часа - Коки. архивные, так сказать, кадры мирного сосуществования мега-брендов.
p.s. вообще "Кобра-Кола" тоже хорошо звучит - жаль, не выпустили к премьере фильма (с описанием - "по специальному рецепту господина Косматоса").
интересно, в какой момент ранее продакт-плейсмент стал зашкварным, так как в идеальном сферическом мире марки всяких изделий - это тоже приметы времени, и в не слишком богатом американском кино по банкам, бутылкам, часам и холодильникам Кока-Колы, вероятно, можно было что-то понять про американскую жизнь (или нет). возможно, это произошло одновременно со становлением тропа "проклятые корпорации" (но это не точно), а прошло, вероятно, при набирающем обороты тропе "маленький и гордый стартап, не желающий горбатиться на дядю".
но на самом деле это длинная прелюдия к забавному факту про фильм "Кобра" со Сталлоне, где в начале мелькает лого Пепси, а к концу первого часа - Коки. архивные, так сказать, кадры мирного сосуществования мега-брендов.
p.s. вообще "Кобра-Кола" тоже хорошо звучит - жаль, не выпустили к премьере фильма (с описанием - "по специальному рецепту господина Косматоса").
Сегодня полтинник стукнул Роберту Родригесу - человеку и самоучке, чей пример и избранные работы во многом повлияли на вкусы российских миллениалов, но при этом он несколько теряется в соседстве с Тарантино и некоторыми другими. Вот сообразил пару слов про человека, к которому отношение меняется постоянно - и "Алита" может снова все изменить.
«Как ни посмотри, во всех смыслах Родригес умеет жить на широкую ногу, как завещал Михалков в "Сибирском цирюльнике": все всерьез, все до конца. Его фильмография знает много одновременно неожиданных и закономерных конвульсий: из грязи в князи, из кумиров молодежи в любимца малышни, а оттуда — в краткосрочные халифы для фестивальной публики, потом — в сентиментальный позор, "Грайндхаус" и вообще практически к корням».
http://tass.ru/opinions/5306825
#кино
«Как ни посмотри, во всех смыслах Родригес умеет жить на широкую ногу, как завещал Михалков в "Сибирском цирюльнике": все всерьез, все до конца. Его фильмография знает много одновременно неожиданных и закономерных конвульсий: из грязи в князи, из кумиров молодежи в любимца малышни, а оттуда — в краткосрочные халифы для фестивальной публики, потом — в сентиментальный позор, "Грайндхаус" и вообще практически к корням».
http://tass.ru/opinions/5306825
#кино
Афиша подвела итоги первого кинополугодия (не скрою, восхищен, что в списке лучшего кино за полгода есть текст с подзаголоком "теперь немного больше похоже на кино"). вместо того, чтобы заниматься его обсуждением в жанре "если бы директором был я", сделал свой топ-15 (интересно будет сравнить с итогами года), куда, правда, взял не только прокатное кино (с ним картина и правда не слишком веселая).
можно было бы позаниматься какой-то аналитикой и постараться сделать далеко идущие выводы из того, что в первой пятерке - три режиссерки (и больше, кажется, нигде в списке их нет), ну или еще что-то как-то, но и Декер, и Рэмси, и Мещанинова в этом году реально жгут напалмом, если бы это был футбол - их можно было бы сравнить с НСМ, мне кажется (хотя их всех роднит телесность, тактильность, ранимость и субъективность). но займемся этим в конце года, интересно, какие перемены нас ждут.
для ленивых - вот список, кому интересно с видео, картинками и подкастами - идите по ссылке:
http://bit.ly/2yGgHeH
🐼 «Мадлен Мадлен» Декер
🐻 «Сердце мира» Мещаниновой
🎃 «Аннигиляция» Гарленда
🐼 «Тебя никогда здесь не было» Рэмси
🐻 «Война Анны» Федорченко
🎃 «Проект "Флорида"» Бейкера
🐼 «Не в себе» Содерберга
🐻 «Остров собак» Андерсона
🎃 «Призрачная нить» Андерсона
🐼 «Бесконечный футбол» Порумбойю
🐻 «Листья травы» Сан Су
🎃 «Убийство священного оленя» Лантимоса
🐼 «Русский бес» Константинопольского
🐻 «Первая реформаторская церковь» Шредера
🎃 «Лето» Серебренникова
#списки #кино
можно было бы позаниматься какой-то аналитикой и постараться сделать далеко идущие выводы из того, что в первой пятерке - три режиссерки (и больше, кажется, нигде в списке их нет), ну или еще что-то как-то, но и Декер, и Рэмси, и Мещанинова в этом году реально жгут напалмом, если бы это был футбол - их можно было бы сравнить с НСМ, мне кажется (хотя их всех роднит телесность, тактильность, ранимость и субъективность). но займемся этим в конце года, интересно, какие перемены нас ждут.
для ленивых - вот список, кому интересно с видео, картинками и подкастами - идите по ссылке:
http://bit.ly/2yGgHeH
🐼 «Мадлен Мадлен» Декер
🐻 «Сердце мира» Мещаниновой
🎃 «Аннигиляция» Гарленда
🐼 «Тебя никогда здесь не было» Рэмси
🐻 «Война Анны» Федорченко
🎃 «Проект "Флорида"» Бейкера
🐼 «Не в себе» Содерберга
🐻 «Остров собак» Андерсона
🎃 «Призрачная нить» Андерсона
🐼 «Бесконечный футбол» Порумбойю
🐻 «Листья травы» Сан Су
🎃 «Убийство священного оленя» Лантимоса
🐼 «Русский бес» Константинопольского
🐻 «Первая реформаторская церковь» Шредера
🎃 «Лето» Серебренникова
#списки #кино
Medium
Лучшее за 1/2 2018-го
Фильмы, выходившие и не выходившие в российский прокат
Сегодня исполнилось бы 112 лет Билли Уайлдеру - режиссеру комедий “В джазе только девушки” и “Квартира”, липкого нуара “Бульвар Сансет”, из которого во многом вылупился Дэвид Линч, и газетной передовицы под названием “Туз в рукаве” - отца современных “оскаровских” драм про то, как газетчики добиваются справедливости с Кирком Дугласом (которому сто лет и один год, и он до си пор жив, замечу).
Уайлдер, наверное, относится к тому типу голливудских режиссеров, которые умели в разные жанры, которые были индивидуальностями, но не были ауторами, да и вообще олицетворяли торжество одной профессии - рассказчика.
В прошлом году сайт Vulture сваял список лучших сценаристов всех времени и народов - и на первом месте там оказался Уайлдер (замыкал сотню Джордан Пилл, к слову). Поэтому ему, кажется, без разницы - комедия с переодеваниями, комедия с социальным булгаковским комментарием, драма про трудягу, газетчика, хай и постправду - или же тянущий патологией и отчаянием нуар про ушедшую молодость, опавшую славу, ложные надежды юности и прочие порой вполне себе фрейдистские штуки.
Какой Уайлдер рассказчик можно увидеть из книги Кэмерона Кроу (режиссера, а тогда журналиста Rolling stones) «Знакомьтесь - Билли Уайлдер», где он разводит старика на всякие откровения и байки и пытается косплеить «Хичкок/Трюффо», хотя больше получается «Знакомьтесь - Орсон Уэллс», где с глыбой разговаривал Питер Богданович, тоже режиссер.
Можно много говорить о его детстве, стиле, манере рассказывать истории и обижаться на собеседника (любимая фишка всех рассказчиков 80 уровня), но интересны в рамках которого воспоминания, две вещи.
Уайлдер по мышлению - абсолютный ремесленник, он воспринимал гэг и вообще производство кино как часть механизма, как что-то, что должно оказаться на своем месте, иначе зритель не засмеется. Ремесленник (даже “абсолютный ремесленник”) тут не негативная оценка, а скорее апелляция к старой мысли, что со временем в кино просто расслоился подход авторский и ремесленный - и вот то, что описывает мэтр сейчас звучит как какой-то продюсерский подход, который кино обычно и убивает (но это реально работает! а может, какие-то вещи были бы и лучше без этого внутреннего продюсера).
И второй момент - он интересно рассуждает про институт кинозвезд, который сегодня уже выглядит немного не так: в идеале звездам не строить из себя сверхлюдей, хотя некоторые продолжают (Уайлдер, кстати, оценил стать Тома Круза, который приходил к нему с Кроу во время съемок “Джерри Магуайра”), а иные разрушают этот миф. Вот цитатка из книги:
«Я хотел снимать Кэри Гранта в четырех разных картинах. Мы дружили. Он был мне по душе, да и я ему нравился. Но он боялся, не хотел переходить в новые руки. Он всегда играл почти одну и ту же роль. Ему приходилось это делать, потому что, понимаете… Если Кларк Гейбл не будет тем самым Кларком Гейблом, если он отрастит бороду и снимется в кино про ирландских республиканцев, в “Парнелле” (1937), никто не захочет это смотреть. Видите? Вы даже не знали, что есть такой фильм. Гейбл - всегда Гейбл. Он должен быть Гейблом. Просто ситуации разные и персонажи немного непохожие. Та же история с Кэри Грантом, который вечно ускользал из моих сетей».
Занятно, что отчасти в своих автопродюсерских изысканиях, вероятно, режиссер был вынужден давать зрителям то, что они хотят, как Гейбл - играть Гейбла. То есть, говоря о том, какие молодцы мастера прошлого, неплохо бы задуматься - а делали бы они так, если бы можно было делать иначе.
#кино
Уайлдер, наверное, относится к тому типу голливудских режиссеров, которые умели в разные жанры, которые были индивидуальностями, но не были ауторами, да и вообще олицетворяли торжество одной профессии - рассказчика.
В прошлом году сайт Vulture сваял список лучших сценаристов всех времени и народов - и на первом месте там оказался Уайлдер (замыкал сотню Джордан Пилл, к слову). Поэтому ему, кажется, без разницы - комедия с переодеваниями, комедия с социальным булгаковским комментарием, драма про трудягу, газетчика, хай и постправду - или же тянущий патологией и отчаянием нуар про ушедшую молодость, опавшую славу, ложные надежды юности и прочие порой вполне себе фрейдистские штуки.
Какой Уайлдер рассказчик можно увидеть из книги Кэмерона Кроу (режиссера, а тогда журналиста Rolling stones) «Знакомьтесь - Билли Уайлдер», где он разводит старика на всякие откровения и байки и пытается косплеить «Хичкок/Трюффо», хотя больше получается «Знакомьтесь - Орсон Уэллс», где с глыбой разговаривал Питер Богданович, тоже режиссер.
Можно много говорить о его детстве, стиле, манере рассказывать истории и обижаться на собеседника (любимая фишка всех рассказчиков 80 уровня), но интересны в рамках которого воспоминания, две вещи.
Уайлдер по мышлению - абсолютный ремесленник, он воспринимал гэг и вообще производство кино как часть механизма, как что-то, что должно оказаться на своем месте, иначе зритель не засмеется. Ремесленник (даже “абсолютный ремесленник”) тут не негативная оценка, а скорее апелляция к старой мысли, что со временем в кино просто расслоился подход авторский и ремесленный - и вот то, что описывает мэтр сейчас звучит как какой-то продюсерский подход, который кино обычно и убивает (но это реально работает! а может, какие-то вещи были бы и лучше без этого внутреннего продюсера).
И второй момент - он интересно рассуждает про институт кинозвезд, который сегодня уже выглядит немного не так: в идеале звездам не строить из себя сверхлюдей, хотя некоторые продолжают (Уайлдер, кстати, оценил стать Тома Круза, который приходил к нему с Кроу во время съемок “Джерри Магуайра”), а иные разрушают этот миф. Вот цитатка из книги:
«Я хотел снимать Кэри Гранта в четырех разных картинах. Мы дружили. Он был мне по душе, да и я ему нравился. Но он боялся, не хотел переходить в новые руки. Он всегда играл почти одну и ту же роль. Ему приходилось это делать, потому что, понимаете… Если Кларк Гейбл не будет тем самым Кларком Гейблом, если он отрастит бороду и снимется в кино про ирландских республиканцев, в “Парнелле” (1937), никто не захочет это смотреть. Видите? Вы даже не знали, что есть такой фильм. Гейбл - всегда Гейбл. Он должен быть Гейблом. Просто ситуации разные и персонажи немного непохожие. Та же история с Кэри Грантом, который вечно ускользал из моих сетей».
Занятно, что отчасти в своих автопродюсерских изысканиях, вероятно, режиссер был вынужден давать зрителям то, что они хотят, как Гейбл - играть Гейбла. То есть, говоря о том, какие молодцы мастера прошлого, неплохо бы задуматься - а делали бы они так, если бы можно было делать иначе.
#кино
Сходил тут на "Восход Эдерлези", который наградили молодые критики на фестивале Зеркало, - это софт-порно-версия "Космической Одиссеи" со Стоей, честная бэшка про космос и отношения между мужчиной и женщиной-андроидом. Если держать в голове все эти стилистические особенности, получается достаточно уморительно (во всяком случае, серб-дебютант раскидывает много шутливых намеков).
«В сущности, у Бодрожа получилось снять «Космическую Одиссею», пригодную для мастурбации, хотя вся сексуальная подоплека фильма максимально стерильна — будоражащего или эротической в нём столько же, сколько в черно-белом эпилоге «Антихриста», который также демонично-иронично ступает на скользкую тропу большого высказывания сразу обо всем через призму отношений мужчины и женщины. Дуэт Милютина и Нимани — это, в сущности, тоже Адам и Ева, только версии 2.0, где Ева сотворена не из ребра, а из покалеченного сознания Адама, да и не богом, но корпорацией, которая занимается хаотичным использованием лучших стратегий разных идеологий. «Каждый участок земли используется для капитализма», — сообщает в начале фильма тот же властный женский голос, чуть позже упоминающий и плодотворно существующий на той же территории социализм».
Целиком:
http://bit.ly/2tupjPu
#кино
«В сущности, у Бодрожа получилось снять «Космическую Одиссею», пригодную для мастурбации, хотя вся сексуальная подоплека фильма максимально стерильна — будоражащего или эротической в нём столько же, сколько в черно-белом эпилоге «Антихриста», который также демонично-иронично ступает на скользкую тропу большого высказывания сразу обо всем через призму отношений мужчины и женщины. Дуэт Милютина и Нимани — это, в сущности, тоже Адам и Ева, только версии 2.0, где Ева сотворена не из ребра, а из покалеченного сознания Адама, да и не богом, но корпорацией, которая занимается хаотичным использованием лучших стратегий разных идеологий. «Каждый участок земли используется для капитализма», — сообщает в начале фильма тот же властный женский голос, чуть позже упоминающий и плодотворно существующий на той же территории социализм».
Целиком:
http://bit.ly/2tupjPu
#кино
слушайте, тут же Чемпионат мира во все поля (рилли?), а у меня с родным, как березки, ЧМ есть забавная история - пара текстов про отечественные фильмы о футболе для (внезапно) официального сайта этого мероприятия.
кажется, это называется "вытеснение травматического опыта": прошло два года, фильмы по большей части были чудовищные (патриотизьмь!), а редактура еще хуже, поэтому текстов всего четыре, но все они интересны с исторической (или, простите, культурологической), а неприметный фильм "Футболист" с Гафтом - вообще натуральный перестроечный нуар, который почти никто не видел, а зря.
«Вратарь» (1936)
«Удар! Еще удар!» (1968)
«Футболист» (1990)
«Коробка» (2016)
p.s. Что будет непросто, стало понятно, когда меня попросили объяснить, что за картина такая "Метрополис" Ланга, но остальную часть я бы сберег для стендап-спешла про редактирование текстов (когда ты и когда тебя), странно, что никто еще такой не сделал.
Впрочем, про три из этих фильмов так мало написано, что реально ценный материал, мне кажется.
#кино #спорт
кажется, это называется "вытеснение травматического опыта": прошло два года, фильмы по большей части были чудовищные (патриотизьмь!), а редактура еще хуже, поэтому текстов всего четыре, но все они интересны с исторической (или, простите, культурологической), а неприметный фильм "Футболист" с Гафтом - вообще натуральный перестроечный нуар, который почти никто не видел, а зря.
«Вратарь» (1936)
«Удар! Еще удар!» (1968)
«Футболист» (1990)
«Коробка» (2016)
p.s. Что будет непросто, стало понятно, когда меня попросили объяснить, что за картина такая "Метрополис" Ланга, но остальную часть я бы сберег для стендап-спешла про редактирование текстов (когда ты и когда тебя), странно, что никто еще такой не сделал.
Впрочем, про три из этих фильмов так мало написано, что реально ценный материал, мне кажется.
#кино #спорт
сейчас так редко бываю в театре, что даже старожилы канала, вероятно, стали забывать, что когда-то здесь было и про него, но вот появился повод снять бинокль с гвоздя - в ЦДР Панков поставил "Однорукого из Спокана" Макдонаха/Макдоны с Бортич в главной роли (это её дебют).
https://www.kino-teatr.ru/teatr/art/teatr/5073/
по-моему очень бойко и умно придумано, впервые текст мне прям открылся - такая мощная и заразительная режиссерская интерпретация со всеми этими ирландскими и афроамеркианскими песнями. в сущности, Панков, как и Лав Диас во "Времени дьявола", показывает, что разной степени народности песни - это аккумулятор личной и общей скорби, которая проклевывается даже через задорную и салунную аранжировку.
в общем, обратите вманиние.
#театр
https://www.kino-teatr.ru/teatr/art/teatr/5073/
по-моему очень бойко и умно придумано, впервые текст мне прям открылся - такая мощная и заразительная режиссерская интерпретация со всеми этими ирландскими и афроамеркианскими песнями. в сущности, Панков, как и Лав Диас во "Времени дьявола", показывает, что разной степени народности песни - это аккумулятор личной и общей скорби, которая проклевывается даже через задорную и салунную аранжировку.
в общем, обратите вманиние.
#театр
Кино-Театр.Ру
«Однорукий из Спокана» в ЦДР: Международная история ужасов
Владимир Панков превратил пьесу Мартина Макдонаха в салунную черную комедию с Александрой Бортич