Стрекоза из басни Крылова — это вовсе не стрекоза

В знаменитой басне «Стрекоза и Муравей» есть строки, знакомые каждому со школьной скамьи — попрыгунья Стрекоза лето красное пропела.

👉 Только вот незадача — стрекозы, как ни крути, никаких звуков не издают, петь физически не способны при всём желании.

Разгадка кроется в особенностях языка позапрошлого века. В XIX веке словом «стрекоза» называли самых разных насекомых, и настоящим героем басни на самом деле была цикада — вот кто действительно «поёт» всё лето напролёт, оглашая округу своим стрекотанием.

Именно цикада фигурирует и в первоисточниках — версиях Эзопа и Лафонтена, откуда Крылов и позаимствовал сюжет.

Но для русского читателя того времени слово «цикада» звучало бы чуждо, непривычно, а вот «стрекоза» — знакомо и понятно каждому.

#интересно

Как книгу писали одним морганием глаза — и успели её издать

Французский журналист Жан-Доминик Боби в сорок три года перенёс инсульт и оказался почти полностью парализован — от прежней жизни, полной движения и слов, осталась лишь способность моргать левым глазом.

Это состояние медики называют «синдромом запертого человека» — формулировка, от которой становится не по себе, будто человек заперт внутри собственного тела, как в тюрьме без окон.

Но Боби не сдался. Ещё до инсульта он успел подписать контракт на книгу, и вот этот контракт стал его личным вызовом судьбе.

❗️Он работал с ассистенткой, которая поочерёдно называла буквы французского алфавита, упорядоченные по частоте использования — а он морганием выбирал нужную, букву за буквой, слово за словом, в темпе, немыслимо медленном по обычным меркам.

Так за два месяца этой изнурительной, почти нечеловеческой работы родилась книга «Скафандр и бабочка», впоследствии ставшая настоящим бестселлером. А сам Боби умер от пневмонии всего через два дня после её выхода.

#интересно