Так, че:

Дурка из ММКФ-ных «Диких ночей» мотивирует языкознание, а про Хон Сан-су писать ленивей, чем ему монтировать.

Про «Выготского» — попозже, там разговор, размером с советские 30-е.

Канадский хоррор «Слив» — про мужика, который застрял головой в нужнике в подвале бара. Если вам этого мало, то побудительные его, мужика, мотивы прочтете на рандомной странице рандомного палпа из оранжевой серии «Альтернатива». Застрял по косолапости, застрял, потому что оказался «козырной вбойкой» для местного владельца и его белой крысы, натренированной на белый порошок. Мало ли почему.

В сливе есть чем занять голову: закусить собственным отрезанным ухом смыв мочи из близлежащей кабины; заказать трек группы Police бездарному голосовому помощнику; вспомнить, что нужно купить подарок на семилетие дочери. Окажись в зубах пилка для ногтей, протагонист наверняка вырезал бы поверх канализационного налета: «Мир-буллер нас всех ткнул лицом в …

Но герой отлучился в уборную не между концертными номерами Уэльбека. А я на него смотрел из вечернего Арбата, пусть преимущественно снизу-вверх, но в кампании плачущих от смеха людей. На пятом-шестом оборотах натуралистичное насилие становится данью условности. И прыскающую перфтораном гумозную шею хочется задержать в объятиях чаши Генуя (дырки в полу для спуска потребностей).

Словом, это адреналиновая мура, содержательно годящаяся на тюнинг засоров, не более.

Зато формально! Построенный на сверхкрупных планах хоррор — моя детская слабость. Когда еще и цветовая драматургия — зелёный и оранжевый в качестве опорных оттенков — одомашнивают экранные трэш и содомию — мне становится уютно. Как у Ллойда Кауфмана за пазухой. Это сегодня редкое умение.

Поэтому обошелся выше без прилагательного «бестолковый». Потому что толк из режиссера Грегори Морина и его съемочной группы выйдет, как камера в финале фильма из туалетной кабинки. Таких смекалистых ребят бы да в NASA, чтобы рекламировали другие (где еще есть будущее) планеты. Из тюбика выдавливая в лицо зрителя — который по эту сторону, где будущего нет — сублимированного лангуста.

Я уже три года бегаю по показам на ММКФ, и могу с уверенностью сказать, что мое сердце навсегда отдано «Диким ночам» — программе, которую с большой любовью собирает Егор Москвитин.

Открыла эту секцию «Чужая» Авы Марии Сафаи — очаровательный хоррор об иранке, пытающейся адаптироваться к новым реалиям в канадской школе. Это буквально ремейк «Дрянных девчонок», такое сладкое розовое безумие, в котором тема поиска своей идентичности припудрена отсылками к «Кэрри» и «Звонку», отбитым юмором, спецэффектами в духе недавнего «Скрежета» и какой-то непередаваемо-подростковой атмосферой, где, с одной стороны, почти всегда увлекательно, но с другой — одиноко и непонятно. В общем, маст си для ценителей — помечено лайком, отложено для пересмотра и магистерской.

Абсолютная противоположность — «Куколка» Рода Блэкхёрста — два часа изобретательных «кошек-мышек», снятых на 16-мм пленку. Кино, которое способно увлечь не только зернистой картинкой (а ее так не хватает, будем честны), но и чудным, абсурдным отношением к насилию — огромная женщина с кукольной головой кошмарит район. Но только она отчаянно жаждет тепла, а обертка из куклы — лишь небольшое напоминание о наших обиженных, неуслышанных внутренних детях. И вот этот кровавый сон при температуре 39 становится историей о том, как травма рождает монстра, как родитель становится фигурой, способной задушить своей любовью. 100 эмоциональных качелей из 10.

Кстати, показы фильмов еще можно поймать. Просто говорю!

Тем временем на стримингах появилась «Большая земля» с Анастасией Куимовой и Артемом Быстровым - наш маленький «Грозовой перевал» с созависимыми отношениями, роковыми влечениями и семейными пикниками у висячей скалы.

Юлия Трофимова - редкий режиссер, предыдущие фестивальные* фильмы которой не дают никаких представлений о том, какими будут следующие. Ну, кроме того, что они будут сделаны добросовестно и со смыслом. «Страна Саша», «Лгунья» и «Большая земля» - это три разных мира.

И в каждом интересно побывать.

*Знаю, что еще у нее есть прокатные комедии «Я «любила» мужа» и «Комментируй этой», но это, кажется, не наши с вами остановки. А «Большая земля» - наша.