Если вас нет в этом списке, но вы собираетесь на эту программу, срочно напишите мне в личку
@rmukumov
@rmukumov
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 5
Плата за успех: размер
Как определяется размер платы за успех (Success Fee — единовременный сбор в пользу Министерства экономики и финансов за успешное заключение соглашения о ГЧП)?
По Положению о ГЧП победитель тендера или участник прямых переговоров обязан заплатить плату за успех в размере, установленном Приложением 5 к Положению о ГЧП.
Размер платы за успех в зависимости от стоимости проекта:
• для проектов стоимостью от 1 до 10 млн долларов — 0,2%
• для проектов стоимостью от 10 до 100 млн долларов — 0,1%
• для проектов стоимостью от 100 млн до 1 млрд долларов — 0,05%
для проектов стоимостью от 1 млрд долларов и выше — 0,02%
Для проектов ГЧП стоимостью до 1 млн долларов плата за успех не взимается.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Success Fee», стр. 3–4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Плата за успех: размер
Как определяется размер платы за успех (Success Fee — единовременный сбор в пользу Министерства экономики и финансов за успешное заключение соглашения о ГЧП)?
По Положению о ГЧП победитель тендера или участник прямых переговоров обязан заплатить плату за успех в размере, установленном Приложением 5 к Положению о ГЧП.
Размер платы за успех в зависимости от стоимости проекта:
• для проектов стоимостью от 1 до 10 млн долларов — 0,2%
• для проектов стоимостью от 10 до 100 млн долларов — 0,1%
• для проектов стоимостью от 100 млн до 1 млрд долларов — 0,05%
для проектов стоимостью от 1 млрд долларов и выше — 0,02%
Для проектов ГЧП стоимостью до 1 млн долларов плата за успех не взимается.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Success Fee», стр. 3–4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍8
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 6
Плата за успех: кто может платить
Может ли частный партнёр в лице местной проектной компании платить плату за успех?
По Положению о ГЧП плата за успех вносится победителем тендера.
Тем не менее на практике государство обычно не препятствует тому, чтобы частный партнёр сам осуществлял платёж от имени победителя тендера.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Success Fee», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Плата за успех: кто может платить
Может ли частный партнёр в лице местной проектной компании платить плату за успех?
По Положению о ГЧП плата за успех вносится победителем тендера.
Тем не менее на практике государство обычно не препятствует тому, чтобы частный партнёр сам осуществлял платёж от имени победителя тендера.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Success Fee», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
JCFA: следующий шаг после MCA, или почему IFC решил поделиться короной
В прошлой паре постов про parallel loan мы разобрали Master Cooperation Agreement.
Это рамочное соглашение от 2008 года, через которое банки развития могут заходить в одну сделку параллельными траншами.
В MCA есть одно жёсткое условие.
Координатором сделки (lead arranger — ведущий организатор синдиката, который структурирует сделку и приглашает остальных) может быть только IFC.
Все остальные подписанты MCA — Proparco (Франция), DEG (Германия), FMO (Голландия), CDC Group (Великобритания), AfDB, ADB и другие — могут заходить только параллельными участниками. Координатором — никогда.
Это создаёт перекос - IFC становится единственной точкой входа для крупных сделок с участием банков развития.
Другие банки развития делят между собой роль «второго эшелона».
В 2020 году IFC решил этот перекос исправить.
Что такое JCFA?
JCFA расшифровывается как Joint Collaboration Framework Agreement, рамочное соглашение о совместной работе. Это надстройка над MCA, которая решает три проблемы.
Проблема первая.
В MCA координатор всегда IFC. В JCFA координатором может быть любой подписант.
Это значит, что Proparco может быть координатором сделки, а IFC — параллельным участником. Или DEG может быть координатором, а IFC и Proparco — параллельными.
Любая комбинация.
Проблема вторая.
MCA работает только для финансирования уже готовых проектов. Подготовительная работа (на профессиональном языке — upstream, ранняя стадия проекта: диалог с правительством, разработка регуляторики, доведение проекта до банковского состояния) в MCA не предусмотрена.
JCFA это покрывает. Подписанты могут совместно работать на ранних этапах: вести диалог о политике, подталкивать местные нормативные изменения, готовить конкретные проекты до состояния банкуемости.
Проблема третья.
JCFA закрепляет приверженность всех подписантов общим принципам смешанного концессионного финансирования (Blended Concessional Finance Principles — правила использования льготных средств вместе с коммерческими).
Это означает, что все подписанты используют одинаковые стандарты при работе с грантовыми и квази-грантовыми деньгами в одной сделке. Кто подписал и когда
Соглашение запущено в мае 2020 года.
Первыми подписантами стали:
Proparco (подразделение Французского агентства развития)
DEG (Немецкая компания инвестиций и развития)
Соглашение было создано в контексте пандемии COVID-19.
Логика была проста: масштаб финансовой поддержки, нужной развивающимся странам, был такой большой, что один IFC уже не справлялся. Другим банкам развития нужно было дать возможность брать на себя роль координатора, чтобы ускорить и расширить мобилизацию частного капитала.
В следующем посте разберём, как JCFA работает на практике, что такое pillar assessment и как этот механизм меняет ландшафт банков развития в развивающихся странах.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
В прошлой паре постов про parallel loan мы разобрали Master Cooperation Agreement.
Это рамочное соглашение от 2008 года, через которое банки развития могут заходить в одну сделку параллельными траншами.
В MCA есть одно жёсткое условие.
Координатором сделки (lead arranger — ведущий организатор синдиката, который структурирует сделку и приглашает остальных) может быть только IFC.
Все остальные подписанты MCA — Proparco (Франция), DEG (Германия), FMO (Голландия), CDC Group (Великобритания), AfDB, ADB и другие — могут заходить только параллельными участниками. Координатором — никогда.
Это создаёт перекос - IFC становится единственной точкой входа для крупных сделок с участием банков развития.
Другие банки развития делят между собой роль «второго эшелона».
В 2020 году IFC решил этот перекос исправить.
Что такое JCFA?
JCFA расшифровывается как Joint Collaboration Framework Agreement, рамочное соглашение о совместной работе. Это надстройка над MCA, которая решает три проблемы.
Проблема первая.
В MCA координатор всегда IFC. В JCFA координатором может быть любой подписант.
Это значит, что Proparco может быть координатором сделки, а IFC — параллельным участником. Или DEG может быть координатором, а IFC и Proparco — параллельными.
Любая комбинация.
Проблема вторая.
MCA работает только для финансирования уже готовых проектов. Подготовительная работа (на профессиональном языке — upstream, ранняя стадия проекта: диалог с правительством, разработка регуляторики, доведение проекта до банковского состояния) в MCA не предусмотрена.
JCFA это покрывает. Подписанты могут совместно работать на ранних этапах: вести диалог о политике, подталкивать местные нормативные изменения, готовить конкретные проекты до состояния банкуемости.
Проблема третья.
JCFA закрепляет приверженность всех подписантов общим принципам смешанного концессионного финансирования (Blended Concessional Finance Principles — правила использования льготных средств вместе с коммерческими).
Это означает, что все подписанты используют одинаковые стандарты при работе с грантовыми и квази-грантовыми деньгами в одной сделке. Кто подписал и когда
Соглашение запущено в мае 2020 года.
Первыми подписантами стали:
Proparco (подразделение Французского агентства развития)
DEG (Немецкая компания инвестиций и развития)
Соглашение было создано в контексте пандемии COVID-19.
Логика была проста: масштаб финансовой поддержки, нужной развивающимся странам, был такой большой, что один IFC уже не справлялся. Другим банкам развития нужно было дать возможность брать на себя роль координатора, чтобы ускорить и расширить мобилизацию частного капитала.
В следующем посте разберём, как JCFA работает на практике, что такое pillar assessment и как этот механизм меняет ландшафт банков развития в развивающихся странах.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
🔥5
JCFA на практике: как банки развития проверяют друг друга
В прошлом посте разобрали суть JCFA. Теперь — как этот механизм работает в реальной сделке.
Pillar assessment — взаимная проверка
Чтобы получить право быть координатором сделки в формате JCFA, банк развития должен пройти процедуру под названием pillar assessment (оценка по столпам, или оценка соответствия по ключевым требованиям).
Это взаимная проверка систем и процедур.
Каждый подписант проверяет каждого другого по ряду критериев:
• системы оценки экологических и социальных рисков
• процедуры предварительной проверки заёмщиков и проектов
стандарты противодействия коррупции и отмыванию денег
• финансовая устойчивость самого банка развития
• операционные процедуры выдачи и обслуживания кредитов
Если банк проходит pillar assessment, остальные подписанты признают его системы достаточными для того, чтобы он мог выступать координатором сделок.
Это даёт практический результат: остальные подписанты при заходе в сделку под координацией прошедшего проверку банка не дублируют его due diligence (предварительную проверку проекта).
Используются результаты координатора. Это сильно ускоряет сделку.
Что меняется на земле
Раньше большая сделка с несколькими банками развития шла так: IFC выступает координатором, другие заходят за ним, каждый делает свою предварительную проверку, согласование условий тянется месяцами.
С JCFA картина становится гибче.
Если речь о сделке во франкоязычной Африке — координатором логично делать Proparco.
У них там сильнейшая местная экспертиза, разветвлённая офисная сеть и глубокие отношения с правительствами.
Если о сделке в Восточной Европе или СНГ — координатором может быть EBRD (после подписания JCFA, если оно состоялось).
Если о крупном проекте в Центральной Азии с участием Японии — координатором может быть JICA.
Каждый банк развития работает там, где у него больше экспертизы.
IFC перестаёт быть «универсальным координатором по умолчанию».
Почему это важно для нашего региона
В Центральной Азии большинство крупных инфраструктурных проектов финансируются через MCA с IFC в роли координатора.
Это работает, но создаёт узкое место — один институт обрабатывает поток сделок со всего мира.
JCFA даёт возможность EBRD или ADB (если они подпишут) выступать координаторами региональных сделок, разгружая IFC и одновременно ускоряя процесс для заёмщиков.
Дополнительный эффект — на ранней стадии.
JCFA предусматривает совместную работу нескольких банков развития над диалогом с правительством, развитием нормативной базы и подготовкой проектов до состояния банкуемости.
То есть несколько банков развития могут вместе помогать стране выстроить нормативное поле для ГЧП, а потом совместно финансировать первые проекты.
Это особенно ценно для стран Центральной Азии и Кавказа, где регулирование ГЧП ещё формируется, а спрос на инфраструктурное финансирование быстро растёт.
Что в итоге
JCFA — это не замена MCA, а его расширение. MCA остаётся рабочим инструментом для классических сделок с IFC во главе.
JCFA добавляет два слоя: возможность другим банкам развития быть координаторами и совместную работу на ранней стадии.
Для спонсоров это означает большую гибкость в выборе координатора и более глубокое сопровождение сделок с этапа подготовки нормативной базы.
Для банков развития — возможность быстрее реагировать на потребности заёмщиков и распределять нагрузку.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
В прошлом посте разобрали суть JCFA. Теперь — как этот механизм работает в реальной сделке.
Pillar assessment — взаимная проверка
Чтобы получить право быть координатором сделки в формате JCFA, банк развития должен пройти процедуру под названием pillar assessment (оценка по столпам, или оценка соответствия по ключевым требованиям).
Это взаимная проверка систем и процедур.
Каждый подписант проверяет каждого другого по ряду критериев:
• системы оценки экологических и социальных рисков
• процедуры предварительной проверки заёмщиков и проектов
стандарты противодействия коррупции и отмыванию денег
• финансовая устойчивость самого банка развития
• операционные процедуры выдачи и обслуживания кредитов
Если банк проходит pillar assessment, остальные подписанты признают его системы достаточными для того, чтобы он мог выступать координатором сделок.
Это даёт практический результат: остальные подписанты при заходе в сделку под координацией прошедшего проверку банка не дублируют его due diligence (предварительную проверку проекта).
Используются результаты координатора. Это сильно ускоряет сделку.
Что меняется на земле
Раньше большая сделка с несколькими банками развития шла так: IFC выступает координатором, другие заходят за ним, каждый делает свою предварительную проверку, согласование условий тянется месяцами.
С JCFA картина становится гибче.
Если речь о сделке во франкоязычной Африке — координатором логично делать Proparco.
У них там сильнейшая местная экспертиза, разветвлённая офисная сеть и глубокие отношения с правительствами.
Если о сделке в Восточной Европе или СНГ — координатором может быть EBRD (после подписания JCFA, если оно состоялось).
Если о крупном проекте в Центральной Азии с участием Японии — координатором может быть JICA.
Каждый банк развития работает там, где у него больше экспертизы.
IFC перестаёт быть «универсальным координатором по умолчанию».
Почему это важно для нашего региона
В Центральной Азии большинство крупных инфраструктурных проектов финансируются через MCA с IFC в роли координатора.
Это работает, но создаёт узкое место — один институт обрабатывает поток сделок со всего мира.
JCFA даёт возможность EBRD или ADB (если они подпишут) выступать координаторами региональных сделок, разгружая IFC и одновременно ускоряя процесс для заёмщиков.
Дополнительный эффект — на ранней стадии.
JCFA предусматривает совместную работу нескольких банков развития над диалогом с правительством, развитием нормативной базы и подготовкой проектов до состояния банкуемости.
То есть несколько банков развития могут вместе помогать стране выстроить нормативное поле для ГЧП, а потом совместно финансировать первые проекты.
Это особенно ценно для стран Центральной Азии и Кавказа, где регулирование ГЧП ещё формируется, а спрос на инфраструктурное финансирование быстро растёт.
Что в итоге
JCFA — это не замена MCA, а его расширение. MCA остаётся рабочим инструментом для классических сделок с IFC во главе.
JCFA добавляет два слоя: возможность другим банкам развития быть координаторами и совместную работу на ранней стадии.
Для спонсоров это означает большую гибкость в выборе координатора и более глубокое сопровождение сделок с этапа подготовки нормативной базы.
Для банков развития — возможность быстрее реагировать на потребности заёмщиков и распределять нагрузку.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍4❤1
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 7
Частная инициатива: возмещение расходов
Если в течение 45 дней в ответ на приглашение третьим лицам выразить заинтересованность в реализации проекта откликается третья сторона, и частный инициатор не побеждает в тендере — будут ли расходы частного инициатора возмещены в полном объёме?
По Закону о ГЧП, если частный инициатор не объявлен победителем тендера, фактические расходы, понесённые им при подготовке проекта ГЧП, возмещаются победителем тендера или резервным победителем.
Размер возмещения не может превышать 1% от общей стоимости проекта.
И это не Swiss challenge.
Swiss Challenge- это право инициатора подписать соглашение на условиях победителя тендера.
Не путайте!
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Unsolicited Proposals», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Частная инициатива: возмещение расходов
Если в течение 45 дней в ответ на приглашение третьим лицам выразить заинтересованность в реализации проекта откликается третья сторона, и частный инициатор не побеждает в тендере — будут ли расходы частного инициатора возмещены в полном объёме?
По Закону о ГЧП, если частный инициатор не объявлен победителем тендера, фактические расходы, понесённые им при подготовке проекта ГЧП, возмещаются победителем тендера или резервным победителем.
Размер возмещения не может превышать 1% от общей стоимости проекта.
И это не Swiss challenge.
Swiss Challenge- это право инициатора подписать соглашение на условиях победителя тендера.
Не путайте!
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Unsolicited Proposals», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍7
Анатомия переговоров с синдикатом: кто за каким столом сидит
В серии про синдикаты лендеров я обещал рассказать, как структурируются переговоры с несколькими кредиторами одновременно. Возвращаю долг.
Когда в сделке один банк — переговоры идут между двумя сторонами: спонсор и банк. Понятно, кто за каким столом сидит, понятно, кто что согласовывает.
Когда банков несколько — структура переговоров кардинально другая.
Три параллельных потока переговоров
В крупной сделке проектного финансирования с синдикатом одновременно идут три потока переговоров. Часто параллельно, иногда последовательно, но почти никогда не пересекаясь напрямую.
Поток первый.
Спонсор и координатор сделки.
Координатор сделки (mandated lead arranger, MLA — банк, получивший от спонсора официальный мандат на структурирование сделки и сбор синдиката) ведёт основные переговоры со спонсором. Согласовываются ключевые коммерческие условия: размер кредита, ставка, срок, график погашения, ковенанты, обеспечение.
Результат фиксируется сначала в term sheet (предварительный документ с ключевыми условиями), потом в финальных кредитных документах.
Координатор не выступает от себя. Он представляет интересы всего будущего синдиката. Поэтому каждое существенное условие, согласованное со спонсором, координатор должен потом «продать» остальным участникам синдиката.
Поток второй.
Координатор и потенциальные участники синдиката.
Параллельно с переговорами со спонсором координатор ведёт переговоры с банками, которых хочет привлечь в синдикат.
Это называется syndication process (процесс синдицирования).
Каждый потенциальный участник проводит свою предварительную проверку (due diligence) проекта и спонсора.
Каждый имеет свои внутренние правила по DSCR, по уровню equity, по требованиям к экологическим и социальным стандартам.
Результат потока — commitments (твёрдые обязательства каждого участника войти в сделку с конкретной суммой на конкретных условиях).
Без сбора достаточного объёма commitments сделка не закрывается.
Поток третий.
Между самими банками синдиката.
Третий стол переговоров спонсор обычно даже не видит. Это переговоры между банками о том, как они будут жить друг с другом всё время существования сделки.
Результат этих переговоров фиксируется в двух документах:
• Common Terms Agreement (CTA — соглашение об общих условиях): определяет общие для всех участников условия выдачи и обслуживания, порядок выборки траншей, проектные счета, права голосования при изменениях
• Intercreditor Agreement (соглашение между кредиторами): регулирует отношения между самими банками — приоритет требований, порядок голосования по ключевым решениям, что происходит при дефолте, как делится выручка от реализации обеспечения
В следующем посте разберём, кто на этих переговорах побеждает чаще всего, какие роли распределяются между банками синдиката после закрытия сделки и что меняется, когда в синдикате есть банк развития.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
В серии про синдикаты лендеров я обещал рассказать, как структурируются переговоры с несколькими кредиторами одновременно. Возвращаю долг.
Когда в сделке один банк — переговоры идут между двумя сторонами: спонсор и банк. Понятно, кто за каким столом сидит, понятно, кто что согласовывает.
Когда банков несколько — структура переговоров кардинально другая.
Три параллельных потока переговоров
В крупной сделке проектного финансирования с синдикатом одновременно идут три потока переговоров. Часто параллельно, иногда последовательно, но почти никогда не пересекаясь напрямую.
Поток первый.
Спонсор и координатор сделки.
Координатор сделки (mandated lead arranger, MLA — банк, получивший от спонсора официальный мандат на структурирование сделки и сбор синдиката) ведёт основные переговоры со спонсором. Согласовываются ключевые коммерческие условия: размер кредита, ставка, срок, график погашения, ковенанты, обеспечение.
Результат фиксируется сначала в term sheet (предварительный документ с ключевыми условиями), потом в финальных кредитных документах.
Координатор не выступает от себя. Он представляет интересы всего будущего синдиката. Поэтому каждое существенное условие, согласованное со спонсором, координатор должен потом «продать» остальным участникам синдиката.
Поток второй.
Координатор и потенциальные участники синдиката.
Параллельно с переговорами со спонсором координатор ведёт переговоры с банками, которых хочет привлечь в синдикат.
Это называется syndication process (процесс синдицирования).
Каждый потенциальный участник проводит свою предварительную проверку (due diligence) проекта и спонсора.
Каждый имеет свои внутренние правила по DSCR, по уровню equity, по требованиям к экологическим и социальным стандартам.
Результат потока — commitments (твёрдые обязательства каждого участника войти в сделку с конкретной суммой на конкретных условиях).
Без сбора достаточного объёма commitments сделка не закрывается.
Поток третий.
Между самими банками синдиката.
Третий стол переговоров спонсор обычно даже не видит. Это переговоры между банками о том, как они будут жить друг с другом всё время существования сделки.
Результат этих переговоров фиксируется в двух документах:
• Common Terms Agreement (CTA — соглашение об общих условиях): определяет общие для всех участников условия выдачи и обслуживания, порядок выборки траншей, проектные счета, права голосования при изменениях
• Intercreditor Agreement (соглашение между кредиторами): регулирует отношения между самими банками — приоритет требований, порядок голосования по ключевым решениям, что происходит при дефолте, как делится выручка от реализации обеспечения
В следующем посте разберём, кто на этих переговорах побеждает чаще всего, какие роли распределяются между банками синдиката после закрытия сделки и что меняется, когда в синдикате есть банк развития.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍3❤1🔥1
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 8
Частная инициатива: основания для отказа
Какие могут быть основания для отказа в принятии частной инициативы?
Частная инициатива от частного инициатора может быть отклонена потенциальным публичным партнёром по следующим основаниям:
• несоответствие частного инициатора требованиям Закона о ГЧП
• отсутствие у потенциального публичного партнёра права хозяйственного ведения или права оперативного управления в отношении объекта ГЧП
• отсутствие необходимости в проектировании, строительстве, финансировании, реконструкции, эксплуатации и обслуживании объекта ГЧП
• отсутствие экономической целесообразности и/или общественной потребности в реализации проекта
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Unsolicited Proposals», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Частная инициатива: основания для отказа
Какие могут быть основания для отказа в принятии частной инициативы?
Частная инициатива от частного инициатора может быть отклонена потенциальным публичным партнёром по следующим основаниям:
• несоответствие частного инициатора требованиям Закона о ГЧП
• отсутствие у потенциального публичного партнёра права хозяйственного ведения или права оперативного управления в отношении объекта ГЧП
• отсутствие необходимости в проектировании, строительстве, финансировании, реконструкции, эксплуатации и обслуживании объекта ГЧП
• отсутствие экономической целесообразности и/или общественной потребности в реализации проекта
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Unsolicited Proposals», стр. 4.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍2
Кто побеждает и что меняет банк развития
Кто побеждает в переговорах с синдикатом и что меняет банк развития
В прошлом посте разобрали, как устроены три параллельных потока переговоров в синдицированной сделке.
Теперь — про баланс сил.
Кто реально диктует условия
Распространённое заблуждение: в синдикате все банки равны, согласование идёт коллегиально, каждый имеет равный голос.
В реальности же — нет.
В синдикате почти всегда есть иерархия.
Координатор сделки (mandated lead arranger) держит наибольшую долю и формирует структуру.
Часто рядом с ним работают co-arrangers (со-организаторы) — крупные участники, которые помогают со структурированием и тоже держат значительные доли.
Остальные участники, которые заходят в сделку через participation agreement (соглашение об участии), формально имеют свои права. Но на практике они принимают условия, согласованные координатором и со-организаторами.
Иначе сделка просто не закроется в разумные сроки.
В голосованиях по ключевым решениям обычно действует правило квалифицированного большинства.
По стандартной практике — 66 2/3% от общего объёма кредита.
То есть если координатор плюс пара со-организаторов держат больше двух третей сделки, остальные участники могут только принимать решения большинства.
Распределение операционных ролей после закрытия сделки
После закрытия сделки и начала её обслуживания между банками синдиката распределяются специальные роли.
Это не привилегии, а рабочие функции, за которые конкретный банк отвечает перед остальными.
Facility agent (агент по кредиту): администрирует кредит — проверяет выполнение условий выборки, рассчитывает проценты, направляет требования заёмщику. По стандартной практике действует по инструкциям квалифицированного большинства синдиката
Account bank (банк-держатель счетов): через него проходят все денежные потоки проекта. Получает выручку, распределяет платежи по водопаду, ведёт резервные счета
Insurance bank (страховой банк): ведёт переговоры по страховому покрытию проекта от лица всего синдиката, работает со страховым консультантом
Security agent (агент по обеспечению): держит обеспечение от имени всех банков синдиката
Это распределение ролей решает практическую задачу.
Если бы каждое из этих действий каждый банк делал самостоятельно, заёмщик задохнулся бы под потоком запросов.
Что же меняется, когда в синдикате банк развития?
Когда в синдикат заходит банк развития — IFC, EBRD, ADB, AIIB или другой — баланс сил серьёзно меняется.
Во-первых, банк развития практически всегда становится координатором или одним из ведущих организаторов. Это связано не только с размером его доли, но и с тем, что коммерческие банки ценят его экспертизу в развивающихся странах и хотят опираться на его предварительную проверку.
Во-вторых, условия сделки фактически переписываются под стандарты банка развития.
Об этом я подробно рассказывал в постах про четыре требования банков развития — это процедуры закупок, экологический и социальный пакет, наблюдение и стандарты противодействия коррупции.
Коммерческие банки в синдикате эти условия принимают почти без сопротивления.
Альтернатива — сделка не закроется, или они получат меньшую защиту через preferred creditor status.
В-третьих, время сделки растягивается.
Стандартный срок от мандатного письма до закрытия в коммерческой сделке — 9–12 месяцев. С банком развития — 2–3 года. Это плата за качество и за защиту, которые приносит банк развития.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Кто побеждает в переговорах с синдикатом и что меняет банк развития
В прошлом посте разобрали, как устроены три параллельных потока переговоров в синдицированной сделке.
Теперь — про баланс сил.
Кто реально диктует условия
Распространённое заблуждение: в синдикате все банки равны, согласование идёт коллегиально, каждый имеет равный голос.
В реальности же — нет.
В синдикате почти всегда есть иерархия.
Координатор сделки (mandated lead arranger) держит наибольшую долю и формирует структуру.
Часто рядом с ним работают co-arrangers (со-организаторы) — крупные участники, которые помогают со структурированием и тоже держат значительные доли.
Остальные участники, которые заходят в сделку через participation agreement (соглашение об участии), формально имеют свои права. Но на практике они принимают условия, согласованные координатором и со-организаторами.
Иначе сделка просто не закроется в разумные сроки.
В голосованиях по ключевым решениям обычно действует правило квалифицированного большинства.
По стандартной практике — 66 2/3% от общего объёма кредита.
То есть если координатор плюс пара со-организаторов держат больше двух третей сделки, остальные участники могут только принимать решения большинства.
Распределение операционных ролей после закрытия сделки
После закрытия сделки и начала её обслуживания между банками синдиката распределяются специальные роли.
Это не привилегии, а рабочие функции, за которые конкретный банк отвечает перед остальными.
Facility agent (агент по кредиту): администрирует кредит — проверяет выполнение условий выборки, рассчитывает проценты, направляет требования заёмщику. По стандартной практике действует по инструкциям квалифицированного большинства синдиката
Account bank (банк-держатель счетов): через него проходят все денежные потоки проекта. Получает выручку, распределяет платежи по водопаду, ведёт резервные счета
Insurance bank (страховой банк): ведёт переговоры по страховому покрытию проекта от лица всего синдиката, работает со страховым консультантом
Security agent (агент по обеспечению): держит обеспечение от имени всех банков синдиката
Это распределение ролей решает практическую задачу.
Если бы каждое из этих действий каждый банк делал самостоятельно, заёмщик задохнулся бы под потоком запросов.
Что же меняется, когда в синдикате банк развития?
Когда в синдикат заходит банк развития — IFC, EBRD, ADB, AIIB или другой — баланс сил серьёзно меняется.
Во-первых, банк развития практически всегда становится координатором или одним из ведущих организаторов. Это связано не только с размером его доли, но и с тем, что коммерческие банки ценят его экспертизу в развивающихся странах и хотят опираться на его предварительную проверку.
Во-вторых, условия сделки фактически переписываются под стандарты банка развития.
Об этом я подробно рассказывал в постах про четыре требования банков развития — это процедуры закупок, экологический и социальный пакет, наблюдение и стандарты противодействия коррупции.
Коммерческие банки в синдикате эти условия принимают почти без сопротивления.
Альтернатива — сделка не закроется, или они получат меньшую защиту через preferred creditor status.
В-третьих, время сделки растягивается.
Стандартный срок от мандатного письма до закрытия в коммерческой сделке — 9–12 месяцев. С банком развития — 2–3 года. Это плата за качество и за защиту, которые приносит банк развития.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍3
Главный вывод для спонсора
При работе с синдикатом спонсор должен понимать одну вещь.
Сделка идёт не одна, а три.
И каждая требует своей переговорной стратегии.
С координатором — про коммерческие условия и общую логику структуры.
С потенциальными участниками синдиката (косвенно, через координатора) — про привлекательность сделки в целом, чтобы они захотели в неё войти.
С банком развития (если есть) — про соответствие его стандартам и готовность к удлинённому сроку подготовки.
Тот спонсор, который заходит на переговоры с пониманием всех трёх слоёв — выходит с банкуемой сделкой.
Тот, который думает, что переговоры идут только за одним столом — рискует получить структуру, в которой банки потом передерутся между собой через intercreditor agreement, а спонсор будет крайним.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
При работе с синдикатом спонсор должен понимать одну вещь.
Сделка идёт не одна, а три.
И каждая требует своей переговорной стратегии.
С координатором — про коммерческие условия и общую логику структуры.
С потенциальными участниками синдиката (косвенно, через координатора) — про привлекательность сделки в целом, чтобы они захотели в неё войти.
С банком развития (если есть) — про соответствие его стандартам и готовность к удлинённому сроку подготовки.
Тот спонсор, который заходит на переговоры с пониманием всех трёх слоёв — выходит с банкуемой сделкой.
Тот, который думает, что переговоры идут только за одним столом — рискует получить структуру, в которой банки потом передерутся между собой через intercreditor agreement, а спонсор будет крайним.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍2🔥2
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 9
Прямые переговоры: ограничения на присуждение проекта
Накладывает ли законодательство Узбекистана какие-либо ограничения на присуждение проекта ГЧП через прямые переговоры?
Закон о ГЧП и Положение о ГЧП допускают присуждение проекта ГЧП через прямые переговоры без проведения тендера на основании решения публичного партнёра только при соблюдении одного из следующих критериев:
• проект направлен на обеспечение обороноспособности и безопасности государства
• частный партнёр обладает исключительными правами на результаты интеллектуальной деятельности, иными исключительными правами, земельным участком, иным недвижимым имуществом и иной собственностью, которые являются необходимым условием для реализации проекта ГЧП
• прямые переговоры проводятся на основании указа или распоряжения Президента или постановления Кабинета Министров Узбекистана
• в случае частной инициативы — если ни одна третья сторона не выразила заинтересованности в течение 45 дней после публикации запроса о выражении заинтересованности
При этом отраслевое законодательство Узбекистана может устанавливать ограничения на присуждение проектов ГЧП через прямые переговоры.
В частности, по Водному кодексу (от 30 июля 2025 года) передача водохозяйственных объектов и услуг в ГЧП осуществляется исключительно на конкурсной основе, то есть через тендер.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Direct Negotiations», стр. 4–5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Прямые переговоры: ограничения на присуждение проекта
Накладывает ли законодательство Узбекистана какие-либо ограничения на присуждение проекта ГЧП через прямые переговоры?
Закон о ГЧП и Положение о ГЧП допускают присуждение проекта ГЧП через прямые переговоры без проведения тендера на основании решения публичного партнёра только при соблюдении одного из следующих критериев:
• проект направлен на обеспечение обороноспособности и безопасности государства
• частный партнёр обладает исключительными правами на результаты интеллектуальной деятельности, иными исключительными правами, земельным участком, иным недвижимым имуществом и иной собственностью, которые являются необходимым условием для реализации проекта ГЧП
• прямые переговоры проводятся на основании указа или распоряжения Президента или постановления Кабинета Министров Узбекистана
• в случае частной инициативы — если ни одна третья сторона не выразила заинтересованности в течение 45 дней после публикации запроса о выражении заинтересованности
При этом отраслевое законодательство Узбекистана может устанавливать ограничения на присуждение проектов ГЧП через прямые переговоры.
В частности, по Водному кодексу (от 30 июля 2025 года) передача водохозяйственных объектов и услуг в ГЧП осуществляется исключительно на конкурсной основе, то есть через тендер.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «Direct Negotiations», стр. 4–5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍5
Кочабамба: как ГЧП в водном секторе закончилось отменой за 5 месяцев
Друзья, начинаем серию постов про знаменитые арбитражные кейсы в ГЧП. Просьба юристов. А юристы - они такие въедливые, не отстанут.
Итак, начинаем.
Первый герой − дело Aguas del Tunari против Боливии (ICSID, ARB/02/3), более известное как "Водная война в Кочабамбе".
Если коротко: концессия на 40 лет, расторгнутая через 5 месяцев.
Уличные протесты, военное положение, погибший подросток, международный арбитраж и в финале − символическое урегулирование на 30 центов.
Мировой резонанс такой, что про эту историю снят художественный фильм ("También la lluvia", 2010).
Так что ж произошло?
Конец 1990-х. Кочабамба − третий по величине город Боливии, около 600 тысяч жителей.
Государственный водоканал SEMAPA в плачевном состоянии: к сети подключено около 60% города, вода идёт несколько часов в сутки, потери в сети огромные. Остальные жители покупают воду у частных водовозов − в разы дороже тарифа.
Под давлением Всемирного банка (который увязал кредиты с приватизацией водного сектора) Боливия объявляет конкурс на концессию.
Конкурс собирает ровно одного участника − консорциум Aguas del Tunari, в котором ключевую роль играет американский Bechtel, испанская Abengoa и несколько боливийских компаний.
В сентябре 1999 года подписан 40-летний концессионный договор. С 1 ноября частный партнёр заходит на объект.
И вот тут начинается интересное
В январе 2000 года, через два месяца после старта, тарифы вырастают − по разным оценкам от 35% до 200% для отдельных категорий потребителей. Официально − средний рост 35%. На практике для семей, чей счёт за воду перешёл планку в $20 в месяц при доходе $100 − это шок.
Дальше как по учебнику: митинги, перекрытые улицы, всеобщая забастовка. К февралю правительство откатывает тариф назад. Но протест уже стал не про деньги, а про принцип.
В апреле 2000-го − кульминация.
Введено военное положение. В столкновениях гибнет 17-летний школьник Виктор Уго Даза. Через несколько дней правительство в одностороннем порядке расторгает концессию.
Арбитраж
В ноябре 2001 года Aguas del Tunari подаёт иск в международный суд при Всемирном банке - ICSID на основании двустороннего инвестиционного договора между Нидерландами и Боливией.
Сумма требований − около $50 млн ($25 млн прямых убытков + $25 млн упущенной выгоды).
В 2005 году трибунал признаёт свою юрисдикцию. В 2006 году стороны подписывают мировое: компания отзывает все требования за символический платёж в 2 боливиано (около 30 центов).
Формально − ничья. Фактически − уход частного партнёра без компенсации и слом всей политики приватизации воды в Боливии.
В следующем посте разберём структуру самой сделки − где там были зашиты будущие проблемы.
Спойлер от нас: их было сразу несколько, и почти все они касаются вопросов, которые мы как консультанты разбираем с клиентами на стадии структурирования.
Вот как-то так. Если интересно продолжение − лайк/огонёк/сердечко.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Друзья, начинаем серию постов про знаменитые арбитражные кейсы в ГЧП. Просьба юристов. А юристы - они такие въедливые, не отстанут.
Итак, начинаем.
Первый герой − дело Aguas del Tunari против Боливии (ICSID, ARB/02/3), более известное как "Водная война в Кочабамбе".
Если коротко: концессия на 40 лет, расторгнутая через 5 месяцев.
Уличные протесты, военное положение, погибший подросток, международный арбитраж и в финале − символическое урегулирование на 30 центов.
Мировой резонанс такой, что про эту историю снят художественный фильм ("También la lluvia", 2010).
Так что ж произошло?
Конец 1990-х. Кочабамба − третий по величине город Боливии, около 600 тысяч жителей.
Государственный водоканал SEMAPA в плачевном состоянии: к сети подключено около 60% города, вода идёт несколько часов в сутки, потери в сети огромные. Остальные жители покупают воду у частных водовозов − в разы дороже тарифа.
Под давлением Всемирного банка (который увязал кредиты с приватизацией водного сектора) Боливия объявляет конкурс на концессию.
Конкурс собирает ровно одного участника − консорциум Aguas del Tunari, в котором ключевую роль играет американский Bechtel, испанская Abengoa и несколько боливийских компаний.
В сентябре 1999 года подписан 40-летний концессионный договор. С 1 ноября частный партнёр заходит на объект.
И вот тут начинается интересное
В январе 2000 года, через два месяца после старта, тарифы вырастают − по разным оценкам от 35% до 200% для отдельных категорий потребителей. Официально − средний рост 35%. На практике для семей, чей счёт за воду перешёл планку в $20 в месяц при доходе $100 − это шок.
Дальше как по учебнику: митинги, перекрытые улицы, всеобщая забастовка. К февралю правительство откатывает тариф назад. Но протест уже стал не про деньги, а про принцип.
В апреле 2000-го − кульминация.
Введено военное положение. В столкновениях гибнет 17-летний школьник Виктор Уго Даза. Через несколько дней правительство в одностороннем порядке расторгает концессию.
Арбитраж
В ноябре 2001 года Aguas del Tunari подаёт иск в международный суд при Всемирном банке - ICSID на основании двустороннего инвестиционного договора между Нидерландами и Боливией.
Сумма требований − около $50 млн ($25 млн прямых убытков + $25 млн упущенной выгоды).
В 2005 году трибунал признаёт свою юрисдикцию. В 2006 году стороны подписывают мировое: компания отзывает все требования за символический платёж в 2 боливиано (около 30 центов).
Формально − ничья. Фактически − уход частного партнёра без компенсации и слом всей политики приватизации воды в Боливии.
В следующем посте разберём структуру самой сделки − где там были зашиты будущие проблемы.
Спойлер от нас: их было сразу несколько, и почти все они касаются вопросов, которые мы как консультанты разбираем с клиентами на стадии структурирования.
Вот как-то так. Если интересно продолжение − лайк/огонёк/сердечко.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
❤9👍6
Воркшопы по ГЧП в 2026 - три темы, которые стоит послушать
Коллеги, нам тут на почту прилетело приглашение от MCDF на серию воркшопов 2026 года, и мы решили поделиться - формат толковый, спикеры серьёзные.
Организуют совместно: MCDF, Минфин Египта, AfDB, ADB, CAF, ЕАБР, PPIAF Всемирного банка и WAPPP. То есть это не очередной "вебинар про ГЧП", а реальная сборка ключевых IFI и практиков.
Цифры для понимания: предыдущие две серии собрали 665 участников из 73 стран.
Расписание:
📌 13 мая - Capacity Building в ГЧП (онлайн)
📌 17 июня - Инновации в структурировании сделок (онлайн)
📌 22 июля - ГЧП в дата-центрах (гибрид, Найроби)
Особенно интересен июльский воркшоп по дата-центрам - тема для Центральной Азии супер-актуальная, а структурировать такие проекты в формате ГЧП мало кто умеет.
Страница мероприятия
Регистрация в Zoom
Вопросы по организации - Lulu Meng Gu (meng.gu@themcdf.org).
Кто планирует участвовать - ставьте 🔥, поделимся впечатлениями после первого воркшопа.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Коллеги, нам тут на почту прилетело приглашение от MCDF на серию воркшопов 2026 года, и мы решили поделиться - формат толковый, спикеры серьёзные.
Организуют совместно: MCDF, Минфин Египта, AfDB, ADB, CAF, ЕАБР, PPIAF Всемирного банка и WAPPP. То есть это не очередной "вебинар про ГЧП", а реальная сборка ключевых IFI и практиков.
Цифры для понимания: предыдущие две серии собрали 665 участников из 73 стран.
Расписание:
📌 13 мая - Capacity Building в ГЧП (онлайн)
📌 17 июня - Инновации в структурировании сделок (онлайн)
📌 22 июля - ГЧП в дата-центрах (гибрид, Найроби)
Особенно интересен июльский воркшоп по дата-центрам - тема для Центральной Азии супер-актуальная, а структурировать такие проекты в формате ГЧП мало кто умеет.
Страница мероприятия
Регистрация в Zoom
Вопросы по организации - Lulu Meng Gu (meng.gu@themcdf.org).
Кто планирует участвовать - ставьте 🔥, поделимся впечатлениями после первого воркшопа.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
🔥4👍3
Зачем в ГЧП нужны консультанты в лице банков развития?
Новость о том, что АБР подписал соглашение с Министерством науки и высшего образования Казахстана и Satbayev University по подготовке проекта студенческого общежития через ГЧП, важна не только сама по себе.
Важно другое: в Казахстане может появиться практический ориентир, как готовить нормальные, банковские и понятные рынку ГЧП-проекты.
Зачем здесь нужны банки развития?
1. Они приносят международную практику.
Не теорию из учебника, а опыт реальных сделок: как распределять риски, как структурировать платежи, как готовить конкурс, как сделать проект интересным для инвесторов и при этом приемлемым для государства.
2. Они помогают менять законодательство.
Хороший закон о ГЧП не появляется сам по себе. Он должен учитывать реальные сделки, бюджетные риски, интересы инвесторов, требования кредиторов и возможности государственного партнёра.
3. Они помогают перейти от “идей” к сделкам.
Многие страны имеют длинные списки потенциальных ГЧП-проектов. Но пайплайн — это не список желаний. Это набор проектов, которые можно подготовить, проверить, структурировать и вывести на рынок.
4. Они повышают качество проектной документации.
Шаблоны, стандарты, модели договоров, подходы к оценке рисков — всё это снижает вероятность случайных и плохо подготовленных решений.
5. Они создают доверие рынка.
Когда проект готовится при участии АБР или другого банка развития, инвесторы понимают: структура, распределение рисков и конкурсная процедура, скорее всего, будут ближе к международной практике.
Особенно важно, что проект Satbayev University заявлен как один из первых user-pay PPP в рамках нового закона о ГЧП Казахстана 2025 года. Если сделка будет подготовлена качественно, она может стать ориентиром для последующих проектов студенческого жилья.
От себя добавлю: очень хочется, чтобы после таких проектов на рынке стало меньше “кривоватых” ГЧП, где риск спроса без должного анализа перекладывается на частного партнёра, а отдельные элементы объекта — например, первые этажи — оказываются в собственности частного партнёра “на всю жизнь”.
ГЧП — это не способ обойти бюджетные ограничения и не форма скрытой приватизации. Это инструмент, который работает только тогда, когда проект правильно подготовлен, риски разумно распределены, а публичный интерес защищён.
Поэтому участие банков развития в качестве консультантов — это не формальность. Это вклад в качество рынка ГЧП.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Новость о том, что АБР подписал соглашение с Министерством науки и высшего образования Казахстана и Satbayev University по подготовке проекта студенческого общежития через ГЧП, важна не только сама по себе.
Важно другое: в Казахстане может появиться практический ориентир, как готовить нормальные, банковские и понятные рынку ГЧП-проекты.
Зачем здесь нужны банки развития?
1. Они приносят международную практику.
Не теорию из учебника, а опыт реальных сделок: как распределять риски, как структурировать платежи, как готовить конкурс, как сделать проект интересным для инвесторов и при этом приемлемым для государства.
2. Они помогают менять законодательство.
Хороший закон о ГЧП не появляется сам по себе. Он должен учитывать реальные сделки, бюджетные риски, интересы инвесторов, требования кредиторов и возможности государственного партнёра.
3. Они помогают перейти от “идей” к сделкам.
Многие страны имеют длинные списки потенциальных ГЧП-проектов. Но пайплайн — это не список желаний. Это набор проектов, которые можно подготовить, проверить, структурировать и вывести на рынок.
4. Они повышают качество проектной документации.
Шаблоны, стандарты, модели договоров, подходы к оценке рисков — всё это снижает вероятность случайных и плохо подготовленных решений.
5. Они создают доверие рынка.
Когда проект готовится при участии АБР или другого банка развития, инвесторы понимают: структура, распределение рисков и конкурсная процедура, скорее всего, будут ближе к международной практике.
Особенно важно, что проект Satbayev University заявлен как один из первых user-pay PPP в рамках нового закона о ГЧП Казахстана 2025 года. Если сделка будет подготовлена качественно, она может стать ориентиром для последующих проектов студенческого жилья.
От себя добавлю: очень хочется, чтобы после таких проектов на рынке стало меньше “кривоватых” ГЧП, где риск спроса без должного анализа перекладывается на частного партнёра, а отдельные элементы объекта — например, первые этажи — оказываются в собственности частного партнёра “на всю жизнь”.
ГЧП — это не способ обойти бюджетные ограничения и не форма скрытой приватизации. Это инструмент, который работает только тогда, когда проект правильно подготовлен, риски разумно распределены, а публичный интерес защищён.
Поэтому участие банков развития в качестве консультантов — это не формальность. Это вклад в качество рынка ГЧП.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍8
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 10
Соглашение о ГЧП: срок подписания после тендера
Когда именно после тендера должно быть подписано соглашение о ГЧП?
В законодательстве о ГЧП есть противоречие по срокам подписания соглашения.
Закон о ГЧП ссылается на сроки, указанные в тендерной документации.
Положение о ГЧП устанавливает, что соглашение о ГЧП должно быть подписано сторонами в течение 10 рабочих дней после завершения переговоров с победителем тендера.
При этом Приложение 3 к Положению о ГЧП предусматривает 60-дневный срок для заключения соглашения с победителем тендера или резервным победителем — без указания, с какого момента этот 60-дневный период начинается.
На практике подписание соглашения о ГЧП может занять до четырёх месяцев после присуждения проекта (а в исключительных случаях даже дольше).
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «PPPA and GSA», стр. 5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Соглашение о ГЧП: срок подписания после тендера
Когда именно после тендера должно быть подписано соглашение о ГЧП?
В законодательстве о ГЧП есть противоречие по срокам подписания соглашения.
Закон о ГЧП ссылается на сроки, указанные в тендерной документации.
Положение о ГЧП устанавливает, что соглашение о ГЧП должно быть подписано сторонами в течение 10 рабочих дней после завершения переговоров с победителем тендера.
При этом Приложение 3 к Положению о ГЧП предусматривает 60-дневный срок для заключения соглашения с победителем тендера или резервным победителем — без указания, с какого момента этот 60-дневный период начинается.
На практике подписание соглашения о ГЧП может занять до четырёх месяцев после присуждения проекта (а в исключительных случаях даже дольше).
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «PPPA and GSA», стр. 5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍8
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Так, посыпались вопросы в личку что это за деловая игра по ГЧП?
Терпение, друзья, терпение.
Обо всем расскажем.
А сейчас - очередная страна, очередная игра.
Но то, что такого помещения у нас не было - это точно...
Непал
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Терпение, друзья, терпение.
Обо всем расскажем.
А сейчас - очередная страна, очередная игра.
Но то, что такого помещения у нас не было - это точно...
Непал
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
🔥6❤3👍3
Радостно видеть новости с конференции для биддеров по проекту платной дороги Ташкент–Андижан
Проект действительно впечатляет.
Только первый участок — 102 км от Ташкента до восточной стороны Ангрена. В составе — около 6 км тоннелей и 8 км мостов. Это уже говорит о масштабе и инженерной сложности.
Во время конференции предквалифицированные компании выезжали на площадки.
И вообще-то это правильный формат: такие проекты нужно видеть на месте, а не только изучать по документам.
Для нас всех эта дорога — не просто очередной инфраструктурный проект. Это будущий стратегический коридор для региона, который может серьёзно изменить транспортную связанность и логистику.
Отметим, что в проекте участвуют сильные международные игроки — Meridiam, CITIC Group, China Road and Bridge Corporation, при поддержке World Bank Group, IFC, Arup и PwC.
А юридическую поддержку оказывают CMS и Centil Law.
Ну что, теперь будем следить за финализацией RfP и объявлением победителя до конца года.
Для рынка ГЧП Узбекистана это важная история.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Проект действительно впечатляет.
Только первый участок — 102 км от Ташкента до восточной стороны Ангрена. В составе — около 6 км тоннелей и 8 км мостов. Это уже говорит о масштабе и инженерной сложности.
Во время конференции предквалифицированные компании выезжали на площадки.
И вообще-то это правильный формат: такие проекты нужно видеть на месте, а не только изучать по документам.
Для нас всех эта дорога — не просто очередной инфраструктурный проект. Это будущий стратегический коридор для региона, который может серьёзно изменить транспортную связанность и логистику.
Отметим, что в проекте участвуют сильные международные игроки — Meridiam, CITIC Group, China Road and Bridge Corporation, при поддержке World Bank Group, IFC, Arup и PwC.
А юридическую поддержку оказывают CMS и Centil Law.
Ну что, теперь будем следить за финализацией RfP и объявлением победителя до конца года.
Для рынка ГЧП Узбекистана это важная история.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍4🔥2
Продолжаем разбор кейса Aguas del Tunari.
Сегодня − про то, как была устроена сделка и где в ней заранее лежали будущие проблемы.
Мина первая − единственный участник конкурса
Конкурс по такому масштабному объекту собрал ровно одну заявку. Это уже плохой сигнал: когда конкуренции нет, государственный партнёр теряет рычаг переговоров по тарифу, гарантированной доходности и инвестиционной программе. Победитель пишет условия фактически под себя.
Недавно в рамках подготовки к сертификации мы с коллегами разбирали критерии успешности конкурсных процедур − и наличие реальной конкуренции стоит там в самом верху. Один участник − это почти всегда плохая сделка для государственного партнёра.
Мина вторая − гарантированная доходность 15-17% годовых
В договор была заложена гарантированная норма доходности на инвестированный капитал в районе 15-17% годовых, с индексацией тарифа на американский CPI.
Сама по себе гарантированная доходность − это нормальная конструкция для долгосрочной инфраструктуры. Без неё частный инвестор не зайдёт в проект на 40 лет. Но размер этой доходности и механизм её обеспечения должны соответствовать страновому риску и платёжеспособности потребителей. 15-17% в долларах при средней зарплате $100 и индексации на чужой инфляции − это конструкция, которая математически обречена транслироваться в резкий рост тарифа.
Мина третья − обязательство построить плотину Misicuni
В концессионный договор было зашито обязательство частного партнёра построить плотину Misicuni − крупный гидроузел стоимостью под $300 млн, который в Боливии обсуждали ещё с 1960-х. Проект политически нужный (его лоббировал мэр Кочабамбы), но экономически тяжёлый.
Вопрос: за чей счёт строить?
Ответ концессионного договора: за счёт тарифа. То есть рост счетов в первый год был не только про долги старого водоканала и текущую эксплуатацию − значительная часть будущего роста была заложена под капвложения, которыми потребители ещё не пользовались.
Это очень частая ошибка при структурировании: смешивать в одной тарифной формуле эксплуатационные расходы и крупные стройки.
Потребитель видит счёт и не понимает, за что он платит. Государственный партнёр стоит на этой развилке часто потому, что у него нет полной информации о том, как структура тарифа будет восприниматься социально.
Мина четвёртая − плохая коммуникация и непрозрачные переговоры
Концессия заключалась в закрытом режиме. Население не получило ни внятного объяснения структуры тарифа, ни сценариев его роста, ни компенсационных механизмов для малоимущих. Когда первые счета пришли в январе, у людей не было контекста − только цифра в платёжке.
Параллельно прошла Закон 2029 о водоснабжении и канализации, который ограничил права сельских общин на самостоятельное использование воды из колодцев.
Технически к концессии Aguas del Tunari это отношения не имело. Но политически слилось в одну картину "у нас отбирают воду".
Мина пятая − treaty shopping
Уже после начала конфликта, в ноябре 1999 года, акционеры Aguas del Tunari переоформили владение через нидерландскую компанию − чтобы получить защиту инвестиционного договора Нидерланды-Боливия. Изначально структура шла через Каймановы острова, у которых такого договора с Боливией не было.
Трибунал Всемирного банка - ICSID - в 2005 году признал такое переоформление допустимым − но репутационно для частного партнёра это было катастрофой. История "корпорация специально перепрыгнула в страну с нужным договором, чтобы засудить нас" попала во все мировые СМИ и стала классическим примером "злоупотребления инвестиционным арбитражем".
В следующем посте − что из всего этого мы как консультанты забираем в практику.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Сегодня − про то, как была устроена сделка и где в ней заранее лежали будущие проблемы.
Мина первая − единственный участник конкурса
Конкурс по такому масштабному объекту собрал ровно одну заявку. Это уже плохой сигнал: когда конкуренции нет, государственный партнёр теряет рычаг переговоров по тарифу, гарантированной доходности и инвестиционной программе. Победитель пишет условия фактически под себя.
Недавно в рамках подготовки к сертификации мы с коллегами разбирали критерии успешности конкурсных процедур − и наличие реальной конкуренции стоит там в самом верху. Один участник − это почти всегда плохая сделка для государственного партнёра.
Мина вторая − гарантированная доходность 15-17% годовых
В договор была заложена гарантированная норма доходности на инвестированный капитал в районе 15-17% годовых, с индексацией тарифа на американский CPI.
Сама по себе гарантированная доходность − это нормальная конструкция для долгосрочной инфраструктуры. Без неё частный инвестор не зайдёт в проект на 40 лет. Но размер этой доходности и механизм её обеспечения должны соответствовать страновому риску и платёжеспособности потребителей. 15-17% в долларах при средней зарплате $100 и индексации на чужой инфляции − это конструкция, которая математически обречена транслироваться в резкий рост тарифа.
Мина третья − обязательство построить плотину Misicuni
В концессионный договор было зашито обязательство частного партнёра построить плотину Misicuni − крупный гидроузел стоимостью под $300 млн, который в Боливии обсуждали ещё с 1960-х. Проект политически нужный (его лоббировал мэр Кочабамбы), но экономически тяжёлый.
Вопрос: за чей счёт строить?
Ответ концессионного договора: за счёт тарифа. То есть рост счетов в первый год был не только про долги старого водоканала и текущую эксплуатацию − значительная часть будущего роста была заложена под капвложения, которыми потребители ещё не пользовались.
Это очень частая ошибка при структурировании: смешивать в одной тарифной формуле эксплуатационные расходы и крупные стройки.
Потребитель видит счёт и не понимает, за что он платит. Государственный партнёр стоит на этой развилке часто потому, что у него нет полной информации о том, как структура тарифа будет восприниматься социально.
Мина четвёртая − плохая коммуникация и непрозрачные переговоры
Концессия заключалась в закрытом режиме. Население не получило ни внятного объяснения структуры тарифа, ни сценариев его роста, ни компенсационных механизмов для малоимущих. Когда первые счета пришли в январе, у людей не было контекста − только цифра в платёжке.
Параллельно прошла Закон 2029 о водоснабжении и канализации, который ограничил права сельских общин на самостоятельное использование воды из колодцев.
Технически к концессии Aguas del Tunari это отношения не имело. Но политически слилось в одну картину "у нас отбирают воду".
Мина пятая − treaty shopping
Уже после начала конфликта, в ноябре 1999 года, акционеры Aguas del Tunari переоформили владение через нидерландскую компанию − чтобы получить защиту инвестиционного договора Нидерланды-Боливия. Изначально структура шла через Каймановы острова, у которых такого договора с Боливией не было.
Трибунал Всемирного банка - ICSID - в 2005 году признал такое переоформление допустимым − но репутационно для частного партнёра это было катастрофой. История "корпорация специально перепрыгнула в страну с нужным договором, чтобы засудить нас" попала во все мировые СМИ и стала классическим примером "злоупотребления инвестиционным арбитражем".
В следующем посте − что из всего этого мы как консультанты забираем в практику.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍4❤1
🇺🇿 Узбекская практика по ГЧП от Centil. Выпуск 11
Соглашение о ГЧП и соглашение о государственной поддержке: что когда нужно
Достаточно ли соглашения о ГЧП для предоставления государственной поддержки или соглашение о государственной поддержке (GSA — government support agreement) требуется во всех случаях?
Соглашение о государственной поддержке требуется не всегда.
Законодательство о ГЧП допускает предоставление мер государственной поддержки в соответствии с порядком, установленным самим соглашением о ГЧП.
То есть такие меры могут быть включены непосредственно в соглашение о ГЧП, если стороной этого соглашения выступает Республика Узбекистан.
Это зависит от того, кто является публичным партнёром.
Если контрагентом по соглашению о ГЧП выступает министерство или иной государственный орган, который согласно Гражданскому кодексу является составной частью Правительства Узбекистана, то Республика Узбекистан уже является стороной соглашения, и привлечение другого министерства не требуется.
Эта практика имеет вариации в разных проектах из-за межгосударственного требования об учёте условных бюджетных обязательств государства, для чего требуется подписание соглашения о государственной поддержке Министерством экономики и финансов.
Кроме того, если в крупном проекте ГЧП с государственной поддержкой публичным партнёром выступает местный хокимият, соглашение о государственной поддержке необходимо, поскольку местный орган власти не представляет Республику Узбекистан.
Если же контрагентом по соглашению о ГЧП является государственное предприятие (например, акционерное общество с государственным участием), такое предприятие не может действовать от имени Республики Узбекистан без специального уполномочия. В этом случае договорное обязательство остаётся за отдельным государственным предприятием, а не за Республикой Узбекистан.
В таких обстоятельствах ожидается, что Министерство экономики и финансов обеспечит выполнение обязательств государственного предприятия путём заключения соглашения о государственной поддержке от имени Республики Узбекистан для предоставления мер государственной поддержки.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «PPPA and GSA», стр. 5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
Соглашение о ГЧП и соглашение о государственной поддержке: что когда нужно
Достаточно ли соглашения о ГЧП для предоставления государственной поддержки или соглашение о государственной поддержке (GSA — government support agreement) требуется во всех случаях?
Соглашение о государственной поддержке требуется не всегда.
Законодательство о ГЧП допускает предоставление мер государственной поддержки в соответствии с порядком, установленным самим соглашением о ГЧП.
То есть такие меры могут быть включены непосредственно в соглашение о ГЧП, если стороной этого соглашения выступает Республика Узбекистан.
Это зависит от того, кто является публичным партнёром.
Если контрагентом по соглашению о ГЧП выступает министерство или иной государственный орган, который согласно Гражданскому кодексу является составной частью Правительства Узбекистана, то Республика Узбекистан уже является стороной соглашения, и привлечение другого министерства не требуется.
Эта практика имеет вариации в разных проектах из-за межгосударственного требования об учёте условных бюджетных обязательств государства, для чего требуется подписание соглашения о государственной поддержке Министерством экономики и финансов.
Кроме того, если в крупном проекте ГЧП с государственной поддержкой публичным партнёром выступает местный хокимият, соглашение о государственной поддержке необходимо, поскольку местный орган власти не представляет Республику Узбекистан.
Если же контрагентом по соглашению о ГЧП является государственное предприятие (например, акционерное общество с государственным участием), такое предприятие не может действовать от имени Республики Узбекистан без специального уполномочия. В этом случае договорное обязательство остаётся за отдельным государственным предприятием, а не за Республикой Узбекистан.
В таких обстоятельствах ожидается, что Министерство экономики и финансов обеспечит выполнение обязательств государственного предприятия путём заключения соглашения о государственной поддержке от имени Республики Узбекистан для предоставления мер государственной поддержки.
Источник: документ «Часто задаваемые вопросы: ГЧП в Узбекистане», апрель 2026, Centil Law (Мадина Хамидова, Асаматдин Кульджанов, Тахмина Рахмонова), раздел «PPPA and GSA», стр. 5.
Канал Просто о ГЧП
@ppp_uzb
👍6❤2