Вздыбленная набережная и петербуржец с портфелем.

#петербургнапленку

Тронный зал двора колодца.

На речке Мье.

#петербургнапленку

ДРАКА. - Запрещается всех чинов и званий людям ни каких продерзостей, драк и обид никому не делать; самовольно дракою брать или требовать удовлетворения, и проч. Виновные берутся в полицию и поступается с ними по всей строгости законов. При ссоре, брани или драке, никто не должен товарищей своих или других призывать на помощь, таким образом, чтобы чрез то могли произойти общий шум, или непристойный беспорядок. В подобных случаях посторонние должны ссорящихся приятельски мирить, и ежели в том не успеют, то немедленно за караулом послать и дать знать начальствам.

Из краткого юридического словаря 1834 года, который не переиздавался двести лет, другие интересные термины читайте под заголовком:

#иноеправо1834

В теплых кофейнях.

"Петр не успел стряхнуть с себя дочиста древнерусского человека с его нравами и понятиями даже тогда, когда воевал с ними. Это сказывалось не только в отеческой расправе с людьми знатных чинов, но и в других случаях, например, в надежде искоренить заблуждения в народе, выгоняя кнутом бесов из ложнобеснующихся - «хвост-де кнута длиннее хвоста бесовского» или в способе лечения зубов у жены своего камердинера Полубоярова. Камердинер жаловался Петру, что жена с ним неласкова, ссылаясь на зубную боль.- «Хорошо, я полечу ее». Считая себя достаточно опытным в оперативной хирургии, Петр взял зубоврачебный прибор и зашел к камердинерше в отсутствие мужа. «У тебя, слышал я, зуб болит?» - «Нет, государь, я здорова».- «Неправда, ты трусишь». Та, оробев, признала у себя болезнь, и Петр выдернул у нее здоровый зуб, сказав: «Помни, что жена да боится своего мужа, иначе будет без зубов». «Вылечил!» - с усмешкой заметил он мужу, воротившись во дворец".

из рассказов Василия Осиповича Ключевского о Петре Великом, другие фрагменты здесь:

#ключевскийопетре

Plans secrets de la ville.

Свет предместий.

Мишка на севере.

#самодвижущийсяпитер

Доставка весны.

Звонко вычеканив звёзды
Шагом чёрных лошадей,
Ночь проходит грациозно
По тарелкам площадей.

Над рыдающим оркестром,
Над почившим в бозе днём
Фалды чёрного маэстро
Воронёным вороньём.

И черней, чем души мавров,
Если есть у них душа,
В тротуары, как в литавры,
Марш просыпался шурша.

#стихироальдамандельштама

Субботний краевед.

Медведь на хуторе.

Расхождение мнений.

Focus de printemps.

Над тонким льдом.

"Извозчики - петербургские «ваньки», неотъемлемая принадлежность улицы, носили всегдашний, традиционный, спокон века присвоенный им мужичий синий армяк до пят и клеенчатую шляпу - приплюснутый низкий цилиндр с раструбом и загнутыми полями (непременно с медной пряжкой впереди), а зимой - меховую шапку с квадратным суконным, а то и бархатным верхом. И какие у них были узорчатые и разноцветные пояса! Сидя на облучке своих саней или дрожек, они поджидали седока и приглашали прохожих: «Поеде, барин!» или «Резвая лошадка - прокачу!» Их исконными врагами были ломовые извозчики, никогда никому не уступавшие дороги («ванек» они презрительно обзывали «гужееды», «гужом подавился!»), - и когда медленной лавиной двигался кортеж их до отказа нагруженных возов или громадных саней, никакая сила не могла их остановить, иногда даже городовые пасовали. Эти дикого вида «ломовики», держа вожжи, медленно выступали рядом со своими такими же страшными и огромными битюгами, увешанными сбруей с бляхами, дуги же бывали необыкновенно затейливо и ярко расписаны. Всегда это были мрачные бородатые мужики, которые носили или засаленный картуз, или треух и неизменно бывали наряжены поверх тулупа в красный жилет нараспашку - и любопытно, что это были всегда старые придворные жилеты с двуглавыми орлами на истрепанном позументе! Этот замечательный костюм еще дополнялся брезентовым фартуком, богатырскими кожаными рукавицами и какими-то веревками и крючками, висевшими сбоку".

из воспоминаний художника Мстислава Добужинского о Петербурге 1880-х годов. Другие фрагменты здесь:

#петербургдобужинского

Portail de la ville.

Коломенский натюрморт.

#петербургнапленку