Уже почти месяц в столице проходит Московский урбанистический форум (МУФ): нищета городской критики сегодня подтолкнёт нас либо не заметить этого явления, либо оценить превратно. Оставим в стороне тех, кто некритически подходит к МУФ — посмотрим на критику. Наскучившая и тоскливая критика снова повторяется: «ну что за дело, какой-то форум, про какой-то якобы город, кому это сегодня должно казаться важным?», «на форуме ничего всерьёз не обсуждается», «честных обсуждений нет», «пиар машина мэрии ведь, что тут нового-то, в начале сентября выборы». 

Такая критика бесполезна.

Критиковать МУФ следует не за то, чего на МУФ нет, не за то, что он не соответствует ожиданиям о некотором идеальном урбанистическом форуме. Нужно обратить внимание на те условия и обстоятельства, которые произвели на свет именно такой МУФ, на то, как действительные  противоречия города и пространства отражаются и сплетаются в нём. 

Написал об этом более развёрнуто.

https://open.substack.com/pub/prokuronov/p/124?utm_campaign=post&utm_medium=web

В связи с интервью олигарха Мельниченко, в котором он жалуется на санкции и божится, что находится «вне политики», хочу напомнить наш старый фоторепортаж из Ковдора, на котором этот господин сколотил состояние.

Вот буквально целый город живёт вокруг ГОКа, чтобы конвертировать недра страны в яхты для одного олигарха. Его обогащению посвящены жизни тысяч людей, у которых нет никаких шансов выбраться оттуда. А некоторые ещё умудряются считать это благом под названием «создание рабочих мест». Сверхбогатые это опухоль на теле планеты.

https://www.rusmirror.ru/kovdor

Кто правит городом?

Выборы мэра Москвы прошли несколько дней назад: всё идёт своим чередом, никаких волнений на глади воды. Более того, и сами выборы ровным счётом ничего не значили в контексте политических ставок и политической борьбы.

Но тем интереснее: человек становится мэром на ещё один срок, без серьёзных конфликтов, контроль над городом продлевается легче, чем подписка на онлайн сервис, и кажется, что могущество Собянина колоссально. Но его ли это могущество? Фактор личности безусловно важен, но дело ведь решают другие силы. Кто в действительности правит городом?

На днях мне вспомнился старый текст, который вышел несколько лет назад в Rampant Magazine – Who Runs Chicago?

Отвечая на вопрос «а кто правит Москвой?» можно, конечно, разбирать институциональный дизайн: можно сказать – вот мэр, вот департаменты правительства, вот дума. Но такие ответы порождают ещё больше вопросов: из-за чего принимаются те или иные решения, почему проводится та или иная политика?

Авторы сталкиваются с этой же проблемой и предлагают политэкономический анализ развития города и распределения власти в нём. Становление неолиберального Чикаго оказалось возможно благодаря тому, что власть у собственников мануфактур и производств перехватила другая часть правящего класса. Ими оказалась группа FIRE (finance, insurance and real estate). Важен не мэр, важно то, какие структурные силы он представляет. (The best mayor for the rich is one who is able to set investors at ease)

Статья примечательна и важна: в ней дан обзор развития Чикаго за последние полувека – как FIRE захватывала и укрепляла власть над городом и городской политикой.

Вопросы демократии, участия горожан в местной политике, публичная арена политических столкновений в городе, вопросы city governance – всё рассмотрено через процессы неолиберального становления, через экономические основания и классовый антагонизм.

Статья заканчивается двумя, как мне видится, важнейшими и именно что политическими тезисами.

Во-первых, будущее открыто и оно возможно.

The future is wide open. It is possible to live in a city where people matter more than profit, where popular democratic control isn’t continually thwarted by the power of big money. … This is no pipe dream—but it is a vision of city life very different from the one embraced by those who currently hold power. 

Во-вторых, необходимо в первую очередь знать, против чего мы боремся.

To know what we must do to restore power to the people, we must first of all know what we’re up against.

Оптика, но, что серьёзнее, политэкономический и исторический метод этой статьи крайне важен для нашей действительности.

Невозможно согласиться с нищим и голым по сути анализом, когда всю городскую политику сводят до индивидуальных действий отдельных фигур: то демонизируя одну, то превознося другую. Такой поход плох тем, что не даёт ни почвы под ногами, ни ясного политического взгляда.

Для московской городской политики сегодня чрезвычайно необходимо развивать другой метод – исторический, политэкономический, классовый:

1. Важно оценивать конкретные этапы развития отношений контроля над городом;
2. Важно разбирать структуры и классы в городе;
3. Важно погружаться в глубину экономических и социальных процессов города.

Городом не правит отдельный человек или даже группа лиц. Нашим городом тоже правит структурная властная коалиция, которую необходимо изучать, чтобы быть способными увидеть сильные подводные течения за кажущейся спокойной гладью воды.

Неолиберальный город как игровая площадка для богатых

К нашему выпуску подкаста про город сделали список литературы, который мы горячо рекомендуем почитать. Вот он здесь.

Конечно, список никоим образом не полный и не исчерпывающий. Но важный, поскольку раздвигает рамки возможного мышления о городе: в противовес блогерам, если вы их смотрите/читаете, в противовес всяким «профессионалам» и «экспертам» с приторными фотографиями конференций/форумов/выставок.

Отдельно хочется указать на текст Дэвида Харви из нашей подборки, который легче, чем остальные, но при этом грозно рубит по паутине той чуши, которую разгоняет мейнстрим, и подсказывает некоторые мысли о Москве.

Упущу пересказ марксисткой теории (блистательно описан весь механизм, запускающий неолиберальную урбанизацию), отмечу лишь ключевой тезис Харви:

«…вся история урбанизации при капитализме не может быть понята, если не понимать центральной проблемы использования избыточного капитала».

В тексте Харви разворачивает этот тезис и иллюстрирует его как реформами барона Османа в Париже (хорошее напоминание классики), так и историей падения и взлёта Нью-Йорка.

«После того, как были оживлены Уолл-Стрит и Финансовый квартал Нью-Йорка, было создано общественно-частное партнерство между бизнесом и городскими властями. Это было сделано для того, чтобы создавать элитное жилье, элитную среду, восстанавливать парки, строить бутики и рестораны, для того, чтобы сделать Нью-Йорк привлекательным для новой элиты. В этот момент мы видим новое перерождение Нью-Йорка. Нью-Йорк, который был пролетарским городом, превращается в игровую площадку для очень богатых».

«Что же произошло с городом после двадцати лет такой политики? Оттуда выведено производство, выведены пролетарские районы; теперь это район элитного жилья и элитного потребления. Обратите внимание, что неолиберализм вовсе не ликвидировал государственное вмешательство. Государственное вмешательство просто было переориентировано на помощь интересам финансовых учреждений. Но не только это было важно для создания того, что называется бизнес-климатом, который приглашает инвесторов прийти и потратить свои деньги в Нью-Йорке».

Читая эту заметку про Нью-Йорк, можно смело оглянуться – где бы вы ни были, в метро, в вагоне МЦК, в автобусе, в квартире, в магазине, где угодно – и посмотреть на Москву.

Чрезвычайно необходимый текст.

Комплексное капиталистическое развитие территорий в Москве

Мэр Москвы бодро отчитывается о новых достижениях в проекте развития территорий «ржавого пояса» столицы — о проектах КРТ (44 проекта КРТ с общей площадью свыше 610 га).

Проекты КРТ — отличный пример, через который видны основания городской политики и задающие их общественные отношения.

Городские элиты чётко и давно форсируют понятие «продуктивного города»: пространства должны работать, а не простаивать. Тут и появляется КРТ как программа развития неэффективных территорий, которых в городе более 200 (практически 17% территории города в пределах старой Москвы, около 2450 га).

Элиты чётко обозначают планы: 1) 5,1 млн кв.м жилья, 2) 2,7 млн кв.м для общественно-деловых проектов, 3) больше 2,1 млн кв.м производств, 4) план инвестиций около 8 трлн, 5) замах на бюджетный эффект в 1 трлн. Неслабо, верно?

Какие варианты реагирования предлагает мейнстрим? Можно поддержать и восторгаться. Или при этом просвещенные урбанисты могут критиковать, что угодно — не так спроектирована улично-дорожная сеть, тут проблемы с дизайном, этажность не та, вот озеленения мало, а набережные, а освещение, а вот не сделали «хорошо». Ну, старая песня. Город и городское пространство воспринимается как внешний объект. Надо сделать так, чтобы среда была хорошей и хорошо влияла на человека. Циничная продажа счастья, удовольствия и комфорта в угоду современным сатрапам, как говорил Лефевр.

Однако противоположная часть отношений — а как среда создаётся? — остаётся без внимания. Тысячи цепочек производства от материалов до готовых конструкций и отношений вокруг них как будто исчезли; армия наёмных сотрудников по производству и обслуживанию новых объектов создаёт своим трудом это пространство. А кто снимает сливки и контролирует капитал?

Из такого подхода видно, что город создаётся трудом, результат которого отчуждён. Пространства социальных объектов, парки, удовольствия, всё следует рассматривать критически — как территории организованного потребления для поддержания (или развития) рабочей силы, как места реализации огромной массы товаров, потреблять которую будут те же, кто её и произвёл. Жилые кварталы и среда вокруг них? Территории воспроизводства рабочей силы. И все остальное — места производства и мест приложения труда для невероятно объемного цикла производства, потребления и обмена и обеспечения цикла Д-Т-Д. Похорошела? Ну здорово, шестерёнки щедро промазаны удовольствием, скрипа меньше.

Из под рёбер этих проектов КРТ красочно торчит принцип прибыли и эффективного размещения капитала. Никакого контроля за капиталом в городе и полный контроль за трудом со стороны элиты. И мейнстримная урбанистика молчит: все эти урбанисты у ботинка девелопера или чиновника, проектировщики, дизайнеры, консультанты и пр. Пусть занимаются своими делами. Но это не вся урбанистика и это необходимо понимать.

Через мейнстримный подход невозможна никакая прогрессивная политика, защищающая интересы современного городского пролетариата.

Однако в этом огромном котловане больших и малых городов, в бетоне, стекле, пластике, в территориальном размещении и разделении труда, в бесконечном пространстве складов, строек, офисов, в напряжении труда занятых в сфере услуг, доставки, производства, в рёве жира и блеске вылизанных пространств потребления, в звоне бокалов ужинов элиты, в поте и страданиях большинства, в кровавых плясках ипотечных мечт и цепей, в мрачном сердцебиении долгов и остатков на карте, в мире урбанизации с нервов классового антагонизма слетает шелуха, слетают идеалистические и обскурантистские политические соображения и обнажается будущее новой политики — пролетарской политики XXI-го века, способной на осуществление изменений, если авангард такой политики сможет преодолеть бетонные плиты, накрывающие наше политическое воображение и способность анализировать окружающие обстоятельства.

Брусничный джем идеологии

Обласканный и любимый публикой девелопер Брусника недавно выпустил очередной маркетинговый ролик. Простейшая реклама, но от того и очень насыщенная — ей есть, что рассказать нам, даже если на первый взгляд она вообще ничего не рассказывает. Рискнём предположить, что ролик Брусники — это довольно откровенный и честный самоанализ места, роли и важности девелоперов и застройщиков в нашей повседневности, и одновременно — хороший пример развертывания господствующей городской идеологии.

Попробуем увидеть за рекламным роликом работу идеологии и характеристики буржуазного мифа, привлекая к делу Альтюссера и Ролана Барта.

https://open.substack.com/pub/prokuronov/p/ca7?r=1cel1m&utm_campaign=post&utm_medium=web

КРТ и облик города

Иногда возникает ощущение, будто чаще, чем новости о погоде, в Москве приходят новости о программе комплексного развития территорий промзон, то есть КРТ. Их сообщают чуть ли не на ежедневной основе. Вот новый проект, вот ещё миллионы новых квадратных метров, вот новая территория, вот миллиарды инвестиций — так и крутится это колесо, день за днём, будто бы именно проектами стройкомплекса планета совершает обороты вокруг своей оси.

На КРТ и застройку промзон можно смотреть как на что-то внешнее: красиво/некрасиво, приносит неудобства или нет, круто там что-то делают или не очень и так далее. Так и смотрим, если проезжаем стройку на МЦК, например. Но что даёт нам этот взгляд?

Собянин как-то сказал, что проекты КРТ и реорганизуемые пространства промзон определят облик столицы на 100 лет вперёд. Действительно, если застроить 17% территории старой Москвы миллионами квадратных метров жилья и офисов, то можно очень сильно преобразить внешний вид города, чем сильно озабочена мэрия. Главный архитектор Москвы Кузнецов прямо говорит, что после лужковского периода в Москве набрал силу новый архитектурный стиль, который «войдет в учебники как «классика второго десятилетия XXI века». Кузнецов вот верит, что через 10-15 лет Москву будет не узнать — ведь для превращения Москвы в «ультрасовременный мегаполис», нужно строить «вал» жилья. Промзоны — отличное место для этого «вала».

Проекты КРТ не только создают новый облик. Они в то же время, как увеличительное стекло, обнажают основы существующего экономического и политического облика города.

Сегодня город находится в руках системы, которую в западной критике называют термином FIRE. Это акроним, образованный из finance, insurace и real estate. Финансы, страхование и недвижимость: и КРТ как огромный полигон для этой системы. Переплетение собственников, банков, страховых систем, инвестиционных структур, девелоперов, агентств, застройщиков, смежников и так далее. Они определяют правила игры и стимулируют через возводимое жильё как потребление, так и коммерциализацию благ и пространств. И при этом никакой общественной дискуссии, никакой политики.

Многие в Москве на своём опыте и в своей повседневности прекрасно знают, чего стоит такое преображение города — и главное, что преображение это происходит вовсе не для них. Квартиры за 20, 30 миллионов рублей? Кто их сможет купить? Кто будет там жить? Брутальный союз авторитарной власти и FIRE усиливает эксплуатацию и расширяет неравенство: те, кто пашет за копейки в городе, прекрасно это знают. Город принадлежит кому-то другому: это известно тем, у кого не просто меньшие возможности, а кто претерпевает лишения.

Политико-экономический облик задаёт и архитектурный облик города. Всё новые и новые стройки, высотки, кварталы, жилые кластеры, объекты недвижимости, вся архитектура в принципе — определяется логикой финансового капитализма, доминированием этой системы FIRE. Финансовый капитализм оказывает эффект на архитектуру, и не только потому, что экономический мир в принципе влияет на социокультурные эффекты, нет. Но потому что строительство сегодня является основным оперативным средством финансового капитализма.

Более того, вслед за Мэттью Соулзом можно повторить, что архитектурный облик это не просто результат финансового капитализма. Архитектура — это и есть сам финансовый капитализм. Его книгу Icebergs, Zombies, and the Ultra-Thin: Architecture and Capitalism in the 21st Century я горячо рекомендую.

На КРТ и застройку промзон следует смотреть как бы изнутри. Такой взгляд помог бы увидеть, что внешний облик города — одновременно и результат, и место действия сил, которые противодействуют нам. И в очередной раз, проезжая на МЦК мимо стройки, увидеть материальное воплощение власти брутального союза городской администрации и FIRE. Через такой взгляд можно расширить своё представление о горизонте настоящих изменений повседневности; он пролегает через ключевую сферу — экономическую. Экономика предстаёт полем боя, но изменение должно быть именно политическим.

Возражения центристов

Перечитывал тут книгу Джона М. Леви «Современное городское планирование» для уточнения некоторых моментов — и вспомнил о той удивительной и важной части, которая находится в конце книги. Книгу Леви однозначно нужно внимательно читать из-за отличной систематизации разных аспектов деятельности по городскому планированию, из-за набора практических кейсов и проблемных ситуаций вокруг и внутри этой деятельности, хотя их география в большинстве американская.

Однако у автора, конечно же, есть своя политическая позиция. С поправкой на американский контекст, поэтому неудивительно, что автор предисловия к книге, Алексей Новиков, относит Леви к левоцентристам. Центризма у Леви достаточно.

В конце книги буквально на паре страниц разбирается критика городского планирования слева и справа. Ну, критику справа сейчас неинтересно разбирать, она буквально сводится к вопросам минимизации регулирования и защиты свободного рынка, собственности и т.д. Левую критику также легко представить — и вот в дискуссию с ней вступает Леви, приводя на одной страничке возражения к леворадикальной критике городского планирования с позиции центриста.

На фотографиях как раз этот небольшой фрагмент, но вот кратко его ключевые тезисы:

1. Капиталистическая система не порочна, а в целом добродетельна. Вот детского труда больше нет, помощь бедным есть, система хорошо реформируется.
2. В обществе плюрализм! Не только капиталисты, но и трудящиеся влияют на государство. И вот, государство уже не аппарат принуждения одной группы, а плюралистическое тело, открытое и поэтому-то приятное.
3. Планировщики отвечают на вызовы, снижают неудовлетворенность. Что в этом плохого?
4. Деполитизация это неплохо! Это снижение напряженности и более рациональные решения. Разве не хорошо?
5. «Сами попробуйте, поделайте нашу работу, а не только критикуйте!»
6. Леворадикальная критика неубедительна, это уже история.

Это даже не аргументы в дебатах, но выстроенный алгоритм ответа на леворадикальную критику. Алгоритм, который воспроизводится и сегодня: его легко можно обнаружить в публичных дискуссиях в профессиональных пабликах, отдельными элементами алгоритм повторяется в личных дебатах, более того — его логика присутствует в конструкции нарратива как городской администрации, так и девелоперов/бизнеса и профессионального сообщества. Самое главное в этой алгоритмической методичке-центриста — отсечь из дискуссии критику капиталистической системы и выбросить вопрос о государстве, что действительно приведёт к тезису, что марксистская, леворадикальная критика уже предмет истории, а не повседневности. Такой алгоритм — почва и основа технократической, правой риторики вокруг города, общества и политики.

Вывести экономику, капиталистическую систему из-под удара, вычеркнуть государство из уравнения — рецепт размывания левой повестки, прямой билет для неё в музей. Распространение такой логики ответа на леворадикальную критику приводит к удивительным умозаключениям — так, евангелисты соучаствующего проектирования тоже могут именоваться леваками (кто-то сам про себя так думает), Ричард Флорида кажется некоторым убеждённым марксистом, ну то есть полная мешанина, нивелирующая суть леворадикальной критики (капитал и государство), что в свою очередь, действительно, победа правых и центристов.

Часто и сами левые используют данный рецепт — тем самым перемещаясь в сторону центризма, где капитализм тотален до невозможности, что его можно критиковать, интерпретировать, но драка с ним под знаком «табу», как и государство, от которого можно просто отмахнуться, забыть его и просто как-то дойти до мира без государства.

Леви сформулировал (или скорее повторил) сильнодействующую картину стиля возражений на левую, марксистскую критику. И дело не столько в контр-аргументах на тезисы Леви, сколько в самой политической логике ответов. В некоторых ближайших постах попробую изложить своё видение и отдельно прокомментировать пункты из списка Леви.

Открываю запись на мой курс по левой урбанистике!

Мейнстримная волна современной урбанистики — про комфортную среду, общественные пространства, дизайн, эстетику, вопросы проектирования, со всем языком экспертности и технократическим привкусом — лишь малая часть урбанистики. Урбанистическая мысль не зациклена на этих вопросах. Её центр тяжести — социальные противоречия, капиталистический и неолиберальный порядок, вопросы угнетения, неравенства и демократии.

Последние несколько лет я погружен в мир этой критической, левой урбанистики. И я давно хотел сделать курс про неё, в котором я бы поделился известными мне вопросами и направлениями, чтобы показать — урбанистика может быть другой.

Этот курс — не академический, не строгий, и, очевидно, не полный. За последние три года я нащупывал рамку, вопросы и проблемы, которые ставит левая критическая теория. В ходе курса мне хочется поделиться этими вопросами и обсуждать их. Курс не потребует специальной подготовки и особенных знаний: мы пойдем вслед за концепцией, что город не должен принадлежать профессионалам. Ни в практической, ни в теоретической части.

На курсе мы затронем пять тем: посмотрим на современный мейнстрим мышления о городе и противопоставим ему критическую теорию города и вслед за этим поговорим о материалистическом понимании городского пространства. Затем нырнём в политэкономию города: одно занятие посвятим рассмотрению города как Фабрики, а другое — идеологии, классам и отношениям власти. Последнее занятие будет про «право на город», где соединим критическую теорию города с политической философией: так посмотрим на теорию и практику движения муниципализма, поговорим об институтах и Коммуне.

Участие платное, но цена довольно символическая. Всего в плане курса 5 занятий, старт курса — 2 декабря. Темп достаточно высокий, но это компенсируется тем, что для курса не нужны особенные знания, а основной акцент будет на совместном обсуждении материалов. Материалов для обсуждения и самостоятельного изучения вне курса будет много!

Если вы хотите плотного и энергичного погружения в левую урбанистику на этот декабрь — велком!

Подробности и запись на курс по ссылке:

http://lefturbantheory.tilda.ws

Присоединяйтесь!

Закрываю набор на декабрьский курс по левой урбанистике

Когда я в прошлую пятницу запускал курс, я не мог представить, что в последующие несколько дней я получу больше сотни сообщений с вопросами, заинтересованностью и поддержкой. Радует, что фокус на критическую теорию откликается у совсем разных людей с разным опытом. На курсе собирается крутая команда участников — увы, хотелось бы больше, но есть понятные ограничения.

Сайт продолжает работать и быть актуальным, как и форма записи на курс. Если вам тема курса интересна и вам бы хотелось на него попасть — то смело заполняйте форму. В январе я планирую открыть второй набор и провести повтор курса, поэтому сразу с вами свяжусь.

http://lefturbantheory.tilda.ws

«Урбанизация по-китайски», Сюэфэй Жэнь

Жадно вглядываюсь в каждую книгу о городе и городских процессах, которая появляется на русском языке. И вот только вышедшая книга Сюэфэй Жэнь «Урбанизация по-китайски» выглядит чрезвычайно мощно.

На «Горьком» выложили отрывок из главы «Неравенство». Сильно советую прочитать.

«…пока откупоривались бутылки шампанского и разрезались красные ленточки, а ряды богатых пополнялись новыми миллионерами и даже миллиардерами, многие рядовые граждане потеряли дома, были вынуждены переехать на городскую периферию и стали частью городской бедноты».

«…С 1995 по 2008 год свыше одного миллиона семей были выселены только в Шанхае под предлогом различных проектов реновации. И практически никто из них не получил достойной компенсации. Так подобные инициативы, как реновация Синьтяньди, становятся новым механизмом генерации нищеты и неравенства».

Всего в книге 6 глав: урбанизация в Китае, управление, ландшафт, миграция, неравенство, культурная экономика.

Предварительные ощущения сообщают о том, что это может быть очень интересная и захватывающая книга о связи городских процессов, преобразования городских пространств и социального неравенства.

https://gorky.media/fragments/shanhajskie-zhiltsy-gvozdi/

В красном цвете многоэтажек или размышления изнутри фильма Gagarine (2020)

Праздники закончились, сейчас кажется вовсе не до фильмов, но хочу предложить одну идею для просмотра. Это фильм «Гагарин». Несмотря на то, что великий космонавт в фильме есть, он всё же не об этом. Подросток Юрий живёт в парижском Cité Gagarine, который собираются сносить. Но Юрий собирается свой дом спасти.

«Гагарин» — удивительный, нежный и пронзительный фильм. В нём очень много пластов метафор, отсылок, коннотаций — от космической темы до социальной проблематики, от темы верности мечте, которую подтачивает сырая реальность, до проблем отношений сына с матерью и ощущения человеком своей потерянности.

«Гагарин» — сложный фильм, глубина которого скрыта за его особенными кадрами, разной музыкой, подложенными сюжетами и скрытым контекстом. Но одновременно — это простой фильм, в котором сносят дом, а подросток за него борется.

И при этом — фильм, на мой взгляд, политический. Или, как минимум, предлагающий вызов для политической интерпретации. Я предлагаю вам сохранить себе этот фильм и посмотреть его, потому что в тексте будут спойлеры и рассказ о фильме. Но на мой взгляд прочтение будет не проблемой, а скорее стимулом для просмотра.

https://open.substack.com/pub/prokuronov/p/ce8?r=1cel1m&utm_campaign=post&utm_medium=web&showWelcome=true

Фабрика прибыли

Вчера стало известно, что связанная с девелопером Capital Group компания «Капитал груп дизайн» стала владельцем территории (участок + строения) комбината питания «Космос» на Новозаводской улице. Земельный участок на 0,82 га и строения на 8289 кв. м. ушли по стартовой цене в 761,2 млн руб. Это — ещё один акт продажи «непрофильных активов» ГКНПЦ имени Хруничева. Эксперты сразу заговорили о том, что на месте комбината девелопер сможет построить жилой комплекс бизнес-плюс или премиум-класса — оценка складывается вокруг потенциальных 50 000 кв. м недвижимости, 13–15 млрд рублей инвестиций в проект и выручки от продажи квартир в 18–20 млрд руб.

Комбинат питания «Космос» — это фабрика-кухня №7, конструктивистское здание 1932-го года постройки, пример воплощения идеи о другой организации жизни в городе, не замкнутой и автономной индивидуалистской, но общественной и открытой, высвобождающей. Важный объект для района и в принципе для города.

Впрочем, «экспертам» виднее — в 2013-м году объекту отказано в праве на статус объекта культурного наследия, несмотря на то, что вообще-то подобные объекты действительно такой статус получают и получают обоснованно.

Павел Тё, председатель совета директоров Capital Group, знает, что делают его структуры. Говоря о другом своём проекте, о застройке территории завода «МиГ» возле метро Динамо, Павел Тё был пронзительно честен: «не должна сложиться ситуация, при которой выигравшая торги компания не будет знать, что ей делать». Если вокруг уголка на Новозаводской улице гребут деньги на строительстве, знает ли Павел Тё, что делать? Конечно.

В чём проблема?

В том ли дело, что необходимо обязательно всегда сохранять всё старое? Естественно нет, такая точка зрения как отрицала бы саму возможность увидеть проблемные элементы города, нуждающиеся в обновлении и пересмотре, так и закрывала бы дорогу к социальному прогрессу и построению лучшей, равной и справедливой жизни.

В том ли дело, что мы столкнулись с каким-то из ряда вон выходящим делом, кризисом на отдельно взятом участке города? Такой взгляд мешает увидеть, что перед нами сама суть городского развития — уничтожение, перекраивание и ориентация исключительно на прибыль. Это не кризис, а перманентное состояние современного города.

Проблема тут в том, что всё снова вокруг решается исключительно в пользу денег ещё одного девелопера. Стройкомплекс и в принципе капитал как таковой в районе Филёвский парк напоминает раджу из мультфильма про золотую антилопу, который кричит «ещё, ещё!».

Земля здесь горит и это явно ситуация, когда человеческая жизнь здесь никого не интересует. Интересует только методичный подсчёт — где, сколько и как быстро можно заработать. Простой человек живёт здесь даже не в роли какого-то будущего покупателя (угадаете класс этого покупателя квартир за 30-50 миллионов?), но как обслуживающий персонал: вот построй эти дома, вот будь удобной аудиторией, вот потребляй, пока более дорогой спрос тебя не выкинет отсюда, вот то-то и то-то. «Будь удобен для тех, кто извлекает прибыль и из пространства, и из твоей жизни!» — таков призыв тех, кто рулит на фабрике прибыли.

Это здание на Новозаводской — безусловно достойный объект для статуса объекта культурного наследия. Здесь может быть что-то другое, чем жильё, офисы или бездумные пространства, нацеленные на прибыль. Здесь может быть что-то для людей и удовлетворения их потребностей, не связанных с извлечением денег. Здесь может быть место для простого человека, для образования, здоровья, для семей, для досуга и отдыха — место, которое не про прибыль корпораций. Это всё может быть.

Но альтернативы сейчас не просматривается. На наших глазах узкая прослойка перекраивает город, наши районы и наши же жизни. Это чертовски раздражает.