Спор за город: критика извне и изнутри городских исследований и практик
С товарищами Полиной Шуруповой и Ильей Львовым в прошлом году собрались (а точнее, нас собрала Полина!) и подумали, а не зайти ли на организацию секции на студенческой конференции «Векторы» в Шанинке.
Вот и зашли. Поэтому в этом году в Шанинке будет секция про город!
Но про город не просто так. Не хочется смотреть на практики и кейсы как таковые без погружения их в обстоятельства социальных противоречий. На это найдутся места. Мы хотим зайти на другую территорию. Мы видим, что одни сюжеты и вопросы урбанизации легко подхватываются, а другие – остаются за бортом. И хотелось бы, чтобы эта секция сказала свое слово (как само событие и как те идеи, что там и вокруг нее могут быть высказаны) в общем развороте спора за город с тех позиций, которые в фокус господствующей риторики не попадают – помимо того, что сегодня важно вообще переосмыслить себя и нас самих в городе.
Мы поставили много вопросов – и мы открыты всем, кто хочет с нами в эти вопросы погрузиться. Подробнее читайте тут: https://vectorsconference.com/urbandispute
Сами Векторы пройдут 10-13 апреля.
А прием тезисов уже открыт!
Желающим выступить на секции необходимо отправить свои ФИО, информацию о месте учебы или работы, название доклада и аннотацию (до 500 слов) на urbandispute.vectors@gmail.com
Прием заявок на участие в конференции продлится до 28 февраля (включительно).
Пока можно присоединиться к нашему чату союзниц и союзников секции – мы этот чат видим как пространство для подготовки этой секции. Здесь мы будем рады обмениваться идеями, инициативами, чтобы у нас собралась параллельная программа – мы планируем до апреля проводить и ридинги, и лекции, и дискуссии. Заполняйте форму, чтобы вместе с нами погрузиться в спор за город.
Ну и подписывайтесь на канал нашей секции, там будут все новости!
С товарищами Полиной Шуруповой и Ильей Львовым в прошлом году собрались (а точнее, нас собрала Полина!) и подумали, а не зайти ли на организацию секции на студенческой конференции «Векторы» в Шанинке.
Вот и зашли. Поэтому в этом году в Шанинке будет секция про город!
Но про город не просто так. Не хочется смотреть на практики и кейсы как таковые без погружения их в обстоятельства социальных противоречий. На это найдутся места. Мы хотим зайти на другую территорию. Мы видим, что одни сюжеты и вопросы урбанизации легко подхватываются, а другие – остаются за бортом. И хотелось бы, чтобы эта секция сказала свое слово (как само событие и как те идеи, что там и вокруг нее могут быть высказаны) в общем развороте спора за город с тех позиций, которые в фокус господствующей риторики не попадают – помимо того, что сегодня важно вообще переосмыслить себя и нас самих в городе.
«Что такое город?» — кто сегодня определяет ответ на этот вопрос? Архитектурно-урбанистическая индустрия, активно развивающаяся в России на протяжение последних десятилетий, формулирует и задает «здравый смысл» работы с городом и жизни в нём. Логики комфортной городской среды, эффективных управленческих решений и сервисной модели города собирают язык современного урбанизма. Чаще всего он описывает город как нейтральную среду: его можно «улучшить», «исправить», «верно настроить» — город должен соответствовать представлениям о развитии и благополучии. Но под влиянием чего сформированы эти представления, о чём они забывают и что отказываются видеть?»
Мы поставили много вопросов – и мы открыты всем, кто хочет с нами в эти вопросы погрузиться. Подробнее читайте тут: https://vectorsconference.com/urbandispute
Сами Векторы пройдут 10-13 апреля.
А прием тезисов уже открыт!
Желающим выступить на секции необходимо отправить свои ФИО, информацию о месте учебы или работы, название доклада и аннотацию (до 500 слов) на urbandispute.vectors@gmail.com
Прием заявок на участие в конференции продлится до 28 февраля (включительно).
Пока можно присоединиться к нашему чату союзниц и союзников секции – мы этот чат видим как пространство для подготовки этой секции. Здесь мы будем рады обмениваться идеями, инициативами, чтобы у нас собралась параллельная программа – мы планируем до апреля проводить и ридинги, и лекции, и дискуссии. Заполняйте форму, чтобы вместе с нами погрузиться в спор за город.
Ну и подписывайтесь на канал нашей секции, там будут все новости!
❤🔥7👍5🔥1
Forwarded from Plot (Софья Воробьева)
Теперь нам предстоит попрощаться с Домом-книжкой на Новом Арбате. Его снесут и построят «социокультурный кластер»
Привет, это Софья. Наша, ставшая уже постоянной (к большому сожалению), рубрика «Москва избавляется от модернизма».
Заммэра Москвы Владимир Ефимов 3 февраля рассказал РИА «Новости» о планах на здание Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) на Новом Арбате. О том, что оно обветшало — и больше не пригодно для использования, объявляли еще в октябре. Но тогда будущую судьбу постройки определяли словом «реконструкция». Теперь же вполне ясно, что речь идет о сносе.
«Обычное офисное здание», по мнению Ефимова, отслужило свое, и в истории не останется. Чиновник противопоставляет ему другую столичную высотку — гостиницу «Украина»: «Здание эпохи, которое, как мы понимаем, будет стоять годы, десятилетия, столетия». Кстати, новый проект на месте СЭВ будут воплощать при участии инвестора ГК «Киевская площадь», об этом сообщает «Коммерсант». Именно эта компания Года Нисанова и Зараха Илиева (владельцев ТЦ «Европейский» у Киевского вокзала, а также рынков «Садовод» и «Фуд Сити») реставрировала гостиницу «Украина» с 2007 по 2010 год. «Киевская площадь» также заказала реконструкцию гостиницы «Мир» неподалеку от здания СЭВ.
Ефимов сказал: «Целый набор конструктивных элементов в нем [здании СЭВ] отслужил свое и требует существенных вложений в обновление, то есть полной замены. Это делает проект приспособления здания к современному использованию нецелесообразным. Поэтому мы думаем, что на его месте мог бы появиться объект, который станет определенным символом нашего времени».
Судя по комментарию «Киевской площади» «Коммерсанту», символ нашего времени — это социокультурный кластер, который станет «важным связующим звеном между Большим Сити, районами Арбат и Хамовники».
У здания СЭВ нет охранного статуса, но менее ценным оно от этого не становится. Снова процитирую книгу «Москва: Архитектура советского модернизма». Ее авторы называют высотку, построенную в 1970 году по проекту Михаила Посохина, Ашота Мндоянца и Владимира Свирского, «самым красивым зданием интернационального стиля в Москве, ставшим завершением не только Нового Арбата, но и всей эстетики шестидесятых».
Привет, это Софья. Наша, ставшая уже постоянной (к большому сожалению), рубрика «Москва избавляется от модернизма».
Заммэра Москвы Владимир Ефимов 3 февраля рассказал РИА «Новости» о планах на здание Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) на Новом Арбате. О том, что оно обветшало — и больше не пригодно для использования, объявляли еще в октябре. Но тогда будущую судьбу постройки определяли словом «реконструкция». Теперь же вполне ясно, что речь идет о сносе.
«Обычное офисное здание», по мнению Ефимова, отслужило свое, и в истории не останется. Чиновник противопоставляет ему другую столичную высотку — гостиницу «Украина»: «Здание эпохи, которое, как мы понимаем, будет стоять годы, десятилетия, столетия». Кстати, новый проект на месте СЭВ будут воплощать при участии инвестора ГК «Киевская площадь», об этом сообщает «Коммерсант». Именно эта компания Года Нисанова и Зараха Илиева (владельцев ТЦ «Европейский» у Киевского вокзала, а также рынков «Садовод» и «Фуд Сити») реставрировала гостиницу «Украина» с 2007 по 2010 год. «Киевская площадь» также заказала реконструкцию гостиницы «Мир» неподалеку от здания СЭВ.
Ефимов сказал: «Целый набор конструктивных элементов в нем [здании СЭВ] отслужил свое и требует существенных вложений в обновление, то есть полной замены. Это делает проект приспособления здания к современному использованию нецелесообразным. Поэтому мы думаем, что на его месте мог бы появиться объект, который станет определенным символом нашего времени».
Судя по комментарию «Киевской площади» «Коммерсанту», символ нашего времени — это социокультурный кластер, который станет «важным связующим звеном между Большим Сити, районами Арбат и Хамовники».
У здания СЭВ нет охранного статуса, но менее ценным оно от этого не становится. Снова процитирую книгу «Москва: Архитектура советского модернизма». Ее авторы называют высотку, построенную в 1970 году по проекту Михаила Посохина, Ашота Мндоянца и Владимира Свирского, «самым красивым зданием интернационального стиля в Москве, ставшим завершением не только Нового Арбата, но и всей эстетики шестидесятых».
😭8👎2🥱1
«Критическая урбанистика: что мы забыли о городе за полтора десятка лет увлечения им?»
Завтра в библиотеке им. Некрасова будем с Полиной Шуруповой и Ильей Львовым рассказывать про нашу секцию на конференции в Шанинке. Она состоится уже через месяц, поэтому завтра будет не столько разминка, сколько вообще такой предварительный разговор -- как и почему мы затеяли эту историю, какой она вырисовывается сейчас и что может ждать нас всех в апреле на дискуссиях в Шанинке.
Конечно, разговор будет не только про планы и ожидания.
Мы думаем поговорить про городской мейнстрим и критическую урбанистику -- или вообще про разные мейнстримы и разные критики. Когда мы запустили первые новости про секцию, то естественно получили вопросы: а что это такое, ваш мейнстрим-то? Вот порассуждаем.
Что сегодня господствует в практиках и представлениях о городе -- и почему на это важно пристально смотреть? А что в этих пространствах урбанистики оказалось забытым -- и что за суррогаты заменили вот эти забытые штуки?
Но как мы разговор про все это построим -- вот завтра и расскажем)
Приходите, если вы в Москве.
13 марта, 19:30.
Библиотека им. Некрасова. Зал: Арт-пространство, 2 этаж
Надо зарегистрироваться здесь.
Завтра в библиотеке им. Некрасова будем с Полиной Шуруповой и Ильей Львовым рассказывать про нашу секцию на конференции в Шанинке. Она состоится уже через месяц, поэтому завтра будет не столько разминка, сколько вообще такой предварительный разговор -- как и почему мы затеяли эту историю, какой она вырисовывается сейчас и что может ждать нас всех в апреле на дискуссиях в Шанинке.
Конечно, разговор будет не только про планы и ожидания.
Мы думаем поговорить про городской мейнстрим и критическую урбанистику -- или вообще про разные мейнстримы и разные критики. Когда мы запустили первые новости про секцию, то естественно получили вопросы: а что это такое, ваш мейнстрим-то? Вот порассуждаем.
Что сегодня господствует в практиках и представлениях о городе -- и почему на это важно пристально смотреть? А что в этих пространствах урбанистики оказалось забытым -- и что за суррогаты заменили вот эти забытые штуки?
Но как мы разговор про все это построим -- вот завтра и расскажем)
Приходите, если вы в Москве.
13 марта, 19:30.
Библиотека им. Некрасова. Зал: Арт-пространство, 2 этаж
Надо зарегистрироваться здесь.
❤6👍2🔥1
«Если понимать такие объекты как медиа, через них можно увидеть динамику мира, который в ином случае кажется внешним по отношению к ним. Всматриваясь в них, словно в хрустальный шар, обращённый одновременно в прошлое и будущее, мы сталкиваемся с проблемами, которые кажутся совершенно иными — поставленными с иных точек зрения, — по сравнению с теми, что занимали метрополитанскую мысль начала XX века. Однако учиться у той мысли — значит учиться читать диспетчерскую как улицу, и наоборот. Архитектурный анализ способен на это, но лишь при условии обновления инструментария, унаследованного от европейских авангардов и их философов. Среди таких инструментов — концепт и феномен, известный как «абстракция».
Абстракция — это ответ современной архитектуры на циркулирующий капитал, где мнимая безжизненность товарной формы обретает собственный эстетический язык.
Не Веркбунд и даже не Баухаус, а Корпорация Баухаус — структура, созданная для распространения ламп, предметов быта и мебели, разработанных сначала в Веймаре, а затем в Дессау, — стала её наиболее точным воплощением. В городском контексте этому соответствует Siedlungen — функционалистские жилые массивы для среднего класса, построенные в окрестностях Берлина и Франкфурта в тот же период, чтобы приучить множество «зиммелевских чужаков» к правилам механизированного быта».
//
«Когда мы расширяем понятие социальных воображаемых — под которыми я, напомню, понимаю все те повседневные способы, посредством которых общество воображает само себя как общество — в сторону культурных или эстетических практик, таких как архитектура, мы подразумеваем следующее. Подобно социальным практикам, культурные практики помогают определить, что мы имеем в виду, например, говоря о финансовом капитале, который считается ключевым фактором формирования «глобальных городов» и «мегаполисов».
Финансовый капитал пронизывает как небоскрёбы, так и трущобы: его присутствие или отсутствие формирует эти физические формы, но и само определяется ими. Как сырьё, из которого создаются финансовые ландшафты (термин Арджуна Аппадураи), финансовый капитал — это нечто гораздо большее, но (благодаря своей абстрактности) и гораздо меньшее, чем совокупность материальных благ и услуг, с которыми он якобы оперирует.
Строго говоря, он воображаем, но не в смысле идеологической иллюзии, а в самом реальном и практическом смысле. Он циркулирует по-разному в Мумбаи, Нью-Йорке или Сан-Паулу, выстраивая связи между городами, но одновременно определяя уникальность каждого из них, а также конфликты и сообщества, которые эти города порождают. В этом и других аспектах архитектура и урбанизм становятся элементами сложной сети культурных практик, которые делают финансовую глобализацию — и, как следствие, её кризисы — не только видимой, но и вообразимой (а значит, и возможной) изначально. Или, проще говоря, в современных городах создание и циркуляция культурных смыслов через архитектуру и другие эстетические формы — это основная характеристика политико-экономических процессов, а не их побочный эффект»
И
«Бесспорно утверждение, что в таких городах, как Нью-Йорк, да и по всему миру, архитектура в целом превратилась в своего рода фетиш для спекулятивного рынка недвижимости. Больше споров может вызвать попытка точно сказать, что это означает».
Reinhold Martin: Financial Imaginaries – Toward a Philosophy of the City
https://www.pavilionmagazine.org/reinhold-martin-financial-imaginaries-toward-a-philosophy-of-the-city
Абстракция — это ответ современной архитектуры на циркулирующий капитал, где мнимая безжизненность товарной формы обретает собственный эстетический язык.
Не Веркбунд и даже не Баухаус, а Корпорация Баухаус — структура, созданная для распространения ламп, предметов быта и мебели, разработанных сначала в Веймаре, а затем в Дессау, — стала её наиболее точным воплощением. В городском контексте этому соответствует Siedlungen — функционалистские жилые массивы для среднего класса, построенные в окрестностях Берлина и Франкфурта в тот же период, чтобы приучить множество «зиммелевских чужаков» к правилам механизированного быта».
//
«Когда мы расширяем понятие социальных воображаемых — под которыми я, напомню, понимаю все те повседневные способы, посредством которых общество воображает само себя как общество — в сторону культурных или эстетических практик, таких как архитектура, мы подразумеваем следующее. Подобно социальным практикам, культурные практики помогают определить, что мы имеем в виду, например, говоря о финансовом капитале, который считается ключевым фактором формирования «глобальных городов» и «мегаполисов».
Финансовый капитал пронизывает как небоскрёбы, так и трущобы: его присутствие или отсутствие формирует эти физические формы, но и само определяется ими. Как сырьё, из которого создаются финансовые ландшафты (термин Арджуна Аппадураи), финансовый капитал — это нечто гораздо большее, но (благодаря своей абстрактности) и гораздо меньшее, чем совокупность материальных благ и услуг, с которыми он якобы оперирует.
Строго говоря, он воображаем, но не в смысле идеологической иллюзии, а в самом реальном и практическом смысле. Он циркулирует по-разному в Мумбаи, Нью-Йорке или Сан-Паулу, выстраивая связи между городами, но одновременно определяя уникальность каждого из них, а также конфликты и сообщества, которые эти города порождают. В этом и других аспектах архитектура и урбанизм становятся элементами сложной сети культурных практик, которые делают финансовую глобализацию — и, как следствие, её кризисы — не только видимой, но и вообразимой (а значит, и возможной) изначально. Или, проще говоря, в современных городах создание и циркуляция культурных смыслов через архитектуру и другие эстетические формы — это основная характеристика политико-экономических процессов, а не их побочный эффект»
И
«Бесспорно утверждение, что в таких городах, как Нью-Йорк, да и по всему миру, архитектура в целом превратилась в своего рода фетиш для спекулятивного рынка недвижимости. Больше споров может вызвать попытка точно сказать, что это означает».
Reinhold Martin: Financial Imaginaries – Toward a Philosophy of the City
https://www.pavilionmagazine.org/reinhold-martin-financial-imaginaries-toward-a-philosophy-of-the-city
🔥3❤2👍1
Forwarded from Воздушные избы
Манифест критической архитектурной визуализации. О том, что не так с нашими рендерами, и как это (легко) изменить
В результате воркшопа "Во власти рендера: критическая практика архитектурной визуализации", который мы провели на полях Векторов в Шанинке с Артемом Никитиным, родился манифест! Собрали его в карточках — читайте и распространяйте! В нём мы рассуждаем о социальной роли рендеров, подробности — в лонгриде ниже.
ЧТО НЕ ТАК С РЕНДЕРАМИ?
На наш взгляд, это — не невинные картинки, а мощный инструмент конструирования образа будущего, который работает на деполитизацию, исключение и маргинализацию всего "сложного" и "некрасивого". Визуализация — не нейтральная проектная практика, она отражает и воспроизводит идеологию, в которой эстетическое ставится выше социального.
Отношение к людям на архитектурной графике как к "стаффажу" (второстепенным элементам композиции, создающим фон, окружение для архитектуры), которые не должны отвлекать от дизайна — бессознательно транслируется планировщиками в жизнь. Так горожане-индивиды становятся объективированными "пользователями", которые должны вести себя в городском пространстве строго согласно заложенным в проекте функциям, в противном случае — в "Яму" придет ОМОН.
Если взглянуть на визуализации в альбомах конкурса ФКГС и мастерпланов, то мы увидим, как из проекта в проект кочуют одни и те же люди. Набор персонажей и видов их деятельности строго ограничен — практически любой сюжет можно пересказать фразой
ПОЧЕМУ ТАК ПРОИСХОДИТ?
Мы живем в реальности, в которой архитектура и среда стали товаром, заказчиком которого является не общество, а федеральный чиновник или девелопер. Архитекторы проектируют для себеподобных, и изображают их же — в чеченском ауле и костромской глубинке на модном благоустройстве будут сидеть идентичные представители высшего и среднего класса из западного мегаполиса, скаченные из онлайн библиотек "люди png".
В этих условиях главной функцией визуализации стала реклама. Через рендер архитектор не вступает в диалог, и продает одним — и навязывает другим. Желание менять общество через архитектуру под стандарты своего класса и культуры, вера в знаменитое "бытие определяет сознание" — проявляется в стирании социальных различий на рендерах. Любая сложность, непонятная высоким заказчикам, может показаться им неэстетичной — а значит, не должна быть показана.
ЧТО МЫ МОЖЕМ СДЕЛАТЬ?
Мы предлагаем 10 шагов — простых и посложнее, как можно изменить подход к визуализации, приняв её общественную значимость. Из деполитизирующей рекламы рендер может стать инструментом социальной критики!
Благо тут нейросети могут помочь, исправив ограниченность png-наборов.
Несложное действие позволит изменить взгляд архитектора на территорию проектирования — не "сверху", а "изнутри". Это к тому же "сошьет" проектную деятельность: порой над разными частями проекта трудятся разные компании, почти не общаясь друг с другом. Рендеры вообще часто делают в последний момент, и отдают на аутсорс. В итоге над визуализациями работают люди, не принимавшие участие в предпроектном анализе и проектировании, и не имеющие представления о месте и его сообществе, хотя в команде проекта был антрополог.
Вообще, почти вся урбанистическая секция Векторов "спор за город" крутилась вокруг вопроса о том, как нам вкатить троянского коня политизации в ворота авторитарного урбанизма. Люди уже не просто констатируют проблему, а задумываются, как смягчить её последствия, ослабить её, или создать внутри неё лакуны общественного участия. Изменение собственных профессиональных практик — немногое, что нам доступно, но это может иметь серьёзный эффект.
В результате воркшопа "Во власти рендера: критическая практика архитектурной визуализации", который мы провели на полях Векторов в Шанинке с Артемом Никитиным, родился манифест! Собрали его в карточках — читайте и распространяйте! В нём мы рассуждаем о социальной роли рендеров, подробности — в лонгриде ниже.
ЧТО НЕ ТАК С РЕНДЕРАМИ?
На наш взгляд, это — не невинные картинки, а мощный инструмент конструирования образа будущего, который работает на деполитизацию, исключение и маргинализацию всего "сложного" и "некрасивого". Визуализация — не нейтральная проектная практика, она отражает и воспроизводит идеологию, в которой эстетическое ставится выше социального.
Отношение к людям на архитектурной графике как к "стаффажу" (второстепенным элементам композиции, создающим фон, окружение для архитектуры), которые не должны отвлекать от дизайна — бессознательно транслируется планировщиками в жизнь. Так горожане-индивиды становятся объективированными "пользователями", которые должны вести себя в городском пространстве строго согласно заложенным в проекте функциям, в противном случае — в "Яму" придет ОМОН.
Если взглянуть на визуализации в альбомах конкурса ФКГС и мастерпланов, то мы увидим, как из проекта в проект кочуют одни и те же люди. Набор персонажей и видов их деятельности строго ограничен — практически любой сюжет можно пересказать фразой
"На переднем плане женщина прогуливается с ребенком, на заднем плане сидя общается молодая гетеросексуальная пара, вокруг них играют дети".Вообще, визуализации сегодня больше всего напоминают тоталитарный соцреализм: такой китч, приторная картинка, из которой стерты любые конфликты и заретушированы любые социальные проблемы.
ПОЧЕМУ ТАК ПРОИСХОДИТ?
Мы живем в реальности, в которой архитектура и среда стали товаром, заказчиком которого является не общество, а федеральный чиновник или девелопер. Архитекторы проектируют для себеподобных, и изображают их же — в чеченском ауле и костромской глубинке на модном благоустройстве будут сидеть идентичные представители высшего и среднего класса из западного мегаполиса, скаченные из онлайн библиотек "люди png".
В этих условиях главной функцией визуализации стала реклама. Через рендер архитектор не вступает в диалог, и продает одним — и навязывает другим. Желание менять общество через архитектуру под стандарты своего класса и культуры, вера в знаменитое "бытие определяет сознание" — проявляется в стирании социальных различий на рендерах. Любая сложность, непонятная высоким заказчикам, может показаться им неэстетичной — а значит, не должна быть показана.
ЧТО МЫ МОЖЕМ СДЕЛАТЬ?
Мы предлагаем 10 шагов — простых и посложнее, как можно изменить подход к визуализации, приняв её общественную значимость. Из деполитизирующей рекламы рендер может стать инструментом социальной критики!
Архитектору придется стать этнографом, фиксирующим социальную реальность места и вписывающим свой проект в неё, а не наоборот.
Благо тут нейросети могут помочь, исправив ограниченность png-наборов.
Несложное действие позволит изменить взгляд архитектора на территорию проектирования — не "сверху", а "изнутри". Это к тому же "сошьет" проектную деятельность: порой над разными частями проекта трудятся разные компании, почти не общаясь друг с другом. Рендеры вообще часто делают в последний момент, и отдают на аутсорс. В итоге над визуализациями работают люди, не принимавшие участие в предпроектном анализе и проектировании, и не имеющие представления о месте и его сообществе, хотя в команде проекта был антрополог.
Вообще, почти вся урбанистическая секция Векторов "спор за город" крутилась вокруг вопроса о том, как нам вкатить троянского коня политизации в ворота авторитарного урбанизма. Люди уже не просто констатируют проблему, а задумываются, как смягчить её последствия, ослабить её, или создать внутри неё лакуны общественного участия. Изменение собственных профессиональных практик — немногое, что нам доступно, но это может иметь серьёзный эффект.
👍3🔥3💯1
Майское чтение
Немного всего вперемешку, разного и интересного, что сейчас в поле внимания. Выходит, что почти все про Москву!
Москва монументальная. Высотки и городская жизнь в эпоху сталинизма (Кэтрин Зубович)
Увидел книгу случайно в Переделкино, попалась как будто вовремя, вот в русле моего субъективного интереса. Но решил не брать, цена кусалась. Теперь читаю в электронном виде.
Грибы, мутанты и другие: архитектура эры Лужкова (Даша Парамонова)
Спасибо Александру Острогорскому за нее, так бы пропустил! А тем временем книжка кажется свидетельством уже исчезнувшей стрелки (ну, такое ощущение), и таким погружением в архитектуру лужковской Москвы из будущего. Не капром, а грибы и мутанты.
Crisis and the Everyday in Postsocialist Moscow (Ольга Шевченко)
Легендарная работа, встретилась давно, но вот недавно на Векторах снова упоминалась, а у меня все не доходили руки прочитать как следует, только фрагментами. Пробуем исправить.
Architecture of Life Soviet Modernism and the Human Sciences (Алла Вронская)
Узнал об этой книге благодаря размышлениям и разговорам о том, как архитектура может быть способна создавать человека. Как будто сложная книга, с осени в списках, но надо наконец достать и разобраться.
***
Ещё в поле зрения уже не раз попадается книга Андреевского «Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху», там даже, как я понимаю, несколько томов, но пока присматриваюсь.
Хочется, конечно, найти и прочитать что-то про повседневность Москвы 20-х и 30-х, но вот кроме Андреевского не видел как будто ничего, если не считать художественной литературы. Если вы знаете что-то, что про Москву того периода почитать, буду признателен за совет! А если эти четыре книги хотите почитать, пишите, скину!
Немного всего вперемешку, разного и интересного, что сейчас в поле внимания. Выходит, что почти все про Москву!
Москва монументальная. Высотки и городская жизнь в эпоху сталинизма (Кэтрин Зубович)
Увидел книгу случайно в Переделкино, попалась как будто вовремя, вот в русле моего субъективного интереса. Но решил не брать, цена кусалась. Теперь читаю в электронном виде.
Грибы, мутанты и другие: архитектура эры Лужкова (Даша Парамонова)
Спасибо Александру Острогорскому за нее, так бы пропустил! А тем временем книжка кажется свидетельством уже исчезнувшей стрелки (ну, такое ощущение), и таким погружением в архитектуру лужковской Москвы из будущего. Не капром, а грибы и мутанты.
Crisis and the Everyday in Postsocialist Moscow (Ольга Шевченко)
Легендарная работа, встретилась давно, но вот недавно на Векторах снова упоминалась, а у меня все не доходили руки прочитать как следует, только фрагментами. Пробуем исправить.
Architecture of Life Soviet Modernism and the Human Sciences (Алла Вронская)
Узнал об этой книге благодаря размышлениям и разговорам о том, как архитектура может быть способна создавать человека. Как будто сложная книга, с осени в списках, но надо наконец достать и разобраться.
***
Ещё в поле зрения уже не раз попадается книга Андреевского «Повседневная жизнь Москвы в сталинскую эпоху», там даже, как я понимаю, несколько томов, но пока присматриваюсь.
Хочется, конечно, найти и прочитать что-то про повседневность Москвы 20-х и 30-х, но вот кроме Андреевского не видел как будто ничего, если не считать художественной литературы. Если вы знаете что-то, что про Москву того периода почитать, буду признателен за совет! А если эти четыре книги хотите почитать, пишите, скину!
❤4👍3
Moskau. Das Gesicht der Stadte (Sidorow А. А, 1928)
Читаю книгу «Москва монументальная. Высотки и городская жизнь в эпоху сталинизма», там в первой главе Кэтрин Зубович старается показать, в какой именно Москве, дореволюционной, старой, исторической, рождались проекты новой архитектуры и где именно прокладывало себе дорогу социалистическое преобразование пространства.
Для этого она обращается — так начинается первая глава — к московскому искусствоведу Алексею Сидорову, который в 1928 году выпускает в Берлине альбом фотографий, снятых им в период НЭПовской Москвы.
Несмотря на то, что в книге есть вроде как всего 8 фотографий из альбома, сразу захотелось посмотреть их все. Полез искать. Сначала всплывали ссылки на всяческие аукционы, самого файла альбома целиком не находилось, но вот — счастье! — есть оцифрованный!
Библиотека им. Н.А. Некрасова собрала в своих оцифрованных фондах несколько фотоальбомов Москвы разных лет, в том числе и альбом Сидорова.
Как пишет Сидоров в предисловии к альбому:
И вот такие контрасты и противоречия и пытаются схватить фотографии города в альбоме Сидорова. Как указывает Зубович,
Но вместе с такой фиксацией прошлого, фотографии альбома показывают нечто новое, уже рождающееся в городе. Здесь есть снимки новых архитектурных сооружений в стиле конструктивизма, в том числе высокое административное здание Моссельпрома.
— везде контраст и противоречия.
Авангардные здания, рекламные щиты и уличная торговля соседствуют с усадьбами, церквями, прачками на реке, с топкой льда, с кладбищами, с бездомными детьми. Есть фотографии и наводнения на Красном октябре.
Всем рекомендую эти фотографии — весь альбом тут. Вот для меня вышло интересное отдельное погружение.
Читаю книгу «Москва монументальная. Высотки и городская жизнь в эпоху сталинизма», там в первой главе Кэтрин Зубович старается показать, в какой именно Москве, дореволюционной, старой, исторической, рождались проекты новой архитектуры и где именно прокладывало себе дорогу социалистическое преобразование пространства.
Для этого она обращается — так начинается первая глава — к московскому искусствоведу Алексею Сидорову, который в 1928 году выпускает в Берлине альбом фотографий, снятых им в период НЭПовской Москвы.
Несмотря на то, что в книге есть вроде как всего 8 фотографий из альбома, сразу захотелось посмотреть их все. Полез искать. Сначала всплывали ссылки на всяческие аукционы, самого файла альбома целиком не находилось, но вот — счастье! — есть оцифрованный!
Библиотека им. Н.А. Некрасова собрала в своих оцифрованных фондах несколько фотоальбомов Москвы разных лет, в том числе и альбом Сидорова.
Как пишет Сидоров в предисловии к альбому:
«Москва стоит на границе между Европой и Азией: некогда царский город, наследница Византии, носительница фантастического титула Третьего Рима. При императорах XVIII–XIX веков она была красивым губернским городом – барочным, задумчивым и немного ленивым. До революции она была городом крупных промышленников, центром либеральной интеллигенции, купеческой оппозиции и художественных коллекций, где Пикассо и Матисс соседствовали с древнерусскими иконами. Потом, в первые ужасные годы потрясений, революционная Москва голодала и прозябала, ей угрожала смерть. А сегодня Красная Москва – советская столица… Из всех городов мира Москва, пожалуй, вызывает самые противоречивые чувства»
И вот такие контрасты и противоречия и пытаются схватить фотографии города в альбоме Сидорова. Как указывает Зубович,
«фотографы, чьи работы выбрал Сидоров, были пикториалистами, или фотохудожниками – приверженцами особого стиля в фотографии, подражавшего эмоциональности и красоте живописи импрессионистов. Увиденная сквозь смягчающие светофильтры и под живописными углами Москва приобретала грустный, меланхоличный флер. Показывая зыбкие картины раннего советского периода, страницы этого альбома источали ностальгию по прошлому».
Но вместе с такой фиксацией прошлого, фотографии альбома показывают нечто новое, уже рождающееся в городе. Здесь есть снимки новых архитектурных сооружений в стиле конструктивизма, в том числе высокое административное здание Моссельпрома.
«На оживленном рынке под открытым небом у подножья Сухаревой башни XVII века, где в торговых рядах сталкивались деревня и город, Сидоров обнаружил московскую старину, уживавшуюся в годы НЭПа с иностранными концессиями»
— везде контраст и противоречия.
Авангардные здания, рекламные щиты и уличная торговля соседствуют с усадьбами, церквями, прачками на реке, с топкой льда, с кладбищами, с бездомными детьми. Есть фотографии и наводнения на Красном октябре.
Всем рекомендую эти фотографии — весь альбом тут. Вот для меня вышло интересное отдельное погружение.
❤10