Согласно данным Бюро национальной статистики АСПиР РК, в 2025/2026 учебном году на обучение в вузы по государственным образовательным грантам смогли поступить почти 74 тыс. человек. С учётом того, что всего высшие учебные заведения приняли около 209 тыс. студентов, доля новых учащихся-«грантников» превысила 35%.

Разбивка данных по группам специальностей в текущем учебном году показывает, что наибольшая доля «грантников» пришлась на категорию «Естественные науки, математика и статистика»: 74%. Заметный удельный вес студентов, принятых по грантам, продемонстрировали и такие категории специальностей, как «Сельское хозяйство и биоресурсы» (64%), «Национальная безопасность и военное дело» (61%).

Рассмотрим данные об удельном весе поступивших на гранты детально. На первом месте оказался раздел «Физические и химические науки»: в текущем учебном году 91% поступивших по этому направлению были обладателями государственного гранта. С очень близким показателем второе место заняла категория «Животноводство»: почти 91%. В топ-10 попали ещё два раздела, связанные с продовольствием — «Рыбное хозяйство» (89%) и «Агроинженерия» (80%). Абитуриентам, мечтающим связать свою жизнь с активно развивающимся IT-направлением, стоит присмотреться к профессиям из категорий «Информационная безопасность» (84%) и «Телекоммуникации» (70%).

Инженерные профессии, на которые государство делает акцент при распределении госзаказа, продемонстрировали пусть и не максимальную, но всё же довольно большую долю «грантников». Например, в архитектурно-строительном направлении удельный вес студентов, принятых на гранты, составил почти 65%, в инженерном деле — 54%, в производственных и обрабатывающих отраслях — 53%.

Искусственный интеллект (ИИ) за последние несколько лет прошёл путь от перспективной технологии до одного из ключевых драйверов мировой экономики. Сегодня ИИ активно внедряется практически во все сферы — от бизнеса и образования до государственного управления, финансового сектора, медицины и промышленности.

Казахстан не только следует мировым тенденциям, но и активно формирует собственную ИИ-экосистему. При этом уже сегодня страна демонстрирует заметные результаты, уверенно конкурируя с другими государствами Центральной Азии и ЕАЭС. Согласно рейтингу Global AI Diffusion от компании Microsoft, Казахстан стал безусловным лидером среди стран ЦА и ЕАЭС по уровню распространения ИИ.

Рейтинг отражает долю населения в возрасте от 15 до 64 лет, использующего любые сервисы, связанные с ИИ. Иными словами, чем выше уровень проникновения ИИ-продуктов и цифровых решений в стране, тем активнее население взаимодействует с такими технологиями.

По итогам первого квартала 2026 года Казахстан занял 70-е место среди 147 стран — сильный результат, особенно с учётом конкуренции со стороны более развитых экономик. Более того: показатель РК — 15,9% — существенно превышает результаты других стран Центральной Азии и ЕАЭС. Для сравнения: уровень распространения ИИ в Беларуси составил 9,6%, в Кыргызстане — 9,5%, в России — 9,5%, в Узбекистане — 7,2%, в Таджикистане и Туркменистане — по 6,1%.

При этом РК не только входит в число лидеров региона по уровню проникновения ИИ, но и демонстрирует одни из самых высоких темпов роста в мире. Так, Казахстан вошёл в топ-10 стран по приросту численности пользователей ИИ-сервисов: показатель увеличился сразу на 25,6% по сравнению со вторым полугодием 2025 года.

Доля казахстанских домохозяйств со среднедушевыми доходами от 200 тыс. тг в месяц в 2025 году составила 18,97%, в них проживали 11,78% населения страны. Среди тех, кто живёт самостоятельно, без семьи и детей, удельный вес таких домохозяйств составил 39,11%, то есть 2 из 5 человек. А вот среди семей, состоящих из 5 и более человек — всего 2,21%.

Из домохозяйств с детьми младше 16 лет среднедушевые доходы от 200 тыс. тг в месяц имели уже всего 6,5%, и даже среди семей с одним ребёнком на долю таковых пришлось лишь 11,09%. При этом среди семей, воспитывающих четырёх и более детей, таких и вовсе почти не было: лишь 0,15%.

Всего 4,81% казахстанских семей в 2025 году имели среднедушевые доходы менее 50 тыс. тг в месяц, однако среди семей с детьми их доля составила уже 9,47%, а среди семей, воспитывающих четырёх и более детей, такие низкие доходы имела практически каждая четвёртая (23,04%).

И последний показатель: из всех многодетных казахстанских семей в 2025 году 5,39% имели среднедушевые доходы менее 35 тыс. тг в месяц. Среди казахстанцев без семьи и детей доля таковых составила всего 0,21%.

Больше не станем озвучивать цифры: остальное можно самостоятельно найти в приведённых таблицах. Выходит, что семья в Казахстане — и особенно семья с детьми — это путь к резкому и значительному падению благосостояния и уровня жизни.

Банковский сектор Казахстана продолжает демонстрировать устойчивый рост, несмотря на сохраняющиеся макроэкономические вызовы. Ключевым индикатором остаются активы банков второго уровня, через которые наиболее чётко прослеживаются темпы роста и сдвиги в рыночных позициях игроков.

По состоянию на 1 марта 2026 года общий объём активов банковского сектора страны достиг 70,5 трлн тг. За месяц сумма выросла на 0,7%, или более чем на 500 млрд тг. При этом ранее два месяца подряд наблюдалось сокращение.

В разрезе отдельных фининститутов ситуация существенно различается. Так, среди 23 БВУ РК положительную динамику показали 14 банков, отрицательную — 9.

Лидером по месячному росту активов стал ForteBank: плюс 173,5 млрд тг, или плюс 3,5%. К концу марта текущего года объём активов банка превысил 5 трлн тг. К слову, в конце апреля банк публично подвёл итоги 2025 года. Было отмечено, что чистая прибыль финансового института составила 191 млрд тг, при этом рентабельность капитала (ROE) достигла 32,9% — это один из самых высоких уровней в банковском секторе Казахстана.

Тем временем вторую строчку по месячному росту активов занял Halyk Bank: плюс 162,9 млрд тг, или плюс 0,8%.

Замыкает топ-3 Банк Китая в Казахстане: плюс 153,3 млрд тг.

В первую пятёрку по росту активов также вошли Отбасы Банк (плюс 120,2 млрд тг) и Kaspi Bank (плюс 107,3 млрд тг).

В целом за последние годы в долгосрочной динамике активы банковского сектора страны только растут, причём довольно высокими темпами. Так, за год объём активов БВУ РК увеличился почти на 14%, а за пять лет — более чем в 2 раза. В среднем за последнюю пятилетку показатель ежегодно рос на 16,8%.

По итогам первого квартала текущего года ссудный портфель казахстанских банков с учётом операций по обратному РЕПО составил 43,4 трлн тг. Это на 0,1% (или 61,2 млрд тг) меньше, чем в начале текущего года. Напомним: на текущий момент банковский сектор Казахстана представлен 23 банками второго уровня, из которых 15 — банки с иностранным участием, в том числе 10 дочерних банков.

Для начала посмотрим, как изменились за первый квартал показатели казахстанских банков (включая банки с иностранным участием).

Самый заметный прирост в этой категории продемонстрировал Alatau City Bank, входящий в десятку крупнейших банков-кредиторов страны: плюс 9,5%, до 1,3 трлн тг.

Далее идёт Home Credit Bank: плюс 5,7%, до 1 трлн тг.

А замыкает тройку лидеров новичок в банковском секторе, но не на рынке Казахстана. Речь о KMF Банке — новом банке второго уровня, реорганизованном прошлым летом из крупнейшей МФО страны. Ссудный портфель KMF Банка вырос на 4% за квартал (и на 2,2% за последний месяц) и достиг 345,6 млрд тг. Примечательно, что по объёмам ссудного портфеля банк занимает 14-е место среди 23 БВУ РК — весомый результат. Помимо активной поддержки АПК РК банк также предлагает групповые займы и уделяет большое внимание кредитованию женского предпринимательства.

Теперь рассмотрим иностранные дочерние банки. В этой когорте БВУ наибольший рост за первый квартал продемонстрировал Bereke Bank — «дочка» катарского Lesha Bank: плюс 5,6%, до 1,6 трлн тг.

Далее идёт корейский Шинхан Банк: плюс 2,4%, до 126 млрд тг. Замыкает тройку лидеров китайский дочерний Altyn Bank: плюс 2,4%, до 828,7 млрд тг.

Основу корпоративного сектора в Казахстане составляют относительно молодые компании. Так, почти 165 тыс. действующих юридических лиц, или 37% от общего числа, работают от 1 до 5 лет. Ещё 92 тыс. компаний существуют от 6 до 10 лет — это 21% всех действующих юрлиц страны.

В то же время в структуре сектора заметно растёт доля более устойчивых и давно работающих предприятий. Количество юридических лиц старше 21 года за год увеличилось сразу на 15% — с 45 тыс. до 52 тыс. компаний. Их доля в общей структуре выросла с 11% до 12%.

Возрастная структура малого бизнеса в целом повторяет общую ситуацию по стране. Некоторая часть малого бизнеса уже относится к числу устойчивых компаний: свыше 47 тыс., или 11% малых предприятий, существуют более 21 года.

Однако средний и крупный бизнес заметно более «возрастной». Среди средних предприятий 4 тыс., или 53%, работают свыше 21 года. Из 3 тыс. крупных компаний более 1 тыс., или 43%, существуют свыше 21 года.

Различия заметны и в разрезе видов деятельности. Наиболее «возрастным» сектором остаётся государственное управление и оборона, где более половины действующих юридических лиц — 52% — работают свыше 21 года. Высокая доля старейших организаций также наблюдается в операциях с недвижимым имуществом (22%), сельском хозяйстве (20%) и сфере искусства, развлечений и отдыха (16%).

Наименьшая доля «возрастных» предприятий наблюдается в сфере информации и связи — лишь 5% юрлиц возрастом более 21 года, в гостиничном и ресторанном бизнесе — чуть более 5%, в торговле — 6%.

Изучаем статистику судебных приговоров по уголовным преступлениям. Для анализа данных мы использовали данные из отчётов Комитета по правовой статистике и специальным учётам Генпрокуратуры РК. В прошлом году осуждёнными были признаны более 30 тыс. казахстанцев, нарушивших уголовное право. Из них около 12 тыс. преступников получили реальные тюремные сроки. Это составляет 38%. При этом в предыдущие несколько лет доля осуждённых, которых после приговора отправили в места не столь отдалённые, тоже была близка к трети.

Показатель в 38% — это средняя цифра по всем разделам преступлений. По определённым категориям ситуация неравнозначна. Например, по преступлениям небольшой тяжести в прошлом году за решётку попадала только четверть осуждённых (26%). По тяжким преступлениям лишь чуть больше половины (53%) преступников получали реальные тюремные сроки. За особо тяжкие преступления в тюрьму отправлялись 99,3% виновных. А что произошло в оставшихся 0,7% случаев? Осуждённые остались в статусе «без назначения уголовного наказания». Одна из возможных причин — невменяемость и принудительное медицинское лечение.

Второй среди наиболее распространённых мер уголовного наказания стало ограничение свободы. По итогам прошлого года 29% осуждённых (9 тыс. человек) получили такое наказание за своё преступление. Значительно реже — в 12% случаев — осуждённые наказывались общественными или исправительными работами (4 тыс. человек). В 9% случаев виновные платили штраф. Важно: штраф может быть не основной, а дополнительной мерой наказания.

Развитие системы здравоохранения невозможно без достаточного уровня обеспеченности врачами и средним медицинским персоналом. Именно кадровый потенциал во многом определяет качество и доступность медицинской помощи.

Однако в последние годы в Казахстане наблюдается снижение уровня обеспеченности врачами.

Так, по итогам первого квартала 2026 года в стране насчитывалось более 57 тыс. врачей — примерно столько же, сколько и годом ранее.

При этом, несмотря на то что общее число врачей в стране практически не меняется, их обеспеченность на душу населения постепенно снижается — и это тревожная тенденция. Так, количество врачей на 10 тыс. населения уменьшилось за год с 28,2 в первом квартале 2025 года до 27,9 в первом квартале 2026 года. И это лишь часть проблемы. Не менее актуальным остаётся вопрос региональной диспропорции.

К примеру, только в 6 из 20 регионов показатель обеспеченности врачами превышает среднереспубликанский уровень. Так, в Астане на 10 тыс. населения приходится 41,8 врача (на 50% выше среднего значения по стране), в Алматы — 36,7 врача (на 31,6% выше среднего значения), в Карагандинской области — 34,7 врача (на 24,4% выше среднего значения). Тем временем в густонаселённой Алматинской области на 10 тыс. населения приходится всего 20,2 врача — это худший показатель по стране (на 27,5% ниже среднего значения). Схожая ситуация наблюдается в Мангистауской области — 20,2 врача, Жамбылской — 21,5, Костанайской — 21,8, Акмолинской — 22 врача на 10 тыс. населения.

Диспропорция наблюдается и в динамике обеспеченности врачами: в одних регионах показатель за год снижается на 7,6%, тогда как в других, напротив, растёт более чем на 5%.

Согласно рейтингу Investment & Development в обзоре IMD World Talent Ranking, Казахстан занял 20-е место среди 69 стран по инвестициям и развитию человеческого капитала, причём за последние годы оценка улучшалась непрерывно: за четыре года — плюс 19 позиций. Казахстан оказался выше ряда развитых экономик, включая Великобританию, Южную Корею, Японию и Сингапур.

Заметный вклад в результат внесли непосредственно работодатели Казахстана. По показателю Employee training (обучение и развитие сотрудников) наша страна заняла 11-е место в мире.

А как оценивают местных работодателей региональные аналитики? Рассмотрим итоги конкурса «Премия HR-бренд Центральная Азия», который ежегодно проводит HeadHunter. В 2025 году в нём участвовали 69 проектов от 46 казахстанских, узбекистанских и кыргызстанских компаний.

Среди победителей особенно отличился Halyk Bank: это единственный казахстанский работодатель, получивший сразу две награды. Банк занял первое место в номинации «Мир» с проектом «Skill-based-культура и развитие компетенций с применением ИИ» и второе место в номинации «Страна» с проектом «Предиктивная модель выгорания». Первый проект Halyk Bank связан с переходом к skill-based-подходу в управлении персоналом. Банк использует ИИ и цифровую аналитику для оценки компетенций сотрудников и кандидатов, и формирует персональные рекомендации по развитию навыков и карьерной траектории внутри компании. Второй проект направлен на профилактику профессионального выгорания.

Среди банковского сектора также отмечены ANOR BANK (Узбекистан) с проектом цифровой трансформации, KMF Bank (Казахстан) с AI-наставником AiДана и TBC Bank (Грузия) с TBC Digital Academy.

Партнёрский материал.

В Казахстане рынок Private Banking постепенно становится более понятным по структуре и одновременно более доступным. Конкуренция между банками за состоятельных клиентов усиливается. На фоне роста депозитной базы премиальные банковские услуги всё чаще выходят за рамки узкого круга сверхбогатых клиентов и становятся доступными для более широкой аудитории.

Private Banking — это эксклюзивный комплекс финансовых, инвестиционных и нефинансовых услуг, предоставляемый банками для состоятельных клиентов. В Казахстане, по данным корпоративных сайтов БВУ РК, такие сервисы предлагают 11 банков. Доступ к этому сегменту ограничен порогом размещения средств, который в зависимости от банка начинается примерно от 15 млн тг (или эквивалента в валюте) и может превышать 100 млн тг. При этом часть банков не раскрывает минимальные требования, а у ряда игроков существует несколько уровней премиального обслуживания.

Private Banking включает в себя три ключевых направления. Первое — это индивидуальное обслуживание: за каждым клиентом закрепляется персональный менеджер, доступный в режиме 24/7. Встречи и операции проходят в отдельных комфортных VIP-офисах с повышенным уровнем конфиденциальности. Второе — эксклюзивные финансовые и инвестиционные условия. И третье — нефинансовые и lifestyle-услуги.

Отдельно важно отметить, что в Казахстане премиальный банковский статус можно получить при относительно умеренном уровне капитала.

Лидером рынка по доступности топового обслуживания выступает Home Credit Bank, предлагающий минимальный порог входа. Для получения статуса HCB Prime достаточно разместить 15 млн тг в виде депозита, депозитного сертификата или облигаций.

Сегодня рынок бизнес-кредитования в РК продолжает демонстрировать устойчивую динамику. По состоянию на 1 апреля 2026 года кредиты банковского сектора субъектам предпринимательства достигли 18,3 трлн тг, увеличившись за год на ощутимые 20,4%, а за три года — более чем в полтора раза.

Рост кредитования во многом обеспечен именно увеличением финансирования МСБ. Так, кредиты субъектам малого предпринимательства увеличились на 38%, до 8,7 трлн тг, кредиты субъектам среднего предпринимательства выросли на 30,7%, до 3,1 трлн тг, а кредиты субъектам крупного предпринимательства практически не изменились, оставшись в пределах 6,6 трлн тг.

В целом столь значительный рост кредитования МСБ обусловлен расширением линейки кредитных продуктов для предпринимателей, а также общей активизацией мер поддержки.

К примеру, ForteBank последовательно развивает направление финансирования бизнеса, расширяя продуктовую линейку для предпринимателей и увеличивая доступность кредитных ресурсов для компаний малого, среднего и крупного сегментов. В 2025 году кредиты малому и среднему бизнесу увеличились на 45,4%, до 810,1 млрд тг, а кредиты крупному бизнесу — на 44,9%, до 868,2 млрд тг.

Помимо этого, банк активно участвует в госпрограммах, в том числе в программе «Өрлеу» от АО «Фонд развития предпринимательства „Даму“», предназначенной для субъектов микро-, малого и среднего частного предпринимательства. В дополнение к основной программе «Өрлеу» совместно с акиматами запущена региональная модель поддержки предпринимателей.

Активизация финансирования субъектов бизнеса дала положительные результаты не только в целом по стране, но и в каждом регионе и в отдельных отраслях экономики.

Партнёрский материал.

Последние годы туристическая отрасль РК демонстрирует устойчивое и динамичное развитие. Это неслучайно и обусловлено активизацией инвестиционных программ.

Только за четыре месяца 2026-го капвложения в секторе проживания и питания составили 72,6 млрд тг, увеличившись сразу на 68% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Инвестиции в сфере искусства, развлечений и отдыха выросли на 29%, достигнув 93,2 млрд тг.

При этом 2025 год стал рекордным для обеих отраслей по объёмам вложений. Инвестиции в сектор HoReCa достигли исторического максимума в 230,5 млрд тг — в 5 раз больше, чем десятилетием ранее. Капвложения в сфере развлечений и отдыха составили 421,9 млрд тг — более чем в 3,5 раза больше, чем десять лет назад.

Именно масштабные инвестиционные проекты сегодня во многом формируют основу развития туристической отрасли. Отметим крупнейшие из них:
• расширение курорта Oi-Qaragai в Алматинской области (сумма инвестиций — 57,2 млрд тг);
• строительство спортивного развлекательного туристического комплекса «Фестиваль Алатау» в Алматинской области (50 млрд тг);
• строительство городского пляжа с яхтовым причалом, аквапарком, отелем, зоной торговли в Алматинской области (48 млрд тг иностранных инвестиций);
• строительство туристического квартала в Астане (46,2 млрд тг иностранных инвестиций);
• строительство на берегу Каспийского моря учебно-оздоровительного центра Aqualina Camp в Мангистауской области (28 млрд тг).

В отличие от многих других отраслей экономики инвестиции в туризм в РК преимущественно осуществляются за счёт собственных средств бизнеса и частных инвесторов, а не прямых бюджетных вливаний. Это подчёркивает высокий интерес со стороны бизнеса.

Партнёрский материал.

Мы проанализировали данные Бюро национальной статистики АСПиР РК о среднемесячной номинальной заработной плате низкоквалифицированных кадров за 2025 год. Для анализа были взяты минимальные и максимальные пределы зарплат дворников и уборщиков. Кому-то в прошлом году начисляли минимально возможные 85 тыс. тг, а кто-то зарабатывал более 300 тыс. тг. Всё зависит от того, в какой именно отрасли экономики человек трудится. Например, дворники в госучреждениях в 2025-м получали около 121 тыс. тг, а на предприятиях горнодобывающей промышленности — уже 347 тыс. тг. Уборщик офиса получал 130 тыс. тг, а уборщик в промышленных помещениях в сфере строительства — 489 тыс. тг.

На этом фоне довольно грустно выглядят зарплаты тех, кто учился в вузе для получения профессии. В первую очередь это сектор образования, где таких примеров очень много. Самая низкая минимальная номинальная заработная плата в 2025 году приходилась на учителей начальных классов: всего около 107 тыс. тг. Правда, максимальный порог их зарплат уже более достойный: более 400 тыс. тг. Учитель физики в средней школе в прошлом году получал минимум 280 тыс. тг, учитель алгебры и геометрии — 228 тыс. тг. Их максимальная заработная плата также превышала планку в 400 тыс. тг.

В более наукоёмких отраслях экономики — профессиональной и экспертной деятельности — тоже есть примеры крайне низких зарплат у специалистов. Например, химик-лаборант в прошлом году зарабатывал от 145 тыс. тг, инженер по биомедицинскому оборудованию — 288 тыс. тг. А вот примеры из сектора госуправления: учёный-эколог в прошлом году зарабатывал около 131 тыс. тг, инженер-проектировщик — от 161 тыс. тг, юрисконсульт средней квалификации — от 159 тыс. тг.

Прошло два года с тех пор, как ради ужесточения наказания за семейно-бытовое насилие в Казахстане криминализировали некоторые административные правонарушения. С июня 2024-го насилие (в том числе домашнее) квалифицируется по уголовным статьям «Побои» и «Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью». За побои, не повлёкшие вред здоровью жертвы (часть 1 статьи 109-1), дебоширов с того времени должны были наказывать либо штрафом в размере до 80 МРП, либо общественными работами или арестом на срок до 25 суток. При побоях с отягчающими обстоятельствами (часть 2 статьи 109-1) преступника могли либо оштрафовать на сумму от 100 до 200 МРП, либо отправить на общественные работы или арестовать на срок от 30 до 50 суток.

Предлагаем посмотреть, как в итоге работает новая система наказаний в рамках криминализированной статьи «Побои». Согласно расчётам на основе данных Комитета по правовой статистике и специальным учётам Генеральной прокуратуры РК, за январь–декабрь 2025 года доля арестованных осуждённых за побои, не повлёкшие вред здоровью, составила всего 10%. Из 906 признанных виновными только 87 человек побывали в тюрьме. Около половины (423 человека) были наказаны общественными работами, ещё 385 человек просто заплатили штраф.

Во втором полугодии 2024-го доля арестованных осуждённых по части 1 статьи 109-1 тоже была небольшой: всего 7%. За первый квартал текущего года показатель незначительно вырос: до 16%. Тем не менее он всё ещё остаётся крайне низким, чтобы с уверенностью считать ужесточение наказания значимым.

Несмотря на продолжающееся расширение безналичных платежей, объём выдачи наличных по платёжным карточкам казахстанских эмитентов остаётся значительным. По итогам января–апреля 2026-го на территории Казахстана и за его пределами держатели таких карт обналичили 8 трлн тг — на 4% меньше, впрочем, чем за аналогичный период прошлого года.

Примечательно, что текущее сокращение объёма выдачи наличных стало первым за последние пять лет и лишь вторым случаем падения показателя за всё время. Предыдущий спад был зафиксирован в январе–апреле 2020-го, когда объём выдачи наличных уменьшился на 3% на фоне пандемии COVID-19 и связанных с ней ограничений. В отличие от того периода, нынешнее сокращение происходит в условиях стабильной работы экономики, роста потребительской активности и дальнейшего расширения карточных расчётов. Это говорит о том, что спад связан не с кризисными явлениями, а с тем, что казахстанцы всё чаще предпочитают безналичную оплату снятию наличных. Для справки: объём безналичных платежей по итогам января–апреля 2026-го показал рост более чем на 4%.

При этом роль наличных денег в карточных операциях продолжает сокращаться. Если в январе–апреле 2016-го на выдачу наличных приходилось 85% всего оборота по платёжным карточкам казахстанских эмитентов, то в аналогичном периоде текущего года доля уменьшилась до рекордно малых 12%. Для сравнения: ещё в 2020-м удельный вес выдачи наличных составлял 38%, а в 2021-м — 25%. Таким образом, за последние годы безналичные расчёты практически полностью вытеснили наличные из структуры карточного оборота.

За пять месяцев текущего года на опасных производственных объектах Казахстана погибли 5 казахстанцев — втрое меньше, чем за аналогичный период 2025-го (15 человек). Численность получивших травмы также сократилась: с 8 до 6 человек.

Непосредственно в мае 2026-го происходили несчастные случаи на таких крупных промышленных предприятиях, как «Востокцветмет» и «Казцинк» — причём, по данным Министерства по чрезвычайным ситуациям РК, из-за нарушений требований промышленной безопасности.

Производственный травматизм в Казахстане — безусловно, серьёзная социальная проблема, влияющая на жизни и здоровье работников и их семей. Этой проблеме уделяется пристальное внимание. Любые случаи вреда здоровью и жизни людей остро поднимают вопрос ответственности предприятий — от необходимости финансовых вливаний в модернизацию и оснащённость до отношения к персоналу. Именно поэтому государство всё более досконально и активно контролирует работу тех компаний, где есть повышенные риски для работников.

В апреле текущего года президент страны Касым-Жомарт Токаев подписал закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам совершенствования безопасных условий труда, защиты трудовых прав работников». Нормативный акт предполагает ужесточение требований к промышленным объектам, минимизирует степень вины работников при несчастных случаях и усиливает права комиссий, расследующих такие инциденты.

Профильные ведомства страны, со своей стороны, принимают многочисленные меры для достижения конкретной цели — нулевого травматизма.

По итогам 2025 года на Электронной бирже труда Казахстана было размещено 1,09 млн вакансий. При этом в текущем году ожидается дальнейший рост спроса на рабочую силу.

По прогнозам Центра развития трудовых ресурсов, в течение 2026 года, в зависимости от сценария, ожидаемое количество заявленных на ЭБТ вакансий составит от 1,12 млн до 1,31 млн. Согласно базовому сценарию, количество вакансий на ЭБТ в текущем году составит около 1,2 млн — на 9% больше, чем в 2025-м.

Что касается отдельных профессий, ситуация неоднозначна.

Отметим топ-10 наиболее востребованных (по базовому прогнозу) профессий в 2026 году:
• разнорабочие (80,9 тыс. вакансий);
• прочие неквалифицированные рабочие (63,9 тыс. вакансий);
• дворники и уборщики открытых территорий (50,8 тыс. вакансий);
• учителя средней школы по общественным наукам (33,5 тыс. вакансий);
• средний медицинский персонал по уходу (26,3 тыс. вакансий);
• неквалифицированные рабочие обрабатывающей промышленности (22 тыс. вакансий);
• работники по уходу за больными (20,2 тыс. вакансий);
• уборщики в офисах (20 тыс. вакансий);
• воспитатели в дошкольном образовании (19,7 тыс. вакансий);
• уборщики помещений (19 тыс. вакансий).

Таким образом, прогноз показывает, что наибольший спрос на рынке труда в 2026 году будет сосредоточен преимущественно в сегменте массовых и рабочих профессий, а также в социальной сфере. Значительная часть наиболее востребованных специальностей относится к неквалифицированному труду, услугам по уборке и благоустройству территорий, что свидетельствует о сохраняющейся высокой потребности экономики в работниках для обеспечения базовых производственных и коммунальных процессов.