Пропустил важное событие. Шойгу пытались убить на Троеукуровском кладбище. Задержаны три люмпена.
БЫЛИ ЖЕ ЛЮДИ!..
Приносит мне председатель трибунала бумагу: «Подпишите, Иван Михайлович! Завтра в 09:00 хотим новобранца у Вас тут перед строем расстрелять». – За что, спрашиваю, расстрелять? – «Бежал с поля боя. Всем другим трусам в назидание».
А я эти расстрелы, скажу тебе, терпеть не мог. Я же понимаю, что этот молокосос вчера за материну юбку держался, дальше соседней деревни никогда не путешествовал. А тут его вдруг схватили, привезли на фронт, не обучив как следует, и сразу под огонь.
Я ведь тоже (даже в книжке своей об этом пишу) с поля боя по молодости бегал. И не раз, пока дядя (я под его началом был) своими руками пристрелить не пообещал – и я был уверен, что пристрелит. Это же стра-а–ашно! Взрывы, огонь, вокруг тебя людей убивают, они кричат: с разорванными животами, с оторванными ногами-руками... Вроде и мысли в голове о бегстве не было, а ноги тебя сами несут, и всё дальше и дальше. Ох, как же трудно со своим страхом справиться! Огромная воля нужна, самообладание, а они с опытом только приходят. С ними люди не родятся. И вот этого мальчишку завтра в 09:00 возле моего КП убьют перед строем...
Спрашиваю председателя трибунала: «А вы разобрались во всех деталях его воинского преступления?» Тот мне: «А чего тут разбираться? Бежал – значит, расстрел, о чём тут ещё можно разговаривать? Всё ясно».
Говорю: «А вот мне не ясно из твоей бумаги: куда он бежал? Направо бежал, налево бежал? А может быть, он на врага бежал и хотел других за собой увлечь! А ну, сажай свой трибунал в машину и следуй за мной – поедем в эту часть разбираться».
А чтобы в эту часть проехать, нужно было обязательно пересечь лощину, которая немцем простреливалась. Но мы уже приспособились и знали, что если скорость резко менять, то немецкий артиллерист не сможет правильно снаряд положить: один обычно разрывается позади тебя, другой впереди, а третий он не успевает – ты уже проскочил.
Ну вот, выскочили мы из-за бугра и вперёд. Бах-бах, – пронесло и на этот раз. Остановились в перелеске, ждём – а трибунала-то нашего нет, не едут и не едут.
Спрашиваю шофёра: «Ты точно видел, что немец мимо попал?» – «Точно, – говорит, – оба разрыва даже не на дороге были!»
Подождали мы их с полчаса и поехали дальше сами. Ну всё я там выяснил, насчёт новобранца: бежал в тыл, кричал «Мама», сеял панику и т.д. Поехали обратно.
Приезжаем на КП. «Что случилось с трибуналом?», – спрашиваю. – «Ничего не случилось», – мне говорят. «Они сейчас в столовой чай пьют».
Вызываю командира комендантского взвода, приказываю немедленно доставить трибунал ко мне. Через пять минут приводят ко мне эту троицу. Один ещё печенье дожёвывает. Спрашиваю: «Куда вы делись? Почему не ехали за мной, как я приказал?»
«Так ведь обстрел начался, товарищ генерал-полковник, поэтому мы назад и повернули».
Говорю им: «Обстрел начался, значит, бой начался. А вы меня бросили в этом бою, струсили. Кто из вас законы военного времени знает? Что полагается за оставление командира в бою и бегство с поля боя?»
Побелели. Молчат. Приказываю командиру комендантского взвода: «Отберите у этих дезертиров оружие! Под усиленную охрану, а завтра в 09:00 расстреляйте всех этих троих перед строем!» Тот: «Есть! Сдать оружие! На выход!».
В 3 часа ночи звонит Хрущёв (член Военного Совета нашего фронта). «Иван Михайлович, ты что, вправду, собираешься завтра трибунал расстреливать? Не делай этого. Они там уже Сталину собрались докладывать. Я тебе прямо завтра других пришлю взамен этого трибунала».
«Ну уж нет, – я Хрущёву говорю. – Мне теперь никаких других не нужно! Только этих же хочу». Тот засмеялся, говорит: «Ладно, держи их у себя, раз хочешь».
И вот аж до самого конца войны мне ни одного смертного приговора больше на подпись не приносили.
Герой Советского Союза, генерал-полковник Иван Михайлович Чистяков
Приносит мне председатель трибунала бумагу: «Подпишите, Иван Михайлович! Завтра в 09:00 хотим новобранца у Вас тут перед строем расстрелять». – За что, спрашиваю, расстрелять? – «Бежал с поля боя. Всем другим трусам в назидание».
А я эти расстрелы, скажу тебе, терпеть не мог. Я же понимаю, что этот молокосос вчера за материну юбку держался, дальше соседней деревни никогда не путешествовал. А тут его вдруг схватили, привезли на фронт, не обучив как следует, и сразу под огонь.
Я ведь тоже (даже в книжке своей об этом пишу) с поля боя по молодости бегал. И не раз, пока дядя (я под его началом был) своими руками пристрелить не пообещал – и я был уверен, что пристрелит. Это же стра-а–ашно! Взрывы, огонь, вокруг тебя людей убивают, они кричат: с разорванными животами, с оторванными ногами-руками... Вроде и мысли в голове о бегстве не было, а ноги тебя сами несут, и всё дальше и дальше. Ох, как же трудно со своим страхом справиться! Огромная воля нужна, самообладание, а они с опытом только приходят. С ними люди не родятся. И вот этого мальчишку завтра в 09:00 возле моего КП убьют перед строем...
Спрашиваю председателя трибунала: «А вы разобрались во всех деталях его воинского преступления?» Тот мне: «А чего тут разбираться? Бежал – значит, расстрел, о чём тут ещё можно разговаривать? Всё ясно».
Говорю: «А вот мне не ясно из твоей бумаги: куда он бежал? Направо бежал, налево бежал? А может быть, он на врага бежал и хотел других за собой увлечь! А ну, сажай свой трибунал в машину и следуй за мной – поедем в эту часть разбираться».
А чтобы в эту часть проехать, нужно было обязательно пересечь лощину, которая немцем простреливалась. Но мы уже приспособились и знали, что если скорость резко менять, то немецкий артиллерист не сможет правильно снаряд положить: один обычно разрывается позади тебя, другой впереди, а третий он не успевает – ты уже проскочил.
Ну вот, выскочили мы из-за бугра и вперёд. Бах-бах, – пронесло и на этот раз. Остановились в перелеске, ждём – а трибунала-то нашего нет, не едут и не едут.
Спрашиваю шофёра: «Ты точно видел, что немец мимо попал?» – «Точно, – говорит, – оба разрыва даже не на дороге были!»
Подождали мы их с полчаса и поехали дальше сами. Ну всё я там выяснил, насчёт новобранца: бежал в тыл, кричал «Мама», сеял панику и т.д. Поехали обратно.
Приезжаем на КП. «Что случилось с трибуналом?», – спрашиваю. – «Ничего не случилось», – мне говорят. «Они сейчас в столовой чай пьют».
Вызываю командира комендантского взвода, приказываю немедленно доставить трибунал ко мне. Через пять минут приводят ко мне эту троицу. Один ещё печенье дожёвывает. Спрашиваю: «Куда вы делись? Почему не ехали за мной, как я приказал?»
«Так ведь обстрел начался, товарищ генерал-полковник, поэтому мы назад и повернули».
Говорю им: «Обстрел начался, значит, бой начался. А вы меня бросили в этом бою, струсили. Кто из вас законы военного времени знает? Что полагается за оставление командира в бою и бегство с поля боя?»
Побелели. Молчат. Приказываю командиру комендантского взвода: «Отберите у этих дезертиров оружие! Под усиленную охрану, а завтра в 09:00 расстреляйте всех этих троих перед строем!» Тот: «Есть! Сдать оружие! На выход!».
В 3 часа ночи звонит Хрущёв (член Военного Совета нашего фронта). «Иван Михайлович, ты что, вправду, собираешься завтра трибунал расстреливать? Не делай этого. Они там уже Сталину собрались докладывать. Я тебе прямо завтра других пришлю взамен этого трибунала».
«Ну уж нет, – я Хрущёву говорю. – Мне теперь никаких других не нужно! Только этих же хочу». Тот засмеялся, говорит: «Ладно, держи их у себя, раз хочешь».
И вот аж до самого конца войны мне ни одного смертного приговора больше на подпись не приносили.
Герой Советского Союза, генерал-полковник Иван Михайлович Чистяков
👍4
"Зима. Россия. 30-е годы. Голод. Мороз -30. По двору бежит бедно одетый мальчик с охапкой хвороста, за ним несется дворник в шапке и телогрейке.
Мальчик бежит и думает: «Нет, ну так решительно нельзя. Я из хорошей семьи, я хочу учиться, саморазвиваться. Хочу, в конце концов, быть, как мой любимый писатель Эрнест Хэмингуэй — мужественным, сильным… На пляжах Кубы ловить рыбу. А не от дворников в этом городе убегать».
Куба. Жара. Эрнест Хэмингуэй, действительно, мужественный и сильный, сидит на пляже и пьет из горла ром, окруженный жаркими кубинками. Хэмингуэй думает: «Нет, это — не жизнь. Никакого героизма тут нет. Народу ничего не нужно, 24 часа в сутки жара, мозги плавятся, женщины толстые. Вот, быть бы сейчас в прохладном Париже с моим другом Андре Моруа — мы бы с ним выпили хорошего французского вина, зажгли бы камин и проговорили бы до ночи о вечном».
Париж. Прохладно, неделю льет дождь. Андре Моруа сидит в своей мансарде, выпивает третью бутылку коньяка, в постели нежатся две парижанки. Моруа чертыхается и говорит: «Нет, это не жизнь. Это декаданс какой-то. Симуляция. Вот, был бы я сейчас в холодном Воронеже, нашел бы своего друга, великого писателя Андрея Платонова, мы бы с ним сразу бы по сто грамм настоящей русской водки, и сразу бы были ближе к вечности… Вот это — жизнь.»
Воронеж. Зима. Мороз. Голод. Андрей Платонов, в шапке и телогрейке, несется по воронежскому двору за мальчиком и думает: «Блять! Догоню, убью суку!!!!» А мальчика звали Василий Аксенов..."
Мальчик бежит и думает: «Нет, ну так решительно нельзя. Я из хорошей семьи, я хочу учиться, саморазвиваться. Хочу, в конце концов, быть, как мой любимый писатель Эрнест Хэмингуэй — мужественным, сильным… На пляжах Кубы ловить рыбу. А не от дворников в этом городе убегать».
Куба. Жара. Эрнест Хэмингуэй, действительно, мужественный и сильный, сидит на пляже и пьет из горла ром, окруженный жаркими кубинками. Хэмингуэй думает: «Нет, это — не жизнь. Никакого героизма тут нет. Народу ничего не нужно, 24 часа в сутки жара, мозги плавятся, женщины толстые. Вот, быть бы сейчас в прохладном Париже с моим другом Андре Моруа — мы бы с ним выпили хорошего французского вина, зажгли бы камин и проговорили бы до ночи о вечном».
Париж. Прохладно, неделю льет дождь. Андре Моруа сидит в своей мансарде, выпивает третью бутылку коньяка, в постели нежатся две парижанки. Моруа чертыхается и говорит: «Нет, это не жизнь. Это декаданс какой-то. Симуляция. Вот, был бы я сейчас в холодном Воронеже, нашел бы своего друга, великого писателя Андрея Платонова, мы бы с ним сразу бы по сто грамм настоящей русской водки, и сразу бы были ближе к вечности… Вот это — жизнь.»
Воронеж. Зима. Мороз. Голод. Андрей Платонов, в шапке и телогрейке, несется по воронежскому двору за мальчиком и думает: «Блять! Догоню, убью суку!!!!» А мальчика звали Василий Аксенов..."
👍2
В Самарской области два человека погибли и еще два пострадали в результате атаки 15 беспилотников.
Ночью 22 ноября вражеские БПЛА атаковали Самарскую область. По данным Минобороны, в течение прошедшей ночи дежурными средствами ПВО над территорией Самарской области уничтожены 15 украинских беспилотных летательных аппаратов самолетного типа.
«Уважаемые жители! В связи с атакой БПЛА в городе звучат сирены. Работают системы оповещения. Оперативные службы предпринимают все необходимые меры для обеспечения безопасности. Прошу сохранять спокойствие и без необходимости не покидать жилые дома. Не приближайтесь к возможным местам падения БПЛА!» — сообщал ночью глава Сызрани Сергей Володченков.
«Совершена вражеская атака БПЛА на промышленные предприятия Самарской области. Целями врага стали объекты топливно-энергетического комплекса. Силами ПВО атака была отражена.
С глубочайшей скорбью сообщаю, что в Сызрани в результате падения БПЛА погибли 2 человека. Это невосполнимая потеря для всех нас. Приношу свои соболезнования родным и близким погибших. Правительство Самарской области окажет всю необходимую помощь, в том числе материальную.
Два человека пострадали. Им оказывается необходимая медицинская помощь», — сообщил утром губернатор Вячеслав Федорищев.
Ночью 22 ноября вражеские БПЛА атаковали Самарскую область. По данным Минобороны, в течение прошедшей ночи дежурными средствами ПВО над территорией Самарской области уничтожены 15 украинских беспилотных летательных аппаратов самолетного типа.
«Уважаемые жители! В связи с атакой БПЛА в городе звучат сирены. Работают системы оповещения. Оперативные службы предпринимают все необходимые меры для обеспечения безопасности. Прошу сохранять спокойствие и без необходимости не покидать жилые дома. Не приближайтесь к возможным местам падения БПЛА!» — сообщал ночью глава Сызрани Сергей Володченков.
«Совершена вражеская атака БПЛА на промышленные предприятия Самарской области. Целями врага стали объекты топливно-энергетического комплекса. Силами ПВО атака была отражена.
С глубочайшей скорбью сообщаю, что в Сызрани в результате падения БПЛА погибли 2 человека. Это невосполнимая потеря для всех нас. Приношу свои соболезнования родным и близким погибших. Правительство Самарской области окажет всю необходимую помощь, в том числе материальную.
Два человека пострадали. Им оказывается необходимая медицинская помощь», — сообщил утром губернатор Вячеслав Федорищев.
❤1
Потихоньку будут просачиваться цифры, заплаченные за всё за это. По обеим сторонам.
"Число убитых бойцов Вооруженных сил Украины (ВСУ) превысило полмиллиона человек. Об этом заявил член комитета Верховной рады по национальной безопасности и обороне Вадим Ивченко в интервью YouTube-каналу «Суперпозиция».
«У нас больше 500 тысяч убитых, столько же раненых», — заявил он, говоря о потерях в рядах украинской армии.
Собеседник депутата уточнил, уверен ли он в этих цифрах. На что Ивченко ответил, что эти цифры «могут быть больше»."
"Число убитых бойцов Вооруженных сил Украины (ВСУ) превысило полмиллиона человек. Об этом заявил член комитета Верховной рады по национальной безопасности и обороне Вадим Ивченко в интервью YouTube-каналу «Суперпозиция».
«У нас больше 500 тысяч убитых, столько же раненых», — заявил он, говоря о потерях в рядах украинской армии.
Собеседник депутата уточнил, уверен ли он в этих цифрах. На что Ивченко ответил, что эти цифры «могут быть больше»."
А говорят, что не бывает хороших новостей!
"24 ноября 2025, 16:22
Запрет слова «жопа» в России опровергли"
"24 ноября 2025, 16:22
Запрет слова «жопа» в России опровергли"
На свободу после 16 лет заключения вышла правая активистка Евгения Хасис, осужденная за убийство двух либералов - Станислава Маркелова и Анастасии Бабуровой.
Бабурова и Маркелов – "правозащитники" защищавшие чеченских боевиков совершавших теракты в России.
Также Маркелов был адвокатом и представлял интересы чеченской семьи в деле Юрия Буданова.
Самого Буданова, Маркелов и Бабурова регулярно оскорбляли и порочили честь офицера.
Бабурова и Маркелов – "правозащитники" защищавшие чеченских боевиков совершавших теракты в России.
Также Маркелов был адвокатом и представлял интересы чеченской семьи в деле Юрия Буданова.
Самого Буданова, Маркелов и Бабурова регулярно оскорбляли и порочили честь офицера.
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Собака взорвала квартиру в Новосибирске.
Хозяин оставил на плите баллончик дихлофоса, когда уходил из дома на улице Фадеева. Тогда оставшийся в одиночестве питомец включил конфорку — следы от его зубов остались на поворотных ручках. Баллончик нагрелся, разгерметизировался и мощно взорвался. Взрыв уничтожил квартиру, выбив окна и дверь в подъезд.
К счастью, собака выжила — она успела спрятаться на балконе. Огонь повредил кухонный гарнитур и обои, но к приезду спасателей он уже потух сам.
Хозяин оставил на плите баллончик дихлофоса, когда уходил из дома на улице Фадеева. Тогда оставшийся в одиночестве питомец включил конфорку — следы от его зубов остались на поворотных ручках. Баллончик нагрелся, разгерметизировался и мощно взорвался. Взрыв уничтожил квартиру, выбив окна и дверь в подъезд.
К счастью, собака выжила — она успела спрятаться на балконе. Огонь повредил кухонный гарнитур и обои, но к приезду спасателей он уже потух сам.
На Солнце сформировался самый крупный комплекс солнечных пятен в текущем году. В возникших на Солнце пятнах, возможно, копится энергия для супервзрыва. Об этом сообщает Telegram-канал Лаборатории солнечной астрономии Института космических исследований (ИКИ) РАН.
Расходимся?
Расходимся?