Private International Law in a Nutshell (МЧП)
665 subscribers
3 photos
5 files
50 links
Привет! Это канал про международное частное право. Здесь есть новости, судебная практика, научные статьи и много другого из загадочного мира международного частного права. Присоединяйся :)

@m_ratushnyy - администратор канала и автор постов
Download Telegram
Всем привет! Так сложилось, что в рунете чрезвычайно мало каких-то ресурсов, посвященных непосредственно МЧП (и это при таком обилии разных телеграм-каналов, пабликов и сайтов по гражданскому праву и его подотраслям!).
Собственно, меня такая несправедливость ужасно возмущает, поэтому я и решил создать этот канал - пространство, где можно было бы централизованно делиться всевозможными классными штуками в области МЧП. Итак, начинаем-с! ✊
​​Начнем , пожалуй, с повторения правил определения подсудности по спорам с иностранным элементом в гражданском процессе (yay!). #судебнаяпрактика

⚖️ ВС РФ указал, что обращение с потребительским иском возможно в российский суд и в случае, если сайт иностранной компании "нацелен" на российскую аудиторию. Определение ВС РФ от 15 декабря 2020 г. по делу № 34-КГ20-6-К3.
Фабула дела: гражданка РФ обратилась с иском в российский суд к белорусской клинике в связи с тем, что ей была некачественно оказана соответствующая медицинская услуга. Ответчик возражал относительно подсудности спора, указывая, что на территории РФ филиалов или представительств не имеет и, соответственно, никакой деятельности на просторах необъятной не осуществляет. Суд первой инстанции с этим аргументом согласился и в принятии искового заявления отказал (апелляция и кассация его в этом поддержали).

Вывод: Судебная коллегия ВС РФ отменила определения нижестоящих судов, указав на следующее. Так, согласно п. 2 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ споры с участием иностранных лиц подсудны российскому суду в случае, когда ответчик имеет имущество, находящееся на территории РФ, и (или) распространяет рекламу в интернете, направленную на привлечение внимания потребителей, находящихся на территории РФ. А вот дальше следим за руками: судебная коллегия обращается к п. 45 Постановления Пленума ВС от 9 июля 2019 г. № 24 "О применении норм международного частного права судами РФ", который, строго говоря, касается вопросов коллизионного, а не процессуального права, и цитирует его: "сайт в сети "Интернет" может рассматриваться как ориентированный на российских потребителей, если одним из его языков является русский язык, цены приведены в российских рублях, указаны контактные телефоны с российскими кодами или имеются другие аналогичные доказательства". Как следствие, судебная коллегия указала, что белорусская клиника направляет свою деятельность на территорию РФ, поэтому применяется указанное в п. 2 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ основание для установления подсудности.

На мой взгляд, ключевым признаком, необходимым для установления подсудности по таким категориям споров, является не просто направление деятельности, а именно распространение рекламы (очевидно, что эти понятия далеко не равнозначны). Как однажды разъяснял ФАС России, не является рекламой информация о производимых или реализуемых товарах (оказываемых услугах), размещенная на сайте производителя или продавца данных товаров (лица, оказывающего данные услуги), если указанные сведения предназначены для информирования посетителей сайта об ассортименте товаров (услуг), правилах пользования, а также непосредственно о продавце, производителе товара или лице, оказывающем услуги и т.п. Судя по материалам дела, это как раз ситуация белорусской клиники, поэтому принять исковое заявление можно, только если будет установлено, что размещенные на сайте материалы действительно носят рекламный характер. В противном случае мы получим подмену оснований (направленность деятельности вместо рекламы) и фактически смешаем вопросы коллизионного права и процессуального права. Защита прав потребителей, бесспорно, дело хорошее, но про правовую определенность и юридическую технику забывать тоже не стоит.
#новостимчп
💉 "Алло, Галочка? ТЫ СЕЙЧАС УМРЕШЬ" - примерно такая реакция была у yours truly и прочих любителей Венской конвенции о договорах международной купли-продажи 1980 г. (CISG), когда Европейская комиссия выложила в открытый доступ текст договора поставки в ЕС вакцины от коронавируса фармацевтической компанией AstraZeneca (Advance Purchase Agreement for the Production, Purchase and Supply of a Covid-19 Vaccine in the European Union (APA)).

Сторонами договора выступили собственно Европейская комиссия и представленные ею государства-члены ЕС (у Европейской комиссии есть право заключать договоры поставки от имени государств-членов ЕС в чрезывычайных обстоятельствах при наличии соглашения с такими государствами) и AstraZeneca AB, шведское юридическое лицо.

Согласно п. 18.4. APA применимым является право Бельгии. Ну что, уже поняли, что это значит? Да, дамы и господа, мы говорим о потенциальной применимости CISG к APA. Попробуем разобраться, так или это в действительности.

1. Сфера применения CISG указана в ее ст. 1: коммерческие предприятия сторон должны быть в разных государствах и либо такие государства являются участниками CISG (п. 1(а) ст. 1), либо применимым к договору является право государства-участника CISG (п.1(b) ст. 1). Как следует из текста APA, коммерческое предприятие Европейской комиссии расположено в Бельгии, а коммерческое предприятие AstraZeneca - в Швеции.
Поскольку оба государства являются участниками CISG, уместно было бы говорить о применимости конвенции на основании п. 1(а) ст. 1, однако не все так однозначно с государствами-членами ЕС. В частности, Ирландия и Мальта вообще не участвуют в CISG, Португалия присоединилась к CISG, но конвенция там еще не успела вступить в силу, а Дания и Финляндия сделали оговорку, что CISG не применяется, когда коммерческие предприятия сторон находятся в Дании, Финляндии, Исландии, Норвегии или Швеции. При этом большинство исследователей также склоняется к тому, что для применения CISG к многостороннему договору достаточно, чтобы хотя бы одно лицо на стороне продавца и одно лицо на стороне покупателя имели коммерческие предприятия в разных государствах-участниках CISG (в описанном случае это достигается). В то же время применимым к APA является бельгийское право, а значит, действие CISG можно обосновать и по п. 1(b), что избавляет нас от необходимости заниматься дополнительным толкованием данного международного договора.

2. Важное значение имеет вопрос, является ли APA договором международной купли-продажи по смыслу CISG. Я склонен ответить положительно, поскольку иное не следует из буквального толкования APA. Так, продавец обязуется создать и поставить определенное количество вакцины, а покупатели обязуются принять и оплатить ее в соответствии с условиями APA. Следовательно, предметом APA является поставка определенного товара (вакцины), а не выполнение/оказание каких-либо работ/услуг (п. 2 ст. 3 CISG).
Кроме того, нет оснований говорить о неприменимости CISG на основе ее п. 1 ст. 3, поскольку покупатели не берут на себя обязательств поставить существенную часть материалов, необходимых для создания вакцины, а лишь оказывают стандартное содействие в исполнении договорных обязательств (п. 6.1. APA) и обеспечивают необходимое финансирование продавца для приобретения последним соответствующих материалов (п. 7.1. APA).
На предварительный договор, несмотря на название, APA также не тянет, поскольку в нем закреплены конкретные, реальные обязательства сторон, в т.ч. количество и стоимость поставляемой вакцины, а не намерение заключить соответствующий договор в будущем. Вероятно, слово "Advance" в названии договора следует воспринимать в том смысле, что вакцина еще не создана на дату заключения APA.
​​3. Наконец неясно, исключили ли стороны применение CISG в соответствии с ее ст. 6 или нет. Надо отметить, что существуют диаметрально противоположные подходы относительно того, что следует считать достаточной формулировкой для целей пресловутой статьи (например, считается ли ссылка на конкретную правовую систему подразумеваемым отказом от применения CISG; отличная аналитика по этому вопросу есть, например, у А.В. Асоскова). Подход бельгийских судов (т.к. стороны договорились о передаче всех споров из APA в бельгийские суды (п. 18.5 APA)) сводится к тому, что выбор сторонами бельгийского права предполагает и выбор CISG, поскольку конвенция является неотъемлемой частью такого права. Следовательно, выбранная сторонами оговорка о применимом праве не исключает применение CISG (как думаете, это случайность или чей-то хитрый план?🤔).

Таким образом, APA может стать самым "дорогим" договором международной купли-продажи товаров в истории (цена закупаемой вакцины составляет 870 млн евро!) и, возможно, подарит нам в будущем несколько интереснейших судебных разбирательств. Что ж, поживем (если доживем, конечно) - увидим.
Так, кажется, я разобрался, как открыть обсуждения к постам, поэтому все следующие публикации можно будет комментировать! Свои пожелания по контенту можно высказать ниже 🙂
​​#фактымчп

🙈Поскольку некоторые попросили сильно не душнить, вот вам лайтовое чтиво про один из классических "ограничителей" автономии воли сторон в МЧП.

Речь пойдет про обход закона (лат. agere in fraudem legis, фр. fraude à la loi). Так в МЧП называют ситуацию, когда стороны какого-либо отношения желают уклониться от применения неудобного им права (как правило, национального) и для этого своими действиями создают фактический состав, при котором к указанному отношению будет применено право другого государства, содержащее более благоприятные для сторон нормы.

Например, в ряде стран законодательно запрещены разводы (sic!) - чтобы получить развод, супруги из таких стран зачастую прибегают к обходу закона. Выглядит это примерно следующим образом: супруги выезжают за рубеж, принимают гражданство другого государства и отказываются от собственного, разводятся, возвращаются на родину и снова вступают в свое гражданство. Впервые подобные дела появились в судебной практике европейских государств XIX в.

Хрестоматийным стало дело принцессы Бофремон (1878 г.): французская принцесса Бофремон желала получить развод со своим первым мужем, однако французское право того времени не знало института развода. Принцесса отправилась в Германию, где приобрела немецкое гражданство, развелась и вступила в новый брак с румынским принцем. Однако, вернувшись во Францию, она столкнулась с тем, что французское право не признает ни ее развод, ни последовавший за разводом брак как совершенные в обход французского закона.

Стоит сказать, что даже сейчас в контексте брачно-семейных отношений проблема все еще сохраняется - Израиль, например, отказывается признавать расторжение заключенного на его территории брака, если такое расторжение имело место за границей, с аргументацией, что у компетентного религиозного суда по таким категориям споров имеется исключительная подсудность, а применяться должны соответствующие религиозные законы, а не какое-либо иностранное право. Об этих коллизиях и о том, что делать израилитянам, которым супруги не дают развод, поговорим в другой раз, ибо там можно написать целый талмуд (no pun intended, btw 🤣).
❤1👍1
​​Второй день похихикиваю с этого отзыва на ГУ Минюста по Москве. Интересно, какие документы Гипно-Кот хотел апостилировать и удалось ли ему все-таки выйти замуж...
А вам, товарищи-подписчики, по такому случаю предлагаю вспомнить о Гаагской конвенции 1961 г. и поучаствовать в мини-тесте о ней (анонимном). #тестымчп
​​#судебнаяпрактика
Рубрика "никогда такого не было и вот опять": только мы успели привыкнуть, что наши суды иногда применяют Нью-Йоркскую конвенцию 1958 г. для признания и приведения в исполнение на территории РФ иностранных судебных решений (из свеженького дело № А62-10545/2019), как случилось такое нечто, что аж пришлось идти в Верховный Суд РФ.
Дело № А25-755/2019 ⚖️ банально до ужаса (от этого еще страшнее): договор поставки деталей для автомобилей регулируется нашей любимой CISG (стороны - китайская и российская компании), субсидиарно - правом Швеции (в силу выбора его сторонами). Возник спор, в рамках которого ответчик заявил о пропуске срока исковой давности, а дальше начался классический цирк российского правосудия.
Три инстанции посчитали, что срок исковой давности пропущен по российскому праву (3 года), по китайскому праву (4 года) и даже по Конвенции об исковой давности в международной купле-продаже товаров (4 года). Шведское право тоже в итоге применили (хотя ничего, кроме него, к исковой давности в принципе не должно было применяться - ст. 1208 ГК РФ, но кого это волнует), но посчитали все равно неправильно и решили, что срок истек и по шведскому праву (3 года вместо 10 лет).
Но самым гениальным, конечно же, в этом деле является именно ссылка на Конвенцию, которая не действует ни в отношении России и Китая (коммерческие предприятия сторон), ни в отношении Швеции (применимое право). Причем нижестоящие суды дружно решили, что Конвенция применима как неотъемлемая часть CISG (sic!), хотя Конвенция была принята в 1974 г., CISG - в 1980 г. и они обе являются самостоятельными международными договорами. Со всем этим и предстоит разобраться Верховному Суду РФ на этой неделе.
Как говорится, все это было бы смешно, когда бы не было так грустно.
👍1
Практическое_руководство_по_применению_Гаагской_конвенции_от_15.pdf
3 MB
#литературамчп
Делюсь с вами классным руководством по применению Гаагской конвенции 1965 г. о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам (если вы работаете с МГП, то это просто must-read!).
Обратите внимание, что это неофициальный перевод, выполненный ИЦЧП, в то время как оригинальный текст был подготовлен Постоянным бюро Гаагской конференции. К слову, в 2016 г. вышла новая, 4 редакция руководства, но в свободном доступе ее нет 🙁
#новостимчп
Dolce & Gabbana подали в суд на инстаграм-аккаунт Diet Prada за клевету. За новость спасибо моим любимым подписчикам (Натали, это я тебе!).
Для нас, МЧПшников, интересно то, что истец решил пойти в свой домашний суд - Италия - в обход очевидных правил подсудности (т.е. не по месту жительства ответчиков и не по месту причинения вреда/наступления вредных последствий). Разумеется, ответчики такой маневр не оценили и, кажется, уже заявили свои возражения по подсудности (в новости, как я понял, это назвали "встречным иском").
Примечательно, что итальянский суд будет решать вопрос о том, принимать ему иск или нет, именно в соотстветствии со своим внутренним процессуальным законодательством, а не положениями Регламента ЕС о подсудности и признании и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам (Брюссель I-bis), поскольку последний по общему правилу - изъятия касаются потребительских, трудовых споров, исключительной подсудности и наличия пророгационного соглашения - действует только в случаях, когда ответчик домицилирован на территории государств-членов ЕС (аналогично неприменимы Луганская и Брюссельская конвенции).
Что ж, следим за этим кейсом и ждем, что скажет итальянский суд.
Мой отпуск закончился, а значит с вами почти что регулярная рубрика #судебнаяпрактика и сегодня мы снова говорим о международной подсудности, но уже в США 🇺🇸. Напоминаю, что в американском законодательстве словом «штат» обозначаются как штаты и территории США, так и иностранные государства, поэтому всевозможные "межштатные" (читай "трансграничные") споры частных лиц прекрасно вписываются в предмет МЧП.
Итак, были автомобили Ford Explorer 1996 г. выпуска (дело номер раз Ford Motor Co. v. Montana) и 1994 Crown Victoria (дело номер два Ford Motor Co. v. Bandemer), которые передумали работать во время движения, что привело к смерти одного пассажира в Монтане и травме другого в Миннесоте соответственно.

Истцы решили не бегать за Фордом по месту его нахождения (т.н. general personal jurisdiction), а пойти в суды своих штатов на основании specific personal jurisdiction, которая возможна только в случае, если требования истца связаны с деятельностью ответчика на территории штата, в суд которого истец обратился, или вытекают из нее ("when the plaintiff’s claims "arise out of or relate to" the defendant’s forum activities", см. дело Burger King Corp. v. Rudzewicz).

Форд против юрисдикции ожидаемо возразил и заявил, что вообще-то учрежден в Делавэре, а штаб-квартиру имеет в Мичигане. При этом на территории Монтаны и Миннесоты он никакие автомобили в принципе не продавал и не собирал - значит, о наличии тесной связи с форумами говорить не приходится. Сломавшиеся машины были разработаны, собраны и проданы исключительно в других штатах, а их попадание в Монтану и Миннесоту - результат перепродажи частными лицами, к которой Форд отношения не имеет. По мнению Форда, все эти обстоятельства указывают на то, что его связь как ответчика с форумами носит случайный и незначительный (random, fortuitous or attenuated) характер. Если нет объективного намерения ответчика направлять свою деятельность на конкретный штат, утверждал Форд, - то нет и такого критерия для установления specific personal jurisdiction, как purposeful availment (даже не знаю, как это лучше на русский перевести, но смысл в пресловутых намерениях). В общем, аллюзия на известное всем нам с вами "где карту открывали, туда и идите".

⚖️👩‍⚖️👨‍⚖️25 марта 2021 г. Верховный суд США, объединив оба производства и изучив аргументы всех сторон, решил следующее: purposeful availment - это не только банальное собрать и продать автомобиль на территории штата, но и всевозможная реклама в соответствующем штате с призывом покупать такой автомобиль. Как пишет суд, "by every means imaginable - among them, billboards, TV and radio spots, print ads, and direct mail - Ford urges Montanans and Minnesotans to buy its vehicles, including (at all relevant times) Explorers and Crown Victorias". Более того, как новые, так и бушные автомобили компании Форд активно продаются в Монтане и Миннесоте через большое количество официальных дилеров. При этом указанные дилеры спокойно принимают и Explorer, и Victoria на техническое обслуживание и ремонт, в т.ч. за пределами гарантийных сроков. Ну и финальным аккордом стало доказательство, что Форд поставляет запчасти для автомобилей на территорию Монтаны и Миннесоты (как официальным дилерам, так и обычным автомагазинам). And by making it easier to own a Ford, they encourage Montanans and Minnesotans to become lifelong Ford drivers, - отмечается в решении Суда.
​​Таким образом, мы видим, что критерий "направленности", о которым я уже писал применительно к российской действительности, довольно часто встречается в судебной практике разных государств для обоснования "неклассической" подсудности по трансграничным спорам (из деликтов или договоров - все равно). Примечательно, что Верховный суд США все же сделал акцент именно на рекламной составляющей "направленности", что, на мой взгляд, помогает выдержать баланс интересов между предпринимателями и потребителями в подобных делах.

А вы согласны с решением ВС США?
​​#новостимчп
Остроумную подводку придумать не получается, поэтому давайте сразу и без обиняков: есть такой международный договор, как Луганская конвенция о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам (речь о последней, что 2007 г.). Конвенция существует параллельно с Регламентом ЕС Брюссель I-bis, о котором я пару раз уже писал, и совместно с ним создает режим трансграничных юрисдикции и признания по гражданским и коммерческим делам на территории Европы.
Участниками Луганской конвенции являются государства-члены ЕС (кроме Дании, у которой применительно к МЧП всегда "особый путь", но об этом в другой раз; Дания на самом деле участвует в Конвенции, но не как член ЕС, а сама по себе), а также Швейцария, Исландия и Норвегия как члены Европейской ассоциации свободной торговли (ЕFTA). Собственно, любые другие государств мира могут присоединиться к Конвенции только с согласия (единогласного) всех ее участников (ст. 70 и 72 Конвенции). Европейский суд в свое время высказался, что решение о допуске к участию в подобных международных договорах третьих государств должно приниматься именно ЕС (Еврокомиссией, если точнее) от имени его членов, поскольку это относится к внешней компетенции ЕС (см. Lugano Opinion 1/03). Иными словами, последнее слово о присоединении к Конвенции третьих государств всегда за Еврокомиссией.
С момента, когда Великобритания покинула ЕС, она автоматически прекратила свое участие в соответствующих международных договорах как член ЕС, среди которых, конечно, и Луганская конвенция. В начале мая 2021 г. стало известно, что Еврокомиссия отклонила запрос Великобритании на присоединение к Конвенции по ст. 72 с мотивировкой, что "уровень интеграции Великобритании с ЕС незначительный, а для подобных взаимоотношений между ЕС и третьими государствами следует использовать Гаагскую конвенцию о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений по гражданским или торговым делам". Это довольно забавно, потому что сам ЕС вообще-то в Гаагской конвенции не участвует (но в ней в принципе никто не участвует, кроме подписавших ее Израиля, Украины и Уругвая, а сама Конвенция в силу так и не вступила). Разумеется, еще остается Гаагская конвенция о соглашениях о выборе суда, но она эффективна только при наличии пророгационного соглашения между конкретными участниками спора.
В итоге решением Еврокомиссии многие ожидаемо остались недовольны и даже подписали открытое письмо с требованием пересмотреть позицию. Главный аргумент подписантов - в отсутствие международных договоров Великобритания будет пользоваться правилами общего права (common law) об определении юрисдикции, что значительно ограничит доступ иностранных лиц к правосудию на территории Великобритании. Например, доктрина forum non conveniens предполагает возможность суда отказаться рассматривать конкретный спор по существу, несмотря на формальное наличие у него юрисдикции, если такой суд придет к выводу, что рассмотрение спора более целесообразно («удобно» с процессуальной точки зрения) осуществить в суде другого государства.
В общем надеемся, что данная ситуация хоть как-то положительно повлияет на интерес государств к Гаагской конвенции о признании, и ждем реакции Еврокомиссии (хотя лично я настроен скептически).