Туркменистан. Продолжение

И вот в день моего 24-летия мы приземляемся в Ашхабаде 2010-х - полностью одетом в мрамор городе в предгорьях Копетдага, сияющем всеми огнями и по вечерам магически безлюдном. Первое, что мне бросилось во все рецепторы - розы. Розовые кусты прямо вдоль шоссе. Первая ночь была сказочной и знойной. А всего после одного дня мы отправились в дорогу длиною в 200 км к нашему раскопу в Каахкинском районе.

Деревня Меана на юге Туркменистана названа по имени мавзолея 11 века, где покоится прах святого мистика Меана баба.

Огромная территория продувается пыльными ветрами, скупо снабжается водой, тут и там возвышаются горы металлолома - в основном старые автомобили. О том, что на дворе 21 век, сообщает путнику, пожалуй, только телекоммуникационная вышка. Люди живут очень скромно, их быт мало отличается от быта 200-летней давности.

Двор состоял из нескольких родственных домов.
Мы поселились в доме у хозяйки в большой комнате. Приехали мы в разгар траура - у добрейшей тёти Оли (Огулсапар) умер муж. Судя по рассказам наших старших - прекрасный добрый человек. Несмотря на горе, нас приняли как родных. Только прекрасный облик хозяйки был осенён печалью, а голова по традиции покрыта мужниным халатом.

Так началась наша двухнедельная побывка в туркменском доме, которая изменила мою жизнь. Отныне мы ели и спали на полу, смотрели, как режут баранов и пекут в тамдыре хлеб, сроднились с блеянием баранов под нашими окнами и ходили на реку в сопровождении огромного взрослого алабая, который взял над нами шефство. Впереди была отработка - труд в раскопе, сложности которого мы слабо себе представляли....

А в Узбекистане настоящий праздник для культурного сообщества и представителей турсферы: после долгой реконструкции открыли Музей истории и Музей искусств Узбекистана.

Сначала про первый. Вычистив нафталин, смахнув пыль с прекрасных экспонатов, рисующих нам историю страны с самых архаичных времён, музей обновился и зовёт посетителей всех возрастов.

Музей истории Узбекистана - один из старейших Центральной Азии и в этом году отмечает 150-летие. Его фонд - это ценнейшие археологические материалы, рукописи, нумизматика, этнографические ценности.

Теперь здесь много интерактива и мультимедиа, даже целая зеркальная комната, где вы погружаетесь в миры прошлого, окружённые со всех сторон цифровым инновационным буйством.

У меня есть небольшие опасения насчёт того, как будет представлен колониальный период и советская эра. Надеюсь, что не так однобоко, как раньше. Вопрос, конечно, максимально болезненный и политизированный. Но нам важны достижениями страны и деяния людей, а в какое время жить, они не выбирали. Просто сияли и двигали прогресс.

И даже само здание музея - это шедевр советского модернизма; его в числе других 10 буквально на днях внесли в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Посетить этот музей нужно обязательно, и я планирую делать туда экскурсии с лучшими гидами Ташкента.

Туркменистан. Продолжение

Мало того, что теперь мы были частью суровой жизни туркменской глубинки, мы были ещё и членами экспедиции. В пять утра под крик ишака мы просыпались, чтобы на стааареньком дребезжащем «москвиче», скрепя песком на зубах и дрожа от холода, ехать 15 км по пустыне навстречу рассвету к нашему раскопу.

Мы сколько могли лопатили песок, ковыряли 5000-летние слои небольшого поселения времён энеолита. Больше всего было керамических черепков и костей животных, но встречались и фрагменты антропоморфных фигурок с отпечатками пальцев.

Отпечатки рук людей, которые жили за 5000 лет до меня! За 4000 лет до крещения Руси! Они разжигали очаг, охотились, ели, совершали ритуалы и занимались творчеством. Это было невероятно волнительно. Сильная жара, скорпионы, тяжёлый физический труд, в котором я совсем не сильна, расстройства желудков - это всё тяготило, но интерес перевешивал сложности.

И вот мы счастливые, уже по вечерней прохладе, в тазике отмываем наши бесценные находки.

Забавно, что с сыном хозяйки, который тоже подрабатывал на раскопе, мы могли общаться только на английском - русский он не знал вообще, а в школе учился туркмено-турецкой.

Пища была тоже удивительная. Хозяйка готовила нам «нахар» - такую незамысловатую кашу из макарон и риса, поджаренных на бараньем жиру. И это было вкусно!

Ещё тетя Оля пекла чурек в тамдыре, закутавшись от жара в какой-то несусветный ватник. О, что это был за аромат! Чурек это даже вкуснее узбекской лепешки. Ещё были арбузы и дыни, виноград, верблюжье молоко...

Хозяйка чуть ли не в первый день усадила нас на ковёр в своей комнате и достала все фотоальбомы. Учила нас туркменской вышивке. Аждар бренчал на дутаре.

К хозяйке помочь по хозяйству и поболтать приходила прекрасная молодая женщина с малышкой по имени Тавус, одна из невесток. И меня так удивляло, как она прикусывает краешек своего цветастого платка, если рядом мужчины. Кстати, туркменки никогда не носили паранджи...

До сих пор подкатывают слёзы, когда я вспоминаю это чувство тотальной, безусловной, искренней любви, которую мы получили от этой женщины с печальными глазами. Мы, Маша-джан и Надя-джан, уверена, немного скрасили ей эти тяжёлые дни.

И вот тут, в этом бедном захолустье, так непохожем на дом, я впервые поймала чувство, что кажется, могла бы остаться здесь навсегда...