После получения позитивного решения комиссии по беженским душам, бельгийское королевство даёт три пути для дальнейшего становления в социуме после лагерной жизни.

Путь номер один.
Вы покидаете лагерь и уезжаете жить к другу (если он у вас есть). Получаете 560 евро за два месяца и ждёте жандармийского наряда по адресу где проживаете. Далее начинается изготовление заветной id-cartы, без которой вы ни кто и звать вас ни как. За время проживания у друга вам необходимо найти жильё, которое оплатят добросердечные и не очень, налогоплательщики.

Путь номер два.
Вы остаётесь в лагере, ждёте id-carty и получаете, как и раньше, 7.90 евро в неделю. Пользуетесь всеми благами беженского мира и гиены мытарствающих сердец, а то есть : еда, барак, мед-центр, услуги социального ассистента, который теперь перекласифицирует свои обязанности в русло поиска аппаратаментов, которые также оплатят.

Путь номер три.
Вам предоставляют социальный дом и платят варьирующуюся сумму от 60-90 евро в неделю, в зависимости от региона. Это либо собственно сам дом с 3-5 аборигенами, в основном из горячих стран, либо однокомнатная квартира.
Все аборигены как правило ещё только ждут ответа на свой запрос о предоставлении политического убежища. Бельгия имеет определенный список стран для которых процедура изменена и идёт быстрее, а людей переселяют в социальные дома, дабы хоть как-нибудь отфильтровать лагерный ад.
В редких случаях в социальных домах живут те, кто ответ уже получили и выбрал эту дорожку.
При всём этом, социальное жильё имеет правила и внутренний распорядок.
Запрещается курить, пить и морально разлагаться в стенах этого помещения. Прокрастинация отображающаяся на чистоте выданных аппартаментов также запрещена. За нарушение правил возможны санкции. Это могут быть санкции экономического плана, касающиеся еженедельных выплат, либо же переселение в другой социальный дом в не зависимости от вашего территориального желания дислокации. Хотя она не учитывается ещё на том периоде, когда вы выбираете этот вариант в лагере.
Даётся два месяца и ещё два в случае невозможности найти постоянные аппартаменты. Включена опция социального ассистента, который должен чуть-чуть помочь в социализации и поиске жилья.

Выбирая путь номер один и путь номер три, вы переходите в юрисдикцию государственно- бюроктатической клоаки под названием CPAS.

В конечном итоге, когда жильё будет найдено, вы будете получать сумму 1100 - 1300 евро в месяц. На пропитание, проживание и досуг.

Раз в триста лет рябина вдруг начинает плодоносить в январе. На ветвях созревают ягоды, которые тут же покрываются инеем, холодно же в январе. Они не красные, они иссиня-черные, крупные, как сливы. Прохожие удивлённо посматривают, но мало кому хочется рвать их на морозе. Да и ни к чему, за три-четыре дня они полностью созревают и начинают падать на землю.

Черная рябина засыпает все вокруг деревьев, ее зреет много, больше, чем привычных красных ягод. По ним идут люди, размалывают в кашу. Их едят птицы и тут же дохнут, валятся в это месиво ягод, снега и грязи. Их облизывают собаки и тоже умирают, подвывая, жутко начинают выглядеть города в пору черной рябины.

На подошвах люди приносят ядовитый сок черных ягод в дома и смерть приходит в каждую квартиру, с криком дети прыгают из окон, не в силах жить с тем маревом, которое видится им от яда. Взрослые сходят с ума от похоти и ненадолго целые города превращаются в сплошную дикую оргию, в которой нет правил, ограничений и табу. И которая всегда заканчивается большой кровью.

Пустеют города, только чёрные ягоды гниют на снегу, среди трупов голубей и собак

Шесть лет колонии общего режима получил сегодня анархист Азат Мифтахов.

Для огромного города, такой как Москва, поддержать его собрались не больше двух сотен. Это безусловно, показатель наличия в России неравнодушных и храбрых людей, но в то же время, это является показателем тщедушия и разобщённости.

Человек ко всему привыкает. Так гласит народная быль. Так и привыкли русские люди жить в своей жалкой квартирке, находящейся в многоэтажной бетонной коробке, выданной им, чтобы создать иллюзию собственности и благополучия. Иллюзию частной жизни, прав и свобод. А самое главное, как показывает история, у сил зла получилось дать вместе со всем
этим и страх потери рабских благ.

И страх этот сравнивает всех, кто не вышел сегодня, с тварью дрожащей, получающей бытиё по заслугам своим.

"Бетонный забор, флаг триколор, страна прокурор - страна приговор" (с) One Way Street

#новостикоролевства


🐩 Первая в истории группа собак, обученная обнаруживать инфекцию Covid-19 у людей, завершит обучение в следующем месяце и будет готова к выходу на улицы.

🇧🇾 Брюссельские политики дают отчёт о нулевой реакции на внедренные санкции по отношению к нынешнему правительству Беларуси.

⚖️ Брюссельский гинеколог обвиняется в изнасиловании одной из своих пациенток.
Адвокат потерпевшего, со своей стороны, представил запись в деле, в которой обвиняемый утверждает, что он совершил «самую большую ошибку в своей жизни».

💰Правительство Брюсселя дало зеленый свет новым мерам помощи в пользу секторов, наиболее пострадавших от кризиса. На это будет выделено около 74 миллионов евро.

🐷 Полиция будет расследовать расисткую выходку двух женщин коллег, позволивших себе дать оценку окружающей реальности, во время патруля на Brussels-Midi .

Очень нравится как правые описывают войны.

Потерянное поколение, не такое уж и потерянное, если изучить труды старичка Эрнста Юнгера.

Вместо дрожащих от страха смерти и непонимания военной арифметике юнцов, он описывает своих сотоварищей как отморозков, облепленных с ног до головы оружием на голо, что переносят все ужасы военного времени, сквозь облака ядовитого газа и неумолкающего огня в небе. Большинство призывников тогдашнего времени были в возрастном диапазоне от 16 до 18 лет.

Ужасная война мерцает красками благородных металлов, а смерть достойно забирает своих отважных сынов, скользящих к ней в тёплые и приятные руки, после суточного дежурства в грязи и смраду.

Большинство событий описанных в "Стальных грозах" происходит на территории нынешней Бельгии. Хочу как-нибудь наведаться с металлоискателем в места где пролито наибольшее количество крови.

Обидно, что столь храбрые сердца воинов, были неспособны осознать свою роль марионеток на фоне экономических и территориальных вопросов царей, которые делили мир ценой человеческих жизней.

Пришёл как-то раз на сквот. Смотрю, а комната моя - уже не моя. И не уведомил ни кто, и вещей нет.

Поселили меня, как выяснилось в петушином углу. По соседству живущий, вечноторчавший трансвестит начинает разгонять диалог "на хуях" со мной. Повествует о том : что всё здесь общее; я гетеросексуал, а женщина занявшая мою комнату, конечно же ко всему этому его подруга - лесбиянка; и вообще "fuckoff" кричит ! и убегает в конуру.

Я, высаженный таким незаслуженным к себе отношением, иду к его брату-панку, который имеет вес в этом коллективе и живёт с самой адекватной и активной в домохозяйственном плане, подругой. Объясняю всем всё, а в ответ слышу лишь только похуистичные настроения. Смрадный коллективчик.

На следующий день пришел с товарищем, и устроил драку в комнате попутавшего берега трансвестита.
В победоносном завершении акции "против бестолкового ущемления белых цисгендерных беженцев" ещё в него и харкнул.

А потом подбежали на шум/гам людишки, и поменялись со мной комнатой.

мораль сей басни такова :
за что боролся - на то и напоролся !

p.s.

Вообще бельгийские антифа/сквотеры/анархисты не очень любят беженцев. Есть исключения, но в большинстве своём, это мягкотелые торчи в юбках. Фу, выворачивает прям!

В беженских душах сила, братцы!

После получения позитива я выбрал дорожку номер три, которая как оказалось позже, была со своими подводными камнями, зачастую отличающихся от тех, что я мог себе представить, сидя в лагере с синей папочкой.

Синяя папочка это смесь хорошего минималистичного дизайна и не совсем качества. В основном у беженцев она одна, ибо волокита с документами является довольно неприятным занятием для небрежных беженских душ. Выдаётся в день регистрации запроса о прошении убежища. Я порой как вижу её у кого-то на улице здесь, то сразу выкупаю что за особь человеческая предстала на жизненном пути. Дедуктивный элемент.

Переехал я в социальный дом расположенный в городе Nivelles. Город этот был весьма комичен своим малым размахом и довольно большой тюрьмой, расположенной рядом, и занимающей 1/4 от всей его площади.
Так же имелся старинный замок в центре. Он являлся символом этого города и использовался в очень модных логотипах разных бюроктатических организаций. Самый стильный и молодежной был у мусоров.

Дом в который я заселился, представлял из себя: не малый зал, кухню, один туалет, два душа, четыре комнаты и винтовую лестницу. Построен он был в прошлом веке, но евроремонт стёр историческую ценность, не тронув только лишь лестницу.

По мимо меня в этом пространстве жили ещё три человека. С двумя из ними я был знаком ещё с лагеря. Мелкие чёрные бандиты с которыми на лагерной струе диалога, я быстро нашёл общий язык. Одного из них, бил за неуплату долга вместе с братом-колумбийцем. Курить шмаль, кстати, он бросил сразу после переезда. Говорит, что такое влияние оказывало на него лагерное бытиё . А здесь нашёл работу в Антверпене, и её занятость начисто выжгла зависимость. Он получил позитив на год. Его брат был как приведение и почти не говорил. Третий же сожитель-арабец оказался настоящим уродом.

Раз в неделю к нам приходила подружка социального ассистента и чистила канализацию. Звали её Фарида, и она на почве землячества дружила с арабцом. Арабец постоянно нарушал дисциплинарные рамки тем, что не убирал бычки к её приходу. По утрам слышал их диалог и первую неделю всё вроде бы было нормально. Однако, со вторым приходом Фариды начал трещать мой мессенджер от гневных сообщений соц. асистентки. В качестве доказательства были предоставлены фотографии неубранной пепельницы, и мусора на кухне. Так в наш дом пришло первое замечание.
Спустя неделю ситуация повторилась и рано утром нагрянула проверка, которая приняла решение списать всех нас с дому, а посему придирались даже к маленьким разводам на кране.

Я в это время жил на сквоте в Брюсселе, и параллельно наведывался к себе в дом, когда уставал от неустанного дебилизма и наркоты. Получив вечером сообщение о том, что грядёт проверка утром, я очень рано встал и поехал злой со сквота дабы прибраться в комнате. Как доехал начал стучать всем в двери, открыл только неразговорчивый черный братишка и арабец, на которого в конце-концов я кинулся с кулаками.

По результату провдённой проверки нас всех выселили. Черный молчивый брат поехал к себе в лагерь, завязавший с наркотиками бандит в другой социальный дом, а арабцу досталась уж совсем территориально не выгодная локация. Почти на другом конце страны от места работы.
Ох я и радовался!

Стало известно, что против политзаключенного анархиста Александра Францкевича, а также против Акихиро Гаевского-Ханады, Андрея Чепюка и еще нескольких человек возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 285 Уголовного кодекса Республики Беларусь (участие в преступной организации).

Также известно, что сейчас Александра Францкевича обвиняют по всем трем частям статьи 293 Уголовного кодекса (организация массовых беспорядков, участие в них, обучение или иная подготовка к участию).