Этот местный мачо продавал швейную машинку "Тула" у железнодорожного перехода к удельнинской барахолке. Почему у перехода? То ли лень идти, то ли на самой Уделке своих ковбоев дофига.

Кстати, давайте вспомним лето. Оно было прекрасно футбольным.

Вот этот странный мужчина вышел с выставки "Хранить вечно", покричал "Мать, мать, мать..." и предложил мне "обеременить" проходившую мимо девушку.

Суровый продавец Апраксина двора.

Продавцов всяких мутных альтернативных газет у Гостиного двора раньше была целая куча - человек десять, как минимум. Отдельная тусовка в центре города, с флагами и спорами. А сейчас - всего два. Не то, чтобы я по ним скучаю, но с ними ушел и местный колорит.

Кстати, о читателях газет. Кофе давно уже кончился, а ей никак не оторваться.

То неловкое чувство, когда средь бела дня ты в говно, но железяку нести надо для доказательства, что живёшь не зря.

Толстый доктор и одноногая женщина - всё для вас. С 9.00.

Согревает в холода борода. Всех со снегом! Весна не за горами.

Самое время вспомнить летнюю жару ;)

Старик в форме охранника на Московском проспекте. Жаль, не видно надпись "охрана" у него на спине ;(

Роза с 1-й линии Васильевского острова. Когда я снимал ее два года назад, ей было 89. С тех пор не не видел, жива ли? Классическая петербургская городская чудачка. Из длинного рассказа о жизни запомнились две цитаты. " Лежу как-то, думаю, помирать пора, что ли. И вспомнила, что давно не видела Кирилла, патриарха. Ну разве ж тут умрёшь?" И вторая, куда более простая и пронзительная: "Ребята, посмотрите вокруг. В каком городе живёте! Мы уже все. Дальше беречь его придётся вам..."

Ещё одна жительница 1-й линии. Любит кормить голубей. Они так за ней и летели следом.

Персонаж явно из "Питерских быличек" Кочергина. Хотя это и не Васильевский остров.

Ленинградское время.

Может быть, при взгляде на это фото и не приходит в голову банальность вроде "Петербург - город контрастов". Но в мужчине слева, с букетом, моя израильская подруга опознала искусствоведа Алексея Бойко. А женщину справа я и сам прекрасно знал - это местная сумасшедшая Ольга. Она несколько лет обитала в окрестностях Гостиного двора. Ольга могла часами материть прохожих на Невском, кидаться бутылками в полицейских и гадить на газоне Адмиралтейства. И ничего ей за это не было. Петербург, XXI век.