Ровно сто лет назад – 22 февраля 1924 г., был сформирован «Рейхсбаннер» – военизированная организация сторонников Веймарской республики. Её учредителями стали представители трёх партий «Веймарской коалиции» – социал-демократы, католики из Центра и левые либералы из Немецкой демократической партии.
Оценки числа участников «Рейхсбаннера» разнятся от 3,5 млн. до 1,5 млн., но в любом случае это была самая массовая политическая организация в Веймарской республике. 250 тыс. бойцов состояли в «Защитных формированиях» («Шуфо»), которые непосредственно сражались с радикалами со всех сторон политического спектра. Остальные занимались «мирной» деятельностью – организацией митингов, пропагандой, благотворительностью и общественными работами. Для юношей от 14 до 21 года существовало молодёжное крыло – «Юнгбаннер».
При нацистах «Рейхсбаннер» был разгромлен и запрещён, но в Федеративной республике возрождён как демократическая культурно-просветительская организация.
https://www.reichsbanner.de/reichsbanner-heute/
Оценки числа участников «Рейхсбаннера» разнятся от 3,5 млн. до 1,5 млн., но в любом случае это была самая массовая политическая организация в Веймарской республике. 250 тыс. бойцов состояли в «Защитных формированиях» («Шуфо»), которые непосредственно сражались с радикалами со всех сторон политического спектра. Остальные занимались «мирной» деятельностью – организацией митингов, пропагандой, благотворительностью и общественными работами. Для юношей от 14 до 21 года существовало молодёжное крыло – «Юнгбаннер».
При нацистах «Рейхсбаннер» был разгромлен и запрещён, но в Федеративной республике возрождён как демократическая культурно-просветительская организация.
https://www.reichsbanner.de/reichsbanner-heute/
В России есть демократия! Но есть нюанс.
Посмотрел недавнее выступление социолога Григория Юдина в тверском лектории «Живое слово», и мне показалось важным его законспектировать. К слову, практически сразу после публикации выступления, и лектор, и лекторий были признаны иноагентами.
https://www.youtube.com/watch?v=P5ia2Lmk0Mc
Сетования на отсутствие демократии в Российской Федерации побуждают задаться вопросом, а как собственно люди в России представляют себе демократию? Что это вообще такое?
Как указывает Юдин, в российском обществе в начале 1990-х гг. практически не велось публичной дискуссии о сущности демократии. Вместо этого фактически существовал карго-культ «чтобы было как на Западе», который состоял из трёх элементов:
✅Регулярные конкурентные выборы;
✅Рыночная экономика;
✅Верховенство права.
Во многом этот демократический карго-культ сохраняется до сих пор, в том числе и в среде либеральной оппозиции.
Далее Юдин деконструирует каждый из этих элементов.
Представление, будто демократия сводится к регулярным конкурентным выборам восходит к «теории минимальной демократии», сформулированной австрийским экономистом Йозефом Шумпетером. Сам Шумпетер никаким демократом не был и как раз искал способ совместить политизацию масс с сохранением власти сложившихся элит. И в итоге нашёл. От граждан нужно было лишь раз в несколько лет приходить к избирательным урнам и отдавать голос за ту или иную группу элит, которые таким образом конкурировали между собой. Это по Шумпетеру и была оптимальная форма демократии.
Именно такая демократия и сложилась в России, начиная с 1990-х гг. Регулярные и конкурентные выборы проходят здесь до сих пор. Другое дело, что теория Шумпетера ничего не говорит о том, что иные кандидаты могут быть «ровнее» других – иметь приоритетный доступ к СМИ, финансированию и административному ресурсу.
Таким образом, регулярные и конкурентные выборы сами по себе ещё не являются достаточным критерием для «полноценной» демократии. Юдин полагает, что такая демократия подразумевает постоянный процесс общественных дискуссий, независимое муниципальное самоуправление, реальный федерализм, профсоюзную борьбу, Советы (!) и много чего ещё вплоть до родительских и домовых чатов.
Ещё одним демократическим карго-культом в 1990-х гг. считалось построение рыночной экономики, при которой независимый средний класс якобы автоматически будет тяготеть к демократии.
Первые десятилетия XXI в. показали, что Китай сумел построить рыночную экономику и создать огромный средний класс без какой-либо демократизации. Точно также Россия и Турция двигались в сторону авторитаризма, оставаясь при этом кривыми-косыми, но всё же рыночными экономиками. Авторитаризм ещё раз доказал, что прекрасно сочетается с рынком, а средний класс – это излишне превозносимая либералами социальная категория, значительная часть представителей которой, наоборот, готовы отказаться от политической субъектности ради стабильности и потребительского уюта.
Наконец, что касается верховенства права, то формально каждое политическое действие со стороны государства в России сопровождается ссылками на конкретные юридические нормы. Однако Юдин ссылается на Карла Шмитта и указывает, что всякий закон должен опираться на общественные представления о справедливости. Если же обществу просто спускают законы сверху как необсуждаемую рамку для подчинения, то «диктатура закона» оборачивается диктатурой того, кто эти законы штампует, а обществу остаётся лишь скатываться в правовой нигилизм.
Таким образом, элиты Российской Федерации с самого начала 1990-х гг. строили именно ту «демократию», о которой мечтали в России в начале «переходного периода» после развала Советского Союза. Эта сбывшая мечта из 1990-х гг. может нам не нравится в 2024 г., но это наши проблемы.
Едва ли не единственное, что сейчас действительно можно сделать, по мнению Юдина – это начать новое концептуальное переосмысление приевшихся понятий, чтобы в ходе реальной общественной дискуссии таки осознать, к чему мы как политическая нация, а также составляющие её отдельные группы, желаем стремиться в будущем.
Посмотрел недавнее выступление социолога Григория Юдина в тверском лектории «Живое слово», и мне показалось важным его законспектировать. К слову, практически сразу после публикации выступления, и лектор, и лекторий были признаны иноагентами.
https://www.youtube.com/watch?v=P5ia2Lmk0Mc
Сетования на отсутствие демократии в Российской Федерации побуждают задаться вопросом, а как собственно люди в России представляют себе демократию? Что это вообще такое?
Как указывает Юдин, в российском обществе в начале 1990-х гг. практически не велось публичной дискуссии о сущности демократии. Вместо этого фактически существовал карго-культ «чтобы было как на Западе», который состоял из трёх элементов:
✅Регулярные конкурентные выборы;
✅Рыночная экономика;
✅Верховенство права.
Во многом этот демократический карго-культ сохраняется до сих пор, в том числе и в среде либеральной оппозиции.
Далее Юдин деконструирует каждый из этих элементов.
Представление, будто демократия сводится к регулярным конкурентным выборам восходит к «теории минимальной демократии», сформулированной австрийским экономистом Йозефом Шумпетером. Сам Шумпетер никаким демократом не был и как раз искал способ совместить политизацию масс с сохранением власти сложившихся элит. И в итоге нашёл. От граждан нужно было лишь раз в несколько лет приходить к избирательным урнам и отдавать голос за ту или иную группу элит, которые таким образом конкурировали между собой. Это по Шумпетеру и была оптимальная форма демократии.
Именно такая демократия и сложилась в России, начиная с 1990-х гг. Регулярные и конкурентные выборы проходят здесь до сих пор. Другое дело, что теория Шумпетера ничего не говорит о том, что иные кандидаты могут быть «ровнее» других – иметь приоритетный доступ к СМИ, финансированию и административному ресурсу.
Таким образом, регулярные и конкурентные выборы сами по себе ещё не являются достаточным критерием для «полноценной» демократии. Юдин полагает, что такая демократия подразумевает постоянный процесс общественных дискуссий, независимое муниципальное самоуправление, реальный федерализм, профсоюзную борьбу, Советы (!) и много чего ещё вплоть до родительских и домовых чатов.
Ещё одним демократическим карго-культом в 1990-х гг. считалось построение рыночной экономики, при которой независимый средний класс якобы автоматически будет тяготеть к демократии.
Первые десятилетия XXI в. показали, что Китай сумел построить рыночную экономику и создать огромный средний класс без какой-либо демократизации. Точно также Россия и Турция двигались в сторону авторитаризма, оставаясь при этом кривыми-косыми, но всё же рыночными экономиками. Авторитаризм ещё раз доказал, что прекрасно сочетается с рынком, а средний класс – это излишне превозносимая либералами социальная категория, значительная часть представителей которой, наоборот, готовы отказаться от политической субъектности ради стабильности и потребительского уюта.
Наконец, что касается верховенства права, то формально каждое политическое действие со стороны государства в России сопровождается ссылками на конкретные юридические нормы. Однако Юдин ссылается на Карла Шмитта и указывает, что всякий закон должен опираться на общественные представления о справедливости. Если же обществу просто спускают законы сверху как необсуждаемую рамку для подчинения, то «диктатура закона» оборачивается диктатурой того, кто эти законы штампует, а обществу остаётся лишь скатываться в правовой нигилизм.
Таким образом, элиты Российской Федерации с самого начала 1990-х гг. строили именно ту «демократию», о которой мечтали в России в начале «переходного периода» после развала Советского Союза. Эта сбывшая мечта из 1990-х гг. может нам не нравится в 2024 г., но это наши проблемы.
Едва ли не единственное, что сейчас действительно можно сделать, по мнению Юдина – это начать новое концептуальное переосмысление приевшихся понятий, чтобы в ходе реальной общественной дискуссии таки осознать, к чему мы как политическая нация, а также составляющие её отдельные группы, желаем стремиться в будущем.
YouTube
Григорий Юдин: Демократия в России - что пошло не так
Григория Юдина и лекторий "Живое слово" признали иноагентами после этой лекции
Подписать петицию за снятие этого статуса и против этого дискриминационного закона вообще можно по ссылке https://chng.it/8Y6Q7xjFbb
Поддержать проект лектория можно по ссылке…
Подписать петицию за снятие этого статуса и против этого дискриминационного закона вообще можно по ссылке https://chng.it/8Y6Q7xjFbb
Поддержать проект лектория можно по ссылке…
Немецкие государства, прусские провинции и оккупационные зоны Союзников в послевоенной Германии, 1946 г.
🚩🇵🇱Аннексированные территории – Восточная Пруссия (разделена между СССР и Польшей), Восточная Померания, Позен-Западная Пруссия, восточный Бранденбург, Силезия (к Польше);
🚩Советская зона – Мекленбург, Западная Померания, Бранденбург, Магдебург, Галле-Мерзебург, Эрфурт, Ангальт, Саксония, Тюрингия;
🇬🇧Британская зона – Шлезвиг-Гольштейн, Гамбург, Ганновер, Ольденбург, Липпе, Шаумбург-Липпе, Брауншвейг, Вестфалия, север Рейнской провинции;
🇫🇷Французская зона – юг Рейнской провинции, Саар, баварский Пфальц, юг Бадена и Вюртемберга, Гогенцоллерн;
🇺🇸Американская зона – Бавария, север Бадена и Вюртемберга, Гессен, Кургессен, Нассау.
🇬🇧🇺🇸Бремен находился под совместным англо-американским управлением, а 🚩🇺🇸🇬🇧🇫🇷Берлин являлся четырёхсекторным городом, разделённым между всеми четырьмя державами-победительницами.
Смотреть карту в высоком разрешении можно по ссылке.
🚩🇵🇱Аннексированные территории – Восточная Пруссия (разделена между СССР и Польшей), Восточная Померания, Позен-Западная Пруссия, восточный Бранденбург, Силезия (к Польше);
🚩Советская зона – Мекленбург, Западная Померания, Бранденбург, Магдебург, Галле-Мерзебург, Эрфурт, Ангальт, Саксония, Тюрингия;
🇬🇧Британская зона – Шлезвиг-Гольштейн, Гамбург, Ганновер, Ольденбург, Липпе, Шаумбург-Липпе, Брауншвейг, Вестфалия, север Рейнской провинции;
🇫🇷Французская зона – юг Рейнской провинции, Саар, баварский Пфальц, юг Бадена и Вюртемберга, Гогенцоллерн;
🇺🇸Американская зона – Бавария, север Бадена и Вюртемберга, Гессен, Кургессен, Нассау.
🇬🇧🇺🇸Бремен находился под совместным англо-американским управлением, а 🚩🇺🇸🇬🇧🇫🇷Берлин являлся четырёхсекторным городом, разделённым между всеми четырьмя державами-победительницами.
Смотреть карту в высоком разрешении можно по ссылке.
А я правильно понимаю, что 1990-е гг. – это последнее десятилетие, когда на политических манифестациях в России сторонники того или иного политика митинговали под его портретами? И получается, что Зюганов – последний живой хотя бы формально действующий общероссийский политик, под портрет которого реально выходили люди?
Я посмотрел фотографии уже из XXI в., и что-то ни на лоялистских, ни на оппозиционных митингах не заметил портретов актуальных политических лидеров. В основном люди несут либо флаги, либо транспаранты с лозунгами, либо какое-то плакатное творчество, но без «серьёзных» портретов. Справедливости ради, есть фото митинга в Чечне из 2016 г., где люди по-прежнему несли портреты вождей, но это, согласитесь, слишком специфическая история.
А так, кажется, что вот эта черта высокого Модерна, когда на публичных политических собраниях активно использовался визуальный образ Вождя, ушла в прошлое.
UPD: Добавили, что на митинги в Хабаровске в 2020 г. выходили под портреты Фургала.
Я посмотрел фотографии уже из XXI в., и что-то ни на лоялистских, ни на оппозиционных митингах не заметил портретов актуальных политических лидеров. В основном люди несут либо флаги, либо транспаранты с лозунгами, либо какое-то плакатное творчество, но без «серьёзных» портретов. Справедливости ради, есть фото митинга в Чечне из 2016 г., где люди по-прежнему несли портреты вождей, но это, согласитесь, слишком специфическая история.
А так, кажется, что вот эта черта высокого Модерна, когда на публичных политических собраниях активно использовался визуальный образ Вождя, ушла в прошлое.
UPD: Добавили, что на митинги в Хабаровске в 2020 г. выходили под портреты Фургала.
Вообще персонификация политики в эпоху высокого Модерна характерна для всех западных обществ, даже для тех, которые конвенционально считаются демократическими.
Взять хотя бы фотографии со съездов ведущих американских партий того периода. Портрет Рузвельта встречает делегатов демократического съезда 1944 г., портреты Эйзенхауэра и Никсона висят на республиканском съезде 1956 г., Джонсон выступает на фоне огромного себя в 1964 г. (в обрамлении трёх великих демократических предшественников – Рузвельта, Трумэна и Кеннеди), а сторонницы сенатора Голдуотера позируют с его портретами на республиканском съезде того же 1964 г.
Сейчас это ушло и, судя по фотографиям, максимум, что люди держат на нынешних политических собраниях – это постеры с именем кандидата или простейшим лозунгом. Причём это относится даже к кампаниям такого харизматика и национал-популиста как Трамп, хотя, казалось бы, вот где простор для визуальной персонификации.
Неужели всё ушло в Интернет?
Взять хотя бы фотографии со съездов ведущих американских партий того периода. Портрет Рузвельта встречает делегатов демократического съезда 1944 г., портреты Эйзенхауэра и Никсона висят на республиканском съезде 1956 г., Джонсон выступает на фоне огромного себя в 1964 г. (в обрамлении трёх великих демократических предшественников – Рузвельта, Трумэна и Кеннеди), а сторонницы сенатора Голдуотера позируют с его портретами на республиканском съезде того же 1964 г.
Сейчас это ушло и, судя по фотографиям, максимум, что люди держат на нынешних политических собраниях – это постеры с именем кандидата или простейшим лозунгом. Причём это относится даже к кампаниям такого харизматика и национал-популиста как Трамп, хотя, казалось бы, вот где простор для визуальной персонификации.
Неужели всё ушло в Интернет?
28 февраля 1933 г. немецкий президент Пауль фон Гинденбург издал чрезвычайный указ «О защите народа и государства», который стал реакцией на поджог Рейхстага в ту же ночь. Согласно этому указу, временно приостанавливались те статьи Веймарской Конституции, которые гарантировали неприкосновенность личности, жилища и собственности, тайну связи, свободу слова, собраний и ассоциаций. Гитлеровское правительство получило неограниченные полномочия творить террор против всех своих политических противников, чем оно незамедлительно и воспользовалось. Исполнителями выступили партийные Штурмовые отряды (СА) и государственная полиция, которую нацисты уже успели взять под свой контроль как на имперском уровне, так и в Пруссии.
Таким образом, в длинной хронологии прихода нацистов к власти в Германии дата 28 февраля занимает особое место.
И когда как не в этот день поговорить о фашистах?
В общем, я решил всерьёз реанимировать свои Boosty и Patreon и теперь регулярно писать там книжные обзоры на те книги, которые я прочитал.
Начнём с «Фашистов» британско-американского социолога Майкла Манна. Англоязычный оригинал книги вышел в 2004 г., а русскоязычный перевод – сначала в 2019 г. в издательстве «Пятый Рим», а затем в 2022 г. в издательстве «Питер». Оба раза содействие в издании оказал Фонд «Историческая память» под научной редакцией @historiographe
В первой главе своего монументального труда автор даёт краткий историографический обзор взглядов на фашизм среди академических исследователей, а затем предлагает собственное определение, которое одновременно сочетало бы в себе краткость и точность ключевых характеристик. Здесь же он обозначает ключевые временные, географические и социальные рамки фашизма. Во второй главе Манн разграничивает фашизм и другие авторитарные режимы межвоенной Европы, которые зачастую тоже всем скопом записывают в фашистские. Затем автор указывает на четыре кризиса межвоенной эпохи, ответом на которые, по его мнению, и стал фашизм – военный, экономический, политический и идеологический.
Большая часть книги с третьей по девятую главы посвящены рассмотрению отдельных кейсов во всём их разнообразии – историческом, идеологическом и социологическом, что особенно важно: кем были члены фашистских движений и те, кто им просто симпатизировал? Манн рассматривает это на примерах Италии, Германии, Австрии, Венгрии, Румынии и Испании.
В последней десятой главе Манн обобщает выводы из предыдущих глав, ещё раз проговаривая, кто в основном становился фашистом, почему имущие классы были склонны поддерживать фашистов, как фашисты боролись за власть и, наконец, почему где-то они побеждали, а где-то проигрывали? Заканчивается книга рассуждениями Манна о фашизме после 1945 г. и о том, жизнеспособна ли эта идеология в иных исторических условиях, отличных от Европы первой половины XX в. – автор считает, что нет.
Для простоты восприятия я разобью обзор этой книги на две части. Сегодня будет разбор первой, второй и десятой глав, которые посвящены общим теоретическим вопросам, а чуть позднее – разбор содержания тех глав, которые посвящены шести конкретным национальным примерам.
Этот пост я проиллюстрирую обложкой русскоязычного издания «Фашистов» от 2022 г., где по берлинской улице в день парламентских выборов 5 марта 1933 г. бок о бок идут государственный полицейский и «вспомогательный полицейский» из нацистских СС. Есть ли лучшая иллюстрация силовой кооперации «сверху» и «снизу» для демонстрации сути фашизма?
Boosty: https://boosty.to/stahlhelm18/posts/bb824e58-fb23-4b34-8670-d27694a40309
Patreon: https://www.patreon.com/posts/fashisty-maikla-99376878
Таким образом, в длинной хронологии прихода нацистов к власти в Германии дата 28 февраля занимает особое место.
И когда как не в этот день поговорить о фашистах?
В общем, я решил всерьёз реанимировать свои Boosty и Patreon и теперь регулярно писать там книжные обзоры на те книги, которые я прочитал.
Начнём с «Фашистов» британско-американского социолога Майкла Манна. Англоязычный оригинал книги вышел в 2004 г., а русскоязычный перевод – сначала в 2019 г. в издательстве «Пятый Рим», а затем в 2022 г. в издательстве «Питер». Оба раза содействие в издании оказал Фонд «Историческая память» под научной редакцией @historiographe
В первой главе своего монументального труда автор даёт краткий историографический обзор взглядов на фашизм среди академических исследователей, а затем предлагает собственное определение, которое одновременно сочетало бы в себе краткость и точность ключевых характеристик. Здесь же он обозначает ключевые временные, географические и социальные рамки фашизма. Во второй главе Манн разграничивает фашизм и другие авторитарные режимы межвоенной Европы, которые зачастую тоже всем скопом записывают в фашистские. Затем автор указывает на четыре кризиса межвоенной эпохи, ответом на которые, по его мнению, и стал фашизм – военный, экономический, политический и идеологический.
Большая часть книги с третьей по девятую главы посвящены рассмотрению отдельных кейсов во всём их разнообразии – историческом, идеологическом и социологическом, что особенно важно: кем были члены фашистских движений и те, кто им просто симпатизировал? Манн рассматривает это на примерах Италии, Германии, Австрии, Венгрии, Румынии и Испании.
В последней десятой главе Манн обобщает выводы из предыдущих глав, ещё раз проговаривая, кто в основном становился фашистом, почему имущие классы были склонны поддерживать фашистов, как фашисты боролись за власть и, наконец, почему где-то они побеждали, а где-то проигрывали? Заканчивается книга рассуждениями Манна о фашизме после 1945 г. и о том, жизнеспособна ли эта идеология в иных исторических условиях, отличных от Европы первой половины XX в. – автор считает, что нет.
Для простоты восприятия я разобью обзор этой книги на две части. Сегодня будет разбор первой, второй и десятой глав, которые посвящены общим теоретическим вопросам, а чуть позднее – разбор содержания тех глав, которые посвящены шести конкретным национальным примерам.
Этот пост я проиллюстрирую обложкой русскоязычного издания «Фашистов» от 2022 г., где по берлинской улице в день парламентских выборов 5 марта 1933 г. бок о бок идут государственный полицейский и «вспомогательный полицейский» из нацистских СС. Есть ли лучшая иллюстрация силовой кооперации «сверху» и «снизу» для демонстрации сути фашизма?
Boosty: https://boosty.to/stahlhelm18/posts/bb824e58-fb23-4b34-8670-d27694a40309
Patreon: https://www.patreon.com/posts/fashisty-maikla-99376878
Транснистрия
В постсоветское время мы привыкли называть Приднестровьем тонкую полоску земли на левом берегу Днестра, которая в 1990 г. вышла из состава Молдавской ССР, а в 1992 г. при помощи добровольцев и российской 14-й армии силой отстояла свою независимость. В этом подвешенном статусе «непризнанного государства» Приднестровье продолжает существовать вот уже почти 35 лет.
На румынском и английском языках по отношению к Приднестровью используется слово «Транснистрия», то есть буквально «Заднестровье». Примерно как Венгрию в двуединой Габсбургской монархии неофициально именовали «Транслейтанией», то есть землями «за Лайтой».
Однако в истории XX в. существовал и другой регион, по отношению к которому используется слово «Транснистрия», причём даже в русском языке. Речь идёт о румынском губернаторстве с центром в Одессе, которое существовало в междуречье Днестра и Южного Буга с 1941 по 1944 гг.
1940 г. стал для Румынии национальной катастрофой. В межвоенный период эта страна являлась союзницей Франции, а потому после разгрома Парижа в мае-июне 1940 г. она осталась без политической «крыши». В конце июня Советский Союз забрал себе Бессарабию, которую СССР никогда не признавал частью Румынии, а также Северную Буковину в придачу. В августе итало-немецкий Второй Венский арбитраж постановил передать Венгрии Северную Трансильванию. В сентябре румынам пришлось уступить Болгарии Южную Добруджу. За три месяца страна лишилась трети территории и трети населения.
Крах всей межвоенной внешней политики привёл к свержению короля Кароля II и приходу к власти тандема, состоявшего из генерала Иона Антонеску и лидера фашистской партии «Железная гвардия» Хории Симы. Впрочем, соправители Румынии быстро рассорились, и после легионерского восстания в январе 1941 г. единоличным диктатором страны остался Антонеску.
Генерал ещё сильнее связал себя с Германией в надежде вернуть утраченные территории. В июне 1941 г. Бухарест объявил войну СССР и вновь занял Бессарабию и Северную Буковину. Впрочем, на этом румынские войска не остановились. Дело в том, что в новой конфигурации союзов венгры и болгары оказались в одном лагере с румынами, поэтому единственной инстанцией, к кому можно было обратиться по поводу пересмотра невыгодных договоров, оказался Гитлер. Однако фюрер намеренно держал ситуацию в подвешенном состоянии и не обещал никому ничего конкретного, чтобы оставаться равноудалённым арбитром для своих союзников.
Тогда в качестве компенсации за утраченную Северную Трансильванию Антонеску создал на оккупированных территориях южной Украины губернаторство Транснистрия со столицей в Одессе, которое он тем не менее официально так и не включил в состав Румынии.
Главное, чем запомнилась история Транснистрии – это румынским Холокостом. Государственная дискриминация румынских евреев началась ещё при Кароле II в конце 1930-х гг., усилилась при «Железной гвардии» и продолжилась при Антонеску. Радикализация режима произошла после объявления войны Советскому Союзу, так как во всех евреях видели пособников коммунистов. Уже 27 июня 1941 г. состоялся погром в Яссах, а вскоре румынские власти решили полностью очистить от евреев (а заодно и цыган) всю Бессарабию, Буковину и приграничные районы румынской Молдавии. В 1941 – 1942 гг. от 45 до 60 тыс. евреев были вырезаны на месте, а ещё 150 тыс. – депортированы в концлагеря Транснистрии, которая являлась правовой «серой зоной». От 100 до 120 тыс. депортированных в итоге погибли. В самой Транснистрии румыны вырезали от 115 до 180 тыс. местных евреев, особенно жестокой стала Одесская резня 1941 г. Общее число жертв румынского Холокоста «плавает» между 250 и 400 тыс. человек.
При этом 300 тыс. румынских евреев из внутренних районов страны, кто проживал вдалеке от её восточных границ, смогли пережить войну, потому что у режима так и не дошли руки до их убийств и депортаций.
После конца войны Ион Антонеску и губернатор Транснистрии Георге Алексяну предстали перед судом в уже просоветской Румынии, были приговорены к смертной казни и расстреляны 1 июня 1946 г.
В постсоветское время мы привыкли называть Приднестровьем тонкую полоску земли на левом берегу Днестра, которая в 1990 г. вышла из состава Молдавской ССР, а в 1992 г. при помощи добровольцев и российской 14-й армии силой отстояла свою независимость. В этом подвешенном статусе «непризнанного государства» Приднестровье продолжает существовать вот уже почти 35 лет.
На румынском и английском языках по отношению к Приднестровью используется слово «Транснистрия», то есть буквально «Заднестровье». Примерно как Венгрию в двуединой Габсбургской монархии неофициально именовали «Транслейтанией», то есть землями «за Лайтой».
Однако в истории XX в. существовал и другой регион, по отношению к которому используется слово «Транснистрия», причём даже в русском языке. Речь идёт о румынском губернаторстве с центром в Одессе, которое существовало в междуречье Днестра и Южного Буга с 1941 по 1944 гг.
1940 г. стал для Румынии национальной катастрофой. В межвоенный период эта страна являлась союзницей Франции, а потому после разгрома Парижа в мае-июне 1940 г. она осталась без политической «крыши». В конце июня Советский Союз забрал себе Бессарабию, которую СССР никогда не признавал частью Румынии, а также Северную Буковину в придачу. В августе итало-немецкий Второй Венский арбитраж постановил передать Венгрии Северную Трансильванию. В сентябре румынам пришлось уступить Болгарии Южную Добруджу. За три месяца страна лишилась трети территории и трети населения.
Крах всей межвоенной внешней политики привёл к свержению короля Кароля II и приходу к власти тандема, состоявшего из генерала Иона Антонеску и лидера фашистской партии «Железная гвардия» Хории Симы. Впрочем, соправители Румынии быстро рассорились, и после легионерского восстания в январе 1941 г. единоличным диктатором страны остался Антонеску.
Генерал ещё сильнее связал себя с Германией в надежде вернуть утраченные территории. В июне 1941 г. Бухарест объявил войну СССР и вновь занял Бессарабию и Северную Буковину. Впрочем, на этом румынские войска не остановились. Дело в том, что в новой конфигурации союзов венгры и болгары оказались в одном лагере с румынами, поэтому единственной инстанцией, к кому можно было обратиться по поводу пересмотра невыгодных договоров, оказался Гитлер. Однако фюрер намеренно держал ситуацию в подвешенном состоянии и не обещал никому ничего конкретного, чтобы оставаться равноудалённым арбитром для своих союзников.
Тогда в качестве компенсации за утраченную Северную Трансильванию Антонеску создал на оккупированных территориях южной Украины губернаторство Транснистрия со столицей в Одессе, которое он тем не менее официально так и не включил в состав Румынии.
Главное, чем запомнилась история Транснистрии – это румынским Холокостом. Государственная дискриминация румынских евреев началась ещё при Кароле II в конце 1930-х гг., усилилась при «Железной гвардии» и продолжилась при Антонеску. Радикализация режима произошла после объявления войны Советскому Союзу, так как во всех евреях видели пособников коммунистов. Уже 27 июня 1941 г. состоялся погром в Яссах, а вскоре румынские власти решили полностью очистить от евреев (а заодно и цыган) всю Бессарабию, Буковину и приграничные районы румынской Молдавии. В 1941 – 1942 гг. от 45 до 60 тыс. евреев были вырезаны на месте, а ещё 150 тыс. – депортированы в концлагеря Транснистрии, которая являлась правовой «серой зоной». От 100 до 120 тыс. депортированных в итоге погибли. В самой Транснистрии румыны вырезали от 115 до 180 тыс. местных евреев, особенно жестокой стала Одесская резня 1941 г. Общее число жертв румынского Холокоста «плавает» между 250 и 400 тыс. человек.
При этом 300 тыс. румынских евреев из внутренних районов страны, кто проживал вдалеке от её восточных границ, смогли пережить войну, потому что у режима так и не дошли руки до их убийств и депортаций.
После конца войны Ион Антонеску и губернатор Транснистрии Георге Алексяну предстали перед судом в уже просоветской Румынии, были приговорены к смертной казни и расстреляны 1 июня 1946 г.
