Forwarded from Ташкент Дакар
Как развивается литература в ЦА?
Гость рубрики #мнение — Сухбат Афлатуни, прозаик и поэт, известный во всем СНГ. Автор книг «Ташкентский роман», «Поклонение волхвов»и «Муравьиный царь». Афлатуни несколько раз становился лауреатом премий журнала «Октябрь», а в 2005 году — «Русской премии». Еще через год получил молодёжную премию «Триумф». Является членом редколлегии журнала «Звезда Востока» и редакционного совета журнала «Дружба народов».
Часть #5
— В СНГ учреждены конкурсы для переводчиков, поэтов и писателей, но их почти не рекламируют, информацию об этих конкурсах приходится искать самостоятельно. Что, по Вашему мнению, нужно, чтобы такую в целом хорошую идею превратить в востребованный проект?
Ну, почему, реклама есть. Скажем, информация о возрожденной в этом году «Русской премии» (на которую могут подать и авторы из Узбекистана) очень широко распространялась в сети.
Другое дело, что все это касается русской литературы. Мне бы хотелось, чтобы больше была известна за пределами Узбекистана современная узбекская литература. Чтобы она активнее и лучше переводилась и издавалась в хороших издательствах.
Интересных и ярких имен в ней много – достаточно посмотреть оглавление трехтомника «Современная литература стран СНГ» (2022), узбекскую его часть, которую мы готовили с Саодат Камиловой, Санджаром Янышевым и Вадимом Муратхановым…
Проблема в одном. Нужна не разовая реклама, даже не какой-то «востребованный проект». Перевод и продвижение национальной литературы на международный литературный рынок – дело не менее хлопотное, чем продвижение любого национального культурного продукта. Одним проектом тут не ограничишься.
И «велосипед» здесь изобретать не нужно – надо посмотреть на опыт других стран. Например, в Турции этим занимается Translation and publication grant program of Turkey (Программа грантов на перевод и публикацию, TEDA), созданная в 2005 году под патронажем Министерства культуры Турции.
Через пять лет, в 2010-м, аналогичная организация была создана в Индия: Indian Literature Abroad (Индийская литература за рубежом, ILA), а в 2011-м – в России «Институт перевода».
Схема одна – формируется список книг, рекомендуемых для перевода, объявляется конкурс среди зарубежных переводчиков и издателей, на их, соответственно, перевод и издание.
Почему бы не создать нечто подобное в Узбекистане? Несколько лет назад я предлагал это на одной литературной встрече. Кто-то из руководства Союза писателей ответил: мы работаем в этом направлении, на нашем сайте скоро будут помещаться краткие резюме книг наших авторов на английском языке.
Да, как первый шаг, это очень хорошо. Но сомневаюсь, что зарубежные переводчики и издатели тут же выстроятся в очередь… Должна быть, повторю, более системная работа; неважно, будет ли это осуществляться через Союз писателей или через какую-то отдельную специальную структуру, как в Турции или России. Что тоже, может, будет работать не идеально.
Скажем, у меня нет никаких иллюзий по поводу того списка рекомендованных на перевод и издание книг, который может быть составлен: что в него войдут действительно интересные авторы, а не только «уважаемые люди».
Но даже если два-три ярких автора в него попадут, их хорошо переведут и издадут в хорошем издательстве, это уже будет шаг вперед. А там, глядишь, и русская литература Узбекистана подтянется и продвинется; мы же, несмотря на разность языков, существуем рядом, просто в соседних махаллях…
Ташкент Дакар
Гость рубрики #мнение — Сухбат Афлатуни, прозаик и поэт, известный во всем СНГ. Автор книг «Ташкентский роман», «Поклонение волхвов»и «Муравьиный царь». Афлатуни несколько раз становился лауреатом премий журнала «Октябрь», а в 2005 году — «Русской премии». Еще через год получил молодёжную премию «Триумф». Является членом редколлегии журнала «Звезда Востока» и редакционного совета журнала «Дружба народов».
Часть #5
— В СНГ учреждены конкурсы для переводчиков, поэтов и писателей, но их почти не рекламируют, информацию об этих конкурсах приходится искать самостоятельно. Что, по Вашему мнению, нужно, чтобы такую в целом хорошую идею превратить в востребованный проект?
Ну, почему, реклама есть. Скажем, информация о возрожденной в этом году «Русской премии» (на которую могут подать и авторы из Узбекистана) очень широко распространялась в сети.
Другое дело, что все это касается русской литературы. Мне бы хотелось, чтобы больше была известна за пределами Узбекистана современная узбекская литература. Чтобы она активнее и лучше переводилась и издавалась в хороших издательствах.
Интересных и ярких имен в ней много – достаточно посмотреть оглавление трехтомника «Современная литература стран СНГ» (2022), узбекскую его часть, которую мы готовили с Саодат Камиловой, Санджаром Янышевым и Вадимом Муратхановым…
Проблема в одном. Нужна не разовая реклама, даже не какой-то «востребованный проект». Перевод и продвижение национальной литературы на международный литературный рынок – дело не менее хлопотное, чем продвижение любого национального культурного продукта. Одним проектом тут не ограничишься.
И «велосипед» здесь изобретать не нужно – надо посмотреть на опыт других стран. Например, в Турции этим занимается Translation and publication grant program of Turkey (Программа грантов на перевод и публикацию, TEDA), созданная в 2005 году под патронажем Министерства культуры Турции.
Через пять лет, в 2010-м, аналогичная организация была создана в Индия: Indian Literature Abroad (Индийская литература за рубежом, ILA), а в 2011-м – в России «Институт перевода».
Схема одна – формируется список книг, рекомендуемых для перевода, объявляется конкурс среди зарубежных переводчиков и издателей, на их, соответственно, перевод и издание.
Почему бы не создать нечто подобное в Узбекистане? Несколько лет назад я предлагал это на одной литературной встрече. Кто-то из руководства Союза писателей ответил: мы работаем в этом направлении, на нашем сайте скоро будут помещаться краткие резюме книг наших авторов на английском языке.
Да, как первый шаг, это очень хорошо. Но сомневаюсь, что зарубежные переводчики и издатели тут же выстроятся в очередь… Должна быть, повторю, более системная работа; неважно, будет ли это осуществляться через Союз писателей или через какую-то отдельную специальную структуру, как в Турции или России. Что тоже, может, будет работать не идеально.
Скажем, у меня нет никаких иллюзий по поводу того списка рекомендованных на перевод и издание книг, который может быть составлен: что в него войдут действительно интересные авторы, а не только «уважаемые люди».
Но даже если два-три ярких автора в него попадут, их хорошо переведут и издадут в хорошем издательстве, это уже будет шаг вперед. А там, глядишь, и русская литература Узбекистана подтянется и продвинется; мы же, несмотря на разность языков, существуем рядом, просто в соседних махаллях…
Ташкент Дакар
👍6❤1
Ольга Рахимова:
«Ко мне в бешенстве пришла близкая знакомая, которая рассказала о том, что на бульваре Космонавтов планируют построить гостиницу с огромным фонтаном. Я написала пост на Фейсбуке, через который подключилась группа «Сносы в Ташкенте» и мы начали сбор подписей в защиту бульвара.
Первые пару дней мы сами подходили к людям, рассказывали о предстоящем строительстве. Затем к нам присоединились волонтеры, которые сделали QR-код для электронного голосования. Попутно мы закупили цветной сканер, начали оцифровывать подписи, составлять списки.
Нас было десять волонтеров, среди которых молодой юрист, который помог с правильным оформлением документации.
Первые 2500 копий подписей мы отнесли в приемную Президента, через 10 дней нам должны были дать ответ, но мы продолжали собирать подписи целыми днями напротив ресторана Голубые купола.
Подходили провокаторы, которые пытались взбаламутить волонтеров под предлогом, что мы не любим инновации, не любим Узбекистан».
Фото: Фергана.ру
👉
@tashkent_memory
«Ко мне в бешенстве пришла близкая знакомая, которая рассказала о том, что на бульваре Космонавтов планируют построить гостиницу с огромным фонтаном. Я написала пост на Фейсбуке, через который подключилась группа «Сносы в Ташкенте» и мы начали сбор подписей в защиту бульвара.
Первые пару дней мы сами подходили к людям, рассказывали о предстоящем строительстве. Затем к нам присоединились волонтеры, которые сделали QR-код для электронного голосования. Попутно мы закупили цветной сканер, начали оцифровывать подписи, составлять списки.
Нас было десять волонтеров, среди которых молодой юрист, который помог с правильным оформлением документации.
Первые 2500 копий подписей мы отнесли в приемную Президента, через 10 дней нам должны были дать ответ, но мы продолжали собирать подписи целыми днями напротив ресторана Голубые купола.
Подходили провокаторы, которые пытались взбаламутить волонтеров под предлогом, что мы не любим инновации, не любим Узбекистан».
Фото: Фергана.ру
👉
@tashkent_memory
❤18👍8
Ольга Рахимова:
«Тогда же пришел первый ответ, что 2500 подписей потерялись. Но мы-то продолжали их собирать, поэтому к тому моменту у нас уже было 10000 подписей, да и оригиналы первых 2500 тоже сохранились. Все эти сканы до сих пор у меня хранятся.
Потом пошел слух, что вместо гостиницы поставят стеллу. Начали даже привлекать Союз архитекторов, разрабатывать разные варианты проектов. Благо, что стеллу запроектировали таких огромных размеров, что она никак не встала бы на бульваре и было принято решение перенести ее в парк Янги Узбекистан, который, кстати, появился благодаря всей этой истории.
Жаль, конечно, дехкан, у которых пострадали сады и клубничные поля, но это меньшая жертва, чем если бы разворотили весь бульвар».
👉
@tashkent_memory
«Тогда же пришел первый ответ, что 2500 подписей потерялись. Но мы-то продолжали их собирать, поэтому к тому моменту у нас уже было 10000 подписей, да и оригиналы первых 2500 тоже сохранились. Все эти сканы до сих пор у меня хранятся.
Потом пошел слух, что вместо гостиницы поставят стеллу. Начали даже привлекать Союз архитекторов, разрабатывать разные варианты проектов. Благо, что стеллу запроектировали таких огромных размеров, что она никак не встала бы на бульваре и было принято решение перенести ее в парк Янги Узбекистан, который, кстати, появился благодаря всей этой истории.
Жаль, конечно, дехкан, у которых пострадали сады и клубничные поля, но это меньшая жертва, чем если бы разворотили весь бульвар».
👉
@tashkent_memory
👏9🔥2💯2
Forwarded from Ташкент Дакар
Ровно 44 года назад началась легендарная Олимпиада-80
Тринадцать спортсменов из Узбекской ССР тогда вернулись домой с медалями — это был огромный успех.
Ташкент Дакар
Тринадцать спортсменов из Узбекской ССР тогда вернулись домой с медалями — это был огромный успех.
Ташкент Дакар
🔥13👍6❤2
Ольга Рахимова:
«В итоге состоялась встреча с бывшим хокимом Ташкента Джахангиром Артыкходжаевым, который оперировал тем, что он вложил свои деньги в этот бульвар. Наши волонтеры задавали ему вопросы о том, куда делись камни с японского сада, черный гранит с памятника Космонавтам, царские фонари. Это была настоящая борьба, потому что практически каждого выступающего выводила из толпы нац.гвардия.
В итоге нас отстояли архитекторы, в том числе Сутягин, который участвовал в переговорах. Серго Михайлович задал вопрос, почему же на реконструкцию не пригласили архитекторов, которые занимались проектированием бульвара.
Сохранились чертежи с схемами коммуникаций, благодаря которым сделали заключение, что в этом месте ничего нельзя строить, иначе весь центр не сможет полноценно функционировать.
На этом и успокоились, хотя проект гостиницы до сих пор существует, его просто отложили в долгий ящик».
👉
@tashkent_memory
«В итоге состоялась встреча с бывшим хокимом Ташкента Джахангиром Артыкходжаевым, который оперировал тем, что он вложил свои деньги в этот бульвар. Наши волонтеры задавали ему вопросы о том, куда делись камни с японского сада, черный гранит с памятника Космонавтам, царские фонари. Это была настоящая борьба, потому что практически каждого выступающего выводила из толпы нац.гвардия.
В итоге нас отстояли архитекторы, в том числе Сутягин, который участвовал в переговорах. Серго Михайлович задал вопрос, почему же на реконструкцию не пригласили архитекторов, которые занимались проектированием бульвара.
Сохранились чертежи с схемами коммуникаций, благодаря которым сделали заключение, что в этом месте ничего нельзя строить, иначе весь центр не сможет полноценно функционировать.
На этом и успокоились, хотя проект гостиницы до сих пор существует, его просто отложили в долгий ящик».
👉
@tashkent_memory
🤬15👍11😢3🔥2
Ольга Рахимова:
«Мы никогда не станем Сингапуром, потому что большая часть денег идет в карманы чиновников, а на одну десятую часть что-то делается для галочки.
Если попробовать запустить опросник в социальные сети, чего же узбекистанцы хотят, то будет видно, что пожилое поколение, которых осталось не так много, очень переживают, ведь разрушается история. Я видела, когда мы собирали подписи на бульваре, что старики плакали, потому что для них дорог старый Ташкент.
А молодежь смотрит на наших чиновников и хочет так же. Я перестала заниматься ландшафтом частных особняков, потому что ясно, что у заказчика появились деньги на помпезный дом, ценностью в несколько миллионов, незаконным путем. Чаще всего такой заказчик неуважительно общается с моими рабочими, ведет себя в духе «бай-батрак».
Это прослойка «нуворишей», которые дорвались до денег незаконным путем. Мне не хочется с ними работать и я переключилась на консультативную работу, а также проектирование общественных территорий».
👉
@tashkent_memory
«Мы никогда не станем Сингапуром, потому что большая часть денег идет в карманы чиновников, а на одну десятую часть что-то делается для галочки.
Если попробовать запустить опросник в социальные сети, чего же узбекистанцы хотят, то будет видно, что пожилое поколение, которых осталось не так много, очень переживают, ведь разрушается история. Я видела, когда мы собирали подписи на бульваре, что старики плакали, потому что для них дорог старый Ташкент.
А молодежь смотрит на наших чиновников и хочет так же. Я перестала заниматься ландшафтом частных особняков, потому что ясно, что у заказчика появились деньги на помпезный дом, ценностью в несколько миллионов, незаконным путем. Чаще всего такой заказчик неуважительно общается с моими рабочими, ведет себя в духе «бай-батрак».
Это прослойка «нуворишей», которые дорвались до денег незаконным путем. Мне не хочется с ними работать и я переключилась на консультативную работу, а также проектирование общественных территорий».
👉
@tashkent_memory
👍34🔥4😢2💯2🙏1
🤗Дорогие подписчики!
Давайте все вместе поучаствуем в создании облика нашей столицы!
Специалисты АО Toshkent invest kompaniyasi подготовили специальный опрос, с целью разработки концепции Парка Керамики, расположенного в Юнусабадском районе.
Просим жителей нашего города принять активное участие в опросе и дать объективные ответы.
Ссылка на опрос
На фото: бульвар скульптур за театром Алишера Навои.
@tashkent_memory
Давайте все вместе поучаствуем в создании облика нашей столицы!
Специалисты АО Toshkent invest kompaniyasi подготовили специальный опрос, с целью разработки концепции Парка Керамики, расположенного в Юнусабадском районе.
Просим жителей нашего города принять активное участие в опросе и дать объективные ответы.
Ссылка на опрос
На фото: бульвар скульптур за театром Алишера Навои.
@tashkent_memory
👍9
Ольга Рахимова:
«В социальных сетях часто кричат: «Вы надоели со своим старьем, мы хотим сити». Но ведь это можно сделать грамотно, как в Казахстане – перенести новую столицу в другое место и строить там современные дома, сохранив культурные слои Ташкента.
Очень жаль, что до Янги Ташкента додумались только сейчас, ведь можно было сохранить старую столицу такой, какая она есть, для тех, кто здесь вырос и живет.
Сейчас город разбомбили, буквально уничтожили. На улицах остались единицы исторических зданий и уголков старины, но даже туда лезут с безграмотной реставрацией.
Я часто общаюсь с гидами, которые жалуются, что в Узбекистане все меньше остается на что посмотреть, — мы настолько непрофессионально отреставрировали старину, что она стала копией былого».
👉
@tashkent_memory
«В социальных сетях часто кричат: «Вы надоели со своим старьем, мы хотим сити». Но ведь это можно сделать грамотно, как в Казахстане – перенести новую столицу в другое место и строить там современные дома, сохранив культурные слои Ташкента.
Очень жаль, что до Янги Ташкента додумались только сейчас, ведь можно было сохранить старую столицу такой, какая она есть, для тех, кто здесь вырос и живет.
Сейчас город разбомбили, буквально уничтожили. На улицах остались единицы исторических зданий и уголков старины, но даже туда лезут с безграмотной реставрацией.
Я часто общаюсь с гидами, которые жалуются, что в Узбекистане все меньше остается на что посмотреть, — мы настолько непрофессионально отреставрировали старину, что она стала копией былого».
👉
@tashkent_memory
😭16❤10👍8💯7
Ольга Рахимова:
«У нас не остается своего, мы подражаем Дубаи, даже исконно узбекские имена уступают место арабским. Единицы семей, в которых рассказывают детям историю города, что Ташкент был многонациональным и хлебосольным. В войну специалисты всех отраслей приезжали в Ташкент, здесь были заводы, образование, культура. Они принесли огромную пользу нашему государству, но сейчас это не ценится.
Вот и наступает на Ташкент пустыня, потому что город «пожирается лангольерами». Он становится непригодным для жилья руками чиновников, у которых есть «убежища» — дачи в Акташе, Заамине, Чимгане, на Чарваке.
Плохая экология, удорожание жизни, безграмотная архитектура – в этих условиях останутся жить те, кто в безвыходном положении.
Мы живем как в мультике «Дракон умер, да здравствует дракон!». И если молодой парень или девушка из бедной семьи решит дойти до власти, чтобы на что-то повлиять, то система его сожрет и он станет таким же чиновником, как и другие».
Фото: Тимур Карпов
👉
@tashkent_memory
«У нас не остается своего, мы подражаем Дубаи, даже исконно узбекские имена уступают место арабским. Единицы семей, в которых рассказывают детям историю города, что Ташкент был многонациональным и хлебосольным. В войну специалисты всех отраслей приезжали в Ташкент, здесь были заводы, образование, культура. Они принесли огромную пользу нашему государству, но сейчас это не ценится.
Вот и наступает на Ташкент пустыня, потому что город «пожирается лангольерами». Он становится непригодным для жилья руками чиновников, у которых есть «убежища» — дачи в Акташе, Заамине, Чимгане, на Чарваке.
Плохая экология, удорожание жизни, безграмотная архитектура – в этих условиях останутся жить те, кто в безвыходном положении.
Мы живем как в мультике «Дракон умер, да здравствует дракон!». И если молодой парень или девушка из бедной семьи решит дойти до власти, чтобы на что-то повлиять, то система его сожрет и он станет таким же чиновником, как и другие».
Фото: Тимур Карпов
👉
@tashkent_memory
💯31❤3👍3🤔3😢3
Ольга Рахимова:
«Как мне кажется, сейчас у нас совсем плачевное состояние, при котором поменять ничего нельзя. Хочется создавать проекты, полезные людям. Но, к сожалению, они плохо финансируются. С новыми законами биржи, тендеров, откатов интересные объекты остаются незамеченными.
Мне интересно браться за тематические пространства, такие как Лавандовая ферма в Самарканде или этно-дворики близ Ташкента. Я сейчас все больше предлагаю спектр услуг по интерьеру, экстерьеру и ландшафту тематического загородного места отдыха.
Если устану, то выйду на пенсию, надеюсь, я достойно отработала для государства, чтобы получать хорошую пенсию».
На фото: Lavender Farm в Самарканде, объект Ольги Рахимовой.
@tashkent_memory
«Как мне кажется, сейчас у нас совсем плачевное состояние, при котором поменять ничего нельзя. Хочется создавать проекты, полезные людям. Но, к сожалению, они плохо финансируются. С новыми законами биржи, тендеров, откатов интересные объекты остаются незамеченными.
Мне интересно браться за тематические пространства, такие как Лавандовая ферма в Самарканде или этно-дворики близ Ташкента. Я сейчас все больше предлагаю спектр услуг по интерьеру, экстерьеру и ландшафту тематического загородного места отдыха.
Если устану, то выйду на пенсию, надеюсь, я достойно отработала для государства, чтобы получать хорошую пенсию».
На фото: Lavender Farm в Самарканде, объект Ольги Рахимовой.
@tashkent_memory
❤12👍7