Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Александр Евгеньевич Куранов - один из самых известных и заслуженных архитекторов Узбекистана, член Союза архитекторов, автор более 600 проектов, призер международных конкурсов в Париже, Нью-Йорке, Токио, Алматы, Вена и Абу-Даби.
Специально для Tashkent Memory Александр Евгеньевич поделился воспоминаниями о строительстве в Ташкенте в период председательства Шарафа Рашидова, дал оценку проблемам современных сносов и переделок в архитектуре, а также поделился своими опасениями и надеждами за будущее страны.
Обо всем этом мы расскажем в последующих постах, обязательно следите!
А пока делимся выступлением Александра Евгеньевича о состоянии архитектуры в Узбекистане перед представителями ЕС.
@tashkent_memory
Специально для Tashkent Memory Александр Евгеньевич поделился воспоминаниями о строительстве в Ташкенте в период председательства Шарафа Рашидова, дал оценку проблемам современных сносов и переделок в архитектуре, а также поделился своими опасениями и надеждами за будущее страны.
Обо всем этом мы расскажем в последующих постах, обязательно следите!
А пока делимся выступлением Александра Евгеньевича о состоянии архитектуры в Узбекистане перед представителями ЕС.
@tashkent_memory
👍8🔥4🙏2👎1
Воспоминания Александра Куранова:
«Модернизм 60-80-х годов складывался следующим образом. Мы, архитекторы, стремились при однообразии жилых зданий, в условиях компании получения бесплатных квартир, сделать что-то интересное. Нас ругали за эти коробки, но мы были ни при чем.
Была жесточайшая нормативная база экономии. На фоне этого, каждый архитектор стремился сделать что-то интересное. Нам не давали свободы в планировках, - мы проявляли творчество на фасадах: решетках, солнцезащитах, мозаиках, балконах.
Это стало частью архитектурного наследия, продолжением работы великих мастеров прошлого. Была потребность в таких зданиях.
Другая сложность состояла в том, что нужно было показать адресность архитектуры, то есть грамотно представить здания в среде и сохранить их функции. Этого как раз-таки недостает современным «стекляшкам».
@tashkent_memory
«Модернизм 60-80-х годов складывался следующим образом. Мы, архитекторы, стремились при однообразии жилых зданий, в условиях компании получения бесплатных квартир, сделать что-то интересное. Нас ругали за эти коробки, но мы были ни при чем.
Была жесточайшая нормативная база экономии. На фоне этого, каждый архитектор стремился сделать что-то интересное. Нам не давали свободы в планировках, - мы проявляли творчество на фасадах: решетках, солнцезащитах, мозаиках, балконах.
Это стало частью архитектурного наследия, продолжением работы великих мастеров прошлого. Была потребность в таких зданиях.
Другая сложность состояла в том, что нужно было показать адресность архитектуры, то есть грамотно представить здания в среде и сохранить их функции. Этого как раз-таки недостает современным «стекляшкам».
@tashkent_memory
👏16👍6❤1🙏1
Александр Куранов:
«Советская архитектура удивляет. Тот же «Панорамный», вошедший в Книгу рекордов Гиннеса, или гостиница «Узбекистан», известная своей фантастической тюлью-панжарой. А чего стоят работы Ричарда Блезе! Редакционный корпус, который прозвали новыми Курантами, с неожиданными балкончиками на верхних этажах. И москвичи работали шикарно: музей Ленина – это же настоящая шкатулка. В градостроительном плане – великолепные площади и фонтаны, уникальное метро.
Модернизм 60-80-х годов – это интереснейший и сложный период, мучительный для архитекторов.
Мы, жители Ташкента, обыватели, порой не понимаем той архитектуры. Взять в пример работы Рафаэля Хайрутдинова – уникальный Дом Кино – снесен, Дом Лесоводов – снесен. Это же преступление, ужас, варварство. Хорошо, что сохранился Колледж Бенькова с фантастической фреской Владимира Чуба внутри».
@tashkent_memory
«Советская архитектура удивляет. Тот же «Панорамный», вошедший в Книгу рекордов Гиннеса, или гостиница «Узбекистан», известная своей фантастической тюлью-панжарой. А чего стоят работы Ричарда Блезе! Редакционный корпус, который прозвали новыми Курантами, с неожиданными балкончиками на верхних этажах. И москвичи работали шикарно: музей Ленина – это же настоящая шкатулка. В градостроительном плане – великолепные площади и фонтаны, уникальное метро.
Модернизм 60-80-х годов – это интереснейший и сложный период, мучительный для архитекторов.
Мы, жители Ташкента, обыватели, порой не понимаем той архитектуры. Взять в пример работы Рафаэля Хайрутдинова – уникальный Дом Кино – снесен, Дом Лесоводов – снесен. Это же преступление, ужас, варварство. Хорошо, что сохранился Колледж Бенькова с фантастической фреской Владимира Чуба внутри».
@tashkent_memory
👍26👏2❤1🤮1
Александр Куранов:
«Интересны были и небольшие сооружения: кафе «Уголок», «Буратино», «Голубые купола», ресторан «Зарафшан». Что с ними сделали! Уничтожили, извратили, безграмотно переделали. А ведь эти здания отражали принципы национальной архитектуры: внутренние перекрытые дворы, проветриваемые пространства, высокие колонны, водоемы.
Ташкент потерял значимость даже в глазах иностранных специалистов. Им не интересны эти переделки, они хотят увидеть первоначальные замыслы: чистенькие балкончики, красивые фасады жилых зданий, неиспорченный дом «Жемчуг» Офелии Ойдиновой и дома Геннадия Коробовцева на Ц-27 с многоуровневыми пространствами в жилье.
Интереснейшее здание Чиланзарского торгового центра – пластина с рельефными панелями, стеклянный низ, за счет которого здание выглядело как оторванный брусок. Здания ЦУМа, ГУМа, гостиницы «Москва», снесенные бани Касинского.
Что с ними стало? Какие причины могли заставить людей так изворотить архитектуру? Вот, в чем надо разбираться».
@tashkent_memory
«Интересны были и небольшие сооружения: кафе «Уголок», «Буратино», «Голубые купола», ресторан «Зарафшан». Что с ними сделали! Уничтожили, извратили, безграмотно переделали. А ведь эти здания отражали принципы национальной архитектуры: внутренние перекрытые дворы, проветриваемые пространства, высокие колонны, водоемы.
Ташкент потерял значимость даже в глазах иностранных специалистов. Им не интересны эти переделки, они хотят увидеть первоначальные замыслы: чистенькие балкончики, красивые фасады жилых зданий, неиспорченный дом «Жемчуг» Офелии Ойдиновой и дома Геннадия Коробовцева на Ц-27 с многоуровневыми пространствами в жилье.
Интереснейшее здание Чиланзарского торгового центра – пластина с рельефными панелями, стеклянный низ, за счет которого здание выглядело как оторванный брусок. Здания ЦУМа, ГУМа, гостиницы «Москва», снесенные бани Касинского.
Что с ними стало? Какие причины могли заставить людей так изворотить архитектуру? Вот, в чем надо разбираться».
@tashkent_memory
👍21🔥4🤮1
Александр Куранов:
«Несколько команд работают над восстановлением советских зданий, например, команда Чуховича совместно с итальянской группой, наш Фонд культурного наследия. Они пытаются привести архитектуру в первоначальный вид, но это крайне сложно.
Памятник нужно оставлять таким, каким он был задуман. Даже, если какие-то материалы пришли в непригодный вид, есть современные технологии.
Например, в Италии есть Институт Реставрации. Там восстанавливают первоначальный облик памятника вплоть до поисков склона, на котором растут деревья, необходимые для качественной реставрации деревянных элементов. Это совершенно новый уровень, который может быть в различны аспектах: реставрация, консервация, приспособление и другие, в зависимости от значимости памятника, его состояния, коммерческого потенциала.
Это достояние республики, в них вложены пот, кровь, мозги наших узбекистанцев, наших лучших зодчих строителей. Надо это восстановить и беречь».
Фото: Дом делегаций ЦК КП УзССР, Ташкент / Grace
@tashkent_memory
«Несколько команд работают над восстановлением советских зданий, например, команда Чуховича совместно с итальянской группой, наш Фонд культурного наследия. Они пытаются привести архитектуру в первоначальный вид, но это крайне сложно.
Памятник нужно оставлять таким, каким он был задуман. Даже, если какие-то материалы пришли в непригодный вид, есть современные технологии.
Например, в Италии есть Институт Реставрации. Там восстанавливают первоначальный облик памятника вплоть до поисков склона, на котором растут деревья, необходимые для качественной реставрации деревянных элементов. Это совершенно новый уровень, который может быть в различны аспектах: реставрация, консервация, приспособление и другие, в зависимости от значимости памятника, его состояния, коммерческого потенциала.
Это достояние республики, в них вложены пот, кровь, мозги наших узбекистанцев, наших лучших зодчих строителей. Надо это восстановить и беречь».
Фото: Дом делегаций ЦК КП УзССР, Ташкент / Grace
@tashkent_memory
👍20❤4😁1