Удине дал мне хорошо понять, что большой ошибкой было бы, имея автомобиль, пренебрегать небольшими городками. Смешные расстояния между ними гарантировали отсутствие усталости, а само место обещало новые впечатления. Так в моей жизни появился приморский городок Систиано, до которого я из Удине добрался всего за час. Там я планировал поужинать и найти ночлег.

Что до этого я знал об этом миниатюрном уголке Адриатики? Да ровным счётом ничего и проскочил бы его, двигайся я километров на десять быстрее. Узкая дорога, густо заросшая деревьями, спускалась вниз, вьясь сквозь скалы, и ничто не подсказывало, что пространство резко начнёт меняться. Я неожиданно выехал в спокойную бухту под названием Портопиколло, аккуратно вырезанную в карстовой скале, и упёрся в новёхонький отель, выросший прямо из камня, за ночь в котором я отдал приличные по моим ощущениям деньги. Люкс (а других номеров не было) обошёлся мне в 18 000 рублей.

Портопиколло — небольшое местечко, куда я приехал на ночлег, оказалось элитным курортным посёлком, возведённым чуть больше десяти лет назад на месте бывшего карьера и несущим в себе идею об идеальной жизни у моря. Он был не похож ни на один итальянский город, который я видел до этого. Меня окружала чистая геометрия архитектуры, выверенная до миллиметра: светлые фасады, аккуратные линии, чистые улочки, ухоженные рукотворные сады и тиковые террасы, каскадом спускающиеся к воде.

Это был клуб состоятельных людей, для которых лунное пространство Портопиколло создавалось как среда определённого типа. Тут не было старинных церквей с папертями, людей с медными кружками. Не было продавцов зонтиков и светящихся рогаток, ресторанов с зазывалами. Тут вообще не было никого. Декорация красивой жизни для тех, кто не ищет впечатлений, а кто от них устал. Итальянцы из Триеста, сытые австрийцы и немцы, владельцы яхт, люди с хрустальными дачами — все они выбирали Портопиколло не за историю, а за её отсутствие, за то, чтобы ничего ни от чего не отвлекало.

Так я провёл в прогулках вечер и тихую ночь без сновидений. Вода чавкала о камень, чайки бесшумно хлопали крыльями, а самый громкий звук, который я услышал утром, когда вышел на балкон, был звук биения моего сердца. Марина всё так же была заполнена яхтами, чайки сидели на своих местах, словно это была недвижная часть пейзажа, время остановилось, и я понимал, зачем создаются такие места — чтобы тормозить жизнь, успокаивая её. Хронический стресс на работе, перегрузка шумом, недосып и напрочь сбитый ритм, неопределённость будущего, отсутствие природы и движения, социальные правила большинства и сравнение себя с другими, кризисы в личной жизни и общее разочарование в людях, потоки просьб, круглосуточная работа и ежесекундное достижение целей всегда приводили и будут приводить к полной импотенции, двусторонней депрессии, алкоголизму и ожирению. Поэтому норковая тишина Портопиколло, его церковная скука и идеальные линии, тающие в эталонном закате, были тем редким состоянием, за которое и платили европейцы такие баснословные деньги.

Почувствовав после завтрака своё полное восстановление, я заплатил по счёту, сел в машину и, стараясь не портить тишину шорохом своих колёс, уехал в приморский Триесте, за очередным туристическим шумом. В городе, помимо того, что это была кофейная столица Италии и главный порт Австро-Венгрии, меня интересовала одна вещь — современная достопримечательность, появившаяся в результате изменения мировых правил игры: арестованная финансовой гвардией Италии парусная яхта А, принадлежавшая товарищу Мельниченко, идеальный дизайн которой сводил с ума не только меня.

Арестованная лодка, стоящая на приколе в водах Триесте, оказалась невероятно красивой, правда стояла слишком далеко, чтобы рассмотреть её вблизи. Я сделал несколько кадров на двести миллиметров, поискал катер, чтобы попросить отвезти меня поближе к яхте, но так и не смог. В итоге я несколько часов гулял по городу, съел в Да Микелле огромную пиццу, передохнул на главной площади и засобирался дальше. Уже на выезде из города бог-пулемётчик разрядил всю свою ленту пуль-впечатлений в моё сердце, заставив прижаться к обочине. Перед моими глазами развернулась бетонная симфония Карло Камера и Пьерлуиджи Натали — модернистский жилой комплекс Роццоль-Мелара — один из самых известных примеров позднего итальянского брутализма. Что я знал о нём раньше? Знал ли, что он подвернётся мне по дороге? Нет, и в этом прелесть автопутешествий, впечатления в которых разворачиваются на манер книжки-раскладушки.

На этом мой день подошёл к концу. Я был полностью удовлетворён и, довольный, ехал в свой следующий город, ради которого мне пришлось сменить страну.

Лавка Макса Верника в мессенджере Max:
max.ru/vernikmax

📹Экшн-камера AKASO Brave 8, черный —19.990 (Абсолютно новая, в запечатанной коробке)

🎧Беспроводные наушники Beats Studio Pro, черный — 19.490₽ (Абсолютно новые, в запечатанной коробке)

💆‍♀️Массажная подушка Шиацу ELEEELS H1 — 13.990₽ (Абсолютно новая, в запечатанной коробке)

💆‍♀️Микротоковый массажер для тела NuFACE Nubody Skin Toning Device — 49.990₽ (Абсолютно новый, в запечатанной коробке)

🥘Мультиварка Ninja Foodi MAX 9 в 1 OP500EU — 44.990₽ (Абсолютно новая, в запечатанной коробке)

В моей очередной заметке вновь масса оптимизма, света и торгового задора! Сегодня ни одной архивной модели, а взвившиеся на дыбы обменки, что упираются головой в венчальное солнце. Сегодня в поэзии весны под безукоризненным небом Тверской, не лучи воображения, а семнадцатые айфоны в абсолютно новом состоянии.

Предложение актуальней некуда, плюс постройневшие цены, с которых Мойша аккуратно срезал скальпелем весь многострадальный жирок, лишив меня последнего шанса укрепить свою материальную базу.

Пламенно-живые, бессмертно-актуальные, богоподобно-свежие обменные айфоны один-семь для всех вас, моих друзей с глазами цвета апреля.

📱iPhone 17 Pro 256Gb eSIM Cosmic Orange — 92.990₽ (Обменный, в комплекте кабель зарядки)

📱iPhone 17 Pro 512Gb eSIM Deep Blue — 104.990₽ (Обменный, в комплекте кабель зарядки)

📱iPhone 17 Pro 1Tb eSIM Deep Blue — 119.990₽ (Обменный, в комплекте кабель зарядки)

📱iPhone 17 Pro 512Gb SIM+eSIM Silver — 114.990₽ (Обменный, в комплекте кабель зарядки)

📱iPhone 17 Pro 1Tb SIM+eSIM Silver — 129.990₽ (Обменный, в комплекте кабель зарядки)

Святой Шаббат! День, когда люди, наполненные Моисеем по самую макушку, не считают деньги, а предаются семье, отдыху и глубоким торговым размышлениям. Но есть те, кто в этот день держит руку на пульсе московской торговли. Кто не отдыхает, а делает торговый мир столицы лучше – педантично скупая, тщательно отбирая, скрупулезно сортируя и бережно возвращая в оборот совершенно невероятную по актуальности премиальную электронику.

Жители Москвы и окрестностей твердо знают: если вещь должна обрести новую жизнь, если ей суждено попасть в заботливые, знающие руки, то нести её надо именно ко мне в Лавку.

И несут! Боже, что несут! От ассортимента кружится голова: техника, от актуальности которой невольно разводятся в сторону руки, и которая, едва попав ко мне, немедленно перевыставляется на рынок в поиске новых владельцев. Техника в состоянии свежих молоденьких девочек, сказочных принцесс, и идеальных белокурых польских спортсменок: ухоженных, холёных, с приданым в виде нашей безусловной гарантии.

Праздник – видеть, как эти вещи находят новых хозяев, как ценители рациональности хватают их, зная, что сэкономили. И, положа руку на сердце, (а она у меня там всегда), скажу – для меня это момент чистой гордости.

И словно карасик, плещущийся в озере этой самой гордости, я еще раз поклонясь вам, скажу – суббота, друзья, – день торговой радости, день неожиданных б/у открытий, и один из семи круглосуточных дней нашей любимой скупки, кружащей в вихре весеннего воздуха!

📱 iPhone 17 Pro Max 256Gb Cosmic Orange — 110.990₽ (Состояние нового, в комплекте кабель зарядки)

📱 iPhone 17 Pro Max 256Gb Deep Blue — 110.990₽ (Состояние нового, в комплекте кабель зарядки)

📱iPad Air 11 2024 M2 256Gb LTE Space Gray — 47.990₽ (Отличное состояние, полный комплект)

💻 MacBook Air 15 2023 M2/16Gb/1Tb Midnight— 84.990₽ (Отличное состояние, полный комплект,c гравировкой)

🌪️ Выпрямитель Dyson Airstrait HT01 Prussian Blue/ Rich Copper – 21.990₽ (Отличное состояние)

Своим детством я бережно коснулся Советского Союза, взяв от него хорошее образование и любовь к книгам. Именно в нем формировались мои цели и мечты. И именно в Союзе немногочисленные родители моих сверстников, которые могли себе позволить поездку в Югославию, казались всем нам полубогами! Югославия вообще была мечтой особого сорта. Заграничным социализмом, но не нашим — советским, чугунным, пахнущим капустой, цементом и мокрыми варежками. А социализмом южным, титовским, почти курортным! Для советского человека Югославия была чем-то вроде разрешённого Запада: там уже были море, джинсы, удобные гостиницы, хрустальные витрины с дефицитом, недачный загар благородного бронзового цвета и красивые женщины, втиснувшие свои крепкие бедра в колокольчики цветных юбок. Туда ездили отдыхать, как в мечту, которую одобрил партийный комитет. И мне нужна была эта мечта!

Ведь если встать с первыми лучами итальянского солнца, позавтракать и неспешно пройтись до полутьмы отельного гаража, где, взяв машину, за час доехать до другой страны — обычное европейское дело, и, чего греха таить, я так и сделал, с благодарным сердцем оставив безжизненную бухту Портопикколо, отбыв с петухами в словенскую Любляну, которая до Первой мировой была провинциальным городком Австро-Венгрии.

Если судить по навигатору, я ехал в современную Европу, но сердце отчего-то ждало встречи с Югославией. Спустя пятнадцать минут я пересек условную границу государств, въехав в страну, в которой отчаянно пытался углядеть знакомое прошлое, но не видел. За окном мелькали идиллические европейские пейзажи, велосипедисты, спрятав правую штанину в носок, рукой показывали направление поворота, баристы с татуированным лицом и коровьим кольцом в носу умело варили кофе в белоснежных кофейнях, а из миниатюрного аэропорта можно было за пятьдесят евро улететь куда угодно.

Сразу же при въезде в город я потихоньку начал узнавать прошлое. Бетонные районы со знакомыми домами, застекленные балконы, дворы, которые я наверняка видел в Москве. Всё было родное и знакомое: с ковром на стене, с соленьями на балконе, с лифтом, в котором пахло тоской, сигаретами и резким одеколоном. В городе было всего три пятизвездочных отеля. Я выбрал самый приличный и недорогой. Им оказался Интерконтиненталь, где за 18 тысяч рублей я получил небольшой номер и разрешение посетить тренажерный зал. Когда я заикнулся про машину, отельер посмотрел на меня змеиным взглядом и произнес такую цену, от которой я потерял дар речи. 42 евро за ночь! Я, поперхнувшись, переспросил. Действительно, поставить машину на парковку отеля стоило 42 евро! Я оглянулся по сторонам, надеясь на то, что я по ошибке приехал в Швейцарию, но вокруг меня была югославская Любляна. Я пожал плечами, сокрушенно расплатился, положил вещи в номер и пошел гулять по городу, на который выделил сутки.

Меня встретил милый центр с многочисленными ломбардами, предлагающими заложить, продать или купить что угодно. На витринах лежали кассетные автомагнитолы, плойки, стеклорезы и дрели. На полках стояли кнопочные телефоны, а к стене были прислонены чьи-то бывшие велосипеды неблестящих цветов. Центр был небольшой, игрушечный и уютный. Рыжие крыши, кривые улочки, река, мосты, аккуратные фасады — всё это отчаянно напоминало Чехию, и, к слову, кухня оказалась такая же. Тяжёлая, пивная, балканско-альпийская: сосиски, картошка, тесто, мясо, сыр — всё то, после чего хочется спать, а не наслаждаться городом.

Я поднялся в крепость, посмотрел на город с высоты голубиного полета, отметив одобрительным кивком рыжее пятно крыш Старого города, который сверху выглядел лучше, чем снизу. Затем, нагуляв аппетит, я попытался пообедать сначала в одном ресторане, находящемся прямо в крепости, потом в другом, но ни там, ни там мне этого сделать не удалось, и к моменту, когда я спустился в город, мне уже было без разницы, что и где есть. Я был страшно голоден. И, как это бывает всегда, а я всё время твержу одну и ту же фразу в таких ситуациях, «господь-режиссер» аккуратно подвел меня к окошку в стене, по краям которого были значки всевозможных упоминаний гастрожурналов — лавка по продаже балканского бурека, кишки из слоеного теста, в которые закручивают всевозможные начинки. Я взял с картошкой, заплатив два доллара! Продавец сунул мне в руки сверток маслянистой горячей бумаги. Ешь! Я откусил… и чуть не потерял сознание от счастья! Это было неприлично вкусно. Масляное слоёное тесто, горячая, правильно подсоленная картошка, жир, простота и честность цены. Никакой высокой кухни, никаких молекулярных пенок, никаких официантов, одетых лучше тебя. Просто тесто, картошка и моя человеческая слабость. Мне сразу захотелось стакан холодного молока, который я купил тут же за углом, и, жуя всё это волшебство на лавке, я влюблялся в Любляну всё больше и больше.

Она не великолепна. Не грандиозна. Не ослепительна. Здесь нет имперского размаха Вены, музейного золота Парижа, театральной усталости Венеции. Но в ней есть странная честность маленькой столицы, которая идеально поместилась между Италией, Австрией и Балканами. Тут аренда жилья стоит в три раза дешевле Милана, а до него рукой подать. Тут неприлично вкусные буреки и такие же парадные, как у нас. Тут Европа, но очень доступная и оттого удобная для жизни. Вот в этом и есть фокус. Она одновременно старая и новая. Своя и чужая. Европейская и до боли знакомая. Она может выставить тебе счёт за парковку так, будто ты остановился в Париже, а через десять минут провести мимо советскую женщину в негнущемся пальто аспидного цвета, пока ты жуешь двухдолларовую шанежку с картошкой из собственного прошлого.

Я был рад, что приехал. Рад был познакомиться с городом, но меня ждала дорога в австрийский Грац, где я обеспечил себе ночлег. Теоретически у меня еще оставалось время на Любляну, но я решил, что на первый раз с меня хватит, и сменил город, доехав до Марибора — винной столицы Словении, где за забором у стены одного дома росла самая старая виноградная лоза в мире, и не посмотреть на неё я не имел права. Марибор оказался до неприличия провинциальным городком, и если бы не лоза, ехать туда, наверное, не было бы смысла. Я запарковал машину, прошёлся по городской набережной — все кафе которой были забиты людьми, очень похожими на нас и одетыми во всё тёмное. Цветной одежды не было вовсе. Мужчины пили пиво и курили кальян, а женщины курили кальян и ели шоколадный торт, запивая всё горячим чаем.

И за их равнодушными спинами, где-то вдалеке, виднелась аккуратная изгородь длиной в несколько метров и кривая коричневая молния старого, сухого дерева — того самого, оказавшегося старейшей винной лозой в мире. Я минут десять смотрел на неё со всех сторон, пытаясь понять, как она пережила все несколько версий дома, к стене которого прижалась, ведь по сути винный дом, который я видел сейчас, был явно младше этой, еще плодоносящей лозы. Я ещё покрутился вокруг, удивляясь, почему я один проявляю к ней интерес, и засобирался в Австрию. Темнело.

Лавка Макса Верника в мессенджере Max:
max.ru/vernikmax

💻MacBook Neo 13 A18 Pro/8Gb/256Gb Silver — 59.990₽ (Абсолютно новый, в заводской упаковке, Ростест)

💻MacBook Air 15 M4/16Gb/256Gb Starlight — 98.990₽ (Абсолютно новый, в заводской упаковке, с гравировкой)

💻MacBook Air 15 M4/16Gb/512Gb Silver — 118.990₽ (Абсолютно новый, в заводской упаковке, с гравировкой)

💻MacBook Pro 14 M5/16Gb/512Gb Black — 136.990₽ (Абсолютно новый, в заводской упаковке, с гравировкой)

💻MacBook Pro 16 M5 Pro/48Gb/1Tb Space Black — 284.990₽ (Абсолютно новый, в заводской упаковке)