этнография и антропология
О НЕВОЗМОЖНОСТИ СЧАСТЬЯ

- А представь, вдруг бы ты женился на Квасовой... - сказала жена.
- И представлять такого не хочу! - ответил муж. - Еще чего? Чего ради, с какого перепугу?
- Она же тебя так окучивала!
- Ну мало ли что. Сравни себя и ее. Никакого сравнения. Ты же, ты же... у меня просто слов не хватает! Слов любви, и вообще.
- Спасибо. А Квасова?
- А Квасова просто миленькая. Мало ли таких. А вот ты...
- Еще раз спасибо. Но! Но, мой дорогой!
- Что "но"? Какое еще "но"?
- А вот такое. Квасова начала тебя окучивать, когда мы с тобой еще не были знакомы. Ты меня вообще еще ни разу не видел. Это ты сейчас можешь сравнивать меня и ее. А тогда, особенно с октября по март, не мог. А она очень даже вполне. Глазастая. Стройная. Ножки супер.
- Ножки супер, а пальцы на ногах некрасивые!
- Ого! Как же ты рассмотрел ее пальцы ног? - сощурилась жена.
- Летом! - строго сказал муж. - Она была в босоножках.
- Пальцы ног это фигня. Подумаешь, пальцы. У меня тоже не как на статуе Кановы, - она высунула ногу из-под одеяла.
- Я люблю твои пальчики, - сказал муж. - И на Квасовой я все равно бы не женился.
- Ну а вдруг? Мало ли что вдруг бывает.
- Прекрати! Что за ревность к каким-то выдумкам!
- Успокойся. Никакой ревности. Я же не говорю, что ты был в нее влюблен, хотел на ней жениться, и все такое. Я говорю - вдруг.
- Нет! - сказал муж. - А если да, я бы тут же, в марте, убежал от нее к тебе.
- Брось, - сказала жена. - Она была бы уже беременная, это раз. Я бы тебя так шуганула! А во вторых, я бы тогда вообще в ваш отдел не пришла: все бабы, и один женатый мужик, это же кошмар. Я бы уехала в Венгрию на два года, меня Афонин приглашал, в "Техно Экспо"... Но мы отвлеклись.
- Что? - не понял муж.
- Вернемся, - сказала жена. - Вот как бы ты жил, если бы женился на Квасовой?
- Ужасно!
- Почему ужасно?
- Потому что ее не сравнить с тобой!
- Снова-здорово! При чем тут я? Нет меня, я в Венгрии, в "Техно Экспо", с Афониным кручу. А вы тут с Квасовой, два голубка.
- Все равно ужасно.
- Объясняй.
- Потому что она... Она дура!
- А с чего ты взял? Девушка как девушка. Кажется, кандидатка наук, да?
- Да. Но все равно... - муж задумался и решил сказать что-то очень умное. Подумал еще полминуты и произнес: - Ужасно вот почему. Смешно сказать, но я бы, наверное, ее любил. Заботился бы. Дарил бы подарки. Ходил бы в гости под ручку. И все такое прочее, включая ребенка.
- Хм. Картинка. А где же ужас?
- А ужас в том, - мудро вздохнул муж, - а самый ужас в том, что я бы думал, искренне бы думал, что я счастлив. Мне бы казалось, что я счастлив. Я не знал бы, а может быть, и никогда бы не узнал, что мое настоящее счастье где-то далеко, что я его не так и не встретил. В смысле, тебя так и не встретил! Вот где самый настоящий ужас!
- Хм, - сказала жена. - Да. Ужас.
- Вот! Хорошо, что ты меня поняла...
- Я поняла вот что! - она сбросила одеяло, вскочила с кровати и стала быстро надевать халат. - Я поняла, что ты сейчас тоже, наверное, так считаешь. Ты в глубине души думаешь, что тебе только кажется, что ты счастлив со мной, а на самом деле, где-то далеко, там, за горизонтом, настоящее счастье... Тьфу!

Она наконец попала левой рукой в рукав, запахнула халат и выбежала из комнаты.

необходимое уточнение
МАСШТАБ ЛИЧНОСТИ

Знаменитая цитата из Пушкина:
"Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал, и мерзок - не так, как вы - иначе...".

Но как же - "иначе"? - спрашивают внимательные люди.
Отвечаю.
Дело в так называемом "масштабе личности".
Иначе - то есть сильнее.
То есть падает глубже, подонствует мерзее.

Ну что такое, в самом деле, мелкий уездный сладострастник, какой-нибудь помещик НН, соблазнивший гувернантку, а потом трусливо и тайком заплативший ей отступного и давший деньги на билет на родину, чтоб его законная жена ничего не узнала?
Вот Лев Толстой - другое дело! Перетрахал три деревни, а потом своей невесте давал читать дневники своих похождений. Но самую излюбленную бабу (о которой молодая жена уже знала) все-таки приглашал мыть полы в барском доме.

Ну что такое учетчик ремстройтреста Иван Иваныч, который, скукожившись под грозным оком и сиплым рыком лейтенанта НКВД, написал дрожащими пальцами, что сосед Сидоров - троцкист?
Вот народный артист республики, регулярно строчащий доносы на коллег - это другое дело!

Масштабы, масштабы!
Вот что, наверное, имел в виду А.С. Пушкин под словом "иначе".

ответы истории
ЭПОХА ВО ВСЕМ СВОЕМ ОЧАРОВАНИИ

"Ресторанчик выглядел идиллически. Какие-то пожилые пары ужинают, кто-то пьет вино, кому-то официант приносит меню. Уютный, чуть приглушённый свет ламп. И все это в 15 метрах от толпы, взламывающей магазин. На соседних улицах вообще было тихо. И я спокойно добралась до дома" - пишет моя знакомая из Парижа.

Впрочем, и во время свержения русского самодержавия главным событием в Петрограде была премьера "Маскарада". Постановка Мейерхольда, в главной роли Юрьев, декорации Головина, и возмущенные статьи в газетах: зачем было ставить самую слабую вещь Лермонтова?

"О невозможности счастья", 19.10.21. Завершение
АФОНИН И КВАСОВА

Выскочив из спальни, жена пошла в ванную. Она стояла под душем и думала, что у нее прекрасный, любящий, обеспеченный муж, но если бы она тогда поехала в Венгрию с Афониным - была бы сейчас женой министра.

Афонин, когда случайно проезжал в своем министерском "Ауди" мимо здания "Техно-Имп-Экса", иногда вспоминал стажерку, выпускницу Вышки, которую он на полном серьезе приглашал в двухгодичную командировку в Венгрию - его назначили туда представителем. "Может быть, - вздыхал Афонин, - с ней я был бы по-настоящему счастлив. Чудесная девочка...".
Но вспоминал, что без своего тестя, Лизочкиного папаши, вряд ли бы стал сначала замом, потом первым замом, и вот теперь - министром, черт вас всех побери!" Вздыхал еще раз и отвлекался на другие, теперь уже чисто министерские мысли.

А что же Квасова?
Она уже много лет тянула спокойный, необременительный, но очень престижный роман с одним, прямо скажем, стариком. Правда, старик был крепкий, вдовый - то есть они могли спокойно ходить на премьеры! - и очень крутой. Квасова так и не поняла, кем он работал. Давно на пенсии, но открывал ногой дверь в любой кабинет. Кстати, тесть одного министра. Смеясь, рассказывал, что у сыночки опять неприятности, но пока папа жив, все будет хорошо.
Что же касается мужа Квасовой, то это был человек добрый, безобидный и ни капли не ревнивый. Уже года три был в платонической переписке с этой... забыла фамилию... ну, с этой дурочкой из отдела импорта, которая увела у нее того красавчика.
Так что Квасова была совершенно счастлива, особенно когда после ванны разглядывала свои безупречные ноги. Вальгусные косточки она убрала лет десять назад, Николай Исаакович оплатил операцию в Швейцарии.

ответы истории искусства
ДЖОКОНДА, МОЙ КОМПАС ЗЕМНОЙ...

Сегодня Дмитрий Травин опубликовал заметку о том, как в Лувре толпа теснится у "Джоконды". Люди селфятся на ее фоне, и вдобавок неизвестно зачем фоткают ее. Он довольно резко высказался насчет этой диковатой публики.
Мой друг Дмитрий Травин прав не только потому, что толпа с айфонами перед миллиардно растиражированной картиной – это признак глупости.

Он прав еще и по существу. "Джоконда" – это просто хорошая картина крупного художника эпохи Возрождения. По своим художественным качествам она ничем особым не отличается от других портретов его кисти - от "Джиневры деи Бенчи" или "Дамы с горностаем". А если и отличается (напр., колоритом и техникой "сфумато") - то эти отличия не уловят миллионы туристов с айфонами.

Знаменитой "Джоконду" сделало не качество живописи, не сюжет, не какая-то особая художественная выходка мастера, которая привлекла внимание публики. Ничего подобного.
"Джоконда" на протяжении XVI – XIX веков не была знаменита.

А культовые картины в те времена были.
Картины, на которые народ прямо-таки пёр, стоял в очередях, тянулся на цыпочках. Это "Вознесение Богородицы" Тициана, фрески Рафаэля в Ватикане, "Страшный суд" Микеланджело, "Успение Богородицы" Караваджо, "Ночной дозор" Рембрандта, и даже, представьте себе "Качели" Жана-Оноре Фрагонара. А также "Смерть Марата" Давида, "Последний день Помпеи" Брюллова, морские пейзажи Айвазовского. В XIX веке знаменитой стала "Сикстинская мадонна" Рафаэля.

"Джоконда" прославилась в 1911 году, когда ее украли из Лувра. Сам факт похищения старинной картины из главного государственного музея был скандалом. А потом, в 1913 году, ее нашли. Двумя волнами во всех газетах мира были опубликованы ее фотографии. Выставки найденной картины прошли сначала в Италии, потом уже ее вернули в Лувр, под радостные аплодисменты тысяч (десятков, сотен тысяч) людей.
С тех пор Джоконда и стала символом, воплощением старинной драгоценной картины. Так сказать, картины вообще.
Хотя эта картина, разумеется, высокого живописного качества.
Но любят ее люди не за это.